Неубиваемый маг 2

— Живой, значит? — усмехнулся Волков. — А мы тебя в храме отпеть успели, Жилин.

— Рано хороните, Ваше Преосвященство, — я повел головой, ощущая, как хрустнули позвонки, и выступил вперед, закрывая собой замершую в испуге Ольгу и мальчишку. — Чем обязан такой встрече?

Волков прищурился, опутывая комнату ментальными щупальцами. Вокруг него замерли паладины в полном боевом облачении, готовые в любой миг обрушить на нас гнев Единого.

— Тебя не было целую неделю, Григорий, пока порт пылал, а воины света ловили еретиков. Ты самовольно покинул поле боя, исчез во время боевого задания. По закону подобные действия приравниваются к дезертирству и измене! — рявкнул инквизитор, поднимаясь с кресла. Паладины синхронно сделали шаг вперед, сужая кольцо вокруг нас. — И вот теперь ты возвращаешься через портал в частном особняке, в компании женщины и… — Волков перевел взгляд на мальчишку, и его брови едва заметно поползли вверх.

— Пока ратоборцы штурмовали ворота, я проник в доки и нейтрализовал магов на борту «Грифона»! — отвлек внимание инквизитора на себя. — Но капитан Климов сбежал, и мне пришлось отправиться за ним. На выходе из портала я угодил в ловушку. — От души пнул башку вендиго, валяющуюся на полу. Она, тяжело переваливаясь, подкатилась к носкам сапог инквизитора, разбрызгивая черную зловонную жижу по дорогому ковру.

— В ловушку, говоришь? — Волков брезгливо оттолкнул голову мертвого монстра. — Где же Климов держал тебя? И что за падаль ты притащил в мой город?

— Портал привел меня в крепость среди северных льдов, — произнес уверенно, переплетая правду и ложь. — Она расположена на острове посреди Ледовитого океана. Климов подловил меня на выходе из портала и заковал в кандалы. Подверг пыткам, пытаясь выведать секреты Ордена. Но мне повезло освободиться, когда на остров напали вот эти твари.

— И ты, конечно, в одиночку перебил охрану и получил доступ к порталу? — с ядовитой иронией в голосе поинтересовался Волков.

— Я убил Климова, — открыто посмотрел инквизитору в глаза. — Он сдох от моей руки, но перед этим я выбил из него информацию о том, где он держал пленников, и как выбраться с проклятого острова. Мать я нашел в тюремной камере, а этот мальчишка занимал соседнюю клетку. К тому моменту, когда я освободил их, вендиго уже прорвались в крепость. Мы с боем прорывались к порталу и только чудом спаслись.

Ольга тихо всхлипнула, прижимаясь к моему плечу. Мальчишка тоже прижался ко мне, испуганно глядя на человека в черной сутане. Волков скривился и замолчал, погрузившись в раздумья. Он медленно обошел нас по кругу, задерживаясь возле каждого и пытаясь проникнуть в разум. Когда инквизитор остановился возле пацана, тот решительно выступил вперед, расправив плечи.

— Меня зовут Павел Строганов, — начал он дрогнувшим голосом. — Я наследник золотого клана. Мой отец — князь Строганов, и он щедро вознаградит того, кто поможет мне вернуться домой. Капитан Климов похитил меня год назад и держал в неволе, а Григорий освободил меня и спас жизнь.

Паладины переглянулись. Несмотря на вооруженный конфликт в порту, Строгановы имели большой вес в Империи.

— Наследник? — Волков задумчиво потер подбородок, глядя на мальчика уже совсем другими глазами. — Это меняет дело. Веригор, распорядись, чтобы юного князя немедленно проводили в гостевые покои. Обеспечь охрану и лучший уход.

— Я не пойду без него! — Павел кивнул в мою сторону. — Это он меня спас!

— Не беспокойтесь об этом, маленький князь, — Волков хищно усмехнулся. — Ратоборец Григорий Жилин состоит на службе Ордена света, и ему предстоит дать подробный отчет по всем событиям. В связи с открывшимися обстоятельствами, обвинение в дезертирстве с него будет снято. Идите, Елизар проводит вас.

Когда Павла увели, а паладины по знаку инквизитора вышли за дверь, в кабинете повисла напряженная тишина. Волков подошел к Ольге и бесцеремонно приподнял ее лицо за подбородок, заставляя смотреть на себя. В его глазах вспыхнул огонек узнавания, перемешанный с триумфом охотника, наткнувшегося на королевскую дичь.

— Невероятно, — прошептал он с таким видом, что я невольно вздрогнул. — Ольга Юсупова. Та самая княгиня из мятежного клана, которую сожгли вместе с остальными членами семьи девятнадцать лет назад. Императору будет интересно узнать, кто же сгорел на той площади вместо вас.

— Оставь ее, — я почувствовал, как в груди закипает ярость, требуя немедленно перегрызть этому ублюдку горло. — Только попробуй ее тронуть, и я сожгу тебя и весь этот город вместе со всеми храмами.

— Громкие слова для ратоборца, который едва стоит на ногах, — фыркнул инквизитор, но Ольгу отпустил, всем своим демонстрируя, что она теперь никуда не денется. — Ты ведь понимаешь, Григорий, что я могу отправить ее на костер прямо сейчас? Или запереть в допросных подвалах, где она будет мечтать о смерти уже через час. Уложение о магических преступлениях сурово к тем, кто практикует ересь и запретные знания.

— Чего ты хочешь? — спросил я устало.

— Мне нужен пес, — Волков развернулся ко мне, окидывая жестким взглядом. — Умный, сильный и совершенно безжалостный пес, который будет рыть землю там, где я прикажу. Климов лишь верхушка айсберга, жалкий исполнитель. За ним стоят люди, чьи имена страшно произносить вслух. И они окопались в самом сердце Империи. Я хочу знать, кто был его настоящим хозяином.

— И что будет, если я соглашусь? — стиснув кулаки, я прищурился, оценивая риски. Память Климова уже подсказала нужные имена, но я не спешил делиться полученной информацией.

— Тогда твоя мать будет жить, — инквизитор небрежно пожал плечами. — Сам понимаешь, на волю ее никто не отпустит. Княгиня поселится в моем доме и будет обеспечена всем необходимым. Если ты найдешь доказательства вины великих кланов, то, возможно, я позволю вам обоим исчезнуть.

Каким образом мы могли «исчезнуть», я не уточнял, но ни секунды не сомневался в том, что Волков добровольно не выпустит такой козырь из рук. Я бросил взгляд на Ольгу, размышляя, стоило ли согласиться на сделку. А она посмотрела в ответ с такой нежностью и болью, готовая принести себя в жертву, что у меня непривычной тяжестью сдавило грудную клетку.

Сска, она мать Григория. Моя мать. И ее жизнь стоила того, чтобы выпотрошить этого мерзкого червя прямо здесь, у нее на глазах.

Но я думал не только о мести, а о том, что узнал от Климова. Он и его хозяева были замешаны в давней истории по уничтожению рода Юсуповых. И, чтобы добраться до них, мне требовалась мощь Ордена, способного обрушить карающую длань на любого, кто преступил закон.

Ратоборцу Григорию нет никакого дела до уничтоженного рода, но единственный наследник уничтоженного клана обязан покарать врагов и добиться того, чтобы его восстановили в правах.

Последнее как нельзя лучше перекликалось с моими планами по обустройству в этом мире. Следовательно, я не мог допустить, чтобы пострадал хоть один член моей немногочисленной пока семьи.

— Согласен, — выдавил из себя единственное слово с таким трудом, будто проглотил горсть колючек. — Но помни, если с ее головы упадет хоть один волос…

— Договорились, паладин Григорий, — Волков кивнул, сияя довольной улыбкой, полной превосходства.

Меня так взбесила мерзкая рожа инквизитора, что я не сразу сообразил, как он ко мне обратился.

— Да-да, именно паладин, — хмыкнул Его преосвященство. — С этого дня ты повышен в звании и поступаешь в мое личное распоряжение.

Я кивнул, мысленно ухмыляясь тому, что заключил весьма неплохую сделку. Вместе с рангом паладина я получал свободу действий и возможность действовать самостоятельно. Интересы Волкова пока что совпадали с моими, и мне только на руку использовать мощный арсенал Ордена против личных врагов. А лучшего укрытия для Ольги, чем дом инквизитора, я бы сам не нашел.

А что касалось приказов, я согласен был им следовать, пока они совпадали с моими интересами. Ну а к тому времени, как наши пути разойдутся, я что-нибудь придумаю. Найду способ вытащить Ольгу и обеспечить ей надежное убежище. Ей и моей стае.

— Веригор! — рявкнул Волков, вызывая моего бывшего наставника. Паладин вошел мгновенно, словно только и ждал сигнала. — Отвези женщину в мой дом и передай, что я распорядился поселить ее в южном крыле и обеспечить круглосуточную охрану. А паладина Жилина определи в казарму для старшего состава. Пусть встанет на довольствие, получит обмундирование и отдохнет перед новым заданием.

Перед тем, как Веригор увел Ольшу, я подошел к ней и крепко обнял, прошептав на ухо:

— Жди. Я приду за тобой.

Она кивнула, порывисто обнимая в ответ и оставляя невесомый поцелуй на щеке, после чего направилась к выходу в сопровождении паладина. Я проводил ее взглядом, чувствуя, как внутри меня рождается расчетливая ярость.

Волков думал, что поймал меня на крючок? Как бы не так. Это я использую его в своих интересах, только он пока не подозревает об этом.

— Ну что ж, Григорий, — инквизитор прервал мои мысли. — Ступай, тебе предстоит еще много дел. Завтра на рассвете жду подробный отчет. И не вздумай лгать, я все равно узнаю правду.

— Как прикажете, Ваше Преосвященство, — я отвесил ему легкий, почти издевательский поклон и вышел из кабинета.

После тяжелого разговора в особняке Астафьевых меня сопроводили в отдельный блок офицерской казармы, больше похожей на крепость внутри крепости, где мне теперь полагалась отдельная жилая комната.

Интендант, увидев мое назначение, молча выдал новый доспех в парадном и походном исполнении, сапоги, пару тренировочных комплектов одежды, плащ, двойной комплект нижнего белья и прочие бытовые мелочи, призванные облегчить жизнь воина света.

Я бросил свои пожитки на жесткую кровать, оглядывая новое жилье. Взгляд задержался на стойке для доспехов и оружия, скользнул по сундуку для одежды и устремился у узкому, как бойница, окну, возле которого стояли добротный стол и стул.

— Отдохни, как следует, Григорий. — Елизар замер в дверях. — Завтра начнется настоящая служба.

Я машинально кивнул ему в ответ. Служба Единому меня интересовала меньше всего на свете.

Как только шаги патруля затихли в коридоре, я закрыл глаза и потянулся сознанием к стае, оставленной в городских катакомбах.

Моя связь с Рыжим укрепилась вместе с телом и стала похожа на плотный ментальный канал, через который я чувствовал каждый удар его дикого сердца.

Связавшись с мороком, я почувствовал, как на меня обрушилась волна боли и страха, перемежаемая запахом свежей крови. Один из рыжих щенков, Всполох, мучился от глубокой раны, которая выжигала его суть изнутри чуждым пламенем.

Ярость моментально заклокотала в горле, а инстинкты хищника заставили мои чувства обостриться до предела. Я не собирался ждать ни секунды.

Переодевшись, я выскользнул из комнаты, стараясь поменьше попадаться на глаза. Запрета на выход не было, но и разрешения на то, чтобы покинуть казарму, никто не давал. Поэтому я использовал прежний способ, попросту перемахнув через стену, прикрывшись «отводом глаз» и помчался к бедняцким кварталам.

Стая ждала меня в глубине старых коллекторов, куда они отступили после нападения. Рыжий встретил меня утробным рыком, в котором смешались облегчение и жажда мести.

Всполох лежал на куче старой ветоши и тяжело дышал. Его бок был разорван тремя глубокими бороздами, от которых исходило мертвенное свечение. Рану нанесло какая-то тварь, чей внешний вид, вытащенный из обрывочных воспоминаний Рыжего, показался мне смутно знакомым.

Я опустился на колени перед щенком, приложил ладони к пульсирующей ране и направил очищенную силу в очаг поражения. Черная скверна зашипела, сопротивляясь свету, но я выжигал ее каплю за каплей, чувствуя, как Всполох вздрагивает от боли и постепенно успокаивается. Мой дар заметно усилился и действовал как хирургический инструмент, ювелирно отделяя живое от мертвого и заставляя ткани регенерировать.

— Кто это сделал? — прошептал я, глядя в глаза Рыжему.

Волк передал мне образ стремительной белой тени, похожей на волка, но какой-то неправильной, искусственной. Похожее чувство неправильности я испытал, когда столкнулся с обездушенным. Тварь заманила щенка в ловушку, исчезла из поля зрения и ударила, возникнув из ниоткуда.

Зачем? Если бы хотела убить, то успела бы снести Всполоху голову.

Едва я об этом подумал, как ощутил чужое присутствие в тоннеле и расслышал эхо тяжелых шагов. Рыжий тоже почуял чужака и зарычал, обнажая мощные клыки.

Кто-то намеренно выдавал свое присутствие, не скрываясь, но и не проявляя прямой агрессии. Я медленно поднялся, формируя водяной щит из капель конденсата на стенах. Через минуту из темноты вышел человек, которого я меньше всего ожидал увидеть в этой выгребной яме.