Несостоявшаяся свадьба

– Антон Ефимович, – почти с надрывом произнесла Анна Сергеевна, – я так не могу, – и опустила голову на руки. Могло показаться, что она плачет, но Антон быстро узнал это состояние. Усталость. Впрочем, нет, это была крайняя степень усталости. Изнеможённость.

– Тааак, – протянул он, как бы в смысле «Что вы удумали?». – Так-так-так, – уже взволнованно пробормотал он, осознав серьёзность. – Что ж, сделаем паузу.

Он пошёл в небольшую кухоньку, включил электрочайник, положил пакетики с чёрным чаем, не жалея насыпал сахару – прямо как в инструкциях для бедствий – напоить пострадавшего крепким, чёрным, сладким, чаем.

Наконец раздался щелчок, кипяток был разлит по чашкам, а для верности из портфеля была извлечена пачка печенья. Того самого, в шоколадной глазури, которую так хотелось съесть украдкой, но, видимо, не в этот раз.

Анна Сергеевна уже успокоилась, не прятала глаз в трагичной позе, а лишь отстраненно смотрела куда-то в неопределённую даль.

– Итак, мы остановились на том, что вы – цитирую – больше не можете, – без давления, но серьёзно констатировал Антон Ефимович, придвигая к Анне её чашку и открытую пачку печенья. – А позвольте, полюбопытствовать, что именно вы не можете?

Анна слегка усмехнулась. Не той усмешкой, что предваряет саркастический выпад. Горькой усмешкой: мол, что говорить, и так ясно. Но Анна Сергеевна вздохнула, собралась и сформулировала:

– Да, собственно, всё. Ничего не могу. Мы что-то исследуем, исследуем каждый день. Уж и год прошёл. И второй начался. А что именно мы исследуем? Эти бумаги, эти отчёты, штампы, бланки. Мы что-то меряем спектрометром и приклеиваем какие-то распечатки к каким-то формулярам. А смысл?

Антон Ефимович округлил глаза.

– Смысл?! – Он поднял голос. – Позвольте! Цель нашей работы именно в том, чтобы найти цель и смысл. Вышестоящие знают, что поручают. Год – ничто в масштабах науки! Быстро только кошки – Антон задумался – женятся!

Анна Сергеевна вскочила и отчаянно бросила печенье в стену.

– Я вам не какая-то… кошка! – закричала она так, что на шум прибежала коллега Таня.

– А что же тогда вы здесь делаете, что вы здесь забыли?

Анна Сергеевна вновь горестно опустилась за стол и смотрела в окно. Ее взгляд остановился на паре мух, которые уединились на подоконнике и, согласно эвфемизму Антона, там же и «женились». Она вновь усмехнулась и долго не отвечала – чтобы в нависшей тишине задумчиво произнести:

– Я не кошка, но хочу простого счастья. Чем я хуже этих мух?

– Будьте моей женой, – сказал Антон.

Анна посмотрела на Антона. Ее глаза были полны слёз. Она пришла в этот институт, так как хотела за него замуж.

– Нет.