Никаких больше Кланов!

На Нижнем уровне шёл дождь. Он не прекращался уже который день. Видимо, последние держащиеся на соплях устройства контроля погоды окончательно “навернулись”. Вообще, было удивительно, что Корпорация позволила им проработать так долго.

- “Полагаю, целую неделю давали местным жителям сдаться и перебраться наверх, - укрываясь от ливня под зонтом с деревянной рукояткой, вздохнул про себя Александр Чернов. - А теперь сливают на нас всю свою отработанную воду. Или, может, борются с каким цунами, что наслала одна из тварей Хаоса? В любом случае, теперь все те, кто здесь остались - официально вне закона, ха...”

Чудом ему удавалось сохранить горение сигареты. На площади, лишенной былого света, производимого многочисленными искусственными источниками, стояла полутьма. Приземистые дома вокруг опустели. Окна были завешаны. Безжизненная пустота. Любой пронёсшийся хладный ветерок мог затушить его единственную радость на этот вечер. А ведь еще месяц назад тысячи людей собрались здесь, дабы “дать отпор нарастающей власти триумвирата под началом Корпорации”.

Но, по итогу, их наглость и уверенность в успехе разработанного плана направила основные силы не на борьбу с недавно сформированной когортой Покорителей. А на грызню меж собой, в попытках поделить власть, ресурсы и влияние. Кланы, с самого момента своего формирования, никогда не менялись...

- Эй, красавцы и красавицы! Вы же явно не своим теплом меня согреть явились? Так нечего стесняться и прятаться по углам! - устав не замечать очевидного, объявил Чернов.

Его чёрная мантия, когда-то доставшаяся ему, как самому великому ученику клана Чёрного Лотоса, ныне выглядела как жалкое дырявое рванье, которое даже бездомный на себя не натянет. Руки его почернели. Но не из-за какого проклятья фамильного рода. А переизбытка Хаоса в организме и душе. Точнее, вся его душа стала Хаосом. А потому тело, без специальных средств, техник и надлежащего контроля банально не поспевало. Соломенная шляпа плохо укрывала буйные чёрные волосы, с которыми игрался завывающий ветер. Лишь цвета бурлящей лавы глаза выбивались из этого образа ожившего культиватора-призрака, что когда-то сгинул, в попытках обратить душу в Хаос. Ну, ему еще рано было таким становиться. Хотя, собравшиеся клановцы так не думали.

Его окружили в один миг. Перекрыли все из возможных путей отхода. Даже самых позорных. Как бы ничтожно Александр не выглядел, в канализацию он лезть не собирался, но чувствовал колебания чужого Хаоса под люком на каменной площади. Недовольных скопилась примерно сотня. Может, две. Но Чернов говорил спокойно, пока они молчали и мокли под неумолимым дождём:

- Ну? Кто это затеял? Я уже слыхал, что Сергей Перелётный из клана Синих Чаек “добровольно испустил свою полную Хаоса душу из тела”, а Егор Родной из Зеленых Дубов был заколот толпой в подворотне. Какая-то мразь выискивает нас, сильнейших бойцов из сгинувших кланов. Выйди и заяви, чего же ты добиваешься! Коли не удалось и в этот раз врага застичь врасплох...

Разноцветные одеяния колыхались на телах взволнованной толпы, Александр даже начал различать первые перешёптывания. Белые Птицы, Свободные Львы, Трёхглавые Тигры - тут собрались представители всех ничтожных кланов, что пережили бойню под основанием трёх небоскрёбов лишь потому, что “зассали”. Но ими обязан был руководить кто-то могучий. Иначе они бы повторили судьбу своих “больших братьев” и также сгинули бы в огне междоусобиц.

- Доволен? - появившийся старик с седой острой бородкой и схожими чертами лица был Чернову знаком, был его “названным крестным”. - Я, признаться, удивлён, что ты еще можешь говорить. Когда Хаос творит с твоим телом такое.

Он указал на руки и ноги Александра. Те были замотаны в окровавленные бинты почти полностью, но босые ступни все также покрылись будто сажей из печи. Даже в такой холод, посреди дождя и собирающегося урагана, они горели. Боль от предательства... жгла куда меньше. Все всех успели предать за те три дня, что положили конец доминации кланов около месяца назад.

- Ага, я понял, старый чёрт, что вы тут замышляете...

- Поделись догадкой, - усмехнулся Сергий Белый, потягивая свою ненаглядную бородку.

- Под вашим начальством люди уже давно хотят спрятаться от глаз Корпорации, затаиться от гнева Бюро и в тайне посрамить веру Храма. Ничтожные псы. Наша война с их триумвиратом еще не окончена! Направьте все собранные вами силы к основаниям небоскрёбов и снесите их! А не собирайтесь вот так в ночи, лишая жизни тех, в ком еще горит огонь неповиновения!

- Всё кончено, сынок. Ты своими руками положил конец всякой возможности кланов победить в этой войне, когда перебил всех элитных мастеров правящего клана Аистов. И всё почему? Потому что один из них надругался над твоей... подружкой из района красных фонарей? Господи...

Собранные Сергием приспешники начали ухмыляться и довольно перешёптываться. Хотя, казалось бы, пред ними сейчас стоял самый опасный из противников. Они укрывали улыбки масками, воротниками и туманом Хаоса. Жаждали крови. В этой словесной перепалке для них именно заговорщик Белый был “победителем”.

- И кому ты сейчас молишься? К кому взываешь? - выбросив промокшую сигару, спросил Александр, одновременно голосом обращаясь и к остальному сброду, жаждущему его скорейшей смерти.

Правящий клан - шутка. Самая неудачная за всю историю власти кланов. Просто после первой их крупной разборки Аисты, что вышли “победителями” лишь чудом, подлыми трюками, лживыми обещаниями и сотней ударов в спину, объявили себя Главными. А дальше, целую сотню лет, что весь город еще пережил из-за возросшей силы и натиска тварей Хаоса, никому просто свободного времени и сил не хватало, дабы этот устой пошатнуть. Ни Чёрный Лотос, ни союзные им Синие Чайки, ни даже совершенно враждебные этому дуэту Зелёные Дубы не видели в Аистах лидеров в этой войне. Отказывались слушать, публично унижали и уничтожали их поставленных “командиров”. Аисты первыми пали, когда клановцы начали убивать в день больше своих людей, нежели слабаков из Бюро. Но имело ли сейчас это хоть какое-то значение?

- Я взываю к душам тех из нас, что слились с бесконтрольным потоком Хаоса. Я желаю, чтобы они видели, что данные им обещания сбудутся. Быть может, сам я не увижу их реинкарнации, но голову готов сложить, чтобы хотя бы искра надежды на это у кланов осталась.

Сергий прямо преисполнился, произнося эту речь. Она явно была заготовленной. Чем лишь больше смешила Чернова, что не верил в практику реинкарнаций. Даже в свою искажённую больше всех душу он не верил. Нельзя было полностью погрузиться в Хаос и вернуться.

- Вот, значит, как. Наивные бредни глупцов-пораженцев. Эх, меньшего я и не ожидал от ничтожеств, что ничего не добились в этой жизни. Да, желать кому-то пригодиться и чем-то отличиться уже в чужом теле - предел ваших мечтаний, ха!

На этом моменте бы достать из-за пазухи очередную протяжную сигару, поджечь небольшим всплеском огненного Хаоса, да раствориться, позволяя никотину разойтись по телу. Но та была последней. Остальные промокли или потерялись. Ничего за душой у Александра больше не было. Ни клана, в поместья в которое мог бы вернуться. Ни родственников. Ни любимых. Ни-ко-го.

Не война забрала их. Не манипуляции кланов. Он сам никого предпочитал не подпускать к себе после одного случая, что вывел его из себя еще в детстве. Ну как, скорее в юношестве, хе. Он стал самым сильным из тех, кто когда-либо носил фамилию Чернов. Прославился на весь Нижний (и не важно, в каком свете!). А теперь умрёт. Лишившийся большей части средств контроля Хаоса в своём организме, он просто лопнет, коли сейчас попытается управиться в бою с теми десятью единицами, что медленно, но верно, убивали его. Ради победы над Корпорацией голову сложить было бы... хотя бы достойно. Их порядок и мечты контроля Хаоса лишь угробят город.

Но судьба распорядилась иначе...

- К чёрту более с тобой говорить! Сгинь уже и позволь своей душе отчиститься от влияния сего грязного тела! - Сергий свой Хаос оборачивал в пару литых шаров, что носились по полю боя с такой скоростью, что оставляли дыры во всём, не разделяя врагов и союзников. Сейчас их рядом с ним появилась уже троица.

- Обещаю, если мне и дано будет переродиться, я найду и прикончу всех причастных.

- Если мы вообще доживём до сего момента, ха! Приходи, встречу крёстного со всеми почестями!

Кто-то явно поддерживал и его, и уже сходивших с ума клановцев. Глаза, налитые кровью. Бесконтрольные потоки слюны, пенившейся у рта. Бормотание. Недобрый гул. Всё это захватило округу.

- Чёрный Дождь.

Но стоило Александру произнести сии слова, как на миг, всё утихло. Перестало иметь такое значение, как тот факт, что дождь вдруг стал поливать округу смоляными едкими каплями. Прикосновение каждой из которой к коже сулило породить на ней уродливый химический ожог.

Толпа возопила и понеслась в его сторону. Огненные шары, струи, волны и даже клинки направились к его горлу. Камень укрыл кулаки, ноги и прочие части тел других соперников Чернова. Начали прорастать прямо из под брусчатки улицы проклятые деревья, чьи плоды были ядовиты. Они срывались и разносились по полю боя не менее опасными и напичканными токсинами насекомыми. Буйство Хаоса нахлынуло на Александра.

А он лишь к тому моменту закрыл (со второй попытки) свой поломанный зонт и сменил на прямой клинок, покинувший ножны. Руны, на него нанесённые, позволяли запасать в нём ту же добрую десятку единиц, коими сейчас бурлило его тело. Он усмехнулся в лицо безумцам, влил всё в усиление тела и одним смертоносным рывком пронёсся от площади до перекрёстка на возвышенности. На добрых десять метров скаканул. Покромсав всех ничтожеств на своём пути сотней ударов. На миг округа погрузилась в рассекающую всё стальную паутину. Отрубленные конечности разлетелись по сторонам, вместе с частями тел.

Но даже так бойцы, ранее застывшие бы от шока и боли полученных ран, вновь впустили в себя Хаос, уничтожающий округу, дабы направить в сторону Александра новые удары.

Он же просто выставил клинок вперёд, собирая на его лезвии капли чистой тьмы, наблюдая, как половина из нападавших разваливалась на ходу, пытаясь к нему приблизиться. Кого-то окончательно разъедал Дождь. Кто-то не мог сдержать кровопотери. Или удержаться на единственной ноге.

- “Первая форма: Волна!” - Чернов взмахнул клинком, как могло показаться, ударив пустоту.

Но, на деле, он лишь сбрызнул накопившуюся струйку воды на своей проклятой стали в сторону нападавших. За момент, подпитываемая Дождём, она разрослась, превратившись в пронёсшееся сквозь неудачников лезвие чистой тьмы. Однако некоторым из сошедших с ума по чьей-то воле бойцов и этого оказалось мало.

Александр отпрыгнул в сторону от обрушившегося на него ледника. Отвёл тело от чуть не пронзившей струи синего пламени. А после вынужден был сбежать от разверзнувших землю под ним ядовитых корней на крышу ближайшего здания.

***

- И это всё? - жалко глядя свысока на застывшую половину собравшихся, спросил Чернов.

- ... - дед лишь тяжело вздыхал, прижимая левую руку к кровоточащему обрубку правой.

Чёрный Дождь прожигал его дорогие одежды, оставляя на обнажённом теле проклятые участки, что никакой целитель не излечит. Также мучались и остальные. Растворялись на глазах Александра. Все, кроме одного.

- Не верю, что и ты с ними заодно, - только и мог сказать Чернов, глядя на отталкивающую всё золотую ауру, покрывающую тело его “старого приятеля”.

- Ты перебил всех моих друзей и знакомых, так чему удивляешься? - спросил Даниил Романов, последний из элитных клинков Аистов.

- Ты для них был никем. Я оказал тебе услугу.

И сейчас готов был оказать еще одну. Он скользнул по наклонной черепице крыши, проминая её под собой, и меньше чем за секунду обрушился на уцелевшего соперника, отравляющего всех остальных клановцев собственным безумием.

- Еще какую. Ты ведь и тогда знал, что не с проста все “элитные братки” Аистов бросились на твои поиски, стоило тебе отомстить одному из них, да? Хотя, чего сейчас вспоминать о таком? - но даже увязнувшая в паре сантиметров от его лица сталь не заставила Романова смутиться.

Даниил позволял себе ухмыляться сейчас лишь потому, что от одного касания об его ауру, проклятый клинок в руках Чернова рассыпался. А ведь его изготовил для него когда-то легендарный мастер, учившийся у одного из мироходцев. Но сейчас это и правда ничего не значило...

- Ты один из сильнейших клановцев. Тот, кому пророчили вступление в Десятку Неназываемых. Так почему поддерживаешь тех, кто воняет слабостью? Разве... банально не противно? - он отскочил от “неуязвимого” соперника, медленно отливая в руках клинок из капель Чёрного Дождя.

Александр говорил так лишь потому, что Даниил был единственным, кого в честной дуэли он победить так и не смог. Десять ничьих - вот и всё, чем он мог похвастаться. Слишком чудаковатым был Хаос, подконтрольный ему. Таких соперников Чернов ценил.

- Если заткнуть нос, то терпимо, ха. Тем более, под воздействием моего Хаоса они пахнут... не так уж плохо. Нарезав их, при этом, ты и вовсе раскрыл их истинный аромат!

Но, видимо, не до конца понимал. Как искусный манипулятор, Даниил научился беречь себя от всяких угроз, подставляя остальных под удар. Так могло показаться, глядя на самодовольного Романова теперь.

Золотой полупрозрачный купол навис над Черновым, готовый сжать его, раздавить и перемолоть все внутренности по одному приказу Романова.

- Если все переродимся, то сможем ударить Корпорацию тогда и так, как они не ожидают. Странный подход. Но мне нравится! - носитель золотого доспеха из Хаоса и почётных белоснежных церемониальных нарядов бывшего Правящего клана смеялся, пророча и себе самому скорую гибель.

Но на деле всегда Романов был именно таким. Тем, кто смеялся над своим правом жить. Словно не верил в него. Потому бросался из раза в раз в самоубийственные атаки. Не веря, что его аура спасёт его. Но, будто проклятье, она его “спасала”. Заставляла снова и снова задаваться одним и тем же вопросом: “Как и зачем я выжил?”

Просто так “выходило”, что и большинство его незатейливых союзников, оставаясь с ним наедине слишком подолгу, также “заражались” подобного рода мышлением. И готовы были по малейшей причине броситься в пекло и заживо себя сжечь. Без остатка.

Теперь ситуация была та же. Клинок в одной руке Чернова дополнился зонтом в другой. Но уже иного фасона, нежели тот, что он до этого отбросил. Рисунки демонических пастей украшали его. От того он даже казался от части и сам живым непокорным зверем, что Александр еле удерживал в руках. До конца этим стилем Чернов еще и правда не овладел. Но коли уж сам Романов хочет смять его ныне уже тремя слоями золотых куполов, то он выдаст всё, на что способен!

***

- Кланы залижут раны... - Чернов еле разбирал слова, доносящиеся до него. - Триумвират зазнается. Мы станем Дьяволами. И принесём им всем заслуженный Ад. Жди меня на той стороне. Ныне тебя звать - Одинокий Бесконечный Дождь. Загадай желание. И следующий твой сосуд его исполнит...

Чёрный Дождь залил четверть всего уровня в тот день. Глядя на принесённые им разрушения обычный затих, принося с собой на Нижний вечные жару и зной дня от работающих механизмов Супер-города и лютый хлад и мороз ночи, подпитываемые Хаосом далеко за стенами. В самом эпицентре какая-то неведомая тварь, которую даже продвинутые датчики Бюро не смогли уловить, проглотила целый квартал материи, а также толику реальности, оставив разломы витать в воздухе.

Романов накрыл всю зону своим куполом и приказал никому не тревожить “кладбище его былого собрата” хотя бы пару дней. Последние Аисты же под его крылом готовились к восстановлению утраченного. Ребёнком он еще, наверное, хотел стать главой Правящего клана. Но ныне готов бы расформировать его, стоило “приготовлениям” окончиться. Кланы готовились начать всё заново.

Это было около трёх сотен лет назад...