Неземная любовь Аркадия Сидорова

1

Аркадий Сидоров был любимчиком ГД.

Александр Анатольевич приметил его ещё в девятом классе физико-математического лицея, во время одной из олимпиад, которые как раз и проводились по инициативе ГД для выявления юных талантов.

А Сидоров оказался не просто талантом. Он проявил все задатки настоящего гения, который живёт в каком-то особенном мире и наблюдает его явления под особенным углом.

К примеру, если обычные люди живут по законам Эвклидовой геометрии, то Аркадий Сидоров – по законам геометрии Николая Лобачевского, в которой даже параллельные прямые ведут себя непредсказуемо.

Вот ГД и патронировал его из лицея сначала в университет, а затем на работу в «Рубеж», где Аркадий Сидоров официально занял место руководителя группы перспективных исследований, а неофициально почти моментально заработал себе репутацию классического сумасшедшего учёного.

В лучшем смысле этого слова, разумеется…

Точно таким же образом, на несколько лет раньше, ГД открыл и Виктора Бородина, который тогда ещё не знал, что на соревнованиях студенческих команд КВН встретит свою будущую жену Марину, и у них родится необыкновенная дочь Лиза и получится замечательная семья.

А с Аркадием Сидоровым у Виктора Николаевича Бородина получилась крепкая мужская дружба на основе общего дела, потому что Виктор Николаевич ведь тоже был гением, только без завихрений, как у Сидорова.

И когда с помощью Ииши и Лизы началось освоение Марса, Аркадий Сидоров и Виктор Николаевич проявили себя просто блестяще, причём Сидоров больше на Марсе, а Виктор Николаевич – больше на Земле, хотя оба мотались между двумя планетами по несколько раз в неделю.

Как правило, Сидоров самым первым находил какое-нибудь хитроумное марсианское техническое устройство, изучал его в своей лаборатории на Марсе, составлял первичное заключение и затем передавал это устройство на Землю, где в лабораториях АО «Рубеж» под руководством Виктора Николаевича сотрудники находили этому устройству практическое применение.

Так был создан шагоход-цеплеход для перемещения внутри марсианских пещер по горизонтальным и вертикальным поверхностям, и крылолёт для полётов над поверхностью Марса в его чрезвычайно разрежённой атмосфере из углекислого газа.

Правда, как ни старались Аркадий Сидоров и Виктор Бородин, им пока не удалось разгадать секрет марсианских светильников в форме заковыристых иероглифов. Оба были уверены, что эти светильники имеют растительное происхождение и как-то должны размножаться, но где и как их выращивать, и как добиться их уверенного размножения, им всё ещё было непонятно.

Зато самым важным устройством, найденным Сидоровым и преобразованным под руководством Виктора Бородина в действующий аппарат, был генератор массы, который позволил устанавливать в любом месте Марса земную силу тяжести.

Ведь сила тяготения на Марсе составляет всего тридцать восемь процентов от силы тяготения на Земле, и, при длительном пребывании на Красной планете это может вызвать в организме людей необратимые изменения – даже несмотря на регулярные занятия в спортивных залах.

А как только генераторы массы стали производиться серийно и начали устанавливаться во всех местах пребывания земных колонистов, освоение Марса закипело прямо-таки со страшной силой.

Конечно, центром человеческой деятельности здесь был Институт Марса, возглавляемый Мариной Дмитриевной Бородиной. А для исследования недр Красной планеты был сформирован отряд геологов, то бишь марсологов, при том, что с найденными ими полезными ископаемыми нужно было что-то делать.

Разных полезных ископаемых в недрах Марса оказалось полно! Ведь коренные марсиане свои недра практически не разрабатывали. Их цивилизация развивалась по другим принципам – а по каким, как раз и выясняли сотрудники Института Марса.

Ну а пока, чтобы марсианскому добру не пропадать, строилась горно-обогатительная фабрика, то есть уже целый комбинат, директором которого стал целеустремлённый и влюблённый в свою работу Иоганн Фридрихович Штейн.

Соответственно, всем прибывающим на Марс людям надо было где-то жить, что-то есть, как-то отдыхать и заботиться о своих детях, которых они не желали оставлять на Земле. Поэтому на Марсе строились теплицы, животноводческие комплексы, перерабатывающие предприятия, культурно-досуговые центры, а также школы и детские сады.

Лиза иногда просто поражалась тому, сколько людей и всякого оборудования они с Иишей перевезли с Земли на Марс всего за несколько прошедших месяцев, и сколько всего люди сделали и построили за эти месяцы!

При всём при том, даже на фоне такой бурной жизни, находка марсианской девушки-модели стала очень ярким событием, ещё раз подтверждающим, что марсиане – прямые предки земных людей.

Правда, марсианская цивилизация прекратила своё существование полтора миллиона марсианских, то бишь почти три миллиона земных лет назад.

Два миллиона восемьсот двадцать тысяч земных лет назад, если точнее.

А какие такие люди могли быть на Земле в то время?..

Да никакие, утверждает официальная земная наука, и старина Чарлз Дарвин в первую очередь.

Ну, значит, пришло время дорогому Чарли изменить своё мнение, пусть даже он и ушёл в лучший мир ещё в 1882-м году.

Против фактов не попрёшь!

2

В тот судьбоносный день Сидоров не успокоился, пока не вскрыл прозрачную колонну, в которой находилась модель. Затем он утащил её в свою лабораторию, и, отложив другие дела, занялся ею как следует.

На Марсе его одолевали сотрудники с просьбами настроить оборудование или поправить программы, на Земле метал громы и молнии ГД, но Сидоров всех новых марсиан отсылал к своим помощникам, на гневные воззвания ГД почти не реагировал, и целую неделю практически безотлучно просидел в лаборатории. Даже поесть в общую столовую он прибегал только на самую короткую минутку, судорожно чего-то перехватывая и мысленно находясь вовсе не в тарелке с едой, а всё там же, в своей лаборатории.

Что интересно – в течение этой недели Сидоров несколько раз вызывал в лабораторию Валерию Коростылёву. Поначалу она бежала туда с сияющим видом, но постепенно её настроение стало падать, вид становился всё более растерянным, а глаза наполнялись слезами.

Однако на расспросы коллег Лера отвечала, что всё в порядке, и им всем показалось.

Но им не показалось!

В общем, какая-то жгучая драма назревала во всей этой истории, но куда она должна была привести её участников, никто из окружающих пока не понимал.

3

И вот, спустя неделю, подойдя к дверям своей комнаты отдыха на Марсе, Лиза с Иишей поняли, что там кто-то есть.

Этот кто-то был как будто Сидоров, и он с кем-то говорил, однако голос его звучал очень странно.

Сидоров с кем-то сюсюкал!

Чего-чего, а такой интонации Лиза от Сидорова никак не ожидала!

Она удивлённо прислушалась, переглянулась с Иишей, тихонько открыла двери…

И вытаращила глаза от изумления.

Сидоров водил по комнате отдыха ту самую марсианскую модель.

Точнее, пытался водить, потому что модель двигала своими идеально стройными ножками довольно неуверенно и неловко. Сейчас она была одета уже не в длинное белое платье, в котором была в той прозрачной колонне, а в розовый комбинезон с шортиками, и в её длинных вьющихся волосах были розовые бантики.

Симпатичные, но неказистые!..

Сидоров явно завязывал их сам.

Если бы Лиза была взрослой, она могла подумать о Сидорове всякое-разное, но она была ещё ребёнок, и то, как выглядела модель в комбинезоне с бантиками, ей очень понравилось.

А сам Сидоров её даже восхитил, потому что он выглядел и выражался сейчас чрезвычайно умилительно.

Бережно придерживая модель, он приговаривал сладким-сладким голосом:

- Вот умничка, Афродиточка, вот молодец! Уже хорошо получается, очень даже хорошо! Поднимай левую ножку, ставь сюда… Вот, получился новый шаг… Теперь поднимай правую ножку, ставь сюда… Получился ещё один шаг!.. Да ты моя умничка! Папина ненаглядная радость!

- Папина радость?! – не выдержав, завопила Лиза, распахивая двери, в то время как Ииша разразилась таким каскадом розовато-фиолетовых вспышек, которых Лиза у неё ещё ни разу не видела.

Сидоров вздрогнул, покачнулся и чуть не упал, но его от падения вдруг удержала модель. Это было очень странно, в сравнении с тем, как неуклюже она только что двигалась!..

Растерянно хлопая глазами, Сидоров залился краской и открыл рот, хотя явно не знал, что сказать.

Это зрелище тоже очень понравилось Лизе, но вслух она сказала:

- Сидоров, что ты опять делаешь в нашей комнате отдыха? Нигде от тебя покоя нет, ни на Земле, ни на Марсе!

- Так, это… Мы тут, это… Тут просто никто не мешает!.. – пролепетал Сидоров.

- Ну да, потому что, кроме тебя, никто сюда не лезет в наше отсутствие! – сердито сказала Лиза. – Даже роботы-уборщики и то запрашивают нашего разрешения!

А Ииша сверкнула ярко-оранжевым и вдруг произнесла очень-очень тёплым голосом, обращаясь к модели:

- Афродита! Такое у тебя теперь имя?

В ответ модель наивно захлопала глазкам и залепетала смущённым детским голоском:

- Да, Афродита! Это богиня красоты, любви, плодородия, а также вечной весны и жизни. У вас в Древней Греции, на Земле!

Сидоров с гордостью посмотрел на модель.

Кажется, она безмерно восхищала его каждым своим словом.

И каждым движением, значит, тоже.

А модель опять пару раз хлопнула глазами и продолжила ещё более наивно, уже явно играя:

- Это папочка меня так назвал!

Сидоров прямо засветился от счастья, игры модели явно не заметив.

Ииша и Лиза мысленно удивлённо переглянулись, и Лиза подумала, что эта модель далеко не так проста!

- Афродита, а можно я поправлю тебе бантики? – вдруг очень нежным голосом проворковала Ииша.

Лиза вытаращилась на неё, и даже почувствовала внезапный и очень странный для себя укол ревности.

- Хорошо! Можно! – пискнула модель.

Ииша протянула к Афродите два луча, развязала банты и тут же очень красиво завязала их вновь.

- А меня зовут Ииша. – представилась Ииша.

- Очень приятно! – пискнула модель. – Ты теперь моя мамочка?

Вот тут на Афродиту уставился Сидоров, и захлопал глазами, переводя взгляд на Иишу.

Лиза тоже от удивления открыла рот, но тут же его закрыла – потому что Афродита играла сейчас уже совершенно откровенно! Причём с каждым из них по-разному.

С Лизой – как подружка-сверстница, с Иишей – как младшая подружка, несмотря на свой реальный возраст, а вот с Сидоровым…

С Сидоровым Афродита играла вовсе не как младшая со взрослым, а совсем наоборот - как взрослая с младшим!.. Хотя внешне, для самого Сидорова, всё выглядело совершенно иначе.

И при этом в игре Афродиты не было никакой злонамеренной насмешки, наоборот, она была сама доброта, абсолютно искренняя и тёплая – прямо как настоящий человек.

Лиза вдруг поняла, что Афродита очень ей нравится и прямо-таки притягивает к себе – именно как мудрая, чуткая и заботливая взрослая. У Лизы теперь даже не умещалось в голове, что на самом деле Афродита – просто человекоподобная модель, просто машина.

Или, другим словом – робот.

- Нет, Афродита, я не могу быть твоей мамочкой. – сказала Ииша с явным сожалением. – Потому что я сама родилась совсем недавно!

Афродита захлопала глазами, и Лиза совершенно ясно поняла, что она сейчас спросит просто на автомате: «А где тогда моя мамочка?»

Ну, и что ей ответить?!

Поэтому Лиза быстро спросила:

- Сидоров! Где ты взял этот комбинезон?

- Это я Валерию Коростылёву попросил принести что-нибудь практичное из её собственного гардероба. Вот она и принесла! – ответил Сидоров, легкомысленно махнув рукой. – Оказалось, что у них с Афродитой одинаковые размеры!

- Одинаковые размеры, ну да! – хмыкнула Лиза.

«Дурак ты, Сидоров!» - подумала она про себя, не скрывая эту мысль от сестры.

«Почему он дурак?» - удивилась Ииша.

«Потому что это не размеры у них одинаковые!» - пояснила Лиза. – «А просто у Леры фигура как у той самой богини! И она-то как раз настоящая богиня и есть!»

«А-а!» - протянула Ииша.

- А почему ты вот так её учишь? – продолжала Лиза вслух.

- Афродита, замри! – скомандовал Сидоров.

Марсианская искусственная девушка тут же замерла, с таинственной улыбкой на лице глядя в пространство перед собой.

- Как – так? – неловко спросил Сидоров.

- Ну, ты учишь её ходить, как учат маленьких детей. – пояснила Лиза. – Ты же мог просто написать программу всех её движений! Сэкономил бы время.

- Ну, э-э… - протянул Сидорова, опять начиная краснеть. – Я и так написал программу! Ну и Коростылёва немного помогла. Она же у меня практикант-программист! А я её наставник!

- Ты не наставник! Ты хищник и эксплуататор, Сидоров! – сказала Лиза сердито.

- Почему это хищник?!

- Потому что пользуешься чужим трудом в личных целях!

- И вовсе не в личных, а ради мировой науки! – обиженно возразил Сидоров.

- Ладно, о мировой науке мы позже поговорим!.. – усмехнулась Лиза. – Ты лучше объясни, какую такую программу ты написал для Афродиты, если сам её учишь?

- Ну, э-э… - затянул Сидоров, опять пламенея в полную силу.

- Просто Аркадию Ростиславовичу нравится учить! – вдруг сказала Ииша. – Как твоему папе, Лиза, нравилось учить меня.

- Да! – воскликнул Сидоров.

- Значит, ты теперь настоящий папочка? – спросила Лиза.

- Ну, это, э-э.. Это такая методика! – заявил Сидоров.

«Методика? Ну-ну!» - повторила Лиза про себя, вспоминая, как ловко Афродита удержала Сидорова от случайного падения, а он, балбес, этого даже не заметил. Тут Лиза почувствовала ментальный сигнал от мамы.

Марина Дмитриевна, выходя с дочерью на мысленную связь, всегда действовала очень тактично и никогда не лезла дочери в голову без её разрешения.

«Лиза, тук-тук!»

«Да, мамуля?»

«Ты уже обедала?»

«Ещё нет.»

«Ну, тогда приходите с Иишей сейчас в нашу столовую. Пообедаем вместе!»

«Бегу, мамуля!»

Конечно, Ииша не нуждалась в биологической пище. Она подзаряжалась то от атомной электростанции на Земле, то от термоядерного реактора здесь, на Марсе.

Но ей очень нравилось быть с людьми во время обедов, и вообще во время разных событий. К тому же Ииша очень любила подхватывать у людей интересные выражения и словечки.

Как-то одна из новых работниц в свиноводческом комплексе произнесла такую фразу: «Да я - за любую движуху, кроме голодовки!»

Это поговорка так понравилась Иише, что она стала повторять её к месту и не к месту, вызывая радостный смех Лизы и некоторое неудовольствие Марины Дмитриевны.

4

За обедом Лиза рассказала маме о последних событиях вокруг найденной марсианской модели, которая теперь получила гордое земное имя Афродита.

- М-да!.. Значит, Аркадий по-прежнему предпочитает держать все свои комплексы при себе! – вздохнув, прокомментировала Марина Дмитриевна. – Вернее, это они его держат!

- Какие комплексы, мама?! – очень удивилась Лиза, а Ииша мигнула жёлто-фиолетовым.

- Ну, видите ли, дорогие детки… У Аркадия всю жизнь были большие проблемы с его мамой.

- С мамой?! – ещё сильнее удивилась Лиза. – А где она? Я её никогда не видела!

- Конечно, не видела! – кивнула со странной улыбкой Марина Дмитриевна. – Потому что пять лет назад, когда ты была ещё совсем маленькой, нам удалось эту проблему решить! Общими усилиями.

- Нам – это кому?! Какими усилиями?! – воскликнула Лиза, уже просто горя от любопытства.

- Ладно, попытаюсь объяснить! – опять вздохнула Марина Дмитриевна. – Теперь ты уже большая и вполне способна всё понять.

- Да я вообще уже всё понимаю! – воскликнула Лиза с обидой.

- Ладно-ладно! Не надувайся! – улыбнулась Марина Дмитриевна дочери.

И принялась рассказывать:

- Мама Аркадия, Аделаида Витальевна, всегда была очень требовательной к другим людям и отличалась сверхзаботливостью. Папа Аркадия очень от этого устал, ушёл из семьи, когда Аркадию было два года, и вскоре бесследно растворился в пространстве.

- В космическом?! – удивилась Лиза.

Ииша вспыхнула изумрудно-зелёным.

- В земном! – вздохнула Марина Дмитриевна. – Так что Аделаида Витальевна воспитывала Аркадия сама, причём опекала его круглые сутки в двойном размере.

Марина Дмитриевна посмотрела на Лизу и Иишу многозначительно.

Ииша пыхнула изумрудно-фиолетовым, а Лиза воскликнула:

- Я поняла! За папу Аркадия и за него самого, да?

- Правильно! – кивнула Марина Дмитриевна.

И затем, вспомнив недавнее прошлое в качестве капитана сборной команды КВН двух своих университетов, она состроила неподражаемую гримасу и принялась передразнивать кого-то довольно визгливым голосом:

«Аркаша, дай маме руку! Аркаша, не снимай шапку, на улице ещё холодно! Аркаша, ты покушал? Аркаша, ты сделал уроки, убрал в своей комнате, выучил стихотворение на завтра, повторил его пять раз, сходил в туалет перед сном? Какой у тебя был сегодня стул?»

- Какой стул? – не поняла Лиза. – А, то есть… Что, даже так?!

- Ещё и не так! – усмехнулась Марина Дмитриевна. – Пока Аркадий был маленьким ребёнком, он это как-то выносил, но, когда стал подростком, а затем юношей и начал заводить отношения с девочками, Аделаида Витальевна принялась отбивать их одну за другой.

- Фу, как нехорошо!

- Не просто нехорошо, а очень даже плохо! – кивнула Марина Дмитриевна. – Материнская ревность иногда принимает совершенно жуткие формы!

Она опять состроила ту же гримасу и продолжала ещё более визгливым голосом:

«Аркаша, как ты можешь дружить с этой Люсей? У неё же сальные волосы! Она что, вообще никогда не моется?! А эта, как её, Анюта? У неё несёт изо рта! А Лариса так и вообще, совершенно вульгарная, невоспитанная особа! А Милена?.. Как она безвкусно одевается! Джинсы с дырками на попе! Это просто ужас какой-то!»

Тут Лиза вдруг поняла, что в столовой стало очень тихо, потому что все обедающие перестали есть и слушали Марину Дмитриевну во все глаза.

То есть уши!..

«Мама!» - подала Лиза мысленный сигнал.

Марина Дмитриевна усмехнулась, подняла голову и громко произнесла, обращаясь к присутствующим:

- А ну, народ! Нечего тут подслушивать! Я делюсь с дочками жизненным опытом! Причём, даже не своим, а чужим!

Ииша довольно мигнула оранжево-жёлтым.

А все присутствующие вдруг разразились аплодисментами и тут же опять обратились к своим тарелкам и кружкам.

Марина Дмитриевна рассмеялась, погрозила всем пальцем и продолжала вполголоса:

- Так Аркадий и остался, во-первых, один, во-вторых, приобрёл от собственной маман дикий комплекс насчёт отношений с девушками.

- Как плохо!

Багрово-красная вспышка.

- Ещё бы! – кивнула Марина Дмитриевна. – Когда Аркадий закончил университет и поступил на работу в «Рубеж», ему должно было стать полегче, но теперь Аделаида Витальевна принялась целыми днями изводить его по телефону, притягивая внимание уже к себе самой. То ей грустно, то ей дурно, то плохо с сердцем!

- На самом деле?!

- Ничего подобного. И тогда Александр Анатольевич пригласил нас с папой, как уже опытных семейных людей и устроил военный совет.

- Класс!

Марина Дмитриевна загадочно замолчала.

В зале повисла оглушительная тишина.

Лиза вытаращила глаза.

Ииша сверкнула пурпурно-розовым.

Марина Дмитриевна мастерски выдержала паузу и продолжала очень тихим голосом, который, однако, был прекрасно слышен даже в самых дальних уголках просторной столовой:

- В общем, выход мы нашли очень эффективный.

- Какой?!

- Мы выдали Аделаиду Витальевну снова замуж! За старого друга Александра Анатольевича, Григория Фёдоровича Шестакова, генерал-лейтенанта воздушно-десантных войск!

Публика в зале, то бишь, все присутствующие в столовой, включая работников кухни, сгрудившихся у дверей из пищеблока, разразилась бурными аплодисментами и даже криками «Браво!»

Марина Дмитриевна встала, отвесила всем поклон, потом снова села и продолжала уже нормальным голосом:

- Григорий Фёдорович – отличный мужчина и прекрасный друг, просто он всю свою жизнь посвятил службе и до встречи с Аделаидой Витальевной даже не знал слов любви.

- А когда встретил её, то узнал?!

- Конечно. Множество самых разных слов! А чтобы избежать конфликтов, Григорий Фёдорович и Аделаида Витальевна разработали устав своей семейной жизни.

- Да-а?! Какой?!

- Они решили, что у себя в дивизии командует Григорий Фёдорович, а у них в семье и дома – исключительно Аделаида Витальевна. Тем более, она ведь теперь совершенно официально стала генеральшей!

- О-о!..

- Да!

Марина Дмитриевна придала своему лицу командный вид и продолжала:

«Григорий!» «Слушаю, дорогая!» «Завтра вечером мы идём в гости к Ивановым.» «Есть!» «А в следующую субботу – на вернисаж!» «Есть, моя дорогая!» «А послезавтра у нас генеральная уборка в квартире!» «Понял, моя дорогая. Будет сделано!»

Все опять зааплодировали.

Марина Дмитриевна придала своему лицу обычный вид и продолжала совершенно серьёзно:

- А два года назад Аделаида Витальевна и Григорий Фёдорович поняли, что им для полного счастья чего-то очень не хватает. И тогда они усыновили и удочерили сразу трёх детей из детдома.

- Сразу трёх?!

Пронзительно-жёлтая вспышка Ииши.

Бурные аплодисменты публики!

- Конечно. По-другому было никак. Это два родных брата и сестра, потерявшие родителей из-за военных действий. Очень милые дети, но озорники – будь здоров! Так что у них в семье теперь очень весело.

- А как же Аркадий?

- Он приезжает в гости к маме и Григорию Фёдоровичу несколько раз в год, и очень даже неплохо общается со своими названными братьями и сестрой.

Публика в столовой снова разразилась аплодисментами.

«Тем не менее, как я вижу, все комплексы Аркадия остались при нём.» - продолжала Марина Дмитриевна только для Лизы и Ииши. – «Ему надо о ком-то заботиться, кого-то опекать…»

«Вот почему он с Афродитой изображает из себя папочку!» - мысленно воскликнула Лиза.

«Правильно! Но, к сожалению, тем самым он перекрывает себе путь к настоящим человеческим отношениям.»

«И что же теперь делать?» - спросила Лиза, сразу вспомнив о Валерии.

«Пока ничего. Подождём развития событий!»

5

Развитие событий не заставило себя ждать.

Во-первых, в следующие два дня Афродита как-то уж очень быстро научилась ходить и двигаться как настоящая модель.

В смысле, модель из мира моды.

Тогда Сидоров, наконец-то, доложил о ней Александру Анатольевичу.

ГД немедленно захотел её увидеть и затребовал на Землю.

Для этого ответственного визита Сидоров вновь беспардонно потребовал у Валерии Коростылёвой какой-нибудь наряд в деловом стиле. Валерия, насупившись и с мокрыми глазами, выбрала стильный брючный костюм, в котором Афродита выглядела совершенно неотразимо.

На Земле Ииша и Лиза стали свидетелями того, как, едва увидев Афродиту, Александр Анатольевич буквально растаял и тоже залепетал и засюсюкал.

Афродита в ответ повела себя уже не как едва научившаяся ходить и говорить малышка с бантиками, а как молодая скромная девушка, и очень толково отвечала на все вопросы ГД о своём происхождении и о Марсе, каким она его запомнила.

Но помнила она, по её словам, очень немногое:

- За полтора миллиона марсианских лет, то есть почти за три миллиона земных, ячейки моей памяти почти опустели. Это просто удивительно, как па… То есть, как Аркадий Ростиславович сумел оживить мой электронный мозг!

- Я написал специальную восстановительную программу! – вставил Сидоров. – Пришлось как следует повозиться!

Лиза посмотрела на него сердито.

- Также мне очень помогла моя ассистентка, Валерия Коростылёва. – тут же быстро добавил Сидоров.

- А, помню, помню! – кивнул ГД, который и в самом деле отличался очень цепкой памятью. – Она ведь очень талантливый программист, не так ли? Поэтому я её к тебе и направил!

- Да, Александр Анатольевич! – честно подтвердил Сидоров. – Валерия к основной программе написала несколько вспомогательных. Движение, поведение, язык и речь, в таком духе. С большим потенциалом развития.

- Ну, как я вижу, с поведением, языком и речью у нашей богини всё в порядке! И с потенциалом для развития – тоже! – мило улыбнулся ГД.

Афродита скромно потупилась.

Присутствовавший при этом Виктор Николаевич слегка усмехнулся. Кажется, он единственный оказался неподвластен чарам Афродиты.

Лиза была этому очень рада и даже страшно гордилась своим папой!

- Поэтому я бы хотела посмотреть новый Марс, и то, что на нём уже построили и создали люди. – попросила Афродита.

- Никаких проблем! – воскликнул ГД.

- Я ведь не просто школьное пособие. Я, прежде всего, обучающая машина, и притом с развитой эмпатией. – мило улыбнувшись, пояснила Афродита.

«И очень, очень умная!» - подумала Лиза.

«Это да!» - подтвердила Ииша.

ГД захлопал глазами.

Ему было очень удивительно слышать такие слова из уст прекрасной девушки, как он её воспринимал.

- Но только мне бы хотелось… - продолжала Афродита, как бы слегка замявшись.

- Всё, что угодно! – воскликнул зачарованный Александр Анатольевич.

- Мне бы хотелось приобрести собственный гардероб! – закончила Афродита. – А то ведь на мне сейчас не моя одежда. А мне самой совершенно нечего надеть!

6

Следующие два дня Афродита со специально приглашённой ГД дамой-стилистом ездила по самым модным московским магазинам женской одежды.

Лиза и Ииша очень хотели поехать с ними, но дело в том, что визит Афродиты на Землю никак не афишировался, а вот Лизу и Иишу знали все.

Поэтому, чтобы не создавать ажиотажа, эти два дня сёстры провели как всегда – в полётах между Землёй и Марсом, и даже совершили их раза в полтора больше, чем обычно, потому что кое-что знали!

Когда через два дня они вернули Афродиту на Марс, при ней было пять объёмистых чемоданов наимоднейшей женской одежды, и теперь она принялась делиться своим гардеробом с Валерией.

Это немного утешило расстроенную практикантку. По крайней мере, Валерия перестала постоянно хлюпать носом и вытирать мокрые глаза.

Ну а затем уже впятером – то есть Сидоров, Афродита, Валерия, Ииша и Лиза – они совершили большую поездку по Марсу, ради чего даже были остановлены текущие межпланетные перевозки. Но ведь как раз для этого Лиза с Иишей и трудились так напряжённо в предыдущие два дня!

Во время этой поездки Лиза вновь была поражена тем, как много сделали люди на Марсе за довольно короткое время.

Постоянно разраставшийся Институт Марса с его многочисленными хранилищами марсианских ценностей, горно-обогатительный комбинат, работавший уже почти в полную мощность, свиноводческий и животноводческий комплексы, птицефабрика, теплицы, перерабатывающие предприятия, школы, детские сады, спортивные комплексы с бассейнами, электростанцию с термоядерным реактором и многое, многое другое увидели они во время этой первой обзорной экскурсии.

Просто было решено, что сначала они быстро-быстро посмотрят всё сразу, а уже потом Афродита побывает во всех этих местах по-отдельности и посмотрит всё более детально.

Но за эту поездку она успела сделать самое главное – совершенно очаровала всех людей, которые с ней встречались. Причём, прекрасно зная, кто она такая, все марсианские колонисты с Земли общались с Афродитой как с настоящей девушкой.

Афродита вела себя непосредственно и живо, легко поддерживала любые беседы, шутила, смеялась, восхищалась помидорами, огурцами и розами в теплицах, любовалась только что вылупившимися жёлтыми цыплятами в инкубаторе, целовала в пятачки поросят, гладила по головкам телят, задавала очень умные вопросы Иоганну Фридриховичу и сотрудникам электростанции, провела открытый урок по истории марсианской цивилизации в школе, а малышам в детском саду рассказала марсианскую народную сказку о Сферунчике.

Ну, о том самом, который вылепили и приготовили старая марсианская женщина и её древний супруг из остатков перетёртых уфф-хуффов (растения такие), и положили остудить на подоконник своей бедной хижины, а Сферунчик сбежал и отправился в путешествие по Марсу, встречая разных местных животных и от всех благополучно уходя, пока не наткнулся на хитроумную полосатую Сниффу!..

Впрочем, Афродита не стала огорчать детей, которые слушали её, вытаращив глаза, и в её сказке Сферунчик от Сниффы сбежал тоже, вернувшись к марсианским деду и бабе, чтобы стать их помощником и отрадой на склоне лет.

7

Афродита, как Сидоров и мечтал, осталась в распоряжении его отдела перспективных исследований, хотя Марина Дмитриевна планировала забрать её в Институт Марса.

Она очень надеялась, что, при изучении древних марсианских артефактов почти опустевшая электронная память Афродиты проснётся и поможет ей вспомнить какие-нибудь очень важные вещи.

Ближайшее будущее подтвердило, что Марина Дмитриевна оказалась права.

Но ведь Афродита в сне не нуждалась, к тому же ей самой, в силу её изначального устройства, очень хотелось заниматься с детьми.

Поэтому в хранилищах Института она занималась по ночам, первую половину дня проводила в школе или детском саду, а всю вторую половину дня работала в отделе у Сидорова.

Точнее, там она не работала.

И Сидоров, пока она была рядом с ним, тоже работать не мог.

Ведь он потерял из-за Афродиты голову!

Когда Афродита приходила в отдел, он садился с ней рядом и занимал её и своё рабочее время долгими никчёмными разговорами – то есть вёл себя так же назойливо, как когда-то его мать.

Но ведь Афродита была запрограммирована им самим так, что отказаться от этих разговоров не могла! Вот Сидоров трындел и трындел с ней о всяком-разном, точнее, ни о чём существенном, наслаждаясь её полным вниманием.

Это при том, что здесь же практически всё время находилась не менее прекрасная и абсолютно настоящая Валерия Коростылёва, безответно влюблённая в своего сумасбродного наставника, но совершенно им не замечаемая!..

Вот почему глаза Валерии вновь были постоянно на мокром месте, и она уже подумывала о том, чтобы попроситься обратно на Землю - чтобы не видеть Сидорова больше никогда и не мучиться из-за своей неразделённой любви!

Сидорова, однако, всё устраивало.

Он ведь впервые в жизни был счастлив с девушкой!.. За исключением, конечно, некоторых физиологических моментов, поскольку эта девушка была всё-таки очень совершенной машиной, а Сидоров был человеком. В последнее время его всё сильней и чаще мучило внутреннее томление, которое нельзя было утолить никакими разговорами даже с самым прекрасным созданием в Солнечной системе.

Тем не менее, эта история могла тянуться ещё очень долго, если бы вдруг не выяснилась одна парадоксальная вещь.

Оказалось, что сложившееся положение совершенно не устраивает саму Афродиту!..

8

Однажды после очередного рейса с Земли на Марс, когда Ииша с Лизой только вошли в свою комнату отдыха, в двери кто-то вежливо постучал.

Значит, это был точно не Сидоров!

- Входите! – сказала Лиза.

В комнату отдыха вошла Афродита.

Сегодня она была одета как будто в простое, а на самом деле очень стильное платье цвета морской волны, длиной чуть выше колен, в котором выглядела просто обалденно.

Афродита серьёзно взглянула на Лизу и сказала:

- Нам нужно срочно посоветоваться!

«Лиза, послушай Афродиту и Валерию! Сидорова я пока нейтрализовала, часа на три, не больше. Нагрузила его у нас в Институте работой!» - очень серьёзным голосом произнесла Марина Дмитриевна в голове у Лизы.

«Валерию?» - удивилась Лиза.

И тут же в двери опять кто-то постучал.

Это, конечно, была Валерия.

Она была в точно таком же платье, что и Афродита!

Вот теперь стало видно, что обе девушки – просто невероятно прекрасны! Особенно если не знать об истинной природе одной из них.

- Вы что, договорились, что ли? – удивилась Лиза.

- Договорились? О чём? – не поняла Валерия. - Мне Марина Дмитриевна позвонила, и сказала, чтобы я шла к вам.

Только тут она обратила внимание на Афродиту и воскликнула:

- Ой!

- Мне очень понравилось это платье. Поэтому я их купила два. - объяснила Афродита смущённо.

Валерия только захлопала глазами на Афродиту. И тут же как-то скуксилась, зашмыгала носом и жалобно забормотала:

- Какая ты всё-таки красивая! Не то, что я!..

- Валерия, прекрати! – строго сказала Лиза.

Ииша сочувственно полыхнула сиренево-оранжевым.

- Так, ближе к делу! – так же строго продолжала Лиза. – Сначала давайте все сядем!

- Я могу постоять… - скромно заметила Афродита.

- Нет уж! Садимся.

Все сели.

- Давай, Афродита, рассказывай. – распорядилась Лиза. – Ты же сначала с моей мамой говорила?

- Да. – кивнула Афродита.

- Ну а теперь рассказывай нам.

- Хорошо. – просто сказала Афродита.

Она оглядела всех внимательно и принялась объяснять:

- Марина Дмитриевна была права. После того, как я стала разбирать книги, документы и вещи моего народа в хранилищах, во мне стала пробуждаться моя прежняя память и активировались изначальные программы.

- То есть ты становишься опасной? – без обиняков спросила Лиза.

Афродита покачала головой:

- Ни в коем случае! И даже наоборот. Мой народ, марсиане, создали меня для того, чтобы я служила людям, и пользу для всех людей ставила выше своей собственной. А польза от моей работы в хранилищах, в Институте Марса и с детьми в школе и детском саду гораздо выше, чем наши бесполезные разговоры с па.. То есть с Аркадием Ростиславовичем.

Лиза вытаращила глаза на Аврору.

Валерия перестала шмыгать носом и тоже уставилась на марсианскую девушку.

Ииша полыхнула пронзительно-синим.

- И с каждым днём мои основные установки становятся всё сильнее и сильнее тех, по которым меня запрограммировал Аркадий Ростиславович. – объяснила Афродита с сожалением.

- То есть, это что получается?.. – пробормотала Лиза.

- Назревает конфликт. – кивнула ей Афродита.

«Всё как у людей!» - вздохнула Марина Дмитриевна.

- Но я также изначально создана и запрограммирована так, чтобы никто из людей ни в коем случае не страдал из-за меня. – продолжала Афродита.

Она посмотрела на Валерию и сказала:

- Поэтому я очень сожалею, что из-за меня так страдает Валерия! Я, конечно, попыталась её немного утешить…

- Интересно, как? – сердито спросила Валерия.

- Ну, я же не зря привезла с Земли столько красивой одежды. – скромно улыбнулась Афродита. – На самом деле это всё для тебя!

- Ой, Афродиточка! – неожиданно расцвела Валерия. – Правда?!

- Конечно. Просто некоторые вещи мне тоже очень понравились, поэтому я и купила их по две штуки.

- Так, давайте пока не будем про тряпки! – сказала Лиза с досадой. – Я хочу понять, как нам избежать большого конфликта и вправить мозги Сидорову! Его-то мы не можем перепрограммировать!

- А меня можете! – спокойно заявила Афродита. – Валерия, ты все коды доступа помнишь?

- Само собой!

- Дело в том, что если конфликт назрел, он всё равной произойдёт. Но его можно сделать минимальным. – продолжала Афродита.

- Интересно, как? – спросила Лиза.

- Я не могу сказать. – заявила Афродита. – Тут у меня стоит глубинный блок. Вы должны решить сами. Ключевые решения всегда принимают сами люди.

- Ну, я даже не знаю… - развела руками Валерия. – Перепрограммировать тебя так, чтобы ты забыла Аркадия Ростиславовича и совсем перестала обращать на него внимание?..

«Отличный вариант!» - почему-то с иронией произнесла Марина Дмитриевна. – «Я же говорю, всё как у людей!»

- Но это будет очень жестоко! Я так не хочу! – воскликнула Валерия.

- Лера, ну ты даёшь! – воскликнула Лиза.

- Класс! – произнесла вслух Ииша и полыхнула ярко-жёлтым.

«Вот, видишь, какая она?» - сказала Лизе Марина Дмитриевна. – «Я имею в виду Валерию. Таких девушек – одна на миллион!»

«Нет, мама. Одна на миллиард!» - возразила Лиза.

«Очень может быть!»

И тут в голове у Лизы забрезжила очень интересная мысль.

Ииша поддержала её ярко-голубыми сполохами.

Мысль в голове у Лизы моментально проявилась, сформировалась и засияла во всей своей очевидности.

- Так, девочки, я знаю, что мы должны сделать! – сказала Лиза.

9

Пока Сидоров был занят в Институте Марса, Лиза с Иишей успели три раза слетать с Марса на Землю и обратно, то есть доставили туда и сюда шесть разных грузов.

Они бы и больше рейсов успели сделать, но подготовка разных грузов занимала, как правило, больше времени, чем перемещения в междумире.

Зато после третьего рейса Лиза с Иишей успели в лабораторию Сидорова буквально за минуту до того, как началось главное представление.

Афродита и Валерия были здесь, сидя за компьютерами.

Но теперь в лаборатории царил идеальный порядок, в отличие от постоянного художественного беспорядка, который предпочитал устраивать Сидоров.

На это он и обратил внимание, как только стремительно вошёл в лабораторию.

- Это… Это что такое?! – воскликнул он с искренним ужасом. – Это кто сделал?!

- Мы с Афродитой немного прибрались. – спокойно ответила ему Валерия, в то время как Афродита на вопросы Сидорова не отреагировала никак.

- Но у меня же тут всё лежало на своих местах! – завопил Сидоров. – Я же теперь ничего не найду! И пыль! Где пыль, которая была вон на том стеллаже?!

- Какая пыль? Марсианская? – вновь совершенно спокойно спросила Валерия.

- Да какая разница! Я на ней вчера написал часть нового кода, чтоб не забыть! А теперь где он?! Два дня размышлений псу под хвост!

Сидоров рухнул на стул и в отчаянии уставился в пространство.

Тут Афродита поднялась со своего места и заговорила с такой же интонацией, которую не так давно изображала в столовой Марина Дмитриевна:

- Аркадий! Как ты себя ведёшь?! – строго спросила Афродита. – Что за поведение? Где твоё «спасибо» нам за уборку? И что это за история с пылью? Ты разве не знаешь, что хорошие мальчики всё записывают в специальные блокнотики? Или, хотя бы в планшетики! Где твой специальный блокнотик? Где твой планшетик?

По мере того, как Афродита говорила, лицо Сидорова приобретало всё более изумлённый вид, пока не стало абсолютно растерянным.

Афродита сделал паузу.

Лиза еле сдержалась, чтобы не хихикнуть.

Ииша тихонько мигнула тёмно-зелёным.

Сидоров кое-как открыл рот, облизал пересохшие губы и осипшим голосом спросил:

- Мама? Ты, это… Ты что тут делаешь?..

«О, мама! Кажется, у него крыша поехала!» - испугалась Лиза. – «А если мы перестарались?!»

«Ничего, ничего!» - успокоила её Марина Дмитриевна. – «Это он от неожиданности. Сейчас пройдёт. Но Афродите ещё нужно добавить! Для закрепления эффекта.»

И Афродита, как будто услышав Марину Дмитриевну, тут же добавила:

- Аркадий, я не слышу ответа. Почему ты молчишь? Ты плохо себя чувствуешь? Как ты сегодня завтракал? Где? Чем? Как обедал? Давно был в туалете? Какой у тебя был сегодня стул?

Вот тут Лиза не выдержала и рассмеялась.

Ииша полыхнула оранжево-розовым.

А Валерия, тоже не сдержавшись, наклонилась вперёд и прыснула в клавиатуру.

Сидоров закрыл рот, подумал мгновение и медленно поднялся на ноги.

- Афродита, замри! – скомандовал он.

Афродита тут же замерла, глядя в пространство.

Сидоров оглядел Лизу, Валерию и Иишу ледяным взглядом и тихо произнёс:

- А, я понял! Это такая шутка, да? Такое издевательство надо мной, да?

- Сидоров, это не шутка! И вовсе не издевательство! – сказала Лиза.

- Но откуда… Откуда вы узнали?! – продолжал Сидоров. – А, я понял… Я понял! Марина Дмитриевна всё рассказала! То есть вы все против меня! Вам всем плохо от того, что мне хорошо!

- И вовсе нет… - прошептала Валерия, шмыгнув носом на этот раз не жалобно, а упрямо.

- А вот и да! – запальчиво возразил Сидоров. – Валерия, признавайся, это ты её перепрограммировала?!

- Ну да, я. – сказала Валерия, бледнея от испуга, и не глядя на шефа. – Кому ж ещё? Я же помню все коды!

- А, вот как! Вот как! – вскричал Сидоров, бледнея и потрясая руками. – Ничего, ничего, я немедленно перепрограммирую её обратно! А ты Валерия, ты!..

Тут Лиза громко приказала:

- А ну, замолчи, Сидоров! Пока ты не наговорил всяких глупостей! Да, это Валерия Афродиту перепрограммировала! Потому что Афродита нас сама попросила! Чтобы конфликт получился маленький, а не большой! И чтобы ты не страдал! И я предложила этот вариант!

- Конфликт маленький, а не большой? Чтобы я не страдал? – растерянно повторил Сидоров.

«Лиза, молодец!» - одобрила Марина Дмитриевна. – «Продолжай!»

- Да, Аркадий Ростиславович. – кивнула Лиза. – Так что теперь, даже если ты перепрограммируешь её обратно, ты уже никогда не забудешь, как она может с тобой разговаривать. Как твоя мама, Аделаида Витальевна!

На лице Сидорова отчётливо проявилось выражение ужаса.

- Точно!.. – ошеломлённо произнёс он. – Значит, я больше никогда не смогу общаться с Афродитой, как раньше! Какой кошмар!..

- Глупости! И никакого кошмара. – заявила Лиза. – Ты будешь общаться с Афродитой ещё лучше, чем раньше. Зато целоваться будешь с Валерией! С ней же можно! В отличие от Афродиты. Правда же, Сидоров?! Ты же об этом думаешь всё последнее время? О поцелуйчиках, и так далее!.. А Валерия думает об этом с первой минуты, как только тут появилась!

Ииша полыхнула насыщенно красным, и точно такими же, насыщенно красными, сделались лица Сидорова и Валерии.

Но оба не произнесли ни слова.

Затем Сидоров слабо улыбнулся и смущённо спросил:

- Лиза, тебе на рано рассуждать о таких вещах?..

- Эх, Сидоров! Аркадий Ростиславович! Да лишь бы не стало поздно! – мудрым взрослым голосом ответила Лиза. – И вообще, устами младенца, моими, то есть, тебе и Валерии прямо сейчас глаголет истина!

«Да ты моя умница!» - произнесла Марина Дмитриевна.

«Наша умница!» - поддержал её Виктор Николаевич.

- Абсолютно согласна! – громко произнесла Ииша и полыхнула плотным оранжевым. – А тот код, который был написан на пыли, я сохранила. Вот он!

Ииша высветила прямо в воздухе несколько строчек кода.

- Уфф! – радостно вздохнул Сидоров.

- Всё, Афродита, отомри! – распорядилась Лиза.

Афродита тут же улыбнулась, шевельнулась, и, внимательно всех оглядев, спросила своим собственным голосом:

- Всё в порядке?

- В полном! – торжественно заявила Лиза.