Никто

Никто родился от таких же родителей, как и он сам. Правда, единственное, чем он отличался от них, это наличием яркой палитры в душе.

Никто недоумевал, как можно жить с серой жижей внутри и пообещал самому себе, что никогда не будет пятнать свои краски.

Никто рос, радуя своих незаметных родителей своими цветами. Краски так и пылали, готовые выплеснуться из груди и раскрасить всех в такие же безумные цвета.

Никто ходил в школу, где учился и дружил с такими же неприметными детьми, у которых краски хоть и были цветными, но не такими яркими. Краска нашего никто бурлила и выливалась в неприятности, и серые учителя и родители вторили ему разбавить свои краски водой.

Никто стал взрослым, как и его неприметные сверстники. Постепенно их краски обретали серость. У кого-то раньше или позже, но наш никто бережно хранил яркость своей палитры.

Никто погрузился в взрослых серый мир с его бесконечными серыми проблемами, серой нестабильностью, серым страхом, серым неприятием и пренебрежением. Серость постепенно поглощала краски никто, превращая их в бурую жижу.

Никто стал злым из-за кипящей отвратительной жижи, что испортила его краску, а серость неотступно смешивала свои оттенки серого. Бурая жижа стала темно-серой, а затем стала ровного стабильного серого цвета.

Никто женился на серой никто женского пола. Родились никто с яркими красками в душе.

Никто боялся, что его неприметные дети испытают такую же боль от смешивания цветов, и потому сам избавил детей от красок, превратив всё в серую массу.

Никто постарел и с грустным пониманием наблюдал за серой массой, которая спешила по своим обычным серым делам.

Никто был похоронен в серой земле, а небо в тот день было покрыто тяжёлыми серыми тучами.