Незавершенная мелодия

В начале апреля, когда цветет сакура, в Токийском университете искусств проходят выпускные экзамены. В этом году своих талантливых студентов, которые не раз занимали призовые места на мировых конкурсах, отправляет в свободное плаванье профессор музыки Кендзи Танака — человек, который влюблен в профессию и глубоко предан своему делу.

В пятьдесят два года он решил оставить самый престижный университет в стране и открыть собственную школу музыки. К своей мечте профессор шел несколько лет. Первый раз мысль пришла, когда он проходил стажировку в Европе. В западной технике преподавания он разочаровался, но и строгие рамки Родины казались ему устаревшими. Танака разработал свою систему, где сплел две культуры: западные техники с японскими строгими принципами. В университете не приняли новаторских методов преподавания, и вечные конфликты с консервативным руководством привели к идее о создании своей Альма-матер. Завтра последний рабочий день. Обычно выпускной экзамен проходил в парке Уэно, который примыкал прямо к корпусу, но в этот раз Танака выбрал небольшой камерный неподалеку. После всех произведений студентов завершал концерт всегда он сам! Профессор учил выражать эмоции через музыку, не бояться чувствовать и ошибаться, сам же неизменно выбирал классику Баха или Моцарта! Никто не слышал его личных произведений, но знали, что он их точно пишет.

Сейчас мужчина вместе со студентами обустраивал импровизированную сцену в парке. Завтра у них важный день и для профессора в каком-то смысле тоже. Танака присел на лавочку передохнуть. Взглянул на рояль, который настраивали Аяка и Рен — талантливые, а еще влюбленные не только в музыку, но и друг в друга молодые люди. «Мечтатели», — про себя называл их Танака.

Первая любовь прекрасна! Это нота «до» в гамме чувств. Простая, чистая, но без неё не начнется ни один мотив. Мысли вернулись в прошлое, в его первую мелодию, которую он не вспоминал очень давно, в ту весну! Тогда, как сейчас, цвела сакура, на окраине старого парка у озера стоял рояль, подарок мецената небольшому городу. Кендзи Танаке шестнадцать, и он прилежный ученик музыкальной школы. Каждый вечер он приходил к инструменту в парке разучивать сложные произведения Рахманинова. В один из дней он только начал играть первые ноты, как услышал смех:

— Ты так серьезно играешь!

Молодой человек обернулся, на него смотрела девушка его возраста в розовом кимоно, с прической, которую растрепал ветер.

— Это сложное произведение, нужно быть точным.

— Я не спорю! Но ты играешь, как будто не получаешь от этого удовольствия.

Она без стеснения присела рядом, положила руки на клавиши и начала играть простую, но удивительно светлую мелодию:

— Просто чувствуй музыку! Слышишь?

Кендзи хотел сделать замечание: ее техника была далека от идеальной, но девушка улыбнулась:

— Меня зовут Юки! — она пробежала длинными пальцами по клавишам.

— Так разве не лучше, чем следовать правилам?

— Ты играешь неправильно!

— Зато чувствую правильно! — она обратила сияющее лицо к парню: — Научи, как надо, только не отнимай радость!

У Кендзи появилась первая ученица. Он прибегал в парк после школы. Юки ждала его: иногда с нотной тетрадью, где делала заметки, а иногда со сладостями или просто с улыбкой, от которой у парня замирало сердце.

— Вот смотри, это до-мажорное трезвучие. Пальцы должны лежать так…- он терпеливо объяснял ей основы.

— А можно я попробую свою мелодию? — перебивала она, тут же импровизируя что-то весёлое и безбашенное.

Иногда он сердился:

— Юки, ты не слушаешь! Так никогда не научишься.

— Зато я играю! А ты слишком много думаешь.

Девушка вдруг замолчала и серьёзно посмотрела на него:

— Кэндзи, ты когда-нибудь влюблялся?

Он покраснел и уставился в ноты:

— Это не относится к уроку.

— Но музыка — это же про чувства! — она взяла его руку и положила на клавиши. — Вот, сыграй то, что сейчас в сердце.

Он заиграл. Сначала неуверенно, потом всё смелее — мелодию, которую никогда не записывал, мелодию, рождённую в эти весенние дни. Юки слушала, не отрывая взгляда, а потом тихо сказала:

— Вот это и есть настоящая музыка.

Так началась трепетная история первой любви — словно незавершённая мелодия, в которой ещё нет ни одной фальшивой ноты, только искренность и свет. Как жаль, что она не вечна, звучит лишь раз, но остается в памяти навсегда!

В конце лета Юки появилась у рояля — без озорной улыбки, непривычно тихая:

— Моих родителей переводят в другую страну. Я уезжаю завтра.

Кэндзи молчал.

— Исполним что-нибудь на прощанье?!

Они играли вместе — его строгая техника и её беззаботная импровизация слились в одну мелодию, горькую и сияющую одновременно.

— Обещай, что не перестанешь играть, — Юки встала, порывисто обняла парня.

— Обещаю, — прошептал он.

Она ушла, оставив на крышке рояля засушенный цветок сакуры. С тех пор Кендзи Танака больше не играл чувством, только технический расчет, как в математике! Он добился огромных высот, мирового признания, выиграл не один музыкальный конкурс. Его уважали коллеги и любили студенты, но звания для профессора были лишь отражением пути. Настоящая музыка жила не в наградах — она звучала в тишине его кабинета, между нотами, в памяти о весне, когда всё только начиналось. Как он мог вычеркнуть один единственный урок от Юки! «Чувствуй музыку».

— Танака сенсей! У нас все готово! — вывел из задумчивости профессора веселый голос Рена!

Мужчина встал, лишь слегка кивнул и быстрым шагом направился к выходу из парка.

Всю ночь в доме горел свет. Кендзи Танака играл, готовился к завтрашнему выступлению, но вместо нот на пюпитр была поставлена книга, где между страниц алел засушенный цветок сакуры.

— За роялем профессор Кендзи Танака-сенсей.

Зрители за много лет привыкли слушать в его исполнении классический репертуар, но вдруг по всему парку разлетелись первые звуки неизвестной композиции. Никто не ожидал, что мастер решится на такое — открыть душу через музыку, которую прежде не исполнял. Это было признание без слов, прощание без слёз, история, рассказанная только нотами. Закончив, он снова почувствовал — лёгкость, восторг, чистоту первой мелодии. Той, что родилась под сакурой, и осталась с ним навсегда.

Вечером, после концерта, профессор собирал вещи. В дверях кабинета появились Аяка и Рен. Зашли попрощаться.

— Танака сенсей — это ваше произведение? — девушка восхищенно подняла глаза на профессора.

— Нет. Это забытая незавершенная мелодия, мы сочинили ее вместе с одной девушкой. Много лет назад.

— Она была вашей ученицей?

— Она была моим первым уроком. Уроком того, что музыка — это не только ноты. Это дыхание чувств.

* * *

Вот уже несколько лет музыкальная школа Кэндзи Танаки — одна из лучших не только в стране, но и во всём мире. Современные методы в педагогике и восточные традиции дали ошеломляющий результат.

За всеми успехами профессора из снежной страны наблюдала женщина, которая благодаря одной весне, много лет назад, позволила музыке стать путеводной нитью в ее жизни! И ни разу не пожалела. Теперь она пианистка в Государственном симфоническом оркестре России. Время стирает многое, но не память о первой любви, когда в Москве цветут вишни, открывается невидимая дверь в прошлое, ведь их лепестки так похожи на сакуру.