Николай I Освободитель // Книга 2

- Добрый вечер, Александр Дмитриевич, - вошедший был хозяину кабинета не знаком, однако передал через слугу такие бумаги, что не принять его было просто невозможно. – Рад вас видеть.

- Не могу сказать того же, - сидящий за столом мужчина в военном мундире сделал короткое движение рукой приглашая посетителя присесть. – Однако вы не представились. Не находите ли вы что это не слишком учтиво?

- О! - Незнакомец, высокий худой мужчина лет тридцати, обладатель впечатляющих размеров «клюва» и легкого грассирующего акцента, выдающего человека больше привыкшего общаться на французском, всплеснул руками. – Мое имя вам ничего не скажет, впрочем, вы можете называть меня Иван Иванович. Гораздо важнее то, кого я представляю.

- Кого вы представляете, я более-менее понял по тем бумагам, которые мне передали, - с трудом сдерживая негодование ответил сановник. Он не привык, чтобы с ним так разговаривали всякие встречные-поперечные.

- Ну что вы! Если вы думаете, что мы работаем на француза, то нет, конечно нет! Просто есть в тех краях сочувствующие нашему делу люди, они помогли, таким несколько замысловатым образом, добиться встречи с вами, ваше превосходительство. Заинтриговать, если хотите.

Обращение к генералу звучало как форменное издевательство, учитывая, что получасом раньше неизвестный господин передал хозяину дома, написанное им самим с полугодом ранее письмо своим товарищам по циркулю и отвесу из французской столицы. И за написанное в нем, попади этот документ в руки императора, вполне можно было отправиться в ссылку куда-нибудь за Урал-камень. В лучшем случае.

- У вас получилось, что дальше? – Не смотря на слабейшую позицию генерал совершенно не горел желанием как-то пресмыкаться перед пришедшим, предпочитая сразу расставить все точки над «i».

- Дальше мы хотим предложить вам взаимовыгодное сотрудничество. Насколько я знаю, вы остались недовольны последним решением Императора. Скажем так, победа оказалась не полной.

- Предположим, - постарался ответить максимально обтекаемо генерал. Собеседники вступали на крайне тонкий лед, тут уже отделаться ссылкой, буде кто-нибудь узнает об этой встрече, покажется за счастье.

- А также ходят слухи о том, что некоторых патриотически настроенных господ в столице беспокоит то влияние, которое оказывает на Александра младший брат.

- Ха! Да Константин вообще…

- Я про Николая, - перебил вскинувшегося было хозяина кабинета представившийся Иваном Ивановичем. – Про третьего сына Павла, в Петербурге ходит огромное количество слухов, а вот те, кто имел возможность познакомиться с этим крайне шустрым молодым человеком, распространяться о нем совершенно не горят желанием.

- Да… Хм… - генерал пришел в некоторое смятение. Насчет этого великого князя было очень много досужих пересудов, а вот конкретики было достаточно немного.

- Вы знаете, - продолжил тем временем подавливать собеседник, - что именно мнение Николая уберегло Сперанского от ссылки, которую этому либералу готовил император. Более того мальчишка устроил потерявшего расположение в том числе и благодаря вам временщика к себе на службу, и что он там делает одному Богу известно.

- Да, уж, успели доложить, - генерал скривился. – Что вы конкретно предлагаете?

- О! Вот это уже, пожалуй, разговор более предметный, - во все тридцать два улыбнулся гость и откинулся на спинку стула. – Внутри двора некоторое время назад начала формироваться группа обеспокоенных положением отчизны патриотов, которым не нравится политический курс нынешнего императора, а также засилье во круг него людей подлого происхождения и иностранцев.

- Видимо, они группируются в Твери, если я правильно понимаю, и видимо именно их интересы выражает Карамзин в своей «Записке»?

- Я вам этого не говорил, - мгновенно отреагировал гость, впрочем, не оставляя своим ответом шансов на двойное толкование.

- Это очевидно… - Говоря больше с собой чем с собеседником продолжил генерал, - остается только непонятно, каким образом ваша политическая позиция соотносится с французским происхождением… Средств?

- Это временный союз, тактический, если хотите, - усмехнулся Иван Иванович, - так сложилось, что сейчас Александр не устраивает никого. Ходят слухи… Что император собирается назначить Николая цесаревичем в обход Константина. И вот этого хотелось бы избежать.

- Действительно, - согласился генерал, - а кто тогда?

- Константин.

- Второй сын Павла не отличается сообразительностью.

- Тем лучше, рядом с ним всегда найдутся люди, способные дать новому императору хороший совет.

- Сомнительно, - покачал головой генерал.

- Так мы вас и не торопим с ответом, - «дружелюбно» улыбнулся Иван Иванович, и поднялся на ноги, давая понять, что уже сказал, все зачем пришел, - думайте, прикидывайте, только попробуйте не опоздать со своим решением. Ну а остальные ваши письма, станут залогом того, что вы не будете совершать всякие ненужные никому телодвижения.

Неизвестный не преминул напомнить генералу, что достаточно крепко держит его за яйца, и вот вся эта изливаемая на собеседника дружелюбность – не более чем маска.

- Если… - хозяин дома вопросительно изогнул бровь, - если мой ответ будет «да», как мне с вами связаться?

- Ничего не нужно делать, мы сами выйдем на контакт. Прикажите пожалуйста слугам провести меня к выходу.

Кликнув лакея и не став провожать незваного гостя министр полиции, военный губернатор Санкт-Петербурга генерал-лейтенант Александр Дмитриевич Балашов остался в кабинете один. Некоторое время он невидящем взглядом пытался рассмотреть что-то в огне пляшущем на вишневых поленьях камина, размышляя о той ситуации, в которой он неожиданно очутился. Еще месяц назад все вроде бы шло хорошо, и вот тебе на...

Очнувшись от оцепенения Балашов сгреб оставленное незнакомцем на столе письмо и смяв отправил его в огонь. Проконтролировал, чтобы бумага сгорела полностью, пошевелил дополнительно в пепле кочергой, размалывая в пыль даже то, что осталось после работы пламени, после чего отправился спать.