Неудачница из литдорамы

Я никогда не была особенно умной. Всегда ненавидела читать классику. Обожала легкие любовные романы. Тех же "Бриджертонов"* или "Желтофиоли"**. Но и отечественное фэнтези не обижала. Все, кстати, очень удивлялись такому моему увлечению. По мнению родных и знакомых я представляла собой особу сдержанную, практичную и до скучного правильную.

Здоровый образ жизни. Никаких вредных привычек. Железобетонный режим дня, где всё рассчитано и просчитанно.

Выбор профессии, такой же рассудочный. Как говорила моя бабушка, царствие ей небесное, педагог с сорокалетним стажем и супруга фельдшера скорой помощи: "Ума нет - иди в пед. Ума слишком много - в мед. Но лучше иди туда, где у тебя всегда будет кусок хлеба. Желательно, с маслом".

Я так подумала: "С мозгами у меня нормально. Повар голодным не останется никогда, а те, кто в институтах учится, всё равно потом супермаркетах на кассе сидят или ноготочки пилят".

Меня не тянуло в, и без того, раздутую индустрию красоты. Юристов, экономистов и психологов наши ВУЗы выпускали в промышленных масштабах, совершенно не обращая внимания на потребности рынка.

Вот я и решила пойти дорогой попроще. Готовить мне всегда нравилось. И выдумывать что-то еще смысла не было.

Родители выбор мой, не сказать, чтобы одобряли, но понимали, что звёзд с неба я не хватаю, а хороший повар будет получать лучше плохого врача и не препятствовали особо.

Подрабатывать я начала ещё на первом курсе и совершенно случайно. В соседний дом переехала семейная пара. Ираклий Георгиевич -- взрослый солидный мужчина при галстуке, на большой черной машине. И совсем ещё молоденькая девушка с полным тюнингом. Бровки, реснички, маникюр, фигурка, как с обложки. Но Алька была доброй и искренней. Несмотря на то, что соседи уничижительно обзывали ее свиристелкой, она мне нравилась. Не то, чтобы у нас могли бы быть какие-то общие интересы. Но она являлась хозяйкой совершенно очаровательного щенка кавалер-кинг-чарльз-спаниеля по кличке Зайка. Зайка обожала всех вокруг, но старалась проявлять сдержанность и никогда не подходила к посторонним без разрешения. Я в эту собаку, просто, влюбилась. Вот мы с Алькой и разговорились. Сначала о её любимице. Потом о жизни, к которой бедная девушка была не приспособлена, совершенно. Избалованная мамой и бабушками она не умела ничего. И если против клининга обеспеченный супруг не возражал, то ужин требовал, только домашний. Никаких пельменей или котлет из магазина. Никакой доставки. А готовить Алька не умела.

На жену Ираклий Георгиевич денег не жалел. Отчёта не требовал. Но нанимать приходящего повара не хотел ибо "Такой позор, что жена готовить не хочет. Не любит и не уважает, значит". Мы сошлись на том, что Алька будет покупать продукты по моему списку. Я приходить к ней "в гости" и готовить, она мне за это немного платить. А мужу её об этом знать необязательно.

Шедевров высокой кухни я там не создавала. Не умела потому что. Супы там, борщи, мясо, овощи. Поэтому ничего трепетный кавказский мужчина не заметил. Ну, приходит к любимой его Аличке подружка-соседка -- рыжая пигалица полтора метра в прыжке. А что после этого в доме нормальная еда появилась, так, значит, хорошо на его Рыбку влияет девочка из приличной семьи и не надо этому мешать.

Я, честно, старалась хорошо влиять на Альку. Но за четыре года нашего сотрудничества она научилась готовить лишь самые простые блюда, ненавидя это дело всем сердцем. Поэтому, когда пришло время устраиваться на нормальную работу, познакомила её с милой второкурсницей Мадиной. И лишь ко дню рождения Ираклия Георгиевича приходила в гости, чтобы "помочь" приготовить его любимый медовик с орехами. Уже просто так. Из любви к медовикам и Зайке.

К двадцати трем у меня была прекрасная работа в ресторане итальянской кухни с графиком два через два, однушка в ипотеку и огромная личная библиотека любовных романов. Потому что мне хотелось любви, страсти, взрыва эмоций и безумств для которых я сама была слишком сдержанной. Мужчины вокруг казались слишком обычными и не вызывали особых эмоций. А на "плохих" мальчиков меня не тянуло. Может, на страницах книг они смотрятся отлично, но жизнь с такими -- далеко не сахар. А зачем мне усложнять самой себе жизнь?

Страсть хороша в красивой обложке и в удобное время -- на несколько часов в выходные.

Детей пока не хотелось. Поэтому поиск мужчины я оставила на потом. К вящему огорчению моей мамы. Она мечтала о внуках. И постоянно жаловалась подругам на то, что у меня слишком высокие стандарты, с которыми я до конца дней останусь старой девой.

Стоило признать, что в чём-то она оказалась права. Я, действительно, была разборчива и размениваться на что-то меньшее, чем идеал я не считала разумным.

Итак, дело было вечером. Делать было нечего. А я приболела. В такие времена меня всегда тянет на что-нибудь, уж совсем идиотское. Посмотреть какой-нибудь бразильский сериал, снятый ещё до моего рождения. Или почитать нечто совершенно бессмысленное.

На эту книжку я наткнулась случайно. Красивый рекламный баннер приковывал внимание. Там трепетную лань с глазками на пол лица окружали трое парней, похожих на k-pop айдолов.

Аннотация гласила, что это мега-популярная литдорама Элеоноры Арт "Ночь танцующих мотыльков". И повествует она о прелестной особе, которую обожают мужчины и ненавидят женщины. За то, что она такая вся из себя такая нежная и невинная. Мне обещали неземную любовь, интриги, жаркие сцены и шокирующие повороты сюжета.

И я, как дура, повелась. Купила подписку и пожалела об этом уже минут через пятнадцать. Ибо ржать, как лошадь, когда у тебя ангина -- особый вид боли.

Но и сдерживаться не получалось. Там кошмарно и абсурдно было всё. Начиная от сюжета и характеров персонажей, заканчивая фоном. Эта, прости Господи, авторша, перенесла место событий в Сеул. При этом часть имён были, явно, японскими. "Оппа" и "онни" соседствовали с именными суффиксами. Причем, совершенно не к месту.

Нет, в начале этого сложного многоугольника страсти суффикс "-кун" от одного из главных персонажей по отношению к прелестной Ли Акеми я ещё могла пережить. Допустим, парень хочет видеть в ней друга и не думает ни о чём таком. Но буквально в следующей сцене он называет своего соперника за сердце той самой Акеми "-тян". И это переворачивает всю сцену на триста шестьдесят, а потом ещё сто восемьдесят градусов.

У меня складывалось ощущение, что мадам Арт посмотрела несколько корейских, японских и китайских дорам, не поняв, что события там происходят в разных странах. Азиаты ведь на одно лицо. Потом в её голове всё смешалось и вышла эта фантастическая чушь.

География в этом произведении, также, вышла из чата. Главный романтический интерес Ли Акеми катается на машине от Сеула до Токио без использования парома, что физически невозможно. А потом сама главная героиня в душевных терзаниях за несколько часов со скоростью реактивного самолёта доезжает от Сеула до Пекина прямо через Пхеньян. Вот тогда я точно убедилась, что это юмористическая фантастика, что бы там не было заявлено в жанрах.

Единственный персонаж, который вызывал, скорее, жалость, чем смех, была главная злодейка -- "коварная" Кан Юри. На деле восемнадцатилетняя дурочка, помолвленная с Пак Мин Хо -- главным возлюбленным Акеми. Сначала её родители настояли на этой помолвке. Потом нервы ей трепали, что она недостаточно хороша, чтобы удержать жениха. Сам же, молодой господин Пак помолвку расторгать не спешил, но всё своё внимание отдавал прекрасной Акеми.

Всё коварство Юри заключалось лишь в том, что она заплатила местному красавчику-трейни с замашками альфонса, чтобы он отвлёк на себя внимание соперницы. Пофлиртовал с ней на приёме! И всё! Но молодой человек деньги-то взял, а как дошло до исполнения задания, так там случилась любовь и желание мир положить к ногам главной героини. Просто так. Без надежды на взаимность. Разумеется, он сразу же всё выдал Ли Акеми и предложил наказать подлую интриганку. Найти пару подонков, которые девушку обесчестят. Придать это огласке, чтобы родные от Юри отказались и она не могла более ничем навредить главной героине. Конечно, Акеми отказалась. Она же добра, мила и не могла бы причинить вред, даже злодейке. Но отказалась, транслируя двойные послания. Вроде как, конечно, так поступать нельзя. ПустьПуть лучше сама Акеми пострадает от рук Юри в тысячу раз сильнее, но никогда она не возьмёт такой груз на сердце. Поэтому парень от своего плана решил не отступать.

Девчонке, которая пошла с подружками в клуб подлили что-то в сок. Она отключилась. А подружки решили, что раз при человек за столиком, так и пусть спит. Зачем её будить? Можно же, просто, собраться разойтись по домам.

Бессознательную Юри отнесли в подворотню перед клубом и, снимая это. на камеру, развлекались с ней, благоразумно пряча собственные лица. А потом это видео переслали её родителям и родителям жениха.

Помолвку расторгли, а семья Кан сделала вид, будто такой дочери у них никогда не было. Чтобы пятно позора не легло не остальную часть семьи.

Родня дала девушке денег, которых хватило лишь на крошечную комнатушку на окраине и пару месяцев. Потом Юри устроилась посудомойкой в местную забегаловку. А ровно через год родила ребенка от мужчины, даже, имени которого не знала, залетев по пьяни.

И выставлено же это было с таким пафосом. Мол, наказание всегда приходит к тем, кто его заслуживает.

В конце Ли Акеми, конечно же, вышла замуж за Пак Мин Хо, удержав-таки второй и третий свои любовные интересы во френдзонефрензоне подле себя.

Дочитывала я книгу под утро. И раздумывала, стоит ли сейчас читать продолжение про сыновей Юри и Акеми, которые влюбились в одну девушку. И, разумеется, Кан Со Хён был заявлен, как злодей, который решил отомстить семье Пак за смерть матери.

Но чтение я решила немного отложить. У меня закончилось лекарство от горла. Да и голова болела. Поэтому я часок поспала, а потом пошла в аптеку, расположенную в соседнем доме.

Казалось бы, что может быть безопаснее, чем прогулка теплым весенним утром по тротуару тихой улочки в спальном районе? Мне, даже, через дорогу переходить не нужно было. Но сейчас тротуары гораздо опаснее дорог. Потому что у водителей автомобилей есть ПДД, у пешеходов -- светофоры. А тех, кто становится на жёлтый самокат имеется лишь скорость помноженная на отсутствие мозга.

Я всегда их опасалась. Но лишь в этот день поняла, насколько мои опасения были оправданы.

Двое малолетних правонарушителей лет двенадцати на вид, взяли самокат и решили показать всем прохожим свою удаль молодецкую.

Я, просто, не успела отпрыгнуть с их пути.

Удар.

И темнота.

А потом меня позвал тихий голос:

-- Не умирай. Мамочка, не умирай.

Всё болело. Тошнило жутко.

_________________________

* Серия книг Джулии Куин.

** Серия книг Лизы Клейпас.