Невеста из неизвестности

Часть 1. Свадьба с непредсказуемым финалом

Глава 1

Церковь была украшена гирляндами из цветов, преимущественно белых с редкими вкраплениями желтого и розового, что в сочетании с лучами света, падавшими сквозь витражи высоких готических окон, превращало заполненное гостями пространство в настоящую волшебную сказку. Как ни хотелось Гэбриелу Дорнану обвинить декораторов в излишней слащавости, придраться к оформлению было невозможно, потому что оно получилось идеальным. Именно в такой обстановке и нужно клясться друг другу в вечной любви.

Гэйб покосился на свою соседку слева, которая поминутно оборачивалась в попытке разглядеть, что происходит в дальнем конце центрального прохода, и осторожно помассировал висок. Он всю ночь работал над срочным заказом и успел поспать от силы часа полтора. Гэйб не одобрял брак Оливера Бронсона с Мирандой Бейкер, но это никак не освобождало его от необходимости присутствовать на свадьбе «лучшего друга».

Не имело никакого значения, что у них с Оливером не было абсолютно ничего общего. Они просто когда-то учились вместе и принадлежали к одной светской тусовке. Гэйб вливался в ее ряды лишь время от времени, а Олли кочевал с раута на раут, как артист по концертным площадкам, и с гордостью носил звание завсегдатая высоких собраний. Они с Мирандой были самой эффектной парой среди местного бомонда, их фото красовались во всех глянцевых изданиях, не говоря уже об интернет-сообществах.

К внешнему антуражу связки Бронсон-Бейкер не было никаких претензий, однако Оливер, по мнению Гэйба, совершал сейчас большую ошибку. Миранда прекрасно смотрелась как в вечерних нарядах, так и в купальниках, на нее заглядывались мужчины, ей завидовали женщины… На самом же деле невеста Олли не могла самостоятельно связать и двух слов. Ее лексикон состоял из нескольких заезженных фраз, которые она вызубрила наизусть, чтобы произносить их на людях.

Гэбриел искренне не понимал, зачем не слишком эрудированному, но в общем-то неглупому парню жениться на красивой дуре. Для него самого Миранда Бейкер практически не отличалась от манекена со встроенной речевой функцией, который встречает покупателей у входа в магазин. Умопомрачительные формы, обворожительная улыбка, копна белокурых волос и абсолютно пустая пластиковая голова. Олли как-то похвастался, что у Миранды совершенно отсутствуют комплексы, поэтому в постели она просто бесподобна. Но разве этого достаточно для того, чтобы связать себя обязательствами на всю жизнь? А если у них родятся дети? Глупость наверняка передается по наследству…

Церемония давно должна была начаться, но Миранда и тут отличилась, умудрившись в самый ответственный момент хлопнуться в обморок. Либо предсвадебное волнение оказалось для нее избыточным, либо платье слишком тесным. Творение известного кутюрье состояло из множества пышных полупрозрачных оборок, прикрепленных к лифу, так плотно облегающему талию и безупречный бюст Миранды, что дышать в нем действительно было проблематично. Против ожидания, в день свадьбы она не надела никаких украшений, ограничившись легким макияжем, который подчеркивал ее естественную природную красоту, и обручальным кольцом с огромным бриллиантом.

Пока родственники приводили невесту в чувство, священник и гости терпеливо ждали, однако время шло, а церемония все не начиналась. Гэбриел посмотрел на часы. Почти сорок минут задержки, изначальный пафос мероприятия увядал прямо на глазах. Неужели Аманда, которая всегда отличалась отменным здоровьем, не смогла оклематься после обычного обморока? А может она просто передумала выходить замуж? Даже у бестолковых порой случаются просветления в мозгу… Гэйб поднялся и поискал глазами Оливера, чтобы предложить свою помощь, но ни в центральном проходе, ни у высоких двустворчатых входных дверей никого не оказалось.

Подождав на всякий случай еще полчаса, Гэбриел обратился с вопросом к одному из распорядителей, однако тот, как и все остальные, находился в полном неведении о причине задержки. Потеряв терпение, часть гостей покинула церковь, и Гэйб решил, что с него тоже довольно. Если у брачующихся возникли какие-то проблемы, его отсутствия точно никто не заметит. Мечтая о том, как вернется в свою квартиру и завалится в постель, Гэбриел направился к парковке, расположенной на другой стороне улицы.

Гэйб совершенно точно помнил, что закрывал машину, но электронный ключ почему-то не сработал. Чувствуя, как внутри нарастает неприятное напряжение, он открыл дверцу. Первое, что бросилось ему в глаза, это ворох пышных белых оборок подвенечного платья, из которых виднелись только обнаженные плечи и голова Миранды Бейкер с криво сидящей на макушке фатой.

– Ты… Какого черта ты здесь делаешь?! – Гэбриел даже задохнулся от возмущения при виде невесты, которая так и не добралась до алтаря. – Быстро вали отсюда, Мира, не усложняй мне и без того непростую жизнь! В церкви тебя ждут двести человек, включая дорогого Оливера, а ты расселась на заднем сидении моей машины… Кстати, почему именно моей? Могла бы забраться в тот жуткий розовый лимузин, который заказала твоя мамаша. Давай, выметайся! Не хочу показаться грубым, но твоя глупость просто зашкаливает… - он попытался схватить Миранду за руку, однако та успела убрать ее за спину. – Не зли меня, Мира. Поверь на слово, я не стану церемониться, просто наберу 911 и сдам тебя с рук на руки полицейскому патрулю, - васильковые глаза на фарфоровом личике слегка расширились. В них застыло какое-то странное выражение, словно Миранда прислушивалась к себе, и Гэбриел внезапно ощутил беспокойство. – Мира, ты вообще хорошо себя чувствуешь? Может быть, вместо полиции стоит вызвать скорую? – беглянка молча потрясла головой. – Послушай, если ты беременна, я немедленно звоню Оливеру! В конце концов, это ваше с ним дело, меня попрошу не впутывать.

– Ваше предположение неверно, - внезапно выдала Миранда, с тревогой поглядывая в сторону церкви. – Я бы хотела уйти отсюда как можно скорее.

– Не вопрос, вылезай и чеши, куда хочешь, только избавь меня от своего присутствия!

Прекрасные глаза беглянки поймали недовольный взгляд Гэбриела, изящные бровки просительно изогнулись.

– Я неправильно выразилась, - поправилась она. – Давайте как можно скорее уедем.

– И куда ты собираешься ехать, позволь спросить? – Гэйб едва сдерживался, чтобы не заскрипеть зубами.

На прелестном личике Миранды сначала отразилось недоумение, потом она нахмурилась и попыталась включить мыслительный аппарат. Итог ее недолгих раздумий показался Гэйбу смертным приговором.

– Туда же, куда и вы. Возьмите меня с собой.

– Я собирался ехать домой, Мира, но тебя я туда не повезу.

– Почему? Обещаю, я не стану вам мешать. Мне просто нужно где-то укрыться на время…

– Знаешь, Миранда, ты самая красивая и самая тупая телка из всех, кого я знаю, - почти ласково произнес Гэбриел и полез в карман за телефоном.

– Пожалуйста, помогите мне! - Миранда не притворялась, она действительно выглядела испуганной, вернее сказать, сильно обеспокоенной, и ей явно не хотелось возвращаться в церковь. – Это всего на день или на два, пока не завершится процесс адаптации.

Гэбриел так удивился, услышав от Миранды Бейкер несколько новых слов, что не придал значения их смыслу.

– Мира, тебя станут искать, поднимется страшный скандал. Это ваши с Оливером разборки, не надо впутывать меня в историю с побегом.

– Всего на пару дней, - Миранда попыталась вздохнуть, но безуспешно, Гэйб видел, как дрожат ее обнаженные плечи. – Я очень нуждаюсь в вашей помощи…

Он прикрыл глаза и беззвучно выругался. Господи, за что ему все это?! Странно только, что она до сих пор не заплакала… Прозрачные слезинки, сверкающие в густых изогнутых ресницах, были главным оружием Миранды Бейкер.

– Черт бы тебя побрал, Мира! Навязалась на мою голову…

Гэбриел сел в машину, вырулил со стоянки и на первом же перекрестке свернул не боковую улицу.

Глава 2

Езда за рулем обычно успокаивала Гэбриела, ему было в кайф все, что действовало на нервы подавляющему большинству водителей. Соблюдение правил в сложном трафике большого города требовало повышенного внимания и полной сосредоточенности. Отдаваясь магии дорожных знаков и разметок, Гэйб сбрасывал с себя накопившееся напряжение, в такие моменты его мозг как бы перезапускался. Но он любил ездить один, постороннее присутствие отвлекало, не давая достичь желанного релакса. Особенно присутствие в салоне его машины Миранды Бейкер.

Какое-то время она молча смотрела в боковое окно, потом не выдержала и обратилась к затылку Гэйба.

– Почему-то все вокруг одеты не так, как я, совершенно по-другому.

– Естественно, ты сейчас отличаешься от всех остальных. На тебе подвенечное платье, дубина!

– Эта … подвенечная одежда очень неудобная! – заявила Мира, тщетно пытаясь оттянуть тугой лиф, как будто не она сама выбирала фасон и ходила на примерки.

– Охотно верю, - злорадно усмехнулся Гэйб, наблюдая за беглянкой в зеркале заднего вида. – Удивляюсь, как эта штука еще не лопнула.

Он заложил крутой вираж, отчего невеста едва не опрокинулась на бок, и съехал по наклонному пандусу в подземный гараж.

Квартиру на последнем, двадцатом пятом этаже современного дома Дорнан купил относительно недавно. Он долго присматривал жилье, которое отвечало бы его потребностям, и еще не успел полностью насладиться своим приобретением. Квартира обошлась ему в кругленькую сумму, но все деньги до последнего цента Гэбриел заработал сам. Он нисколько не осуждал тех, кто беззастенчиво пользовался семейными капиталами, предпочитая праздную жизнь, но ставил независимость выше личного удобства. Гэйб много работал, ценил редкий досуг и не видел для себя иного пути. Его жизнь хоть и не имела четкого ритма, была достаточно упорядоченной, и Миранда Бейкер с ее неожиданными заскоками в нее совершенно не вписывалась.

Гэбриел не стал подавать руку или чем-то еще помогать незваной гостье, просто наблюдал, как она ковыляет на высоких каблуках по скользкому плиточному полу и пытается пропихнуть слишком пышные юбки в раздвижные двери маленького персонального лифта.

– Есть хочешь? – спросил он, бросая ключи на стойку, которая отделяла кухонную зону от гостиной, и тут же отмахнулся от собственного предложения. – Забудь, тебе сейчас точно не до еды.

Тем временем Миранда стянула с головы фату вместе с заколкой, и ее белокурые локоны в беспорядке рассыпались по плечам. Несмотря на несколько помятый вид и восковую бледность, выглядела она прелестно. Гэйб привык относиться к подруге Оливера как к красивой зверюшке. Миранда Бейкер была абсолютно безупречна, в чем-то даже эстетична, но, к несчастью, непроходимо глупа. Такая себе шутка природы.

– Очень трудно дышать… Не могли бы вы помочь мне снять платье?

– О нет, снимать я с тебя ничего не буду, - нервно рассмеялся Гэйб.

Он перегнулся через стойку, взял кухонный нож и показал Миранде, чтобы та повернулась спиной. Когда он разрезал шнуровку, лиф платья моментально ослаб, и из груди беглянки вырвался долгий облегченный вздох.

– Благодарю вас, так намного лучше…

Отливающая жемчужным блеском ткань скользнула вниз, открыв пикантное нижнее белье, и Гэбриел мимолетно удивился, что Миранда вообще его надела. Совершенные формы мисс Бейкер не нуждались в дополнительной поддержке, только слепой в их окружении не изучил в подробностях форму и размер ее груди.

– В конце коридора слева комната, в которой жила моя сестра, пока подыскивала себе квартиру в городе. Там наверняка остались ее вещи. Подбери себе что-нибудь подходящее, а я приготовлю молочный коктейль. Помнится, ты всегда любила это пойло.

Миранде, которая вечно путала «право» и «лево», снова удалось удивить Гэйба, когда она с первого раза отыскала нужную дверь. Он положил перед собой телефон и долго смотрел на него, прикидывая, как станет объясняться с брошенным женихом. Угораздило же его вляпаться в историю… Нужно было просто вышвырнуть Миранду из машины и уехать, но Гэйб не смог так поступить. Его учили уважать и защищать женщин, прислушиваться к их желаниям, какими бы абсурдными они порой ни казались. По какой-то причине глупая Миранда сбежала из-под венца, и пока он не получит от нее внятных объяснений, его разговор с Оливером не состоится.

Шелковый халат в каких-то диковинных фантастических узорах, который Гэбриел смутно помнил, сидел на Миранде гораздо лучше, чем на его родной сестре Ребекке. Избавившись от нелепого свадебного платья, мисс Бейкер стала почти похожа на человека, и в ней еще сильнее проявилась какая-то новая беззащитность. Именно эта трогательная, искренняя деталь заставила Гэйба откликнуться на ее просьбу о помощи.

От предложенного молочного коктейля Миранда вежливо отказалась и попросила простой воды. Увидев, с какой жадностью она осушила высокий стакан, Гэбриел поспешил наполнить его снова. Он одновременно испытывал сильнейшее раздражение и ничем не мотивированное желание защитить девушку. При всем своем скудоумии Миранда Бейкер не сбежала бы просто так со свадьбы, к которой готовилась почти полгода. Она обожала светские мероприятия, а торжественные бракосочетания и вовсе числились первым пунктом в списке ее предпочтений.

Сидя за столом напротив Гэйба, Миранда оглядывалась по сторонам и машинально вертела на пальце кольцо, подаренное женихом в честь помолвки.

– Простите, - обратилась она к хозяину дома, - я могу это снять?

– Ради бога, - пожал плечами Гэйб, - если ты передумала выходить за Оливера, снимай, - он подвинул к Миранде кофейное блюдце. – Только смотри не потеряй, оно стоит кучу денег.

Девушка избавилась от кольца, которым не уставала хвастаться на всех вечеринках, и равнодушно, словно дешевую безделушку, бросила на блюдечко.

– Это просто минерал, что в нем такого ценного?

– Ха, минерал… Ну ты даешь, Мира! Голубой бриллиант – большая редкость, Оливер специально подбирал камень под цвет твоих глаз, - Гэбриел осторожно отставил в сторону блюдечко с кольцом и наклонился вперед. – Олли всегда хорошо к тебе относился, баловал, развлекал, покупал исключительно люксовые вещи. Вы вместе уже три года. Что сегодня случилось, Мира? Почему ты вдруг передумала выходить за него?

Обычно Гэйб встречал абсолютно пустой взгляд Миранды Бейкер, но сейчас в этих кукольных васильковых глазах не теплилась, а прямо-таки бесновалась какая-то тревожная мысль.

– Потому что теперь все изменилось.

– В каком смысле изменилось и почему так внезапно?

– Мне сложно объяснить…

– И все-таки попытайся, не могу же я укрывать тебя здесь без веской причины. Какой-никакой, а Оливер мой друг, мы вместе выросли. Да что объяснять! Я помню тебя еще подростком, а ты обращаешься ко мне на «вы» и бормочешь что-то невнятное. Как меня зовут, Мира? – гостья молчала, угрюмо глядя в какую-то точку на крышке стола. – Забыла мое имя?

– Нет, - наконец выдавила она из себя, - я знаю ваше … твое имя. Просто из этой памяти трудно что-либо извлечь.

– Точнее не скажешь, - без всякого сочувствия подтвердил Гэйб, - я не встречал более дырявой головы, чем твоя.

– Гэбриел Дорнан, - попыталась реабилитироваться Миранда, однако ее запоздалые усилия не произвели должного впечатления.

Гейб уже понял, что дальше его имени объяснения вряд ли продвинутся. Ему не хотелось слишком сильно давить на девушку, потому что та выглядела бледной и какой-то потерянной, словно никак не могла собраться с мыслями. Сегодня она вела себя и выражалась несколько необычно, но причиной такого поведения мог стать стресс или же тот злосчастный обморок. А если Миранда при падении ударилась головой? Этот вариант тоже нельзя сбрасывать со счетов…

– Давай поступим так: ты немного отдохнешь, а я переоденусь и закажу что-нибудь из еды. Поговорим потом. Комната Ребекки полностью в твоем распоряжении.

Глядя вслед удаляющейся по коридору Миранде, Гэбриел прокручивал в голове события последних двух часов. Все выглядело странным и донельзя абсурдным. Несостоявшаяся свадьба, обморок, сбежавшая невеста, путаные объяснения, провалы в памяти… Миранда могла забыть все на свете, только не его имя, ведь когда-то она мечтала стать миссис Гэбриел Дорнан. Однако стоило Гэйбу посмеяться над самонадеянными планами красивой безмозглой куклы, как она без всяких обид и истерик тут же переключила свое внимание на Оливера Бронсона.

Глава 3

Брат и сестра стояли у невысокого парапета, наблюдая за заходом солнца, хотя их привело сюда вовсе не желание полюбоваться величественным зрелищем. Они были очень похожи. Оба высокие, темноволосые, зеленоглазые, но по странной прихоти природы один и тот же набор черт делал старшую сестру всего лишь миловидной, а младшего брата изысканным красавцем. Разница в несколько лет никогда не мешала им прекрасно ладить и поддерживать друг друга, особенно в те моменты, когда личная жизнь начинала доставлять проблемы.

В свои тридцать четыре Ребекка Ламберт уже успела пережить мучительный развод, а тридцатилетний Гэбриел еще даже не помышлял о женитьбе. Несмотря на щедрое южное солнце, теплое море, золотые пляжи и обилие привлекательных женщин, его сердце оставалось холодным. Он не был безучастен к судьбам других людей, скорее наоборот, однако личную свободу ценил выше любой привязанности, во всяком случае, пока.

Странное происшествие на свадьбе оказалось неожиданным и буквально выбило Гэйба из колеи. Он позвонил Ребекке в надежде, что ей удастся разговорить эту новую Миранду Бейкер и хоть немного прояснить ситуацию, однако информация, которую поведала сбежавшая невеста, только напустила тумана. Чем больше вопросов задавала Ребекка, тем загадочнее и трагичнее становилась история. Чтобы обменяться впечатлениями и при этом не травмировать незваную гостью, брату и сестре пришлось ненадолго подняться на крышу.

– Ты веришь в то, что она говорит?

Ребекка была одной из тех, кто никогда не насмехался над глупостью Миранды Бейкер. У нее хватало милосердия просто терпеливо игнорировать бессмысленную болтовню невесты Оливера, благо встречались они не так часто.

– Я не знаю, во что верить, Бекка. Пока мне ясно одно: Миранда, размышляй она хоть тысячу лет, не смогла бы выдумать ничего подобного, она всегда была начисто лишена воображения.

– То есть, ты допускаешь, что Миранда Бейкер действительно умерла на собственной свадьбе от сердечного приступа, а в ее неостывшее тело тут же вселился кто-то другой? К тому же для этого другого порок сердца оказался лишь мелкой неполадкой, которую было легко устранить. С какой стороны ни посмотри, звучит бредово.

– Бекка, женщина, которая сейчас сидит на моей кухне, не Миранда Бейкер. Не знаю, произошла реинкарнация или что-то еще, но это совсем другой человек.

– Никогда не была апологетом теории о переселении душ, - Ребекка в задумчивости побарабанила пальцами по парапету. – Чертовщина какая-то…

– Нужно было сразу позвонить Оливеру, но меня что-то остановило. Понимаешь, у нее был такой взгляд… Не пустой, как обычно у Миранды, а бездонный.

– Словно смотришь в глубины океана?

– Или космоса… Мне сильно не по себе, Бекка, не знаю, что делать дальше. Не можем же мы рассказать родителям Миранды эту безумную сказку.

– Хочешь ты или нет, но нам придется предъявить Миранду родным и прежде всего Оливеру, причем живой и здоровой

– Как ты себе это представляешь? – всполошился Гэбриел. – Нельзя же просто позвать их сюда. Не существует разумного объяснения, почему невеста Оливера Бронсона в свою брачную ночь сидит на моей кухне, одетая в твой халат!

– Еще как существует, Гэйб, но тебе оно точно не понравится.

– Это какой-то абсурд! Никто в такое не поверит, - Гэбриел в расстройстве чувств провел пятерней по волосам, взлохматив густую шевелюру.

– Другого выхода нет, Гэйб. Если ты взялся помочь даме, нужно идти до конца, - твердо возразила Ребекка.

– Ты прекрасно знаешь, что я не умею блефовать!

– Тебе и не придется. Будь максимально естественен и правдив, расскажи все, как было.

– И что дальше?

– А дальше просто пожимай плечами, - Ребекка присела рядом с беглянкой. – Ты понимаешь, что именно нам придется сделать? – девушка кивнула. – Помнишь, кто я?

– Да, Ребекка Ламберт.

– Как зовут твоего жениха?

– Оливер Бронсон.

– Отлично. Для родителей ты должна остаться живой и здоровой Мирандой, которая в день свадьбы сбежала от Оливера к другому мужчине.

– Твоему брату Гэбриелу.

– Верно. Побег из-под венца вовсе не такая редкость, как все полагают.

– Бекка, что ты несешь? Я последний мужчина, на которого Миранда поменяла бы своего дорогого Олли. Мы слишком разные.

– Тем лучше, братик! Рано или поздно все, включая Оливера, смирятся с выбором Миранды. Сейчас главное – замять скандал и убедить мистера и миссис Бейкер, что с их дочерью все в порядке.

– Замять один скандал, чтобы тут же раздуть новый? Прекрасное решение проблемы!

– Клин вышибают клином, Гэйб, это известно даже детям.

Гости прибыли ближе к полуночи. Мрачный как туча Гэбриел встретил их в холле у пассажирского лифта и проводил в квартиру. Рональд Бейкер нес саквояж с вещами Миранды, его жена зачем-то прихватила с собой огромный букет роз с обрезанными шипами, брошенный жених был нагружен множеством пакетов с какой-то снедью, оставленной устроителями свадьбы. Увидев беглянку, которую он несколько часов тщетно прождал у алтаря, Оливер избавился от поклажи и бросился к ней.

– Куколка, наконец-то! Как ты могла уйти и не взять с собой телефон?! Мы же договаривались, что бы ни случилось, оставаться на связи. Ты уже дважды терялась в торговых центрах и один раз заблудилась на художественной выставке, - он попытался обнять Миранду, но та уклонилась от его рук. – Я просто ушам не поверил, когда Меган сказала мне, где ты! Не было никакой необходимости так все усложнять. Если ты плохо себя почувствовала или передумала венчаться, обратилась бы ко мне. Я признанный мастер по улаживанию подобных дел.

От волнения Оливер почти тараторил, чего за ним никогда не водилось, но Ребекка слишком хорошо знала одноклассника своего брата, чтобы по-настоящему посочувствовать ему.

– Олли, Миранда не потерялась и не заблудилась по дороге к алтарю, она сбежала от тебя к другому мужчине.

– То, что Мира оказалась в машине твоего брата, просто случайность, не больше, - немедленно вскинулся Оливер. – Иногда она бывает рассеянной или чего-то пугается. Это пройдет. Стоит ей немного отдохнуть и нормально поесть, настроение тут же изменится. Вот, куколка, я захватил с собой кое-что из закусок, не отправлять же назад хорошую еду.

Он принялся лихорадочно шуршать пакетами в поисках нужного, а тем временем к Миранде подошли родители.

– Детка, ты такая бледная, - Меган потрепала дочь по щеке, и та ей это позволила. – Мужчины думают, что все проблемы можно решить при помощи еды. Мы с папой привезли одежду, чтобы тебе было в чем добраться до дома. В саквояже косметика, лак для ногтей, бигуди, короче все необходимое. На всякий случай я еще положила пару пеньюаров, вдруг ты надумаешь здесь задержаться. Я ничего не имею против Гэбриела, дорогая, но он нелюдим, с ним ты ничего в жизни не увидишь, кроме кухни и редких пикников на необитаемом острове. Выбирать, конечно, тебе… - родительница окинула потенциального зятя оценивающим взглядом и была вынуждена признать, что он смотрится намного эффектнее Оливера, который при среднем росте уже имел несколько лишних килограммов.

Чтобы не затягивать драматический момент, Миранда подвинула в сторону бывшего жениха блюдечко с кольцом и демонстративно сжала руку стоявшего рядом Гэбриела.

– Как это понимать, куколка? – Оливер попытался завладеть другой рукой Миранды, однако та быстро убрала ее за спину. – Не может быть, чтобы ты вдруг воспылала страстью к такому сухарю как Гэйб! Да он неделями не вылезает из-за своего компьютера и видит мир только в нулях и единицах. Разве ты не в курсе, что он презирает всех, кто не горбатится с утра до ночи, и считает нас тунеядцами? Наша работа – красиво жить, нести в мир изящество и элегантность. Но разве твой Гэбриел это понимает?

От отчаяния Оливер начал нести откровенную чушь, и Гэйб был вынужден вступить в игру. Он отпустил руку Миранды, в которую та вцепилась мертвой хваткой, и кивком пригласил оскорбленного жениха выйти в соседнюю комнату. Едва они оказались наедине, Оливер весь ощетинился.

– Ты спишь с ней, подонок?!

Гэйб не стал отвечать на оскорбление. Он молча достал из кармана телефон и бросил его на стол.

– Олли, я скажу только один раз, так что постарайся запомнить. Сейчас середина февраля. Я не видел Миранду с сентября прошлого года. Проверь мой телефон и ее, чтобы убедиться. Вы проводили вместе все время, практически не расставались. Я понятия не имею, что случилось и почему Миранда вдруг передумала выходить за тебя замуж, но не сделал для этого ровным счетом ничего. Накануне ночью я работал, потом немного подремал и поехал в церковь, где просидел полтора часа. Остальное тебе известно.

– Бред какой-то… - Оливер взял в руки телефон Гэйба и просмотрел историю звонков. Если верить архивным данным, его друг ни разу не набирал номера Миранды с этой трубки и не принимал от нее звонков. – Тогда какого черта она села именно в твою машину и попросила отвезти ее сюда?

– Согласно моей версии, совершенно случайно. На тот момент ее устроила бы любая возможность свалить подальше. Я понятия не имею, что втемяшилось ей в голову, но точно не горю желанием разгребать ваше дерьмо. Если сможешь, забирай ее и вали, я глазом не моргну.

– Что значит «если сможешь»? – подозрительно прищурился Оливер.

– Миранда особо настаивала на том, чтобы я привез ее сюда и с тех пор не желает двигаться с места. Я надеялся сплавить ее Ребекке, однако напрасно. Иди, уговаривай, в конце концов это твоя невеста и твой недосмотр.

Оливер долго молчал, мысленно оценивая услышанное, потом резко развернулся и вышел.

Глава 4

Оставшись один, Гэбриел помассировал гудящую голову. Ему ужасно не хотелось возвращаться на кухню. Он терпеть не мог скандалов и шумных семейных разборок, потому что рос в совершенно другой обстановке. Когда они с Беккой зажили самостоятельной жизнью, отец с матерью продали дом и переехали в другой регион, где климат был не таким жарким. Между родителями и детьми пролегли многие мили, но это лишь еще больше укрепило их отношения. Появился повод взять короткий отпуск, приехать в гости, сменить обстановку…

Крики за дверью немного поутихли, и Гэйб рискнул опять появиться на сцене. Миранда по-прежнему как пришитая сидела на стуле, Ребекка на манер цербера охраняла ее спину, Оливер снова шуршал пакетами. Обручального кольца на блюдце больше не было.

– Гэбриел, - вполне миролюбиво заговорила Меган Бейкер, аккуратно расставляя принесенные розы в дизайнерской вазе, подаренной ему сестрой на новоселье, - ты же помнишь, что Миранде нельзя есть много пасты? Не забывай покупать овощи, фрукты и конечно рыбу, она очень полезна для мозга. На пару дней вещей ей хватит, остальные я пришлю. Мы взяли только ту сумочку, с которой Мира поехала в церковь, а она привыкла менять их каждый день, так что придется…

– Меган, сейчас не время думать о ерунде, решается судьба нашей дочери, - прервал поток материнских наставлений Рональд Бейкер. – Гэбриел явно нам не рад, а тебя волнуют какие-то сумочки!

– Что значит не рад, Рон? Ты когда-нибудь видел, чтобы Гэбриел радовался? Он от природы сдержан и угрюм.

Неужели он в самом деле такой? Гэйб постарался расслабить лицо, но у него ничего не вышло.

– Я так понимаю, Оливеру не удалось убедить Миранду вернуться?

– Ты не очень-то обольщайся, - буркнул в ответ отвергнутый жених, – просто я не хочу на нее давить. Подожду, пока дурь не выветрится, потом приеду и заберу.

– Приедешь и заберешь? – возмущенно вскинулась Меган. – Наша дочь не предмет для торга, она сама решит, с кем ей оставаться. С ее красотой и деньгами Миранда могла выбрать любого, но почему-то предпочла Гэбриела Дорнана. В отличие от тебя, Олли, он ответственный человек, который не допустит, чтобы его невеста сбежала из-под венца.

– Вы вините во всем меня? – потрясенно выдохнул Оливер. – А что я такого сделал?!

– Не знаю, тебе виднее.

– Скорее всего, ты чего-то НЕ сделал, - резонно заметил Рональд. – Например, обманул ожидания нашей Миры.

– Хорошенькое дело! Куколка, скажи им, что я всегда выполнял свои…

– Олли, - не выдержала Ребекка, - почему бы вам не поскандалить в другом месте? На Миранде просто лица нет, дайте ей возможность отдохнуть и прийти в себя.

– В самом деле, пойдемте, не будем мешать, - засуетилась Меган. – Мира, ложись в постель и выспись как следует, а то ты на смерть похожа. Я позвоню после полудня.

Она направилась к выходу, остальные потянулись за ней, и буквально через минуту кухня опустела.

– Бейкеры действительно купились, или это какая-то хитрая завуалированная операция? – Гэйб тяжело опустился на стул напротив Миранды. Он чувствовал себя так, словно его пропустили через мясорубку.

– Знаешь, в чем прикол, братишка? – криво усмехнулась Ребекка. – Оказалось, что ты нравишься родителям Миранды гораздо больше, чем дорогой Оливер.

– Да ладно, а как же «от природы сдержан и угрюм»?

– В глазах Рональда это скорее достоинство, чем недостаток, - Ребекка посмотрела на часы. – Господи, уже половина второго! Мне пора.

– Я тебя провожу.

– До встречи, Миранда, надеюсь, у тебя все будет хорошо.

Девушка, еще утром бывшая Мирандой Бейкер, не нашлась, что ответить, поэтому просто благодарно кивнула.

Весь следующий день беглая невеста провела в постели, изредка выходя из тяжелого забытья, чтобы сделать несколько глотков воды. От еды она отказалась и постоянно куталась в одеяло, хотя в комнате было достаточно тепло. К обеду Гэбриел начал беспокоиться, а когда наступил вечер, встревожился уже не на шутку. Миранду следовало как можно скорее показать врачу, но он все еще опасался вступать с ней в непосредственный контакт. Ребекка, у которой была своя студия дизайна, уехала к заказчице в соседний город, поэтому Гэйб собрался с духом и постучал в дверь гостевой спальни.

На стук никто не отозвался. Подождав минуту, Дорнан повернул ручку и вошел. В комнате было темно, не горела даже лампа рядом с кроватью, поэтому он увидел, что гостья лежит на полу, только когда буквально наткнулся на ее неподвижное тело.

– Миранда! – Гэбриел включил светильник и опустился рядом с ней на колени. – Мира, ты меня слышишь?

Васильковые глаза распахнулись, девушка сделала попытку приподняться.

– Адаптация … идет тяжело… Не хватает…

– Чего не хватает, Мира? – Гэйб подхватил девушку и осторожно усадил на кровать. – Посмотри на меня и постарайся сосредоточиться. У тебя что-нибудь болит?

– Все болит, - последовал категоричный ответ. – Если не принять меры, может начаться распад…

– Распад чего, Мира?

– Клеточных ядер…

Гэбриел ожидал услышать от нее все, что угодно, только не это! Какой-то небесный драматург внезапно решил изменить сценарий его жизни и каждый новый эпизод явно переписывал на коленке. Подхватив Миранду на руки, Гэбриел направился к пассажирскому лифту. Если речь уже зашла о клеточных ядрах, его дела совсем плохи.

– Ничего у тебя не распадется, потерпи. Сейчас мы поедем в больницу, которая находится недалеко от набережной, и найдем дежурного врача.

Гейб понимал, что в выходной мало шансов застать в больнице кого-нибудь из знакомых медиков, чтобы история с распадом не вышла за пределы узкого круга посвященных, но ему не оставили выбора.

Дорога до больницы «Грейс Мемориал» заняла не больше четверти часа, дальше дело неожиданно застопорилось. Ни у входа, ни в холле, ни за кафедрой дежурной медсестры никого не оказалось. Осторожно усадив Миранду на оранжевый пластиковый стул, Гэйб отправился на поиски медицинского персонала. Видимо, воскресный вечер выдался на редкость спокойным, поточу что палаты в приемном отделении пустовали, а дежурная отлучилась куда-то по своим делам.

С первой попытки Гэбриелу не удалось найти ни врача, ни хотя бы медсестру, и он вынужден был вернуться в холл, где обнаружил, что пациентка тоже бесследно исчезла.

– Мира!!

На его отчаянный зов никто не откликнулся, лишь где-то в конце коридора хлопнула дверь. Да что в конце концов происходит?! Гэбриел бросился к лифтам. В здании было восемь этажей, одна из трех кабин стояла внизу, две другие двигались вверх. Но в которой из них Миранда? Чтобы окончательно не запутаться, Гэйб решил воспользоваться лестницей.

Весь второй этаж занимали операционные и отделение интенсивной терапии, на третьем находилось множество запертых кабинетов. Постоянно выкрикивать имя Миранды Гэбриэлу было неудобно, поэтому он молча и целеустремленно дергал за ручки и заглядывал в подсобки. Уже порядком встревоженный Гэйб поднялся выше. На четвертом этаже располагалось отделение радиологии. Двустворчатые двери с обеих сторон лифтовой площадки были распахнуты настежь, по коридорам гулял легкий сквозняк. Сложное оборудование отдыхало перед завтрашним наплывом пациентов.

Пока Гэбриел соображал, в какую сторону ему следует двигаться, из двери с надписью «Компьютерная томография» как ни в чем не бывало выпорхнула Миранда в голубой шелковой пижаме. Ее глаза снова излучали таинственный глубинный свет, губы нежно розовели, на щеки вернулся легкий румянец.

– Мира, я тебя обыскался! - Гэбриел схватил беглянку за руку, но та и не думала вырываться, наоборот, подступила ближе, отчего у него невольно перехватило дыхание. – Стоило мне на минуту отлучиться, как ты исчезла. Нельзя одной бродить ночью по больнице… - он внимательно вгляделся в ее сияющее лицо. - Как ты себя чувствуешь?

Миранда глубоко и, как показалось Гэйбу, с облегчением вздохнула.

– Хорошо. Теперь все наладилось, процесс адаптации снова запущен. Спасибо, что привез меня в нужное место.

– То есть, ты получила помощь? Но откуда?

– Оттуда, - пальчик с мерцающим свадебным маникюром указал на нужную дверь. – Излучение помогло, правда пришлось в несколько раз увеличить мощность установки.

Гэбриел поспешно увлек девушку на лестничную площадку. На первый взгляд, в отделении было пусто, но есть же дежурный, охрана наконец… Неужели Миранда в самом деле включала компьютерный томограф? Как же ей удалось справиться со сложной техникой?

– Выглядишь ты гораздо лучше.

– Я и чувствую себя по-другому. Боль прошла, и слабости больше нет.

Немного поплутав по больничным коридорам, Гэйб вывел девушку на улицу через боковую дверь. На парковке одиноко стояла его машина, в приемном покое по-прежнему было тихо и безлюдно.

– Ты уверена, что больше не нуждаешься в медицинской помощи? Мне не по душе все эти эксперименты с излучением.

– Все хорошо, Гэбриел, - Миранда успокаивающе похлопала Дорнана по груди. – Послушай, когда мы ехали сюда, я видела большую воду. Не мог бы ты отвезти меня туда, на самый берег?

– Не вопрос, я отвезу, если тебе это не повредит, - Гэйб с сомнением оглядел ее пижаму. – Конечно, мы оба одеты не для прогулки по набережной, но я знаю местечко, куда публика никогда не заглядывает.

Глава 5

Крохотную песчаную бухту, которая притаилась между огромными валунами, защищающими береговую линию от размыва, можно было увидеть только с воды. Обычным прохожим каменная баррикада казалась совершенно непроходимой, однако Гэбриел знал простой и короткий путь к маленькому уединенному пляжу, словно созданному для романтических свиданий. Подсвечивая себе телефоном, он провел Миранду по узкой тропинке между валунами и расстелил на песке пару больших пляжных полотенец, которые всегда возил с собой в багажнике.

– Если хочешь искупаться, вперед, - предложил Гэйб, видя нерешительность девушки, застывшей в нескольких шагах от линии прибоя. – Ночь теплая, ветра нет.

– Ты хочешь сказать, что я могу просто окунуться в воду? Разве это не опасно?

Гэбриел недоуменно пожал плечами.

– О какой опасности речь? Здесь достаточно глубоко, но ты плаваешь, как рыба. В смысле, Миранда плавала, - поправился он, уже не зная, чему верить. – Окунайся смелее, ты не утонешь, я за тобой пригляжу.

Миранда обернулась и окинула Гэбриела долгим изучающим взглядом, словно оценивая его возможности спасателя.

– А ты сам не пойдешь в воду?

– Нет настроения, - покачал головой Гэйб, - я подожду тебя на берегу.

Шелковая ткань легко соскользнула с совершенного тела и муаровой лужицей легла на песок. Гэйб хотел было отвернуться, чтобы не смущать девушку, но так и смог заставить себя это сделать. Позабыв о правилах приличия, он завороженно смотрел, как облитая лунным светом прекрасная наяда медленно входит в темную воду, потом погружается в нее и плывет, оставляя за собой на потревоженной поверхности голубоватый светящийся след. Гэбриел не понимал природы столь странного явления, но точно знал, что излучение томографа тут ни при чем.

Незаметно для себя он увлекся зрелищем и не обратил внимания на глухой стук, с которым захлопнулась за его спиной любовная ловушка, навсегда отрезая путь к отступлению. Легкое увлечение, это когда ты в любой момент можешь соскочить с подножки набирающего скорость поезда, но состав Гэбриела уже мчался во весь опор. Он упустил шанс остаться на перроне, и теперь его уносило все дальше и дальше от привычного мирка, который был его убежищем, защитой от агрессивной внешней среды…

Когда Миранда накупалась и выбралась на берег, он поспешил обернуть ее обнаженное тело полотенцем, но мера оказалась запоздалой.

– Ты намочила волосы, нужно было их подколоть… - голос Гэйба внезапно охрип, руки, обвивавшие точеные плечи, напряглись, не говоря уже о другой части тела.

Неожиданно для самого себя он уронил полотенце и опустился на колени. Горячие ладони Гэйба легли на плавный изгиб упругих ягодиц, он принялся покрывать поцелуями плоский живот девушки в опасной близости от развилки бедер, собирая губами капли соленой влаги. Ласка была слишком смелой, если не сказать, дерзкой, однако остановиться он уже не мог, и буквально через минуту обнаженная Миранда оказалась лежащей на расстеленном полотенце. Поспешно срывая с себя одежду, Гэбриел вдруг подумал, что вырос у моря, но никогда, даже в дни бесшабашной юности, не занимался любовью на пляже.

Он склонился над Мирандой и не сдержал стона, когда их тела соприкоснулись. Ее кожа была прохладной после купания, а он горел, как в лихорадке, и бешено колотящееся сердце разгоняло по жилам огонь желания. Изо всех сил стараясь не напирать слишком уж откровенно, Гэбриел сорвал поцелуй с приоткрытых губ Миранды. У них был вкус летнего дождя, сладкий и свежий, поэтому он тут же поцеловал снова, следом еще и еще, пока она не позволила ему полностью завладеть ее ртом, а потом и всем телом.

Гейб никогда не жил монахом, однако такой горячки не переживал даже в пору взросления. Ему внезапно захотелось всего и сразу, и на какой-то краткий миг он даже посочувствовал незадачливому, жадному до удовольствий жениху. С одной стороны, Гэбриел сейчас занимался любовью с Мирандой Бейкер, а с другой, он прекрасно сознавал, что никогда в жизни не стал бы этого делать. Женщина в его объятиях была кем угодно, только не бывшей невестой Оливера Бронсона.

Подобное противоречие вполне могло взорвать мозг, а вместо этого лишь разжигало страсть Гэйба. Он так сильно хотел обладать удивительным созданием, поселившимся в его доме, что готов был закрыть глаза на любые странности и неувязки. Эта новая Миранда притягивала Гэбриела, словно магнит, и действовала на него, как наркотик. Она была шелковой, нежной, но не уступчивой, а скорее ускользающей. Казалось, стоит на мгновение остановиться, и девушка бесследно исчезнет. Впервые в жизни Гэйб так боялся прервать телесный контакт, что вынужден был сплести прочную сеть из ласк и поцелуев и опутать ею прекрасную гостью.

Момент, когда Миранда открылась ему навстречу, стал самым острым сексуальным переживанием Гэбриела. Нет, он не почувствовал себя покорителем или завоевателем. Это было нежданное откровение, бесценный дар доверия. Однако вслед за восторгом Гэйб вдруг ощутил смутное беспокойство, потому что глубокое проникновение оказалось взаимным. Миранда впустила его в свое тело, а он распахнул перед ней дверь в свой внутренний мир.

Гамма испытываемых Гэбриелом эмоций оказалась настолько сложной и многогранной, что он утратил контроль над собственным телом, но природа в милости своей не позволила ему потерять лицо. Они с Мирандой одновременно достигли финишной черты, что по факту считалось игрой на грани фола, только Гэйбу почему-то было все равно. Ему хотелось сейчас же, немедленно все повторить, но девушка до сих пор находилась под угрозой какого-то там распада ядер, а пляж годился лишь для особого момента, который они уже полностью исчерпали.

Ни этой ночью, ни на следующий день никто из них не касался щекотливой темы. Миранда впервые нормально поела, потом долго отсыпалась, а Гэбриел терпеливо дожидался завершения той самой адаптации. Во вторник он впервые отлучился из дома, оставив гостью в одиночестве, так как у него была назначена деловая встреча. Гэйб попросил девушку по возможности отвечать на звонки Меган Бейкер, и она, видимо, успешно с этим справлялась, потому что мать Миранды перестала названивать ему через каждые четверть часа.

Если самой Миранды действительно уже не было в живых, то ее физическая оболочка продолжала существовать, а с ней огромное количество нерешенных проблем. Продолжая исполнять роль коварного разлучника, Гэбриел терпел постоянные нападки со стороны Оливера Бронсона, который не терял надежды вернуть Миранду. При других обстоятельствах Гэйб почувствовал бы свою вину перед старым приятелем за то, что недавно случилось на пляже, но ведь формально он переспал не с чужой невестой, а с неизвестной женщиной, вселившейся в ее тело.

Ситуация складывалась, мягко говоря, странная, а он до сих пор даже не удосужился узнать настоящее имя своей гостьи. Размышляя о том, с какой стороны лучше подступиться к важному для них обоих разговору, Гэбриел свернул на дорогу, идущую вдоль набережной, и внезапно заметил у парапета знакомую фигуру в лавандовом спортивном костюме. Он резко ударил по тормозам, чудом избежав аварийной ситуации. Миранда оказалась не одна. Рядом с ней стоял какой-то лысый тип в очках, но это было еще полбеды. Голубки ворковали, держась за руки!

Гэбриел перешел дорогу и некоторое время наблюдал за сладкой парочкой из-за толстого ствола пальмы. Что Миранда нашла в мужике, похожем на замотанного проблемами отца семейства, который никак не годился на роль романтического любовника? Недорогой, изрядно поношенный пиджак невнятного коричневого цвета, блестящая лысина с несколькими тщательно приклеенными к ней волосками, очки в металлической оправе…

Гэйб не считал себя эталоном мужской красоты, но и стыдиться ему было нечего. Высокий рост, темная волнистая шевелюра, обаятельная улыбка и фирменный прищур зеленых глаз неизменно гарантировали ему успех у противоположного пола. Когда клокочущее внутри негодование достигло критической точки, он вышел из укрытия и решительно приблизился к неожиданному сопернику.

– Добрый день. Кажется, мы незнакомы? Я Гэбриел Дорнан, специалист в области информационных технологий. А вы кто? – Гэйб приподнял бровь и в упор посмотрел на лысого.

Тот сначала испуганно моргнул, однако быстро взял себя в руки.

– Норман Робинсон, - почти без запинки представился он, - коммерсант.

– Чем торгуете? – продолжил напирать Гэбриел.

– Этими, как их… Хозяйственными товарами! – Робинсон говорил без акцента, но явно подбирал слова, словно плохо знал язык.

– Как идет бизнес?

– Спасибо, не жалуюсь. А ваш?

– Примерно так же, - усмехнулся Гэйб, отдавая должное сообразительности соперника. – Прости, что нарушил ваш тет-а-тет, Мира. Проезжал мимо, увидел тебя и решил подвезти. Я живу недалеко от Южных ворот, мистер Робинсон. Нам случайно не по пути?

Коммерсант затряс головой.

– Нет, благодарю вас, мне совсем в другую сторону. До встречи, Амари, - обратился он к Миранде, снова касаясь ее руки кончиками пальцев.

– До встречи, Риан, - тихо отозвалась девушка, и в ее васильковом взгляде мелькнул теплый огонек. – Я обязательно найду остальных.

Норман Робинсон махнул рукой и удалился, а Гэбриел с Мирандой остались стоять, глядя ему вслед.

– Ты ничего не хочешь мне объяснить?

Девушка пожала плечиком.

– Я заперла дверь в твое жилище.

– А сюда как попала? Приехала на такси?

– Нет, пришла пешком.

– Что… - у Гэйба даже дыхание перехватило от удивления. – Пешком в такую даль?! Если бы ты предупредила, что у тебя тоже назначена встреча…

– Не стоит беспокоиться и тратить время на мои дела, Гэбриел, у тебя своих полно.

– Позволь мне самому решать, на что тратить время! - Гэйб чувствовал, что вот-вот сорвется и устроит банальную сцену ревности. Променять его, Гэбриела Дорнана, успешного фрилансера в сфере IT на какого-то невзрачного мелкого коммерсанта всего через сутки после страстной ночи на берегу! Он набрал воздуха в грудь, а потом медленно выдохнул. – Знаешь, раз уж мы оба оказались в городе, давай вместе перекусим.

Глава 6

Открытое кафе в тенистом переулке как нельзя лучше подходило для легкого ланча в середине дня. Гэйб заказал две порции блинчиков, себе кофе, а Миранде чай. Они сидели за небольшим столиком лицом к лицу, и у Дорнана была возможность следить за изменением выражений на прелестном лице, которое вроде бы осталось прежним, но все же неуловимо изменилось. Кукольная красота Миранды приобрела некую интеллектуальную одухотворенность. Именно она в первую очередь будоражила воображение Гэбриела, а в сочетании с женственной прелестью так просто сводила с ума.

– Наверное, настало время познакомиться по-настоящему, - как бы невзначай заметил Гэйб, помешивая ложечкой в чашке. – Должен же я, наконец, узнать, что произошло с моей давней подругой и почему расстроилась ее свадьба.

– Мне кажется, ты еще не готов услышать правду, Гэбриел, - Миранда посмотрела на него так, словно заглянула прямо в душу, заставив зябко поежиться.

– Давай проверим? Других вариантов все равно нет. Я уже немного устал от пустых предположений и бредовых допущений.

– Да, я заметила, что представителям твоего вида свойственно подменять факты более удобными версиями.

– В основном такое происходит из-за отсутствия правдивой информации. Мы действительно привыкли скрывать от окружающих важные для себя вещи, но делаем это чаще всего для защиты. В социуме по-другому нельзя.

– Понимаю, и все же люди кажутся мне излишне эмоциональными, даже взрывными.

– О себе я бы такого не сказал, - покачал головой Гэйб.

– Ты контролируешь внешнее проявление своих эмоций, но внутри тебя бушует настоящий ураган.

– Просто я не знаю, чему верить, - попытался объясниться Гэйб. – Мои глаза видят Миранду Бейкер, уши слышат чужие заумные речи, а сердце разрывается от желания обнять и поцеловать тебя.

– То, что у тебя разрывается, вовсе не сердце, Гэбриел, - мягко усмехнулась собеседница, отчего Дорнана неожиданно бросило в жар.

– В отличие от Оливера, я терпеть не мог Миранду, ее физическое совершенство меня не трогало. Но теперь все изменилось, изменилась Миранда, и я потерял голову, ни о чем другом думать не могу. Понимаешь, мне неприятно сознавать, что у тебя есть какие-то отношения с другим мужчиной.

Девушка долго молчала, видимо, пытаясь мысленно распутать клубок испытываемых Гэбриелом эмоций. Наконец, в ее небесном взгляде мелькнуло понимание.

– Если я попытаюсь рассказать свою правдивую историю, ты станешь верить мне еще меньше.

– Рискни, и, возможно, мне удастся тебя удивить.

На прекрасное личико Миранды внезапно набежала тень, глаза повлажнели.

– Ваши тела способны генерировать множество проявлений для облегчения боли и страданий, а мы испытываем чистую боль, ни в чем не находя утешения. Удивительно, сколько пользы может принести обычная влага… - Миранда смахнула пальчиком слезу с ресниц. – Прости, я отвлеклась. Нас семеро, беглецов из мира Маан. В критический момент мы решились добровольно покинуть его, попросту умереть, чтобы сохранить свой род, пусть даже в чужой физической форме.

– Это как же?

– Наш дух после смерти способен вселиться в еще не остывшее тело другой мертвой особи, чьи физиологические процессы легко запустить вновь.

После этих слов Гэбриела заметно передернуло, но он быстро взял себя в руки.

– Пожалуйста, не обращай внимания на мою реакцию, на самом деле я предполагал нечто подобное. Выходит, Миранда действительно умерла в день своей свадьбы? Господи, в двадцать пять лет!

– Проблемы со здоровьем были у нее с самого рождения, но их почему-то никто не замечал.

– Ты права, теперь я припоминаю, что иногда Миранда ни с того ни с сего вдруг падала в обморок, а все вокруг принимали это за повышенную чувствительность, - Гэбриел провел руками по лицу, пытаясь осознать масштаб катастрофы. С какой стороны ни посмотри, положение выглядело безвыходным. Объяснить что-либо родителям Миранды было невозможно, оставалось только продолжать эту дурацкую комедию положений. – Торговец хозяйственными товарами назвал тебя Амари. А кто он собственно такой?

– Мы с Рианом близкие родственники, как вы с Ребеккой.

Родственники? Брат и сестра? От мгновенного облегчения у Гэйба даже закружилась голова. Да что такое с ним творится? Эта милая малышка за несколько дней перевернула всю его жизнь, заставила ревновать, волноваться, томиться…

– Интересно, от чего умер Норман Робинсон?

– У него была опухоль.

– Которой теперь само собой больше нет? Случай чудесного исцеления от смертельной болезни?

– В нашем мире нет смертельных болезней, и все же мы часто умираем прежде времени, потому что одни мааны истребляют других, неугодных им маанов.

– А как же переселение душ? Разве в вашем мире это не работает?

– Нет, только в чужих мирах, но пересекая грань мы не знаем, куда попадем и как будем выглядеть в новой жизни.

– Тогда считай, что тебе повезло. В нашем мире я не встречал женщины красивее Миранды Бейкер.

Гостья пропустила комплимент мимо ушей, продолжая вглядываться в Гэбриела, словно выискивала изъяны и трещины в монолитной с виду конструкции, которая составляла основу его личности. Ощущение было не из приятных, но Дорнан терпел, позволяя ментальным щупам неведомой сущности проникать все глубже. Он сейчас испытывал двойственное чувство, новая информация еще не осела и не уложилась в его голове. Одно дело подозревать и совсем другое знать наверняка, что хорошо знакомый тебе человек на самом деле чужак, вселившийся в мертвое тело. Позитивного во всей истории было мало, особенно учитывая скоропостижную смерть совсем молодой женщины…

– То, что ты сейчас ко мне испытываешь, это отвращение? – неожиданно спросила Миранда, внимательно наблюдавшая за сменой эмоций Гэбриела.

Тот резко отодвинул от себя тарелку с нетронутым ланчем и откинулся на спинку стула.

– Ждешь, что я откажусь от своих притязаний? Напрасно. Я не настолько обескуражен.

– Неправда, ты шокирован, новость ранила твою психику.

– Не смертельно, Мира. Шок рано или поздно пройдет, а чувства к тебе останутся, - Гэбриел подался вперед, завладел рукой девушки и прижался губами к нежной коже. – Лучше скажи мне, что тебя беспокоит, потому что я не умею читать чужие мысли.

Она долго молчала, скорее всего, подбирала нужные слова из не слишком богатого лексикона Миранды, потом осторожно высвободила руку.

– Мое появление создало множество проблем и поставило под угрозу твою репутацию. Если ты считаешь, что мистер и миссис Бейкер должны оставаться в неведении относительно смерти их дочери, я могу…

– Мира… - Гэйб прервался и начал снова. – Амари, я вполне способен защитить свое реноме и при этом не погрешить против совести. А она подсказывает, что, помогая тебе, я поступаю правильно. Все останется, как есть, мы ничего менять не будем.

Гостья, наконец, отвела взгляд и немного расслабилась.

– Рада слышать, Гэбриел, и пожалуйста, чтобы ни у кого не возникло подозрений, продолжай называть меня Мирандой.

– Ты права, так будет лучше для всех, а за Ребекку не переживай, она ничего никому не скажет. И на будущее, не уходи одна из дома, давай вместе искать твоих родных.

На столе рядом с локтем Гэйба завибрировал телефон. Взглянув на экран, он хотел было отклонить вызов, но не успел.

– Не трудись, я уже здесь, - Оливер Бронсон без приглашения уселся к ним за столик. – Увидел на набережной твою машину, благо она сразу бросается в глаза, и решил присоединиться. Привет, куколка, - он окинул Миранду тоскливым голодным взглядом отвергнутого любовника. – Что это на тебе надето? С каких пор ты стала носить спортивные костюмы?

Несмотря на непритязательность образа, девушка выглядела прелестно, на нее постоянно оборачивались и посетители кафе, и обычные прохожие. Она не поздоровалась с бывшим женихом, даже не кивнула в знак приветствия. С самого дня свадьбы новая Миранда смотрела как бы сквозь Оливера, и Гэбриел невольно задался вопросом о причине подобной неприязни. Его давнего приятеля все считали душкой, едва ли не ангелом во плоти, но здесь явно что-то было не чисто.

– Миранда решила сменить имидж, - сказал он первое, что пришло в голову.

– Эксперимент не удался, - авторитетно заявил Оливер. – Куколка без макияжа, одета хуже некуда, сидит во второсортной кафешке… Что происходит, Гэйб? Ты решил превратить мою девушку в простушку? Может, еще в колледж ее запишешь?

Гэбриел понимал, что Бронсон сейчас вне себя от ревности и злости, но это никак не оправдывало его откровенное хамство.

– Выбирай выражения, Олли, если не хочешь лишиться зубов. Миранда уже не твоя девушка, и она сама будет решать, во что ей одеваться.

– Ну ты загнул! – нервно рассмеялся Оливер. – Да будет тебе известно, куколка ничего не решает сама. Ей необходим опытный советчик, он же стилист, он же суфлер, он же…

Миранда внезапно резко поднялась и протянула руку, призывая Гэбриела последовать ее примеру. Тот без вопросов подчинился, и они ушли, оставив Бронсона сидеть в одиночестве за неубранным столом.