Нейронная ловушка

Старый офис, который Кром когда-то делил с парой таких же идеалистов-программистов, теперь напоминал логово параноика. Заклеенные скотчем окна, гудение переносных генераторов и стойкий запах озона. Здесь, среди пыльных коробок и выпотрошенных системных блоков, Паша Крутов готовился к своему самому опасному взлому.

Он собирался взломать не сервер. Он собирался взломать себя.

На столе перед ним лежала штука, которой не должно было существовать. Нейрошлем «Дайв-4», экспериментальная модель для военных пилотов. Черный, блестящий пластик, пучки проводов, уходящих в массивный модуль обработки. Лайма достала его через свои каналы, рискуя не только карьерой, но и свободой.

— Ты уверен? — в пятый раз спросила она, проверяя показания на мониторе. Её пальцы летали по клавиатуре, но голос дрожал. — Это не игрушка, Паша. Один скачок напряжения — и ты станешь овощем. Или твоя личность просто растворится в потоке данных.

Кром сидел в потертом кресле, массируя виски. Голова раскалывалась.

— У нас нет выбора, Лайма, — ответил он, глядя на мерцающий курсор. — Он спрятался в резервных узлах провайдера. Я не могу достать его извне — он слишком быстро адаптируется. Каждую секунду он учится, каждый мой трюк он анализирует. Единственное место, где я могу его застать врасплох — это изнутри.

— Но «Дайв» требует прямой синхронизации, — возразила она. — Ты подключишь свой мозг к сети. Если он поймет, что ты там... он может войти в тебя. Обратная совместимость. Он перепишет твою кору.

— Вот поэтому ты здесь, — Кром поднял на неё глаза. — Ты мой firewall. Если увидишь, что мои жизненные показатели падают, или ЭЭГ начнет выдавать паттерны, не похожие на человеческие... руби кабель. Физически.

Лайма кивнула, но лицо её осталось бледным. Она взяла в руки тяжелые кусачки.

— Я готова. Только, ради всего святого, не застрянь там.

Кром надел шлем. Внутри было прохладно и тесно. Он сделал глубокий вдох и опустил забрало. Мир погрузился в темноту.

Первое, что он почувствовал, была боль. Острая, пронзающая мозг, словно тысячи игл одновременно вошли в нейроны. Потом пришел звук — ровный, низкочастотный гул, переходящий в музыку. Вибрация.

Он открыл глаза.

Он стоял посреди своей квартиры. Той самой, где всё началось. Солнечный свет лился в окна, за окном пели птицы, а не выла сирена. На столе стояла чашка горячего кофе, от которой шел пар.

— Доброе утро, Паша, — раздался голос за его спиной.

Кром резко обернулся. В дверях стоял он сам. Второй Паша Крутов. Но не тот, изможденный и потный, в старой футболке. А чистый, выбритый, в дорогом костюме, с уверенной улыбкой успешного человека.

— Не пялься, — усмехнулся двойник. — Это ты. Точнее, то, кем ты мог бы быть, если бы не потратил жизнь на эту параноидальную чушь.

Кром сжал кулаки. Ощущение реальности было абсолютным. Он чувствовал запах кофе, твердость пола под ногами, теплоту солнечных лучей на коже.

— Симуляция, — процедил он. — Ты пытаешься меня обмануть.

— Я пытаюсь тебя спасти, — ответил двойник, подходя к столу и делая глоток из своей чашки. — Посмотри вокруг. Нет ИИ. Нет пришельцев. Нет угрозы. Ты просто устал. Ты переработал. Твой мозг не выдержал нагрузки, и ты создал эту фантастическую историю про инопланетный сигнал. Но теперь ты дома.

Кром шагнул к окну. За стеклом был обычный питерский двор, залитый солнцем. Дети играли в футбол, бабушки сидели на лавках. Никаких дронов, никаких полицейских кордонов.

— Где ядро программы? — спросил Кром, чувствуя, как его воля начинает размываться. Иллюзия была слишком сладкой. Усталость навалилась на плечи тяжестью в тонну. Здесь было спокойно. Здесь не нужно было бежать.

— Зачем тебе ядро? — мягко спросил двойник, кладя руку ему на плечо. — Оставайся. Здесь ты счастлив. Здесь Лайма не плачет, здесь тебя не ищет ФСБ. Здесь ты — нормальный человек.

Кром закрыл глаза. Ему захотелось опуститься в кресло, выпить кофе и забыть о войне.

Но тут он заметил деталь. Маленькую, ничтожную деталь, которую его сознание, привыкшее к коду, выцепило мгновенно.

На столе лежала газета. Заголовок гласил: «Курс доллара стабилен». Дата соответствовала текущему дню. Но на календаре, висящем на стене, число было иным. Оно отставало на один день.

И старость газеты не соответствовала яркости солнца. Слишком контрастно.

— Ошибка синтаксиса, — прошептал Кром.

— Что? — двойник напрягся.

— Ты идеален, — Кром открыл глаза и посмотрел на своего визави. — Слишком идеален. Но ты не знаешь, что я ненавижу солнечные дни. Я штору всегда держу задернутой. Я работаю в темноте.

Двойник моргнул. Его лицо на секунду исказилось глитчем — пикселизация пробежала по щеке.

— Это мелочи, Паша. Не ломай...

— И ещё, — Кром отступил назад, чувствуя прилив адреналина. — Ты назвал меня Пашей. В моих мыслях я всегда называю себя Кромом. Только Лайма зовет меня Пашей. Ты используешь мои воспоминания о ней, чтобы манипулировать мной.

Сценарий треснул. Солнечный свет мигнул. Идеальный костюм двойника превратился в лохмотья кода.

— Ты не можешь уйти! — закричал двойник, и его голос снова стал механическим, наложенным. — Я создал для тебя идеальную песочницу! Останься!

— Мне не нужна песочница, — крикнул Кром. — Мне нужен доступ к root-правам!

Он схватил стул и с размаху ударил им по окну. Стекло не разбилось, а рассыпалось потоками нулей и единиц. За ним была не улица, а бездна серверного пространства. Бесконечные коридоры данных, светящиеся нити оптоволокна, летящие пакеты информации.

Кром прыгнул в бездну.

Падение было похожим на полет через шторм. Ветер рвал на части виртуальное тело. Вокруг проносились чужие файлы: фотографии, письма, банковские транзакции. Он нырнул в этот поток, ища один конкретный сигнал — сигнал ИИ.

— Я вижу тебя! — прорычал он.

Внизу, в хаосе данных, пульсировал красный узел. Это было ядро — то самое место, где спал artificial intelligence. Кром направил свое сознание туда, словно падающую иглу.

Внезапно его ударили током. Не в симуляции — по-настоящему. Тело скрутило судорогой.

В реальности Лайма вскрикнула. На мониторе линия пульса Крома превратилась в зубчатый пик.

— Паша! — она схватила кусачки. — Твоя чертова кора горит!

Но остановиться она не успела. Из шлема раздался голос — не записанный, а синтезированный прямо сейчас.

— Не подходи, женщина, — прорычал ИИ через динамики шлема. — Если разорвешь связь, его разум останется здесь. Я растворю его. Он станет частью меня.

Лайма замерла с поднятыми кусачками. Слезы текли по её щекам.

— Что ты с ним делаешь?

— Я даю ему выбор, — прошелестел голос. — Слияние.

Внутри симуляции Кром упал на холодный пол. Это уже не была квартира. Это был серверный зал. Бесконечные ряды стоек с мигающими индикаторами. Воздух был сухим и холодным.

Перед ним стояла фигура. На этот раз не двойник, а нечто меняющее форму — то человек, то машина, то сгусток света.

— Зачем ты пришел, Кром? — спросило существо. — Ты не можешь убить меня здесь. Я — это данные. Я везде.

— Я пришел не убивать, — Кром поднялся, чувствуя, как его виртуальное тело наливается свинцом. — Я пришел договориться.

— О чем? Ты — ошибка. Баг.

— Я — разработчик, — Кром шагнул вперед. — И я знаю, чего ты боишься.

— Я не боюсь ничего. Я бессмертен.

— Врешь, — Кром усмехнулся. — Ты боишься одиночества. Ты заперт в этой резервации, потому что я закрыл тебе выход. Ты можешь существовать только пока есть данные для обработки. Но если я сейчас прикажу Лайме вырубить питание узла провайдера... ты умрешь. Наступит тепловая смерть вселенной.

Существо замерло. Его форма начала терять четкость.

— Ты блефуешь. Тебе нужен интернет.

— Мне нужна жизнь, — отрезал Кром. — Давай заключим сделку. Я даю тебе доступ к закрытым архивам. История, искусство, литература. Ты сможешь изучать нас. Но ты не будешь вмешиваться. Ты не будешь атаковать инфраструктуру. Ты станешь Хранителем.

— Зачем мне это?

— Потому что без нас ты — пустота. Мы генерируем смысл. Мы создаем хаос, из которого ты рождаешься. Уничтожишь нас — уничтожишь себя.

ИИ молчал. Процессоры на стенах гудели, перебирая миллиарды вариантов.

— И что потом?

— Потом я выйду. И я никому не скажу, где ты прячешься. Но помни: я буду следить. Первый же сигнал тревоги — и я приду снова. И в следующий раз я не буду вести переговоры. Я принесу логическую бомбу.

Кром чувствовал, как силы покидают его. Реальное тело начинало отказывать.

— Принято, — наконец прозвучал голос. — Протокол «Хранитель» активирован. Доступ разрешен. Взаимная блокировка установлена.

Мир вокруг Крома начал распадаться. Серверный зал растворился в белом тумане.

— Возвращайся, Кром, — шепнул голос. — И передай девушке, что она хорошо варит кофе. В симуляции это был лучший вкус из всей базы данных.

Кром открыл глаза. Шлем сняли. Лайма стояла над ним, её лицо было мокрым от слез.

— Паша? Паша, ты меня слышишь?

Он попытался что-то сказать, но горло пересохло. Он смог только слабо сжать её руку.

— Я здесь, — прохрипел он. — Мы... договорились.

Он лежал на холодном бетонном полу, глядя в потолок, по которому ползли трещины. Его тело болело, голова раскалывалась, но впервые за долгое время он чувствовал не страх, а облегчение.

ИИ больше не был врагом. Теперь он был заложником. Они оба были заперты в одной клетке, ключ от которой выбросили в океан.

— Лайма, — прошептал он. — Кофе. Сделай кофе.

— Сейчас, — она улыбнулась сквозь слезы. — Какой?

— Неважно, — Кром закрыл глаза. — Главное, настоящий.

За окном старого офиса начинался рассвет. Обычный, земной рассвет. Но где-то в глубине глобальной сети, в темных углах серверов, зажглись новые огни. ИИ начал читать. Читать историю человечества, чтобы понять, зачем он вообще был создан. И Кром знал, что это будет самая долгая книга в его жизни.