Неспетые колыбельные старого дома

Не все совпадения в этой книге случайны.

Хотя некоторые лучше бы были.
Будьте осторожны и не ходите

по темным улицам в одиночку.

Серебряные браслеты неприятно впивались в кожу запястий, и Аврелия пару раз незаметно подкрутила их. На руках остались красные полосы.

Кажется, поправилась… или это отеки? Надо бы почки проверить. А пока придется новые браслеты покупать, чтоб его. И перстни в комплект, для красоты. А эти жалко-то, с чернью, узорами, кубачинское серебро… и дочери не отдать, ей тоже малы будут.

Продать разве что. Машке сказать, пусть в интернете напишет. Сейчас все в интернете продают.

— И тяжесть-то такая на груди… аж больно, — тем временем рассказывала клиентка, нервно стискивая ручку сумки. — Я проснулась, и мужа разбудила. А он говорит — глупости! А какие ж глупости, если на четверг приснилось! Это точно сглаз, я больная вся, едва хожу, спина болит, колено болит. И на душе тяжко.

«Господи, ну когда уже запомнят-то, с четверга на пятницу вещие сны», — с досадой подумала Аврелия, но поправлять клиентку не стала. Клиент всегда прав, даже… особенно, если это клиент дипломированного специалиста по экстрасенсорике.

— И вот я думаю… соседка это. Она мне завидует. У меня-то и семья, и квартира больше, а она одна с собакой живет. Ни мужика, ничего, одна работа. И вечно ругается, мол, мы и пачкаем в общем коридоре, и шумим, и мешаем отдыхать. Одни придирки. Ненавидит меня… вот сглазила, наверняка. А вдруг она к ведьме? Ну, чтоб…

— А вот это мы посмотрим, — насилу вклиниваясь в бесконечно журчащий поток речи клиентки, уверенно произнесла Аврелия. — Я чувствую недоброе вокруг вас, темное что-то кружит…

Клиентка вскинулась, яростно кивая, но Аврелия движением ладони попросила ее помолчать.

Ничего «темного» она не чувствовала, но знала, что клиентка ждет подтверждения своих опасений, а вовсе не правду.

— Я посмотрю в чаше с водой, и отражение не солжет, — тихо произнесла Аврелия особым голосом, который неизменно производил большое впечатление на клиентов.

Они все ожидали завываний, таинственных двусмысленностей, цыганской вкрадчивости, поэтому негромкий и уверенный тон Аврелии, которая делала весомые паузы между словами действовал куда сильнее.

Аврелия подожгла на черной свече пучок душистых трав, загасила его до тления и плавно повела им из стороны в сторону, стараясь, чтобы дым не шел на нее. Потом отложила пучок на специальную подставку и склонилась над широкой каменной чашей. Клиентка вытянула шею, но с ее стороны видна была только чернильная поверхность воды и отражение лица Аврелии.

Горько и терпко пахло горящими травами, от дыма слегка кружилась голова.

«Стрелка на левом глазу смазалась, надо бы подправить», — подумала гадалка. Потом вода вдруг пошла кругами, и Аврелия хотела было строго сказать клиентке, чтобы та не нарушала энергетические потоки и не опиралась на стол, но…

…не смогла оторвать взгляда от воды. Приоткрыв рот, Аврелия наблюдала как внутри чаши сгущается и клубится муть. Потом словно бы… череп, что ли? В чьей-то руке. Сначала в профиль, потом череп стал неотвратимо поворачиваться, и гадалка едва не взвизгнула, но голос не шел, застревал где-то внутри.

Из глаз черепа лился свет, желтый и страшный.

Аврелия дернулась, отшатнулась назад, разрывая тягучую пелену видения. И поняла, что кричит.

Это… что было? Видение? Самое настоящее?..

Она подняла глаза и вздрогнула, встретив полный ужаса взгляд клиентки, о которой успела позабыть.

— Что там? — шепотом, словно через силу спросила клиентка. — Вы так закричали…

Она не хотела слышать ответ, но не могла не спросить, охваченная страхом и любопытством.

Пару секунд Аврелия бессмысленно смотрела на нее, пытаясь вспомнить, о чем они вообще только что говорили. В мыслях все крутился череп и жег, жег взглядом.

Только годы работы и привычка доводить дела до конца несмотря ни на что заставили Аврелию взять себя в руки. Сил проводить сеанс дальше у нее не было, но терять клиентку — и ее, возможно, хороший отзыв она не собиралась. Последнее время дела шли не очень хорошо, и на рекламу денег не хватало, рассчитывать можно было только на сарафанное радио.

— В церковь надо вам сходить, — сурово сказала Аврелия. — Помолитесь от души. Тогда и отпустит вас.

Она проводила растерянную клиентку до выхода, пожелала доброго пути, а потом выдохнула, опираясь на стол в маленькой приемной своего астрологического салона.

Благо ожидающих клиентов больше не было.

— Мам? — встревожилась дочь, вставая из-за компьютера. — Что-то случилось? Мне показалось, кричали? Это клиентка напугалась, что ли?

— Н…нет, — отозвалась Аврелия.

Она помотала головой, так что стильная укладка растрепалась и короткие светлые волосы упали на глаза. Потом стянула, наконец, треклятые браслеты и бросила на стол.

— Устала я. Голова болит, — пожаловалась она. — Подмени меня на остаток дня, Галь. А я сейчас умоюсь, таблетку приму и сяду на прием.

Галя поджала губы, но спорить не стала, пошла наносить рабочий макияж и по дороге перевернула табличку на внутренней двери. «Аврелия» сменилась на «Горация».