Неудавшийся Новый год. Dead Moroz.

Дед Мороз сидел в своей резиденции и скучал. В этот день в Великом Устюге было очень тепло, почти десять градусов холода, и из-за этого Мороз таял от жары. Ему пришлось съесть несколько килограмм мороженого, а также сырой замороженной рыбы, но и это не помогало. Он собирался уж умереть от жары, но тут его кое-что отвлекло. В комнату вошла Снегурочка, она была яростно настроена, в ее глазах сверкал холодный огонь. Она вытащила из-за спины бездонный мешок и со всей злостью бросила его на пол, а потом громко заголосила своим детским писклявым голоском:

— Эй, дед, ты с ума сошел что ли? У тебя производство стоит, а Новый год через семнадцать дней, блин! Гномы голодные, работают без зарплаты уже четвертый год, тебя это что ли не волнует? Дети в тебя не верят, ты для них сказка... И что, ты после этого тут сидишь, прохлаждаешься? Эй!

— Ага, прохлаждаюсь, — буркнул старик, — если бы. Жара на улице, я таю!

— Мне без разницы! Чтобы через неделю план был выполнен, мешок полный с письмами непрочитанными стоит. Жду!

— Ох, ну за что мне все это!

Он встал, потер свою болевшую спину и поковылял в свою мастерскую, взял у волшебных оленей волшебный посох, замахнулся и наколдовал игрушку, потом замахнулся и наколдовал книжку, потом замахнулся и... В общем, гномику ничего не помогло.

Он открыл новое письмо: «Уважаемый Дед Мороз! Я хочу себе пять тысяч рублей. И машинку. И чупа-чупс.»

— Хорошо! — сказал Дед Мороз и вытащил из рта свой клубничный леденец, а потом навел на него свой посох. Из него вылетела молния и конфета стала как новой. Еще молния и их стало пять.

— А денег нету, я сам бесплатно работаю! — А машинку делать было лень — дедок слишком устал. Остальное доделают его гномы, ему было слишком лень.

Он лег в свою кровать, надел маску для сна и вздремнул, а точнее уснул. Его храп доносился по всем углам огромного завода, но так как гномы еще давно выкололи себе барабанные перепонки, дабы не слышать всего этого в добавок к ору Снегурочки, им было хорошо.

Снегурочка в это время читала письма детей, которые по ее мнению, зажрались. Он открыла свой блокнот и стала записывать имена и адреса детей и то, что нужно им дарить, а без чего они проживут. В итоге получилось пятьдесят на пятьдесят. В это время в ее наушниках играл жестокий метал, который помогал ей расслабиться. В них постоянно кто-то мучился и погибал, ей такое нравилось. Она вообще была намного суровей, чем в сказке. Она жила без бабушки и без родителей, так как внучкой была неродной, Мороз украл ее у людей, когда однажды она заблудилась в лесу. Тогда она сломала Деду Морозу нос и тот понял, что это прирожденная его помощница. Изначально она занималась рекламой его сомнительного заведения а потом стала главным бухгалтером, начальником и вообще всем. Она постоянно орала на своего деда, а он орал на него, в итоге в резиденции вылетали стекла, а бедные гномы потом целый день убирали это, тем самым останавливая производство. Хоть у них и было больше суток в году, а в сутках больше часов, это не спасало положение. Еще ему приходилось проводить утренники и праздники и вообще всю эту глупую работу. Его все достало, он хотел бросить эту работу, но кто тогда будет вместо него? Снегурочка???

Живет Мороз бедно, деньгами его не балуют и вот проснувшись после своего жестоко сна, его голову осенила идея. А что если перестать баловать детишек, а истреблять их, так и подарков нужно будет меньше делать...

Гениально!

Он подозвал к себе Снегурочку и рассказал ей о своем плане.

— Дед, я конечно понимаю, что такие нагрузки на тебя плохо влияет, но не до такой же степени! Тем более существует Волшебная Полиция, которая заберет тебя в волшебный участок и там тебя изобьют Волшебной Дубинкой. Я против этой дурацкой затеи, даже не уговаривай!

— Тогда я не буду разносить подарки!

— И что!

— И колдовать!

— И что!

— И уйду!

— И что!

— И выгоню тебя из моего дома!

— И что!

— И эльфов!

— Но тебя же в любом случае посадят!

— Я их всех заколдую и они не станут меня сажать.

— Они тебя обезвредят.

— Слушай, я больше тебя на свете живу, мне-то лучше знать.

— Ладно, попробуй, но я соучастницей не буду! И гномики тоже.

— Договорились.

— Эх, бедные дети, бедные дети...