Неудачная вечеринка

— Нет. Точно нет.

Сидя на заправленной кровати, упираясь спиной в холодную стену, я перелистнула следующую картинку на телефоне. Несколько секунд смотрела на девушку в костюме Красной Королевы, изучая её не сильно мудрёный макияж. Оторвала взгляд от экрана, перекинула его на Юльку. Моя лучшая и фактически единственная подруга прохаживалась по моей комнате взад-вперед, старательно изображая тяжёлые думы. Сводила губы трубочкой, потирала подбородок, морща брови.

— Красная Королева? — спросила я, поворачивая экран смартфона к Юле, и уточнила на всякий случай. – Из фильма «Алиса в Стране чудес».

— Кто? — Юля сильно прищурилась, словно у неё серьёзные проблемы со зрением, и небрежно отмахнулась. — Ой, да ну блин!

— Ладно… — пожав плечами, я листнула на следующее фото.

Сегодня 31 октября, канун Хэллоуина. У нас в стране его, так-то не отмечают, но мои одноклассники, плюс «А» и «В» класс, решили устроить в честь праздника вечеринку. И не абы где, а в заброшенном районе города, в здании школы. Идея появилась еще в начале месяца, но толком не могли определиться, где и как её провести. Когда же объявили место, то сразу несколько человек отклеились от большой компании. Побоялись сами или же родители запретили ехать. Новоалексеевка не самое лучшее место для тусы. Построили её лет сорок назад, но народ там не прижился. Соседство с химическим заводом мало кому понравится. Район быстро опустел и превратился в кусочек заброшенной цивилизации. Эдакая мини Припять, только, к счастью, без радиации. Всё же, опасностей там хватает. Бродячие собаки, наркоманы, бомжи, какие-нибудь бандиты. Да и сами постройки не вечны, что-то может свалиться на голову, либо сам свалишься, переломав ноги.

Я, честно, была не в восторге от вечеринки. Не люблю громкие мероприятия, по клубам не хожу, на дни рождения к одноклассникам тем более. Уговорила меня Юлька. Говорила, что это наша молодость, последний учебный год, надо оторваться по полной перед вхождением во взрослую жизнь. Я сломалась. Она умеет давить на мои слабые точки. Тем более, если ей является Борька Остров. Нравится он мне еще с пятого класса. Может, иная атмосфера придаст мне храбрости, и я хотя бы подойду к нему просто завязать разговор?

— О! — Юля подняла указательный палец вверх, вытаращив на меня глаза. — Давай я буду Джокер, а ты Харли Квинн?!

— Ага, — я скептически наклонила голову в бок, — и еще человек десять Джокеров припрётся. Причём с гримом Хоакина Феникса.

— Да блин! — подруга притопнула ногой, уперев руки в бока. Оглядела мою комнату с вызовом. Словно хочет схватить что-то и раздолбать в сердцах. Только разносить-то нечего. У меня эдакая спартанская строгость – шкаф с одеждой, шкафчик для книг, компьютерный стол, кровать и маленький пуфик. Всего парочка статуэток в виде кошек, да один единственный плакат с «Тетрадью Смерти». Зато на полстены! Меня всё устраивает, не люблю, когда захламлено. Отец так приучил с пелёнок. Сейчас он как раз уехал в командировку на неделю в соседний регион, так что я предоставлена сама себе. Впрочем, не привыкать. И если я, в отличие от подруги, была в данный момент самостоятельна, то ей пришлось соврать родителям о месте вечеринки. Заявила, что она будет проходить в клубе в центре города, пообещала алкоголь не пить. Уговаривать она умела, да и оторвой не была, так что её отпустили с неохотой. Уверена, когда правда всплывёт, Юльке не хило влетит.

— О! — подруга повторила жест, подняв руку выше. — Как на счёт Пеннивайза? Я буду типа новым, а ты как в старом кино!

— Угу, — я кивнула, опустив уголки рта, — и еще половина народу клоунами-маньяками придут.

— Да блядь! — девушка, топнув громче, хлопнула себя сердито по бёдрам, — у меня уже все идеи закончились!

Раз это была вечеринка в честь Хэллоуина, то традиционно нужны костюмы. Или хотя бы страшный грим. Косметики у нас завались, а вот для полного образа можно затариться в магазине. Главное, решить, кем будем наряжаться. А это оказалось невероятно сложной задачей. Перебрали целую кучу персонажей ужастиков и никак не могли прийти к общему решению. По итогу, махнули на свою фантазию рукой и направились в ближайший торговый центр. Там был хороший тематический магазинчик «Сакура». Я там покупала тетради с аниме персонажами, мангу и тот плакат. Там есть и куча костюмов для косплееров. Просто подберём подходящие, и не будем ломать голову!

До ТРЦ мы добрались пешком, окольными путями через дворы. Заодно прогулялись, подышали свежим воздухом. Относительно свежим. Повезло, что холода не успели ударить как следует, температура была плюсовой. Вечером она опускалась ниже, но я надеюсь, что мы не замёрзнем в старой школе. Ребята обещали развести костры. Только бы ничего не спалили…

Увы, выбор одежды в «Сакуре» был не велик. Может быть, свежего завоза давно не было. Однако когда я увидела манекен, поставленный почему-то в самый дальний угол магазина, я задохнулась от восторга. На нём красовались длинный парик и розовое кимоно Нэдзуко Камадо из «Клинок, рассекающий демонов». Даже пластиковый тубус в виде бамбуковой палочки был! Я влюбилась в это аниме с первых серий, и поэтому твёрдо решила купить костюм, не смотря на кусачий ценник. Парик мне был не нужен – у самой волосы тёмные и подходящей длины. Просто куплю краску и окрашу кончики. Юлька же приобрела лишь повязку Наруто и в соседнем ларьке ярко-оранжевую ткань.

— Тупо пришью к своей спортивной куртке! — хохотнула подруга, помотав у меня перед носом пакетиком с котятами. — У него же есть такие вставки оранжевые!..

— У него вообще-то и штаны оранжевые…

— Да? — Юля растерянно сморгнула, опустив руку с пакетом, но быстро отмахнулась. — Ой, насрать! И так будет понятно, кто я!

Празднование Хэллоуина в заброшке было назначено на девять вечера. Времени у нас было вагон, так что мы успели не только подготовить свои образы, но и отдохнуть вдоволь – я поиграла на компе, а Юля подрыхла на моей кровати.

До Новоалексеевки добирались на дребезжащем длинном автобусе. Пассажиров в такое позднее время было мало, всего пять человек на весь салон. Маленький пацан, сидевший напротив вместе с мамой, любопытно таращился на нас. Я хоть и спрятала кимоно под чёрным плащом, волосы с яркими концами лежали у меня на груди, а Юля, помимо украшенной куртки, нарисовала себе на щеках линии карандашом для подводки глаз. Остальной народ старался бросать на нас короткие скрытые взгляды. Зато когда автобус остановился на нужной нам остановке, оставшиеся на этот момент три человека, плюс кондукторша, странно уставились на нас. Потому что автобус остановился напротив действующего наркодиспансера.

— Представляешь, что они сейчас о нас думают? — с тихой улыбкой спросила я.

— Да насрать! — Юлька в своей манере небрежно махнула рукой. Из кармана куртки вытащила тяжёлую повязку, привязала её на лоб, поправив два коротких хвостика. — Нормально?

— Нормально, — я кивнула, открывая на телефоне карту. Навигация указывала, что до школы идти почти километр. По тёмным мрачным мёртвым улицам… Я неуютно поежилась, оглядываясь вокруг. Стемнело уже до черноты, но фонарные столбы вдоль дороги давали достаточно света. Только стоит уйти чуть дальше, и погрузишься в сплошную темноту. Что-то я уже жалею, что поддалась на уговоры подруги.

— Всё, пошли-пошли, опаздываем! — Юлька схватила меня под руку, ведя фактически насильно вдоль двухметрового бетонного забора с колючей проволокой. Само здание диспансера нам не было видно. Слышались только приглушенные голоса и редкий звонкий лай. Сурово там охраняют, прямо как тюремная зона.

Забор, обклеенный плакатами и расписанный граффити, обрывался поворотом налево. Тянулся дальше вдоль дороги, параллельно непролазному бурелому. Переулок практически не освещался, свет падал только из двух окон трехэтажного наркодиспансера. Пришлось включить фонарики на смартфонах и светить себе под ноги. Сквозь сплетения веток проглядывали покошенные покрытые мхом заборы. Где-то там спрятаны частные дома, что тоже были покинуты. Мы шли в полном молчании, теснее прижимаясь друг к другу. Галька и мелкий мусор хрустел у нас под ногами, носки ботинок зацепляли опавшую листву. За бетонной стеной слышался стук тарелок и шум воды – мыли посуду после позднего ужина. На ходу я несколько раз оборачивалась. Опасалась, что за нами кто-то может следовать. Но за спинами был только свет от фонарей у дороги. Как же я хочу повернуть назад и убежать туда!

— А ты помнишь, — Юля сильнее сжала пальцы моей руки, – в прошлом году тут три девки пропали? Одну потом нашли в доме с перегрызенным горлом!

— Прекрати! — шикнула я на неё, передёрнув плечами. Она гадко захихикала, только я уверена, что Юлька пытается храбриться на моём фоне. Насколько я помню, ту девушку загрызли бродячие собаки, а вот что стало с остальными двумя, неизвестно. Может, тоже стали жертвами озверевших питомцев, а может, людей…

— Жень, смотри! — Юлька резко остановилась, дёрнув меня за рукав. Сердце у меня болезненно екнуло от вспышки страха. В перекрученных кривых ветках деревьев был прогал. Рассыпанный луч фонарика Юли поднялся выше, освещая поваленные зубья деревянного забора, стену кирпичного дома, его пустое без рамы окно. Внутри комнаты виднелся раскрытый холодильник. Мурашки невольно пробежали у меня по спине от гнетущего вида. Но не это было главным. Юля повела рукой в сторону, выхватывая из темноты фигуру. Рядом с низким крыльцом стоял человек. Спина его была выгнута, будто он хотел сделать мостик стоя, голова запрокинута. Ноги широко расставлены и он невероятным образом держал равновесие. От его вида меня бросило в жар.

— Наркоман, — резюмировала Юля с завидным хладнокровием, — солей нанюхался.

А действительно. Я таких дурных людей на «Ютубе» видела. И батя как-то рассказывал, что двоим таким на улице «скорую» вызывал. Я с облегчением тихо выдохнула. На секунду даже успела подумать о чём-то мистическом. Это всё Юлька со своей болтовнёй!

— А вдруг ему плохо? — я посмотрела на подругу, неуверенно шагнув к забору. — Вдруг ему помочь надо?

— Женя, ему хорошо! — она настойчивей вцепилась в мою руку, — ты не видишь?! Пошли уже, я замерзаю!

— Эй? — негромко позвала я, пытаясь разглядеть человека лучше. Не могу даже понять, какого он пола. Мешковатая куртка всё скрывает. Голова его дёрнулась, повернулась в нашу сторону. На нас уставились замутнённые вытаращенные глаза на неестественном белом лице. Тёмные губы дрогнули, растянулись в широкой улыбке. Я сухо сглотнула, жалея, что обратилась к нему.

— Всё, пошли! — Юля торопливо потянула меня за собой, — отвернись и не смотри на него! На кой ты вообще с ним заговорила?!

— Помочь хотела… — сипло ответила я, силой заставляя себя отвернуться от жуткого незнакомца. — Папа так учил…

Я же вся такая правильная, воспитанная девочка. Место уступаю, двери открываю, здороваюсь, спасибо говорю. Даже сумки соседкам старым помогаю с магазина таскать! Иногда самой от себя тошно становится… Однако, если проигнорирую, сделаю вид, что не заметила, не расслышала, позже будет еще хуже. Выеду себя, что должна была помочь! Так вот меня батя вырастил. И здесь я не могла просто так уйти. Надо было удостовериться, что всё в порядке. Точно ли всё в порядке? Даже если тип этот неприятный, правильно ли, что мы ушли?

Переулок обрывался, выводя нас на улицу заброшенного района. Разбитая дорога, с проросшей сквозь неё травой, вела мимо длинных домов на четыре этажа. Большая часть окон на нижних этажах выбита вандалами, мебель, что не вывезли почему-то хозяева, растащена. Впрочем, тут вполне могут проживать бездомные. В центре просторного двора стояла детская площадка, давно разъеденная ржавчиной. Дурачиться сейчас на ней было опасно. Например, с карусели выковыряли напольные доски, так что, стоять на ней просто невозможно. Сиденья отсутствовали и на качелях, а у подножья горки лежал перекрученный моток железной проволоки. У первого подъезда кто-то бросил старую «газель». Колёса спущены, водительская дверь вырвана с мясом. На сером боку маленького автобуса кто-то нарисовал символику местного хоккейного клуба. Думаю, если подключить немного фантазии, можно представить себя на улочках легендарной Припяти. Я слышала, что здесь как-то фанаты фильм сталкерский снимали…

— Женька, он за нами тащится!

Лучше бы я не оборачивалась. Лучше бы помчалась дальше по дороге, сжимая руку Юльки. Наши фонарики на телефонах выцепили из темноты этого странного типа. Он переступил через забор и плёлся за нами вдоль дороги, шурша высокой травой. Только двигался он не как нормальный человек, а встав на все четыре конечности, кверху животом, выгнув сильно спину дугой. Голова его всё еще была запрокинута, почти касалась макушкой травинок. Это было нелепо и смешно, будь то совсем иная ситуация. Распахнутые навыкате глаза и улыбающийся широко рот добавляли ему безумной жути. Мышцы мне сковало от страха. Я не могла шевельнуть и языком, чтоб попросить наркомана не приближаться или предложить Юльке драпать подальше отсюда.

Музыка… Она заиграла неожиданно на улице Новоалексеевки, выведя меня из ступора. За ней сразу прозвучал многоголосый восторженный визг. Это наши ребята включили колонки в заброшенной школе. Рэп мне никогда не нравился, особенно русский, но сейчас он прозвучал для нас спасительным горном.

— Валим! — сжав крепко ладонь Юли, я рванула вдоль домов в сторону шума вечеринки, как к маяку надежды.

«Палочка», что висела у меня на шее, неприятно постукивала по груди при беге. Захотелось её реально зажать между зубов, чтоб не мешалась. Свет от телефона скакал с дороги на пустые окна или задевал частично детскую площадку. О том, что могу споткнуться о трещину в асфальте и растянуться лицом вниз, я думала в последнюю очередь. Хотелось просто поскорее оказаться среди людей. Юля не отставала, неслась рядышком, хватая ртом холодный воздух с короткими стонами. Оборачиваться и узнать, не бежит ли за нами псих, я слишком боялась. Его хриплый невнятный крик только придал нам сил и скорости.

Проскочив в проём между домами, мы, наклонив головы, пробежали под низкими ветвями тополя. Одна остро зацепила мне волосы, и тонкая прядка осталась висеть ленточкой на дереве. Кожу над левым виском, откуда был выдран клок волос, жгуче защипало. Мы пробежали к забору школы по заросшему газону, с остатками большого костра. Перелезть через забор невозможно – слишком высокий, зацепиться не за что, а ворот вблизи не видно. Зато кто-то давно выломал пару железных прутьев, сделав проход. Не задумываясь, мы по очереди, не разжимая рук, пролезли в дырку. Юлю я пропустила вперед и сама, пролезая между прутьями, всё же обернулась. Проход во двор пустовал, бледное лицо наркомана нигде не виднелось. Я же была уверена, что он упорно следует за нами. Голову обожгло невесомым обручем от внезапного ощущения, что на меня смотрят из темноты. И глаз этих я не видела. Спешно отвернувшись, я потянула дрожащую подругу через просторный школьный двор. Здесь я почувствовала себя в безопасности…

Впотьмах, под тусклым светом луны, угадывались очертания учебного заведения. Школа в Новоалексеевке отличалась от моей – всего два этажа, покатая крыша, обшарпанные стены бледно-жёлтого цвета. Белок смешанный с желтком. Вся она выстроена в одну линию в отличие от более новых школ в моём городе, построенных буквой «П». Звуки разгорающегося веселья в стенах заброшенной школы становились громче с каждым метром. Колонки выкрутили на мощность, не боясь разбудить соседей. Их тут нет. Кто-то заорал в микрофон, объявляя о начале «самой страшной и самой весёлой ночи». Всё, почти пришли!

Я ускорила шаг. Заворачивая за угол здания, мимо высокого бордюра с засохшей клумбой, я услышала жалобный всхлип Юли. Остановилась, потрясённо с неверием посмотрев на неё. Во дела! Последний раз, когда подруга плакала, нам было по десять лет. Юлька села на велосипед сестры, что был ей огромен, разогналась и не успела затормозить перед пеньком. Результат – сломанное запястье со смещением. Крики её тогда надолго мне запомнились. А сейчас-то что?

— Ты чего это? — мягко спросила я, всматриваясь под косым светом фонарика в лицо девушки. Юля, покусывая нижнюю губу, глядела в сторону, скуксившись. Не хочет показывать свою слабость, хоть на ресницах уже блестит влага. Вырубив одним коротким движением фонарик, я спрятала смартфон в карман плаща. Протянула руку, чтоб заботливо вытереть слёзы подруги рукавом, но та вдруг отшатнулась.

— Ну тебя на фиг! — буркнула Юлька, не сильно хлопнув меня по руке. — Вот кто тебя за язык тянул с ним разговаривать?! Прошли бы дальше спокойно, так не-е-ет! Надо было приключения себе на задницу искать!

— Ну, обычно ты их у нас ищешь. У меня хороший пример для подражания, – я пожала плечами, ласково улыбнувшись подруге. Испугалась, бедная, похуже меня. Её до сих пор мелко трясёт, когда меня уже отпустило.

— Не надо мне подражать! — Юля нервно поправила поочерёдно высокие хвостики. — Ладно, пошли уже тусить… У костра хочу погреться.

Да, а я хочу быстрее забыть это гадкое происшествие. Только боюсь, эта морда мне долго в кошмарах будет сниться.

Приведя себя быстро в порядок, мы, наконец, подошли ко входу в школу. На открытом дворе перед ней развели пять костров – два в жестяных бочках и три из кучи веток и мусора на голом асфальте. Так что освещения хватало. Народу было удивительно много. На крыльце, рядом с греческими колоннами подпирающими крышу, зависала пёстрая шумная компания. Издали и в полумраке я не узнавала знакомых лиц. Тем более, большинство, как и задумано было, оделись в костюмы. Сразу два Пеннивайза хлестали что-то из горла стеклянных бутылок, рядом с ними крутился кто-то в маске оборотня с кровавым оскалом. На каменных широких перилах сидела в дыму вайпа миниатюрная девушка в красном плащике с капюшоном. Красная Шапочка, что ли? Остальные, судя по всему, были внутри, в спортзале. Оттуда из окон громыхала музыка. Где они электричество взяли? Смутило меня не только это. Перед крыльцом стояли пять тёмных иномарок, точно не такси. Послышался хрипловатый голос с горным акцентом. Меня это несколько напрягло. Это явно взрослые мужчины, а не моя параллель.

— Держись, пожалуйста, ко мне ближе, — шепнула я Юльке, теребя в пальцах «бамбуковую палочку».

— Лады, — подруга кивнула с пониманием. Знает, как я не люблю шум. Наверное, сама не рада, что решила прийти сюда. Ну, раз приперлись, то надо хотя бы часик тут потоптаться.

Первым делом мы подошли к ближайшей бочке. Подставили озябшие ладони к приятному теплу костра. Я медленно покрутилась вокруг своей оси, стараясь согреть каждый сантиметр продрогшего тела. Пока мчались от наркомана, согрелись, но быстро замёрзли, когда шли по двору школы.

— Интересно, кто-нибудь пожрать чего принёс? — пробормотала Юля, воровато оглядываясь, словно рядом с нами стоял накрытый стол. — Деньги же мы не за аренду этой халупы сдавали?!

— Внутри, наверное, — я мотнула головой в сторону школы, – давай зайдем уже…

По спине мне неожиданно прилетел крепкий удар ладони. Такой, что я едва не улетела в трескучий костёр. Дёрнувшись назад, я обернулась, готовая дать сдачи нахалу. Увидев перед собой резиновую морду чёрного противогаза, я опешила на миг. Некто, в бежевой куртке с капюшоном, невнятно прогудел мне и поднял маску на лоб, открывая взмокшее лицо.

— Даррова Демидова! Чё, тоже решила прийти?

— Как видишь, — сухо ответила я, смерив одноклассника Васю Громова хмурым взглядом, — ты кто, сталкер?

— Да! — глаза Васи вспыхнули с детским восторгом. Обрадовался, что я с первой же попытки угадала его образ. — Я с Котовым и Жориным так пришёл! Это ж самое охрененное! Мы, типа, смотри, в заброшенном городе! Типа Чернобыль! Похоже, ведь?!

— Не-а, ни фига не похоже, — Юля, разочарованно скривив губы, мотнула головой. Обиженно надувшись, Вася в ответ красноречиво окинул её взглядом с головы до ног, затем меня.

— А вы кто? Наруто, типа?

— Она Наруто, а я Нэдзуко Камадо, — я указала поочерёдно на Юлю и себя. Громова не впечатлило. Равнодушно пожав плечами он, более ни слова не сказав, бесцельно побрёл по двору. Через секунду засёк кого-то из толпы и с радостным криком помчался к нему.

Я не особо со своими одноклассниками общаюсь. Фактически, вообще не контачу. Многие из них любят громкие тусовки с алкоголем, вписки всякие. Девки ходят постоянно накрашенные, одна юбка короче другой. Да, взгляды у меня немного старомодные. Воспитание, что поделаешь? Я, по мнению некоторых, «тухлая», скучная ботаничка, задротка. Просто вкусы у меня иные. Я тихоня, зубрила, победительница пятой подряд олимпиады по математике и дважды по физике. Кажется, меня в классе вовсе недолюбливают. Особенно после того, как я не сбежала со всеми с контрольной по русскому, а упорно пошла на неё. Правда, не одна я, а еще со мной были три человека. Но, виновата я по всем фронтам, потому как староста! Надо было проследить за всеми! Надо было не отрываться от коллектива! Слишком я порой правильная, аж бесит. Юлька права, это последний год нашего беззаботного подросткового периода, надо хоть немного расслабиться...

У самого крыльца нас тормознул высокий полный надменности голосок. Я уже слышала его раньше, в коридорах своей школы и каждый раз еле сдерживалась, чтоб не скривиться. Особенно, когда слышала визгливый, на грани ультразвука смех. В исполнении этого голоса простое «ха-ха», звучало как «и-и-и». Жуть! Принадлежал он однокласснице Юли – Алине Сафиной. Первой красавице на районе, да и вообще в городе. По её мнению, конечно. Не сказать, что она была охренеть как хороша. Высокая, да. Мы с Юлькой ей в пупок дышим. Стройная, да. Даже слишком. Плюнешь, и развалится! Ноги тонкие как спички, кривые. Хотя, может это мне так кажется из-за неприязни к Алине? Всё от того, что она периодически терроризирует мою подругу. Совершенно непонятно, отчего. Просто Юля чем-то ей не понравилась, как Сафина перевелась к нам в школу в шестом классе.

— Ой, Юленька, это ты? Надо же какая радость! А я думала, тебя мамочка не отпустит!

Сейчас, не смотря на довольно прохладную погоду, Алина напялила на себя красные блестящие шорты с колготками в сетку, и спортивную куртку нараспашку, чтоб видна была белая футболка с какой-то надписью. Осветлённые до белизны волосы тоже зацепила в два хвоста, при чём конец одного окрасила в розовый, а другой в голубой. Харли, мать её, Квинн.

— Отвянь, — коротко огрызнулась Юлька, сильнее стиснув пальцы на моём локте. То ли не хотела устраивать скандальную сцену у взрослых дядек на виду, то ли стушевалась перед Алинкой. Наверное, всё вместе, к сожалению. Сафина, почувствовав своё превосходство, выше задрала нос, скривив самодовольно большой рот.

— Наслаждайтесь вечером, девочки, — высказалась небрежно она и, запрокинув голову, присосалась к горлышку пивной бутылки. Я слышала мельком, что Сафиной хватает и пару глотков алкоголя, чтоб уже на ногах еле стоять. А сейчас она на высоких каблуках. Как бы не навернулась, дурочка. Вечеринка будет тогда испорчена.

Сам эпицентр веселья был в просторном спортзале. Под баскетбольным кольцом поставили здоровенные орущие на полную колонки. Шнуры их тянулись к столу с ноутбуком и небольшому генератору рядышком. Ди-джеем сегодня работал мой одноклассник Даня Крылов. Над костюмом он париться долго не стал, а просто разрисовал физиономию под Джокера. Узнала я Даньку по его любимой ярко-оранжевой куртке с логотипом какой-то игры. Хвастался, что выиграл её где-то. Освещением в зале служили еще одни бочки с кострами внутри и парочка напольных диско-шаров. Беспроводных, кажется, или я просто не заметила шнуры из-за мельтешения танцующих ног.

Веселье, что называется, было в самом разгаре. Среди наряженных людей я и не пыталась отыскать знакомые лица. Некоторые вообще были скрыты непроницаемыми масками. Юлька, минуя танцпол, сразу потянула меня к четырём круглым «шведским» столам. Возле них крутились только три человека, остальные либо уже перекусили, либо им совсем не до еды. Впрочем, выбор блюд был совсем не большой и, тем более, не изысканный. Миски с чипсами, начос, попкорном, картошкой фри. Последнюю купили, вероятно, в каком-то кафе, вместе с наггетсами. Из более сытного были бутерброды с колбасой и сыром, и канапе. Ну и еще фрукты. Совсем не густо, но большинство сюда не жрать приехало. Хотя, в каком контексте посмотреть. Выпивки тут хватало. Рядом со столами на полу стояли шесть ящиков с бутылками. При ближайшем рассмотрении я порадовалась, что не всё там алкоголь. Выудила себе и Юльке по газировке, сразу открыла свою. В горле было сухо после побега от страшного типа.

— Интересно, а фейерверк будут запускать? — спросила Юля, уплетая второй бутерброд, — я в группе читала, что пацаны хотели запустить.

— И переполошить всю округу с бомжами и наркоманами, — я недовольно покачала головой.

— Наоборот, хорошо! Они напугаются и разбегутся. Обратно не так страшно будет идти.

— Так мы же такси вызовем…

— А ты думаешь, что таксист согласиться ехать в такие ебеня? — Юлька фыркнула, отмахнулась. — Не-е-е, он напротив психушки остановится, а мы сами, пешочком к нему пойдём.

М-да, я как-то об этом не подумала. Юля молодец, не могла мне сразу объяснить, как именно будем до дома добираться?! Я уже совсем не рада, что согласилась приехать сюда. Настроение еще этот придурок на четвереньках подпортил. Надо как-то взбодриться, а то прохожу полвечера с кислой физиономией. Потом кто-то обязательно из одноклассников кинет претензию, чего я приперлась, если вся такая недовольная была. Я покосилась в раздумьях на ящик с пивом. Разрешить себе выпить немного? Хотя бы с Юлькой одну бутылочку пополам? У меня, конечно, строгое правило для себя, ни капли спиртного в рот не брать, но на сегодняшний день может, стоит сделать себе исключение?

Подруга что-то сказала мне, только я совершенно не услышала её из-за заоравшей толпы. Ди-джей заявил, что поставит сейчас новый трек Билли Айлиш, чем вызвал взрыв восторга. Мне пришлось наклониться ниже к Юльке, чтоб она повторила мне в самое ухо.

— Смотри, говорю! Борька твой!

Лицо у меня моментально загорелось. Хорошо, что тут полумрак и никто моей пылающей физиономии не увидит. В другой раз я бы с Юлькой поспорила, что Остров совсем не мой, да толку-то? Она всё равно из-за подвывающей музыки ничего не услышит. Я проследила взглядом, куда указывала девушка и увидела его. Сердце сразу дрогнуло. Борька стоял у дверей спортивного зала. В чёрном широком худи, на голову поднята маска маньяка из фильма «Крик». Спокойно болтал с какими-то двумя парнями, со спины я не узнавала с кем именно. Друзей у него было немного, он избирательный, кого попало к себе не подпускает. Кто-то говорит, что у него ЧСВ огромное. Я так не думаю. Он хороший парень, спортсмен, отличник, а главное – охренеть какой красивый! И чем старше становится, тем лучше. Высокий, крепко сложенный благодаря занятиям лёгкой атлетикой, со светлыми русыми волосами и такими добрыми орехового цвета глазами! Поклонниц у него, к сожалению, хватало. Но пока ни одной из девушек, насколько я знаю, он не отдал предпочтение. Я, серая мышка-тихоня, точно шансов не имею. Могу только фантазировать о наших встречах. Как мы под ручку гуляем по набережной, смотрим кино, тесно обнявшись. Потом целуемся…

— Ну чё ты? — Юля пихнула меня локтём в бок, подмигнула заговорщицки. — Давай, дерзай! Испытай удачу!

— Нет, не сейчас, — я помотала головой, сжала крепко кулаки. Выдохнула, отметая решительно часть своих принципов. Наклонилась к одному из ящиков, вытащила из него пиво с вишнёвым вкусом. Откупорила крышку за колечко, под округлившиеся глаза Юльки. — Для такого нужно храбрости набраться.

— О-о-о! Вот это дело! — хлопнув в ладоши и растерев их, подруга нырнула в ящик следом за мной. Нашарила себе бутылку с бледно-жёлтой жидкостью, открыла её с пшиком. Тюкнула с глухим стуком бока наших бутылок. — До дна, сестра! За наш удачный побег от маньяка!

— За нашу храбрость, — я подняла бутылку над головой, как кубок торжества. Прикрыла глаза, сделал два глубоких глотка. Нормально, вкусно, сладко, и вроде не сильно крепко. После пятого-шестого глотка по телу побежала приятная тёплая волна, упав в ноги. Голову немного кружило, затылок и виски покалывало, но дискомфорта не доставило. Наоборот, я расслабилась, настроение поднялось. Проблема с возвращением домой уже не казалась такой сложной. Но на флирт с Борей пока не тянуло. Мне хотелось просто веселиться и забыть про всё остальное.

— Пойдем, потанцуем! — я вытряхнулась из плаща, показавшегося мне душным. Швырнула его на длинную скамью. — Мы сюда зачем приехали, блин?!

— Праильна! — Юлька рассмеялась, схватила меня под руку. — Сегодня будем отжигать!

Мы вышли на середину танцпола, лавируя осторожно между извивающихся тел. На ходу я начинала покачивать бёдрами в такт музыке. Я обычно танцую, когда никто не видит, или когда уборку в квартире делаю под K-pop. А сейчас из колонок запела Леди Гага «Bloody Mary». Всяко лучше рэпа! Я покрутилась на месте, подняв руки над головой. Купалась в ярких разноцветных лучах света диско-шара, прикрыв глаза от удовольствия. Уже не смущало, что музыка орала оглушительно. Я будто растворялась в ней.

— О-о-о! Давай, Демидова! Не стесняйся!

— Крути задницей, староста!

Вообще плевать, что там мне эти недалёкие одноклассники кричат. Один раз могу позволить себе от души повеселиться! Треки сменялись незаметно. Даня лишь иногда прерывал их черед, пуская свои комментарии в микрофон. Толпа отвечала ему дружными воплями. И мы с Юлькой присоединялись к ним. Только один раз большинство недовольно завыло, когда Даня объявил медляк. Ди-джей быстро исправился и заявил, что просто пошутил. Да вряд ли. Хотел немного романтики добавить.

— Твою мать... — из всеобщей эйфории меня выдернул взволнованный голос подруги. Экран смартфона в руке, освещал её напуганное лицо. Подняв на меня взгляд, она пояснила, повысив голос. — Батя четыре раза звонил! Я щас!

Не успела я нормально вопрос сформулировать, как подруга нырнула в стену из людей и испарилась. Несколько секунд я просто стояла и тупила. Зачем Юльке звонил отец? Она же сказала родителям, что будет на вечеринке в клубе. Странно это. Ладно, надо разобраться, а не стоять с раскрытым ртом.

Я с трудом продралась сквозь упрямую толпу. Кто-то меня спокойно пропустил, а где-то пришлось буквально расталкивать полупьяных людей. Какой-то бородатый мужик схватил меня за руку, попытался затащить меня в танец, обозвав гейшей. Испугавшись его, я шарахнулась в сторону, вырвавшись, наконец, на свободное пространство. Мне вслед злорадно хрипло захохотали.

Возле столов с едой я Юльку не обнаружила. Ну да, для телефонного звонка в зале слишком шумно. Она либо где-то в коридоре, либо на улицу вышла. Чувствую, что разговор с родаками будет нелёгким. Возможно, срочно линять отсюда придётся. Так, где мой плащ? Я помню, что на скамейку его бросила… Да, он лежал бесформенной тряпкой на том же месте, свесив один рукав на пол. Подобрав его, я сунула руку в широкий карман, вытащить свой смартфон. Пусто. Проверила второй. По спине пробежал холодок. Я прямо почувствовала, как выветриваются из меня градусы алкоголя. Мой телефон пропал! Я покрутилась вокруг, проверяя, не упал ли он на пол. Заглянула под скамейку, под столы. Нету! Неужели спёрли?! Господи, только не это!

Я схватилась за голову, сжала до боли волосы. Верить в этот ужасный факт совершенно не хотелось. Меня мелко затрясло от обиды и отчаяния. Телефон для нашей семьи дорогой, папа подарил его мне на день рождения. Но дело не только в деньгах, внутри него храниться много личного. Фотографии, заметки, да просто сообщения! Конечно, гаду немного придётся потрудиться, чтоб разблокировать его, но, так называемый, графический ключ, я сделала не слишком сложный. Для своего удобства, блин! Я и подумать не могла, что среди моих одноклассников и параллели есть воры! На моей памяти было только два факта кражи в школе. Преступников быстро вычислили, публично отчитали и поставили на учёт в полиции. Может быть, это кто-то не наш. Я тайком оглянулась на танцпол, на того мужчину с бородой. Тут слишком много посторонних взрослых людей. Откуда они вообще взялись? Кто их позвал? Погодите, а вдруг смартфон никто не крал? Вдруг его Юлька взяла? У нее мог разрядиться свой, и она просто одолжила мой, чтоб отцу позвонить.

— Потеряла чего?

Ища увлеченно свой телефон, я не заметила девушку на скамейке. Свою одноклассницу Аню Серову. Не знаю, давно ли она здесь сидит или устроилась только что, и не сразу я её узнала, к своему стыду. Аня обычно носила овальные очки, светлые волосы зацепляла китайской шпилькой. Сейчас же она подслеповато щурилась, а волосы, ставшие угольно чёрными, заплела в две косички. Одета была в тёмное длинное платье с белым широким воротником. Сидела она сверху на своей куртке, деловито закинув ногу на ногу. Между двух пальцев зажата тонкая сигарета. Серова мне никогда не нравилась. Она довольно умная, хорошо учится, но надменности в ней много. Больше веса её немалого. Мы с ней с первого класса вместе учились. Никогда не дружили, но и конфликтов не было.

— А ты… — немного смутившись, я качнула рукой, указав на неё, — Уэнсдей Аддамс?

— Она самая, — Аня кисло улыбнулась и лениво пропела, — сладости или жизнь!

— Я тут смартфон, где-то потеряла, — сказала я, снова покрутившись на месте. Аня скривила полные губы, понимающе кивнула. Сделала короткую затяжку, выпустила ноздрями дым. Я ощутила аромат не горького табака, а каких-то пряностей и шоколада. Подождала немного, надеясь, что Серова ответит мне, я спросила хмуро. — Ты давно тут сидишь? Не видела ничего?

— Да, подходил кто-то, — Аня поправила большим пальцем прямую чёлку, — парень какой-то тут швырялся. Я внимания не обратила.

— Вот блин… — я прижала дрожащую ладонь ко лбу, ставший ужасно горячим. Пылали и щёки. Не то от алкоголя, не то от дикого стыда.

— Ну, ты сама виновата, — девушка пожала плечами, глядя на меня с уже нескрываемым злорадством. — Не надо было свои вещи без присмотра оставлять.

В ответ я наградила её уничижительным взглядом, какой только смогла выразить. Торопливо и нервно надела плащ, не с первого раза продев руку в левый рукав. Хотела уйти гордо, красиво, но не получилось. Пока направлялась спешно к выходу из спортзала, ощущала затылком насмешливый взгляд Серовой. Стерва! Могла и посочувствовать мне!

Сунув руки в карманы, я шла по коридору, угрюмо глядя себе под ноги. Минутами ранее настроение было прекрасное, хотелось еще танцевать и подпевать невпопад играющим песням, а сейчас кому-нибудь хочется треснуть! Сначала Юльке, потом этой Аньке! Первая бросила меня одну, вторая не могла, блин, отогнать от моего плаща ворюгу?! Остановившись на полдороги, я сделал глубокий вдох, чтоб успокоить себя. Опёрлась руками о пыльный подоконник, уставилась на чёрный асфальт за окном. Да, винить мне некого, кроме себя самой. Как я папе буду говорить, что телефон посеяла? Придумать историю, что его упёрли незаметно в магазине? Правду о вечеринке ему раскрывать не хочется совсем. Влетит по полной…

Периферийным зрением я заметила какое-то движение во дворе школы. Там особняком по центру стояла машина стального цвета. В марках я не разбираюсь, но точно не сильно дорогая. К ней, под светом бочек с кострами, направлялись спешно трое – плотный мужчина, женщина и девушка. Я без труда узнала Юльку и её родителей. Отец крепко держал её за руку, твёрдо вёл за собой к машине. Подруга хоть и пыталась вырваться, но силы были далеко не равны. Что она может сделать против здоровенного мужика под два метра ростом, тем более бывшего морпеха? Он рывком открыл заднюю дверь, практически закинул дочь в салон машины. Я услышала его невнятный ор из-за грохочущей музыки. Они сейчас, блин, уедут!

Выругавшись беззвучно сквозь зубы, я помчалась к парадным дверям школы. Налетела на кого-то в тамбуре, чуть не сбив с ног. Скупо извинилась, проигнорировав грубую брань. Выскочила наружу, снова случайно столкнулись с кем-то. Перед крыльцом стояло человек десять. Некоторые из них снимали семью Юльки на телефоны, смеялись над ее позором. Уроды! Я сбежала быстро вниз по ступенькам, теперь уже специально распихав парочку столпившихся. Шлёпнула по чьей-то руке, что схватила меня за «бамбук» и дёрнула на себя. Позади громко хрипло заржали. Гады бухие!

С ревом рассерженного мотора, машина отца Юльки сделала широкий круг по двору и завернула шустро за стену школы. Пробежав за ней еще пару метров, я остановилась. За спиной продолжали глумливо хохотать, пускать пакостные комментарии. Теперь уже меня снимали на видео. В носу защипало от жгучей обиды. Я больно закусила губу, впилась ногтями в ладони. Только бы не заплакать и не доставить этим скотам удовольствия!

— Ой, Женечка! Тебя бросили, да? Печа-а-алька!

Я скривилась от мерзкого визгливого смеха Алинки. Конечно, эта стерва не могла никак пропустить такое шоу. Будет до самого выпуска измываться над бедной Юлей. Я резко обернулась, намереваясь просто послать Сафину на три известные буквы и гордой походкой вернуться обратно в школу. Настрой сбил ослепляющий фонарик. Алинка стояла слишком близко, практически тыкая мне в лицо своим телефоном. На глазах тут же выступили слёзы, не от эмоций, а от яркого света. Но попробуй пьяной дуре это объяснить! Слов не слышала, только смех со всех сторон. Завтра видео по всей школе разлетится, над нами обоими будут всё оставшееся время ржать. Отвратительный день! Не надо было соглашаться на уговоры Юльки и ехать сюда! Отвернувшись от Сафиной, я смахнула слёзы рукавом кимоно. Тушь, небось, размазалась до кучи! Захотелось убежать отсюда подальше, только бы не слышать хохот и саркастические шуточки в свой адрес. Но куда? Если только обратно в школу. Найти кого-то из одноклассников, кто согласится вместе со мной до дома добраться. Деньги у меня, к счастью, есть. Они лежат в потайном кармашке, ворюга их не тронул…

Тут я снова заметила боковым зрением какое-то движение. На углу школы, откуда мы с Юлькой пришли. Из-за кирпичной стены выглядывало белое как первый снег лицо. Меня будто холодной водой окатило от самой макушки до пят. Опять он! Наркоман этот упорно за мной с Юлькой шёл! Мне не пришлось фокусировать на нём взгляд, его жуткая физиономия чётко выделялась на тёмном фоне ночи. Моё зрение от нахлынувшего ужаса как будто заострилось. Я увидела каждую мелкую деталь на его морде. Его глаза навыкате, словно лишённые век, смотрели прямо на меня. Вместо носа были две неровные дырки. Чёрный рот неестественно широко улыбался, из его правого уголка свисало что-то длинное и тёмное. Меня пробило на мелкую дрожь, когда я узнала свою же прядку волос, оставленную на ветке дерева. Уродец не двигался, просто пялился на меня неотрывно и казался сейчас вовсе не живым, а искусственной страшной фигурой. Ладно, в школе сейчас точно безопасней. Буду держаться ближе к толпе.

— Женечка, заинька, ну скажи хоть слово! — Алинка обошла меня, неуклюже переставляя тонкие ноги на каблуках. Ткнула уголком телефона мне прямо в щёку. На этом я не выдержала.

— Отвали, — я отмахнулась слишком резко, выбив гаджет из рук девушки. Сразу же развернулась, направилась с уверенно поднятой головой в школу. Сафина завизжала на манер сирены воздушной тревоги. Кажется, телефончик я ей сильно помяла. Плевать! Не моя проблема. На душе стало немного теплее от истеричных воплей Алины, и что теперь уже над ней смеются. Из общей шумихи я разобрала лишь то, что Сафина убивается «только из-за царапины» на экране. Не оглядываясь, я поднялась на крыльцо. Хотя очень хотелось посмотреть на ревущую Алинку. Ну, теперь хотя бы над ней тоже в школе угорать будут. Будет вообще замечательно, если эта курица где-нибудь свалится.

— Демидова?

Я уже завернула в коридор в сторону спортзала, когда меня окликнул знакомый мужской голос. Да такой, что в груди ёкнуло, и щеки мигом вспыхнули. В темноте школьного холла я не заметила его. Он стоял у раздевалок, привалившись спиной к железной дверце. Поигрывал в пальцах зажигалкой, щелкая её колесиком. Оранжевое пламя на секунду вспыхивало в его руке, озаряя красивое скуластое лицо. Я бы сглотнула сейчас, как пишут в книгах, да в горле совсем пересохло. Не думала никак, что Боря Остров первый заговорит со мной! Я старательно придала себе равнодушный вид, радуясь, что он не увидит моей красной морды от смущения. Скрестила руки на груди, перевалившись на одну ногу.

— Чего? — спросила спокойно я. Хорошо, что голос не дрогнул от волнения!

— У тебя телефон украли, да? — спросил он, плавно шагнув вперёд, воистину с кошачьей грацией. Я заворожённо смотрела на него, как он подходит всё ближе, щёлкая зажигалкой с интервалом в одну секунду. Все звуки для меня остались на заднем плане. Даже орущая музыка из спортзала, от которой окна звенели, и пол вибрировал, теперь не казалась такой громкой.

— Да… — сипло, практически беззвучно ответила я. Прокашлявшись, я повторила увереннее. — Да. А что?

— Я знаю, где твой телефон. Пошли, — Боря кивнул в сторону лестницы на второй этаж. Не дожидаясь моего согласия, одноклассник неторопливо пошёл вперёд, вдоль раздевалок. Через метр всё же оглянулся. — Идёшь? Тебе нужен телефон, нет?

— Конечно, нужен! — выпалила я, опустив руки по швам. — Пойдём. А ты знаешь, кто его спёр?

— Да это вообще левые какие-то челы, — сказал Боря, ускоряя шаг. — Вообще не знаю, кто их позвал, как они про вечеринку узнали. Там во дворе чуть с нашими драку не устроили…

Я слушала его вполуха. Коротко отвечала, просто угукала. Сердце от восторга трепетало в груди. Боря, объект моих нескромных фантазий со мной, наедине! Помогает мне вернуть потерянный смартфон! А вдруг этот маленький момент может перерасти в большее? Надо только аккуратно действовать, не показать себя дурой набитой! Постоять с ним, поговорить. Сначала можно на тему уроков, потом про его занятия атлетикой, мол, посещаешь еще? Я слышала, ты вместо универа в армию хочешь пойти? А чего вдруг? Потом плавно перейти на отрешённые темы. Например, какое твоё любимое кино? А музыка? Ой, блин, боюсь опозориться в его глазах! Коленки дрожать начинают, по лестнице как деревянная поднимаюсь.

Одноклассник привёл меня в коридор второго этажа. Тут было очень темно, окно только одно и то, закрытое плотной шторой. Освещала нам путь горящая зажигалка Острова. Я поёжилась от неуютной атмосферы. Стены изрисованы граффити, в воздухе висит стойкий запах пыли и плесени. На полу под подошвой похрустывала упавшая штукатурка, вперемешку с битым стеклом. Вместо выдернутого с потолка плафона кто-то повесил верёвку в виде виселицы. Надеюсь, её никто не использовал… Боря прошёл в самый конец коридора, не мешкая дёрнул за ручку последнюю дверь. На пыльной табличке с трудом прочитывалась надпись: «Библиотека». Отступив от входа, Остров галантно пропустил меня вперёд. Внешне я виду не подала, но сердце в груди сделало кульбит.

В библиотеке было куда светлее, чем в коридоре, за счёт высоких просторных окон. На длинном подоконнике стояли три пустых цветочных горшка. На полу, возле батареи, блестящей россыпью лежало разбитое стекло одного из окон. Сквозь кривую дырку просачивался прохладный воздух и запах костров. Рядом со столом располагался маленький диван с наброшенным сверху пледом. Пыли на нём куда меньше, чем на остальной мебели – сразу понятно, что тут когда-то ночевали бездомные. Один из шкафов опрокинут и его книги лежали разбросанные по полу. Пахло старыми страницами. В центре зала был старый костёр, куда книги использовались для растопки. Ужасно. Ради любопытства я подобрала одну. Тёмно-коричневая пустая обложка, с золотистыми витиеватыми буквами. Я подошла к окну, прочитать название под светом круглого диска луны. «Анна Каренина» Толстого. У меня дома книга свежего издания, но я не успела её дочитать.

Я задумалась, осматривая обстановку, поэтому вздрогнула от громко скрипнувших петель. Подхватила книгу, выскользнувшую из пальцев. Подумала с перепуга в первую секунду про наркомана, что остался во дворе. Сюда-то он точно не пройдёт, его наши с «левыми» не пропустят. Могут и наваляться на всякий случай… Боря прикрыл плотно дверь в библиотеку. Убрав зажигалку в карман худи, он неспешно подступил ближе ко мне, наклонив голову в бок. Скользил по мне с головы до ног странным потемневшим взглядом. Я ощущала его на себе даже сквозь полумрак. По телу пробежали мелкие мурашки. Я неосознанно отступила на шаг, упёршись поясницей в подоконник. Меня от Острова разделяло всего полметра. Сердце в груди бешено билось, кровь снова приливала активно к лицу. Чутьё слабо подсказывало, что парень позвал меня сюда не только из-за кражи. Облизнув быстро сухие губы, я всё же тихо спросила.

— Так, где мой телефон?

— Вот он, — Остров вытащил мой смартфон из другого кармана. Повернул его тыльной стороной, демонстрируя стикеры с аниме персонажами. Чтоб я убедилась, что это именно моя вещь. Странно, почему он сразу мне не отдал его? Теперь появилось нехорошее предчувствие. Совсем крохотное. Не может же Боря задумать плохое? Я протянула руку за телефоном, но парень поднял его выше, не позволив мне и пальцем до него дотронуться. Что происходит?

— Ты чё, думаешь, я его тебе просто так отдам? — с непривычной для себя кривой усмешкой спросил Остров. Цокнул языком, покачав укоризненно головой. — Нет, киса, надо его заработать.

— Чего? — я сморгнула, не веря, что это происходит взаправду. Что с Борей? О чем он говорит?

— Откуда лопата такая, м? — к моему ужасу он легко, как уже знал, разблокировал телефон. Начал копаться внутри него по-хозяйски. — У кого на мобилу насасывала?

— Ты охренел?! — вспылила моментально я. Лицо горело уже не от смущения, а от злости, несправедливости и разочарования. В один короткий миг все мои мечтания, фантазии и вообще представления об этом человеке разлетелись вдребезги. — Верни телефон, придурок!

— За словами следи, ляля. Я тут начальник. — Он говорил небрежно, растягивал слова, будто жевал что-то. Посмотрел на меня сверху с прищуром и вдруг щёлкнул камерой смартфона со вспышкой. От страшного негодования я не нашла ничего лучше, чем начать козырять своим отцом.

— Мой папа тебе башку оторвёт!

— Ага, только когда тебя по частям соберёт, — Боря сделал шаг ближе. Холодная липкая рука схватила меня цепко за горло, мигом перекрывая кислород. Я вцепилась в его запястье, попыталась отдёрнуть его, оцарапать кожу, но он словно боли не чувствовал. Свой хрип я услышала как со стороны. От ужаса сердце готово было из груди вырваться. Это в разы хуже, чем встреча с наркоманом!

— Райончик тут зачётный, — продолжал говорить Остров, растянув толстые губы поистине в улыбке маньяка. — Ваще всё, что угодно можно сделать и ничего не будет! А кто искать будет? Свидетелей нет! Тупо скажу, что баба ужралась в хламину и с лестницы упала. Чё мне сделают? Ничего мне никто не сделает! Ни менты, ни твой блядский папаша! Поняла?!

Он встряхнул меня, так что голова запрокинулась. Наклонился ниже ко мне, ткнувшись носом в щёку. Шумно вдохнул воздух, будто понюхал меня. Сильнее сжав пальцы на моём горле, он прорычал сквозь стиснутые зубы.

— Поняла или нет, сука?! Отвечай!

Вместо внятного ответа я быстро закивала. На слова уже не хватало воздуха. Оставшись этим довольный, Остров оттолкнул меня от себя. Ударившись спиной об подоконник, я повалилась на пол. Хватала воздух ртом, давилась им и кашляла. Щёки стали мокрые от слёз, растрепавшиеся волосы прилипли к ним. Меня крупно колотило, я никак не могла унять тихую истерику. С невероятным трудом сдерживала себя, чтоб не зарыдать в голос. Это, блин, будто не со мной происходит. Не может такого со мной произойти! Боря не может такого делать! Он пьян? Он под солями?! Он обкурился?!! Почему он себя так ведёт?!! Это всё неправильно!

— Ваще место шикарное, — бормотал он, еще раз сфоткав меня на полу, сидящей на коленях. — Я б тут жить остался. Сам себе хозяин. Чё хочу, то и делаю. И щас хочу, чтоб ты мне хорошо сделала. Знаешь, ведь, как мужику хорошо сделать? А, шкура?!

Остров определённо не в себе. Что на него так повлияло? И спросить боюсь, он ударить может. А вдруг… это просто я дура, и не замечала всё это время его настоящей натуры? Вдруг он эти долгие годы ловко скрывал свои садистские наклонности? Или они только сейчас проявились. В ночь, блин, на Хэллоуин! Борька бухнулся на диван, поверх пледа. Задрал худи до груди, щёлкнул бляшкой ремня. Включил фонарик на моём телефоне.

— Давай, подползай ко мне, сучка, — он указал на ширинку на своих джинсах, не опуская при этом телефона. — Видос щас классный запилим, как ты мне отсос делаешь. Потом на хату к тебе поедем, там киношку покруче заснимем. Твой батя не скоро нарисуется, да? Вот и будешь меня ублажать…

Он что-то еще говорил, но я его не слушала. Смотрела на этого урода неотрывно, поджимая от обиды губы. Сама вслепую осторожно нашарила на полу длинный осколок стекла. Нет, слишком острый, я руку себе распорю. Сделав вид, что вытираю слёзы, я приспустила рукав кимоно. Взяла через его ткань осколок. Сжала его в кулаке, чтоб Борька не увидел. Папа учил меня основам самообороны. Посмотрим, хорошая ли я ученица. Встав на карачки я неторопливо поползла к Острову, как тот и требовал. Кожу ладони всё равно больно кольнуло острым углом. Ладно, терпимо. Это самая малая моя проблема.

— Давай-давай, бэйба! — парень сполз ниже по дивану, шире расставив ноги. Я впервые в жизни ощутила настолько сильную неприязнь к человеку, что меня замутило. Вызвана она была огромным разочарованием. Сев напротив Борьки, я проскользила по нему оценивающим взглядом. Куда бить? Самое заманчивое, открытое и доступное сейчас – в пах. Он хоть и гад, но травмировать его я не хочу. Себе дороже, потом по судам затаскают! Вспоминая в голове все болевые точки на теле, я придвинулась ближе к Борьке.

— Ну чё ты села? — он требовательно качнул тазом. — Начинай работать!

Как скажешь. Вскинув высоко руку, я ударила Острова, сколько хватало мне сил. Осколок впился в ногу, выше и правее колена. Парень заорал во всю глотку, оглушив меня. Схватился обеими руками за рану на правой ноге, согнулся пополам. Мой телефон упал, тюкнулся об пол. Я тут же схватила его, интуитивно отклонилась от ответного удара Борьки. Вскочив с холодного пола, бросилась в коридор, под болезненные вопли Острова.

— Тварь! Убью тебя, сука!

Ага, догони сперва! Едва успевая переставлять ноги по ступенькам, я сбежала на первый этаж. Промчала мимо раздевалок и уже перед самым выходом из школы остановилась перевести дух. Привалилась плечом к стене, прикрыв глаза. Сердце никак не унималось после бега и пережитого страха. Всё нормально, всё обошлось! Я не опозорена! Если возникнут ко мне вопросы, скажу, что Борька был пьян, свалился на осколки и поранился. Я поднесла экран телефона к лицу, дрожащими пальцами выключила видеозапись. Думаю, её можно использовать в свою пользу. Доказательство, что Остров домогался до меня. И это еще мягко сказать!

Из спортзала еще слышалась музыка, и доносились вопли веселящейся толпы. Нет, туда я точно не пойду. Хватит с меня на сегодня. Вызову такси, попробую договориться с водилой, чтоб подъехал, хотя бы, к школьным воротам. Завтра, может быть, позволю себе день прогулять. После пережитого стресса мне надо немного отдохнуть. На ходу я открыла приложение для такси. Проверила, есть ли ближайшие свободные машины. Увы, самая близкая ко мне в четырех километрах. Ладно, подожду. Только бы скорее уехать отсюда. Не могу уже эту чёртову заброшенную школу видеть. Забыть хочу этот вечер.

Водя пальцем по экрану, я слепо перешагнула через порожек тамбура. Наступила на что-то мягкое. Чертыхнулась, отскочила от неожиданности. Тут ничего не валялось до этого. Кто-то пьяный свалился, что ли? И обделался, судя по вони! Я опустила свет фонарика вниз. Кроссовки с галочкой «Адидаса», чёрные штаны с двумя полосками. Лужа под ними какая-то. Несколько долгих секунд я пыталась переварить, что вижу перед собой. Ноги? Просто, тупо, ноги. В штанах, кроссовках. А где всё остальное? Где верхняя часть?..

Мотнув слабо головой, я крепко зажмурилась. Отсчитала до трёх, открыла глаза. Нет, ноги никуда не исчезли. Но они же не могут быть настоящими? Я поняла, это манекен! Придурки решили пошутить, Хэллоуин же! А почему тогда никто не ржёт? Почему никто не выпрыгивает из-за угла с криками, что я попалась на пранк? В ушах поднялся страшный звон. Я не заметила, как часто стала дышать носом, что голова закружилась. И запах… Несёт тошнотворно фекалиями и металлическим оттенком. Ботинки у меня стоят в луже. Она половину тамбура заполняет. Поднимаю телефон выше нервным дерганым движением, освещаю через дверной проём крыльцо. Теперь вижу, что цвет у этой лужи тёмно-багровый. Одна из каменных колон испачкана густыми брызгами. Перед ней брошен бесхозно алый плащик той девочки, что я видела ранее. А у самых ступенек вниз лежит парень в противогазе, раскинув широко руки в стороны. Кто это? Громов, Котов или Жорин? Я помню, они сталкерами типа нарядились. Что с ним? Он жив? Что вообще происходит?!

От металлического скрежета у меня едва не разорвалось сердце. Звук похож на скрип десятка несмазанных петель или на движение огромного старого механизма. Из-за левого косяка медленно выглянула голова. Угольно чёрная, с белыми круглыми пустыми глазами. Длинная невероятно тонкая шея, была изломана в нескольких местах. С макушки свисали редкие спутанные патлы, как пучки мочала. Оно то ли улыбалось, то ли скалило широкий рот с удивительно ровным рядом зубов. Голова тянулась неторопливо ко мне, с протяжным железным скрежетом. Что это? Маска такая или муляж? Это не может быть живым! Таких тварей в природе не бывает! Это всё тупой пранк!

Не знаю, каким чудом я смогла пошевелиться. Сделать один короткий шаг назад. Затем еще один. Запнулась пяткой о низкий порог, осторожно перешагнула через него. Ноги не слушались, мышцы сводило судорогами. Затылок и виски ломило от ужаса. Слезы текли без остановки. Я дышала тихо через раз, приоткрыв рот. Не могла оторвать взгляда от чёрного монстра, не могла даже моргнуть. Рука, сжимающая телефон, ходила ходуном и свет фонарика скакал туда-сюда, выхватывая безобразную морду из темноты. Мозг кричал, не верил в происходящее. Этого не может быть! Это всё не реальное! Меня, наверное, напоили лсд, и я валяюсь в одном из покинутых классов, с пеной у рта и в наркоманских трипах! Потому что это всё не может быть настоящим!

Со стороны спортзала всё еще доносились звуки вечеринки. Вопли радости, подвывания пьяных глоток. Никто там не знает, что случилось на крыльце. Люди не успели позвать на помощь! И я тоже не успею? У меня не получается выдавить из себя ни один звук, не то, что заорать от дикого ужаса. Что хотелось бы! Просто орать и бежать отсюда подальше! Но я продолжала медленно пятиться. Вышла задом в холл школы. Оно следовало за мной. Залезло в тамбур, шлёпнув в лужу крови растопыренной пятернёй. Здоровенное, худое как скелет. Передвигалось на четырёх конечностях. Передние были человеческие, а вот задние вывернуты в обратную сторону, как у кузнечика. Существо раскрыло пасть, наклонив голову под дверным верхним косяком. Просунулось за мной внутрь школы. Вдруг музыка в зале резко оборвалась. И тут я поняла, что кричат там не от веселья. Это были крики ужаса. Неужели и там напали?!

— Женька! Иди сюда, пизда вонючая!

Машинально я обернулась на голос, разорвав с чудовищем зрительный контакт. Ко мне со стороны правого корпуса школы нетвёрдой походкой шла Алина. Одну резинку для хвоста она потеряла, так что правая сторона волос растрепалась. Куртка сползла, держалась только на сгибах локтей. Судя по виду Сафиной, она еще накатила. Указала на меня обвинительно пальцем, в упор не замечая монстра. А тот заткнулся, перестал скрипеть и теперь заинтересовался девушкой. Шея его медленно сложилась гармошкой. Я раскрыла рот, подняла руку, в попытке остановить Алинку. Смогла только сипло выдохнуть.

— Ты мне телефон разбила! Корова тупая! — Алина не останавливаясь, вытащила из кармана куртки смартфон, с паутинкой трещин на экране. — Знаешь, сколько он стоит?! Ты платить за него бу…

Чёрный монстр выстрелил головой вперёд, как змея при атаке на добычу. Челюсти раскрылись на невероятную ширь и сомкнулись на туловище Алинки. Её вопль был приглушен толстой кожей кошмарной твари. Монстр поднял башку, отрывая одноклассницу Юли от пола. Сафина засучила ногами, так сильно, что правая туфля слетела. Хруст, будто десятка сухих веток. Отделённые от тела ноги упали вниз. Содрогнулись, стукнув носом второй туфли об пол. Мне на щёку, лоб и подбородок брызнули горячие капли. Казалось, что я будто еще слышу хриплый крик Алины, вместе с хрустом из пасти монстра. С его нижней челюсти свисала куртка Сафиной, быстро намокая от крови.

Он её убил! Это всё настоящее! Меня выдернуло, наконец, из ступора. Невидимая нога словно дала мне нехилый пинок под зад, заставив развернуться и рвануть в сторону лестницы на второй этаж. Сделала всего пару шагов вперёд, и меня дёрнуло назад. Посмотрела вниз, и с холодеющим нутром увидела чёрную лапу. Она поймала меня когтём за подол плаща как на крючок. Двигая челюстями, с тошнотворными звуками пережёвывания костей, монстр потянул меня на себя. Ботинки заскользили по полу. Беззвучно выдохнув, в пустой попытке заорать, я выскользнула из рукавов плаща. Слава Богу, что я не додумалась застегнуть его! Сзади слева кто-то истошно закричал. Я бежала и боялась обернуться. Была уверена, что меня преследуют. Только на лестничном пролёте я остановилась, оглянулась, взяв короткую паузу, чтоб отдышаться. Зря! Лучше бы я этого не видела!

По холлу метались люди, выскочившие из спортзала. Крики эхом отдавались от стен. Чёрный монстр всё еще стоял в проходе, не давая никому выйти. Больше ни на кого не нападал, просто созерцал общую панику, подняв голову к самому потолку. Раскрыл рот, будто улыбался. К еще большему ужасу я увидела, что помимо него было еще пять монстров. Эти более похожи на людей, только белые как полотно, с вывернутыми длинными конечностями. Кто-то из них, одетый не по погоде в шорты, шустро перебирал руками-ногами как паук, гоняясь за очередной жертвой. Другой, явно женская особь в тёмном сарафане, шла на двух ногах, изогнув под невероятным углом спину. Голова её была на уровне зада, волосы свисали до пят. Руками она слепо шарила по воздуху, вращая огромными глазами в разные стороны. Один из чудовищ запрыгнул на спину девушки, что бросилась тоже к лестнице. Повалил её на пол, вгрызся зубами в шею сзади. Она, бедная только успела слабо пикнуть и тут же затихла. Монстр поднял голову, показав испачканные рот и зубы в крови. Вперил в меня выпученные покрасневшие глаза. Я сразу узнала этого урода, что преследовал меня с Юлькой. Внутренний голос прямо заорал: «Не стой, блин, беги!». Я бросилась наверх по лестнице, перепрыгивая через одну ступеньку. Слышала низкий гортанный смех за спиной, ощущала затылком, что «наркоман» следует за мной. Надо срочно спрятаться куда-то! Нет-нет, нельзя прятаться, они найдут. Надо выбраться из школы. Найти открытый кабинет и выпрыгнуть в окно!

Я завернула за угол коридора и налетела на чью-то грудь. Больно впечаталась носом, потеряв на секунду ориентацию в пространстве. Меня крепко схватили за шею, приложили два раза подряд головой об стену. В глазах вспыхнуло вместе с болью, в ушах загудело. Если бы меня не держали за ворот кимоно, я бы сползла на пол, на подкосившихся ногах. Едва не выронила телефон из ослабевших пальцев. Опомнившись, я сильнее сжала его. Перед глазами быстро прояснилось, и я увидела перед собой перекошенное злобой лицо Острова. Блин, я совсем забыла про него!

— Ты чё сука?!! — прорычал он, брызнув на меня слюной. — Ты че блядь, совсем берега попутала?!

Извини, на тебя нет времени. Даже на объяснения про монстров. Все равно не поверишь! Размахнувшись, я влепила ему по переносице ребром смартфона. Хрустнула сломавшаяся кость. Остров взвыл, зажал обеими ладонями лицо. Я только успела отшатнуться от него, прижаться к стене, как Борьку сбила с ног тёмная фигура. Повалила его на пол, уселась сверху, не обратив на меня внимания. «Наркоман» впился черными когтями в Борьку, в область солнечного сплетения, прямо сквозь толстую кофту. Погрузил пальцы в плоть по самую ладонь. Парень, не прекращая орать, взял высокую ноту, перешел почти на женский визг. Тварь начала медленно раздвигать руки, разрывая с треском грудь Острова. Вывалив длинный синюшный язык, она засмеялась низким басом. Сдавленно вскрикнув, я пронеслась мимо них, с трудом сдержав рвотные позывы. Всё как в самом худшем кошмаре! Я бы многое отдала, только бы всё это было просто ужасным сном!

Я влетела в первый попавшийся на глаза открытый класс. Захлопнула покрепче дверь, насколько смогла. Плохо, что она открывается на себя, подпереть нечем! Так бы времени немного выиграла. Остаётся надеяться, что бледный ублюдок будет долго возиться с Островым. Господи, как же отвратительно звучит!

Я подбежала к учительскому столу, вскарабкалась на него. Переступила на крепкий подоконник одной ногой. Подёргала за ручку на раме, но не смогла сдвинуть её. Заклинило намертво! Спрыгнула на пол, быстро осмотрелась вокруг. Стук сердца отдавался эхом в ушах. Надо спешить! Я схватила с пола перевёрнутый железный стул, зажав телефон зубами. Карманов, увы, на моём костюме не предусмотрели. Зато «бамбуковая палочка» есть! Я отступила от окна на несколько шагов, чтоб на меня не посыпались осколки. Подняла стул за спинку над головой, для лучшего броска. Он показался мне очень лёгким, наверное из-за бешенного прилива адреналина. Из коридора донёсся протяжный стон. Точно не человеческий! Швырнув стул, я тут же отвернулась, прикрыв лицо широким рукавом. Стекло со звоном, с грохотом раскололось, загремел стул, вылетевший на улицу. На раме еще остались крупные куски стекла. Пришлось хватать второй стул, несколько раз ударить его ножками, выбивая остатки, прикрывая опасливо глаза.

Расчистив себе достаточно путь, я залезла обратно на подоконник. Вжала голову в плечи, когда мимо моего носа пролетел блеснувший осколок. Держась крепко за раму, я высунулась на улицу. В лицо дыхнуло ночной прохладой. Внизу люди бегают, кричат, запрыгивают в панике в машины. Одна уже на скорости покатила со школьного двора. Двое парней и девушка побежали за ней следом, надеясь, что водитель остановится и возьмёт с собой. Я посмотрела вниз, узнать, куда буду приземляться. Охнув, отклонилась назад. Второй этаж, но слишком высоко! Надо оторвать шторы, связать их вместе и привязать к батарее. Спущусь как по канату.

Стон-скрип раздался совсем близко. Затаив дыхание, я оглянулась через плечо. Он стоял уже в дверном проёме, на коленях, скособоченный на правую сторону. Одной рукой опирался о деревянный косяк, другую поджал как собака. Кончик языка покачивался на уровне ключиц. Пальцы, морда «наркомана» и его куртка перепачканы в крови Бориса. Нет, я не хочу закончить как он! Как Алинка! Как те ребята на крыльце и в холле! Паника захлестнула меня с головой. Была только одна мысль – сбежать от чудовища! Не важно куда, главное подальше от него! Чтоб погибнуть страшной мучительной смертью! И я шагнула в пропасть…

Свободное падение показалось неимоверно долгим. Во время него я подумала, что надо было осторожно свеситься с подоконника. Я же подтягивалась на физкультуре лучше всех девочек! Руки у меня крепкие, выдержала бы свой вес! Попробовала бы нащупать ногой выступ, спустилась бы немного пониже перед прыжком. Падая, я даже успела услышать чей-то крик, зовущий меня по имени. Или не меня. Мало ли, вдруг на параллели учится моя тёзка? Но всё это уже не важно. Потому что приземление было жёстким. Взрывная горячая боль в обеих ногах, в правой руке. Фейерверк ярких красок в голове. Уткнувшись лицом в холодную землю с сухой травой, я закричала. Снова не получилось орать во всю глотку. Мне её будто опять сдавили липкими холодными пальцами.

Вокруг всё еще вопили. Молили о помощи. Завизжали шины сорвавшегося с места автомобиля. Я боялась пошевелиться. Боялась, что станет еще больнее, а боль была везде. Я что, сейчас умру? Я не хочу так! Хочу просто домой! Не надо было ехать на эту проклятущую вечеринку!

— Женя?! Женя, ты живая?!

Голос женский, смутно знакомый. Чьи-то руки хватают меня за плечи, переворачивают на спину. Меня всю будто передёргивает током.Я сдавленно жалко вскрикиваю.

— Осторожно, блядь! Демидова, где болит?!

— Слухай, давай потом разберёмся?!!

Надо мной склонились двое – Аня Серова и какой-то взрослый парень с щетиной в спортивке. Вообще не знаю, кто это. Один из гопарей, что ли, который на вечеринку приехал? Не особо заботясь о моём состоянии, он подхватил меня на руки. Стиснув зубы до скрипа, я громко застонала, вцепившись пальцами в его мягкую куртку.

— Терпи-терпи, красавица, — пропыхтел он, неся меня второпях куда-то. — Ты ж вон, какая смелая! Со второго этажа сиганула!

— Это от дурости, — прохрипела я, еле шевеля губами. Голова запрокинулась под своей тяжестью. Я скосила глаза в бок, чтоб посмотреть на школу. На окно, откуда я свалилась. Там, на подоконнике, сидел на корточках всё тот же «наркоман». Длинные колени его торчали над макушкой. Покачнувшись туда-сюда, он издал низкий протяжный рёв. Металлическим скрежетом ему ответили со стороны крыльца.

— Лёха, твою мать, быстрее! — заорал некто сипатым прокуренным голосом. Через секунду меня запихнули в какую-то машину, на просторное заднее сиденье. Я столкнулась с кем-то плечом, пискнула от новой вспышки боли, ослепившей меня на миг. Завалилась на незнакомца рядом, не в силах держать себя ровно. Он, вернее, она, была не против. Приобняла меня за плечо, теснее прижав к себе. Чтоб места хватило для Ани и еще для двух парней, один из которых бормотал сбивчиво под нос молитвы. Мой спаситель запрыгнул на переднее пассажирское сиденье, к нему тут же на колени, без спроса забралась Настя Петрова из «А» класса. Я успела заметить, что она прижимает к груди правую руку, и что та неестественно изогнута в запястье. Странно, что Настя не плачет и не кричит от боли.

— Да не стой ты, гони! — рявкнул на водителя, Лёха, захлопнув дверь. — Мест больше нет!

Места в салоне можно было найти, например, посадив девушек к парням на колени. Но это займёт много времени. Машина с всхрапнувшим мотором тронулась с места, набирая скорость. По багажнику кто-то хлопнул, истерично попросил о помощи. Водитель не остановился. Я закусила внутреннюю сторону щеки, почувствовала металлический привкус. Больно стало не только от полученных переломов. Ужасно жаль тех людей! Несколько пассажиров закричали в ужасе. В лобовом стекле я увидела, как к нам наперерез несётся чёрный монстр. Поднявшись во весь рост, мчался галопом, покачивая на ходу головой. Видела его всего секунду, но эти пустые блюдца-глаза, алая раскрытая пасть, и низкий рёв, наверное, на всю жизнь отпечатаются у меня в памяти. Под дальний вой сирен я начала проваливаться в расслабляющую темноту…

Пришла в себя я только на утро следующего дня. В больничной палате, по соседству с двумя девушками с параллели. Оказалось, мне пришлось делать операцию из-за разрыва мочевого пузыря и сломанных ступней, которые по кусочкам собирали. До кучи заработала еще перелом лучевой кости в правой руке, трещину какого-то там ребра, и сотрясение мозга средней тяжести. Нормально так приземлилась!

Возле моей кровати дежурила Юлька со своими родителями. С ночи сидели, переживали за меня, ждали, когда я очнусь. Фруктов накупили, угостили моих соседок по палате. Приятна такая забота, что немного неловко. Потом папа подруги уехал на работу, толком не поспав. Вид у него был очень печальный, словно я его родной дочерью была. Я бы хотела, чтоб мой отец рядом был, но он только через пару дней из командировки вернётся...

Спустя полчаса после отъезда Юлиного папы, меня пришла навестить Аня. Конечно, уже без костюма. Покрашенные в чёрный цвет волосы зацепила привычной заколкой-шпилькой. Визит её был для меня неожиданным, но приятным. Тем более что она принесла целых два пакета «неполезных» вкусняшек!

Когда мама Юли вышла в коридор, ответить на телефонный звонок, подруга наклонилась ко мне ниже и тихо сказала.

— Прости, Женька, — белки глаз у неё покраснели от сдерживаемых слёз. — Надо было на батю наорать, чтоб и тебя забрал. Но и слушать ничего не хотел! Прости меня…

— Да перестань, — я слабо качнула головой, — твоего отца в первую очередь волновала твоя безопасность. Если бы он не приехал за тобой… Тебя, может, уже бы и не было.

— Всё равно, мне надо было настоять и заставить его взять тебя! — голос у неё дрогнул, по щеке сползла предательская слезинка.

— Ой, серьёзно? — Аня, сидя с другой стороны на моей постели, укоризненно посмотрела на Юльку. — Не вздумай батю своего обвинять! И себя не вини. Вы уж точно не виноваты в этом дерьме. Откуда вы могли знать, что всё так обернётся? Такого вообще не должно было случиться…

Серова покачала головой, уставившись куда-то в стену напротив стеклянным взглядом.

— Двадцать три, сука, трупа, — прошептала еле слышно она, — пострадавших тринадцать. После завтра возле нашей шараги прощание будет. Слышала, что половина гробов закрытыми будут.

— Вы пойдёте? — спросила я, стиснув здоровой рукой ткань простыни. С одной стороны не хотелось вообще затрагивать тему вчерашнего кошмара. С другой – хотелось узнать, некоторые подробности.

— Ну да, — ответила Юля, с заметной неохотой. — Моих одноклассников четверо погибло…

Я бросила короткий взгляд на соседнюю койку, занятую девушкой из «В» класса, по имени Катя. К ней пришёл её парень, и они негромко ворковали, изредка чмокая друг друга в губы. Вторая моя соседка ушла куда-то еще до Юлиной мамы. Кажется, сладкой парочке не до наших разговоров.

— Ты уже знаешь? — шёпотом спросила я у подруги, — тебе рассказали, что там произошло?

— Да… — ответила Юля, прикрыв глаза. — Это пиздец какой-то…

— Там была банда наркоманов и стая собак, — сказала вдруг Аня, многозначительно посмотрев на меня исподлобья. — Они устроили резню.

Я хотела было возмутиться, но Серова прижала указательный палец к своим губам.

— Такая официальная версия, — пробормотала она, — никто в монстров не поверит. Когда следователи к тебе придут, не говори им про них. Заменяй на психопатов с бешеными псами. Ладно?

— Ладно, — я кивнула, хоть и была недовольна. Аня права, мало кто поверит в такую дичь. Еще поехавшей посчитают и отправят в дурдом на лечение!

— Я в новостях прочитала, — Юля со вздохом закинула ногу на ногу, покачнулась туда-сюда, — типа вчера ночью в Новоалексеевку приехал ОМОН. Перестрелка типа какая-то была. Мол, с нариками воевали. Еще наркодиспансер проверяли. Будто это оттуда они сбежали!

— А я на статейку одну наткнулась, — Аня потянулась к моей прикроватной тумбочке, взяла раскрытую пачку чипсов, зашуршала ей запустив внутрь пальцы. — Называется, блин, «Неудачная вечеринка»! Там какой-то урод оставил коммент: «Если ваша туса не похожа на эту, то даже не думайте меня приглашать!».

— Что за мразь, блядь?! — Юля возмущённо мотнула головой. — Там столько народу погибло, а он такую хуйню написал?!

— Ну а что ты удивляешься? — Серова пожала плечами, — моральных уродов до хрена и больше. Им бы какой-нибудь «рофл» выдать, а на погибших и раненых глубоко насрать!

— Да уж, я еще легко отделалась, — я быстро глянула на вновь присосавшуюся друг к другу парочку. — А телефон всё равно посеяла.

— Я тебе на днюху новый подарю, — с тихим смешком Юля положила мне осторожно ладонь на плечо. — Десантура, блин!

— Знаете чего? — я максимально серьёзно посмотрела по отдельности на девушек. — У меня мысль такая… ужасная. На счёт этих монстров. Мы когда с тобой, Юля, бежали от первого, у меня клок волос на ветке остался. И потом я увидела эту мразь у школы, со своими волосами во рту. Я вот чего думаю… Могли ли они в школу из-за меня прийти?

В палате повисла вдруг тугая тишина. Соседка со своим парнем всё же услышали мои слова и обернулись. Она смотрела с ужасом, он с недоумением. Юля с Аней несколько раз задумчиво и хмуро переглянулись. Никто из них не решался ответить. Думаю, на этот вопрос вообще нет ответа.

Дверь с протяжным скрипом приоткрылась. Я крупно вздрогнула от этого звука. Сразу перед глазами вспыхнуло, в голове отразился облик чёрного монстра с раззявленной пастью. Он почти такие же звуки издавал! К нам в палату робко заглянул бледный мужчина, с тёмными кругами под глазами от недосыпа. Уставился на меня, с тихим взволнованным вздохом приоткрыл рот. На душе у меня сразу стало значительно легче. Я улыбнулась ему, чувствуя, как защипало в носу, от подкатывающих слёз.

— Привет, пап, — тихо сказала я…