Нет

— Да, пожалуй, даже эту каморку уведут у тебя из-под носа. Так и будешь три дня на оленях и два дня на собаках до офиса добираться, — Диана не помнила его имени, но за глаза все звали этого тестировщика Пылесос. Пока он смеялся над своей остротой, она оперлась о блестящие перила террасы и зыркнула влево.

Дом с квартирами бизнес-класса сверкал на солнышке, будто дворец из стекла и металла. Двадцать этажей с умными лампочками, видовыми балконами, а в некоторых квартирах, говорили, даже хамам.

Через дорогу от дома был офис компании, где работала Диана, и две стороны фасада отлично просматривались с террасы. На двенадцатом этаже проходил показ. Риэлтор распахнула балконную дверь и вывела молодую пару, махала руками. Наверняка рассказывала про вид на индустриальный центр, шаговую доступность от метро, парковую зону и всё, что Диана успела вызубрить.

Пять лет она не брала отпуск, отгулы и даже больничные. За эти пять лет дом напротив офиса отстроился и начал обзаводиться жильцами. Диана стояла в очереди на просмотр в агентстве «Рывок» больше года. И почти каждый день она смотрела с террасы, как загорается больше и больше окон, а ей всё не звонили.

Риэлтор суетилась вокруг пары, девушка водила парня за руку и щёлкала на телефон то вид, то себя. Диана смотрела на них, как снайпер в прицел.

— Да купят-купят. Не переживай, и до тебя дойдёт черёд. У тебя, вон, уже почти на первичный взнос есть. Ну, на однушку, а не на двушку, как ты хотела, — развёл руками Пылесос. — Зато в бизнес-классе. И до офиса — дорогу перебежать! Я к тебе на новоселье точно приду, хоть посмотрю, как там внутри.

Диана молча поплелась за ним в офисную столовую. Благо, они смогли притулиться за столик с коллегой Ирой.

— Я пошла на массаж и у кабинета столкнулась с лидом проджектов, — Ира то и дело оборачивалась на стойку с десертами, где блестели вишнёвые пирожные. — Сказали, к лету тебя могут поставить старшим менеджером. Продолжай в том же духе.

У Дианы тарелка завертелась перед глазами от мысли, что придётся ещё почти полгода копить неврозы от тушения горящих задач. Зато её психолог никогда не останется без денег.

— Наш лид говорил, ты круто какой-то проект затащила перед новогодними, — сказал Пылесос и свалил в одну тарелку тунца, куриный рулет и рукколу.

Тот проект перед новогодними открыл череду лютых болей в желудке на фоне стресса и нерегулярной еды. Почти вся премия ушла на лекарства. Пришлось даже прилечь в стационар, и на работу после праздников Диана приехала, воняя больничной кашей.

— Да… Круто затащила, — повторила она с кривой улыбкой. Вечером Диана по традиции выбралась на террасу офиса, чтобы повидать Холёную Женщину. Так она прозвала жиличку одной из квартир: та жила, кажется, в трёхкомнатной на десятом этаже, всегда включала свет в одно и то же время, наливала себе что-то на баре и подходила к панорамному окну. Холёная Женщина смотрела на город, а Диана — на неё. Квартира была серая и белая, будто вырубленная из огромного кристалла. Ничего лишнего, освещение почти музейное: было видно несколько картин под лампами на стенах. Сердце у Дианы заходилось от мысли, что через пару лет она тоже сможет надеть деловой костюм, подойти к своему бару вечерком и налить туда что-то приятное.

В тот раз Холёная Женщина не стояла с бокалом, и на ней не было обычного делового костюма, от вида которого у Дианы в горле жужжала зависть. Что-то бесформенное, но, конечно же, из натурального шёлка или кашемира. Холёная Женщина сидела в большом кресле, почти у самого панорамного окна. Не шевельнулась за полчаса ни разу. Наверное, крепко спала. Настолько, что ей не мешал трезвонящий телефон: тот почти постоянно мигал у ножки кресла. В глубине бело-серой квартиры горел маленький торшер.

Диана с тоской глянула в список чатов. Риэлтор «Рывка» даже не просмотрел её сообщение. С прошлой недели напротив: «Здравствуйте, Илья! Подскажите, есть ли информация по моему месту в очереди на просмотры? Я подумала и всё-таки готова рассмотреть однокомнатные», висела одна галочка.

Холёная Женщина дрыхла в кресле, а телефон у ножки всё мерцал. Сегодня смотреть на неё оказалось скучно, и Диана раньше обычного пошла в гардероб. Кто-то из-за завесы пуховиков шутканул:

— Побила тут рекорды продуктивности, а теперь едешь морды бить на своём боксе? — те, кто это слышал, прыснули. Диана отшутилась и засеменила к выходу.

Автобус приехал вовремя. Через час она стряхнула снег с ботинок возле дверей, подняла глаза на табличку: «Центр для детей-сирот и детей, оставшихся….». Не дочитала и поспешила внутрь.

Диана и её воспитанница Катя встречались раз или два в неделю, в холода чаще всего в помещении. В интернате как раз недавно отремонтировали игровую для малышей, и вечерами там никого не было.

Катя ловко шуршала по цветной бумаге, у Дианы аж в глазах зарябило. Шшшурх-шшмяк, и самолётик обзавёлся симпатичным крылом. Дианино творение было похоже на птеродактиля, которого надо добить из милости.

— А что ты будешь делать, когда наконец-то получишь ключи от квартиры? — Катя дунула на чёлку, которая то и дело лезла в глаза. Диана давно отрепетировала ответ на этот вопрос.

— Буду позже вставать, потому что офис совсем рядом. Приглашу коллег, устрою вечер с винилом и вином. Так и вижу, как все сядем в комнате с приглушённым светом и включим какой-нибудь джаз, — Диана зажмурилась от предвкушения, как коллеги будут ей завидовать, а начальство — одобрять такой досуг. Катя только почесала нос, Диана продолжила:

— Родители ко мне в гости приедут, мама хочет всё сфоткать и на работе показывать.

— А сама ты что там будешь делать? Подружишься с кем-нибудь? — спросила Катя, она высунула язык от старания, когда делала очередной сгиб. Диана открыла и закрыла рот. Вспомнила Холёную Женщину, уснувшую в кресле, и телефон, мигающий в темноте.

— Ну… Смогу выбираться чаще на свидания, потому что более-менее приличные мужчины только в центре водятся.

Тут Диана прикусила язык, потому что Катя в свои пятнадцать ещё не ознакомилась с таким разочарованием, как радиус поиска дейтинг-приложения.

Идея участия в программе наставничества для детей-сирот пришла к Диане как раз после очередного неудачного свидания и осознания, что свои дети будут нескоро. Тогда она прошла курсы наставников, собеседования с психологами и встретила Катю. Диана объясняла ей, как в будущем платить за квартиру, брала на прогулки, отвечала на неудобные вопросы и старалась быть поддержкой, даже когда у самой трещало по швам. Только в офисе врала, что ходит на модный тайский бокс.

— Я на следующей неделе не смогу приехать. Караулю кошку у подруги, а она живёт за городом, — сказала Диана. Катины глаза-плошки уставились на неё.

— А как же ты будешь работать?!

— На удалёнке, — буркнула Диана. Эта идея казалась изощрённой пыткой, и она с ужасом представляла себя в растянутых трениках у ноутбука, вне привычного фонового жужжания коллег и бесплатной еды в столовой.

— Разрисуешь мачты? — Катя подтолкнула кораблик, который сложила из бумаги перед самолётом. Диана, наверное, только ей и своему психологу рассказала, что в школьные годы училась в художке, и какое-то время хотела быть дизайнером.

— Во! Готов! Перехватчик! — восхитилась Катя и вытянула руку с готовым бумажным самолётиком. Она насмотрелась роликов со Светланой Капаниной* и бредила самолётным спортом. Летом упрашивала Диану отвезти её на авиашоу.

Катя дёрнула кистью, самолёт стрелой пронёсся по игровой, чиркнул носом в дверь и шлёпнулся на крыло. Диана вскрикнула, а Катя махнула рукой.

— А, да ладно. Я ещё сделаю. Теперь-то знаю, как.

На следующее утро подруга Дианы, Женя, помогла погрузить чемоданы в кряхтящую иномарку и повезла под свои бесконечные прибаутки. Первое время Диане казалось, что она села не на тот автобус и по ошибке едет в другую сторону от офиса.

Через полтора часа Женя заглушила мотор. Они достали из багажника чемоданы и затрусили к девятиэтажной панельке. В подъезде пахло то ли кошачьей мятой, то ли разлитым энергетиком. Из лифта вышел парень с корги на поводке. Женя перебросилась с парнем парой шуток и почесала собаку за ухом. Корги будто заценил юмор и тявкнул так, что эхо ухнуло под потолки.

В квартире Жени ничего не изменилось с тех пор, как три года назад Диана приезжала к ней на новоселье и привезла в подарок кофейный сервиз. Ремонт был, что называется, «бабушкиным», но в Женином случае «бабушка» оказалась современной, а на кухне прогресс дошёл до микроволновки и блендера, накрытого вязаной салфеткой.

— Хочу оставить тут практически всё, чтобы в Архангельск умотать налегке. Мишка звонил, говорит, квартиру хорошую дали, а чего нет — доберём уже на месте. Вот найду покупателя и уеду, а дело пусть риэлтор обстряпывает, — Женя шмыгнула и поиграла брелком на ключах. — Знаешь, кстати, за сколько продаю? — она назвала цену. Диана тут же прикинула, что её накоплений хватило бы и на эту квартиру, и на ремонт, и на не новую, но приличную машину, чтобы добраться отсюда до города. А может быть, ещё осталось бы и на поездку к морю. В груди завозился колючий ком, Диана тряхнула головой и резко опустила чемодан на пол.

Удивлённая шумом рыжая кошка выглянула из-под дивана. Диана ответила ей таким же настороженным взглядом.

— А вот и моя Лиса-Алиса. Зови её Лиса, она понимает. Эх, и эту даму надо пристроить. У Мишки аллергия на кошек, да и мне будет не до неё: надо работу искать, обживаться. Подам объявление, вдруг хорошие люди найдутся. Спасибо тебе ещё раз, что согласилась за порядками тут последить. Я уже так по Мишке соскучилась! Пошли, покажу всё.

Показывать оказалось практически нечего. Единственным, что вызвало у Дианы удивлённый вздох, был вид. Окна выходили на сосновый бор, и с десятого этажа было видно зубчатую гряду деревьев практически до самого горизонта. На лесной территории недавно открыли заповедник и экотропу, поэтому трассы и другие стройки жильцам не грозили.

Женя не стала устраивать долгих прощаний: чемодан её уже был собран, она дежурно потрепала Лису по спинке, послала театральный воздушный поцелуй, засмеялась и была такова.

Диана опустилась на продавленный диван, сразу почувствовала пружину. Психолог учил ставить личные границы, но в Женином случае отказать было невозможно. Когда Диана только закончила университет, Женя порекомендовала её в компанию. Хотя могла этого и не делать, ведь в конце концов Диана заняла её место, Женю понизили, потом и вовсе сократили. А та будто бы и не расстроилась: недавно вышла замуж и собралась уезжать в Архангельск.

Вечером Диана по привычке подошла к окну, но вместо Холёной Женщины увидела заиндевелый лес. Сначала она удивлённо моргнула, а потом нахмурилась.

Как назло, на следующее утро повалил снег. Доставка из супермаркетов не приезжала из-за непогоды, пришлось идти в магазин по старинке. Ветер швырял в лицо колючие снежинки, а ноги скользили на обледенелых тротуарах. На обратном пути, уже на первом этаже, двери лифта распахнулись и Диана нос к носу столкнулась с корги.

— Не бойтесь, он не кусается, — она подняла взгляд на вчерашнего парня. Смеющимися глазами он был похож на свою собаку, которую прижимал к груди.

— Я не боюсь. Это же корги, — Диана сделала шаг назад, чтобы они уже вышли из лифта.

— Вообще-то предки Джоя были пастушьими собаками и могли целое стадо караулить от волков. А сам он бегает до сорока километров в час, — серьёзно сказал парень. Диана строго зыркнула на него, но, видимо, он не понимал намёков.

— А меня зовут Егор. Вы к Жене на время приехали или насовсем? — спросил он. Диана выгнула брови. Протравленная фастфудными диалогами в дейтинг-приложениях, она среагировала мгновенно:

— На время. Поэтому не вижу смысла его тратить, — Диана вошла в лифт ткнула в кнопку своего этажа. Обычно, когда она отшивала стажёров в офисе или после первого свидания давала понять, что второго не будет, становилось легче. Диана глянула на своё отражение в зеркале лифта: между бровей залегла морщинка.

Удалёнка будто посадила её в стеклянную колбу со звукоизоляцией: через чаты Диана отлично понимала, чем занимаются коллеги, но больше не слышала их фонового жужжания. Зато при привычном объёме работы она устала куда меньше и удивилась, когда поняла, что за полдня закрыла столько же задач, сколько обычно выполняла из офиса за весь день. Столько свободного времени у неё не было уже лет пять.

Кошка по имени Лиса повадилась топтаться по её животу, гулять по клавиатуре и лупить хвостом по носу. Из-за этого уже вечером никак не получалось досмотреть идиотский сериал. Диана откинулась в кресле. Тишина удалёнки нависла над ней, как многотонный булыжник. Она даже покрутилась на стуле, как когда-то в университете. С улицы доносилось завывание ветра, острые снежинки царапали стекло, как крошечные коготки. Диана таращилась на потолок, пыльную люстру и считала цветочки на обоях.

Похожие обои были в квартире её школьной подруги Полины. У Польки они справляли самые классные Дни рождения: её бабушка пекла торт, отец украшал квартиру, а мать не ругалась, если толпа школьников начинала прыгать по мебели. К вечеру кошка Полины взмывала на шифоньер, лишь бы от неё отстали. Особенно им нравилось играть с бедолагой, закидывая бантик из газеты на верёвочке, а потом тянуть к себе. Бумага шуршала, кошка носилась за бантиком, а все хохотали и наперебой договаривались, кто будет следующим его тащить.

На антресолях у Жени лежала газета. Диана обчихалась, когда стащила пыльные листки, но довела дело до конца: сделала бантик из газеты и своих шнурков, забросила на ковёр. Лиса, не привыкшая к таким примитивным штукам, негодующе глянула на неё. Лицо у Дианы запылало. Она уже конфузливо отступила на шаг, но тут рыжим облаком Лиса сиганула с тумбочки и прижала лапами крыло банта.

— Ага-а! — Диана дёрнула руку, бант с шорохом взмыл в воздух, Лиса выпустила когти, прыгнула, но промазала и заскользила на ламинате в прихожую. Её сопровождал Дианин раскатистый смех. В тишине квартиры он казался особенно громким.

На видеозвонке Катя пришла в восторг, когда увидела, как Лиса выделывает кульбиты в воздухе, пытаясь поймать бантик. Диана хохотала в квартире, а Катя — из телефона, когда кошка с триумфальным мяуканьем наконец запустила когти в газету.

— Она такая клёвая! Научишь меня рисовать кошек? Я тебе нарисую портрет Лисы, — попросила Катя. Улыбка Дианы погасла.

— Н-научить? Ты чего, я же давно этим не занималась уже. А память дырявая, я всё забыла. Как море. Помнишь, мы с тобой спорили, чем оно пахнет? Ты на нём не была, а я уже и забыла, какое оно.

— А ещё ты говорила, что на велике нельзя разучиться кататься, если один раз научился. Ну, пожа-алуйста! Запиши для меня видеоурок, а я повторю, как смогу! Я по глазам вижу, что ты почти согласна, — одним из качеств Кати, которые восхищали Диану, была её способность преодолевать любые препятствия на пути к цели.

Снег перестал только к вечеру следующего дня, и Диана высунулась в окно. Возле подъезда разминались корги Джой и парень Егор, каждый по-своему. Егор бегал на месте, а Джой извивался в свежем сугробе. Даже с десятого этажа было видно, какие оба довольные. Егор махал руками, на голове у него красовалась видавшая виды шапка-петушок, а на ногах то ли кеды, то ли вообще ботинки.

Диана давно хотела заняться бегом. Но пять дней в неделю она вставала в четыре утра, чтобы успеть на автобус, а из офиса возвращалась в девятом часу вечера. Сил хватало на одну серию ситкома нулевых или истерику в подушку. А в выходные хотелось ткнуть шваброй в любого, кто осмеливался позвонить или написать.

От мыслей оторвало резвое тявканье. Джой вскочил со снега и рванул по тропинке к лесу. Егор бодро последовал за ним. Они бежали явно медленнее тех сорока километров в час, о которых он говорил.

Следующие дни Диана часто пересекалась с ними в подъезде. Она ожидала, что Егор обидится или будет презрительно здороваться. А он знай себе говорил только: «Привет» или «Добрый вечер». Рядом с Дианой он теперь не задерживался, поэтому Джой лишь иногда оборачивался на неё и шевелил острыми ушами.

На десятый день удалёнки Диана окончательно выпала из крыс-совета и не была в курсе практически никаких сплетен офиса. Она с удивлением поняла, что аптечный пакет с лекарствами, который она привезла с собой, остался невостребованным: батарея обезболивающих для желудка оставалась полной. Диана привыкла сама ходить в магазин и иногда гуляла по заснеженным тропинкам у самой опушки леса. Один раз получилось сфоткать дятла на стволе сосны. Катя была в восторге от присланной фотографии.

Кошку для Кати Диана решила рисовать с натуры. Лиса спала поверх рабочего ноутбука и не подозревала, что позирует для графического рисунка. Диана бормотала каждый шаг на камеру смартфона и клялась себе, что ещё один штрих, и она точно откажется от всей этой затеи, потому что получается лажа. Но в словах Кати о велосипеде оказалось больше правды, чем в аргументах Дианы о дырявой памяти. За три вечера рисунок был готов.

Обучающее видео грузилось почти час. Наконец, Катя отписалась, что получила его и уже завтра начнёт рисовать. А для Дианы она записала ролик по оригами. Конечно же, с самолётом-перехватчиком.

Диана провела пальцем по альбомной бумаге, гладкой и плотной, приятно пахнущей типографией. Лиса совсем обнаглела и растянулась под лампой прямо на столе. Её шерстинки на тёплом животе мерцали золотым каждый раз, когда она делала вдох.

Шшурш-шшмяк, — первое крыло упруго подпрыгнуло от нажатия пальца. Родители Дианы не выкинули её работ из художки. Рука не поднялась, хотя после начала работы в офисе Диана со слезами просила по телефону «выбросить к чёртовой матери эту мазню». Тогда она думала, если дома не останется напоминания, идти к новым целям станет легче.

Пальцы зарылись в рыжий мех Лисы. Кошка фыркнула, приоткрыла один глаз, но не протестовала, когда Диана почесала её брюшко. Тогда Диана постаралась вспомнить, есть ли у Холёной Женщины питомец. Нет, кажется она была единственным обитателем квартиры-кристалла.

Диана открыла окно, от колючего воздуха пробежали мурашки, ветер зашелестел альбомными листами. она сжала самолётик двумя пальцами и резким движением запустила на улицу, в морозную темноту.

За день до возвращения Жени она решилась поговорить с Егором. Благо, по их с Джоем пробежкам можно было сверять часы, и Диана спустилась вниз как раз к разминке.

— Привет, — она сказала строже, чем хотела бы. — Можно составить вам с Джоем компанию на пробежке?

— А времени не жалко? — спросил он и вздёрнул бровь. Диана поперхнулась воздухом, а Джой высунул язык и наклонил голову, глядя на неё.

— Я в прошлый раз не представилась. Меня зовут Диана…

— А я принц Чарльз. Для соседей по дворцу Егор. Это мой дворецкий, сэр Джой, — он сделал карикатурный реверанс, и Диана плотнее сжала губы, чтобы не засмеяться. Таким же идиотом был её студенческий друг Виталик. Они встретились полгода назад, даже сходили на свидание. Увы, харизму Виталик сменял на пентхаус в Москва-сити, а его чувство юмора выродилось в сборник женоненавистнических шуток.

— Я видела, что вы с Джоем бегаете помногу… Наверное, мне за вами будет не угнаться, но постараюсь… — начала было она, Егор вскинул брови.

— Не нужно гнаться, тем более, если вы долго не занимались. Вам будет полезно начать с маленькой дистанции, но сперва надо размяться. Вообще, гораздо лучше бегать регулярно. Вы продолжите пробежки, когда уедете? — спросил он. У Дианы в животе скрутился комок от мысли о возвращении к прежним порядкам.

Предчувствие не обмануло, и дорога до работы показалась суворовским переходом через Альпы, только у Суворова не было толкучки на эскалаторах и матерщины в автобусах. Диана ввалилась в офис беспорядком из расстёгнутого пуховика и смятого рюкзака.

— У нас тут такое! — затараторила Ира со своего места.

— Да, обалдеть, какое, — вяло пробубнил Пылесос. — Из соседнего дома кто-то… Ну из того самого дома кто-то типа из окна вышел позавчера.

— Да, понаехали скорая, полиция, даже МЧС были, — Ира стучала карандашом по столу. — О, Диан! Наверняка теперь квартира освободится, и ты, может, продвинешься в очереди этой своей.

— Ир, ну ты, конечно, как скажешь… — Пылесос покачал головой.

— А что?! Я же не знаю этаж, вдруг человек не наглухо сиганул, а ему деньги понадобятся на лечение, и он квартиру эту продаст, — отозвалась Ира. Пылесос буркнул что-то о том, что ей пора завязывать с дорамами и турецкими сериалами.

Вечером Диана вышла на террасу. Окна квартиры Холёной Женщины оставались тёмными. Тревога отозвалась холодком в груди. Диана подошла к перилам и посмотрела вниз. Асфальт масляно блестел после мокрого снега. В памяти всплыл образ Холёной Женщины перед поездкой в квартиру Жени. Тогда она не стояла с бокалом и не смотрела на город, а ютилась в кресле и не шевелилась. Может быть, она вовсе не уснула, а плакала, и плохо ей было настолько, что не хотела слышать того, что звонил?

«Теперь квартира освободится», — дурацкие слова Иры звучали в голове, пока Диана ехала в переполненном вагоне метро. Уже возле подъезда завибрировал телефон. Сообщение от Жени: «Не знаю, что ты с ней сделала, но Лиса разблокировала вторую из девяти жизней!». И короткий ролик: Лиса носится за газетным бантом, который Диана перед отъездом привязала к ручке шифоньера. Она посмотрела ролик дважды, переслала Кате. У той на аватарке профиля стоял графический рисунок кошки.

Следующие месяцы после рабочего дня Диана выходила на террасу, несмотря на февральские метели, а потом и апрельские дожди. Окна Холёной Женщины не зажглись. На перерывах или скучных созвонах Диана завела привычку рисовать. Сначала это были рисунки кошки-Лисы, корги-Джоя, а потом скетчи коллег. Особенно удачные Диана раздаривала. Однажды она заметила свой скетч под стеклом на столе у Иры.

Май был на исходе, когда Диана в очередной раз стояла возле перил на террасе. Зазвонил телефон.

— Диана Александровна? Здравствуйте, это Илья из агентства «Рывок», — риэлтор говорил так, будто дождался её из кругосветки. — Вы оставляли заявку на просмотр квартир в доме. Подскажите, заявка ещё актуальна? Вы хотели однокомнатные, но есть специальное предложение для вас.

Пульс замер и подскочил за какие-то секунды. Диана вцепилась в перила мокрыми пальцами. Она почти проглотила этот вопрос, но в последний момент спросила:

— А с чем связана моя продвижка в очереди? —трубка замолчала надолго.

— Понимаете… Освободилась одна квартира. Причём, не однушка! Специальное предложение, сниженная цена.

Освободилась. Сниженная цена. Диана бросила взгляд на тёмные окна. Она не сомневалась, что барную стойку и кресло Холёной Женщины уже забрали, а приглашённый клининг вычистил запах её духов. Диана уже не узнает, какими она пользовалась. И где покупала те шикарные костюмы. Специальное предложение.

Во рту пересохло, язык провёл по губам, как наждачка по картону.

— Илья, к сожалению, нет. Моя заявка больше не актуальна. Вычеркните меня, пожалуйста, из очереди. И… спасибо, что позвонили, — она сначала нажала не на ту кнопку и чуть не положила телефон мимо кармана. Колени так тряслись, что пришлось сесть у перил, чтобы дрожь не заметили другие коллеги.

На одном из балконов дома бизнес-класса делала селфи молодая пара, которую Диана видела несколько месяцев назад. Они щёлкались в обнимку на фоне небоскрёбов. Ракурс был так себе, и фотки наверняка получатся засвеченными. Диана не стала дожидаться, когда они догадаются сменить положение, и пошла к выходу с террасы.

Понадобилось почти четыре месяца, чтобы она полностью зажила по новым привычкам. Диана одолела ремонт в Жениной квартире, свыклась с ночными рейдами кошки Лисы. Она даже победила самого страшного босса уровня: свою маму, ужасно разочарованную, что дочь «спустила все деньги на халупу в каком-то Кукуево, и проворонила шикарный дом почти в самом центре». Но сложнее всего Диане дался навык парковки на крошечном клочке асфальта возле дома. В тёплый сентябрьский вечер всё прошло удачно, местечко было прямо у подъезда. На улицу выскочили Егор и Джой.

— Привет, офисный планктон! Опаздываешь! — Егор придержал дверь, Джой треснул Диану хвостом по лодыжке.

— Это я тебе фору даю! И я не планктон, а полупланктон, потому что в офис катаюсь раз в неделю.

Лиса не удосужилась её поприветствовать: кошка развалилась на подоконнике и подставила пушистое брюшко лучам солнца. Потом она, как обычно, сядет напротив своего же портрета авторства Кати в рамочке и будет таращиться почти всю ночь.

Диана переоделась в спортивный костюм, а пока сбегала по ступенькам, прикидывала, сколько надо закупить корма для Лисы. Егор обещал кормить кошку, пока Диана будет в отпускной поездке на море.

— Ну что, сегодня идём на рекорд? В прошлый раз я тебя сделал, — Егор делал махи ногами. Диана улыбнулась и покачала головой:

— Нет, лучше давай сегодня, сколько захочется.

Через полчаса они уже бежали по влажному асфальту тропинки, заходящее солнце прошивало лес. Довольный Джой нёсся впереди рыжей бусинкой, и Диана поверила, что корги могут бегать до сорока километров в час.

_______

*Светлана Капанина — российский пилот, семикратная абсолютная чемпионка мира в женском зачёте по самолётному спорту.