О, как же это больно, когда дорогой тебе человек говорит – нет. Он или она говорит – нет, а до тебя ещё не доходит, что это навсегда. Это как смерть при жизни. Это как бросить невесту на ничейный цементный пол, где она будет валяться никому ненужная, и даже не будет плакать. Просто будет лежать и молчать в белом свадебном платье. А незнакомый юноша, вечный её поклонник, присев рядом с нею, будет осторожно водить своим пальчиком по швам её невыносимо-праздничного платья, которое почему-то надето наизнанку. И мама, бедная её мама, выскочив босиком на лестничную площадку, будет стоять над ней и орать всё, что приходит в голову. Будет махать старческим кулачком в пространство и проклинать весь свет, который, дескать, виноват в мучениях её доченьки, несправедливо полагая, как и всякий родитель, что для её дитя уготована гораздо лучшая доля.