Никто, кроме тебя

"Спасает нас плацебо - полста ступеней в небо,

Пеньковый галстук подлецу ни разу не к лицу," - бессовестно перевирая мелодию, мурлыкал Сява.

Самоучка был взволнован, чтобы не сказать "взбешён". Оппонент, оказавшийся желчным недоумком с перекаченным чувством собственной значимости, помноженным на непомерную наглость и полное отсутствие тормозов, напрашивался на достойный ответ, только раза в три сильнее. "Кто к нам, как говорится, с мечом придёт..." И Сява ведь мог. Образно выражаясь, "мечом" этим он владел на порядок лучше. Если не на два. Чем-чем, а красноречием природа его не обделила.

Ну, всё. Сейчас прольётся чей-то жир.

Уже смакуя блестящий выпад, Сява включил голограф и потянулся к клавиатуре. Пальцы едва заметно подрагивали от предвосхищения неминуемого триумфа. Сейчас... Сейчас... СЕЙЧАС!!!

Тонкий и высокий, на самом краю слышимости, похожий на комариный, писк заставил самоучку застыть, а последовавший за звуком лёгкий прохладный сквознячок - и вовсе переключить внимание и отвернуться от уже проступающих в приёмнике контуров голограммы. Поискав лицом направление потока, Сява наткнулся взглядом на... Зеркало.

Старое-старое. Прабабкино, кажется. Или ещё старше. Как уцелело вообще - не понятно. Стекло потемнело, но амальгама продолжала исправно работать, тщательно отражая окружающие объекты и бесстрастно обнажая все их изъяны и недостатки, как и положено любому добропорядочному зеркалу. Только вот забавный радужный ободок вечно переливался по самому краю стекла, там, где оно становилось матовым из-за снятой декоративной фаски. Сяву забавлял этот переливающийся периметр. Иногда, при взгляде с разных ракурсов, периметр становился какого-то определённого цвета, словно грани преломления лучей вдруг совпадали в нечто единое целое и начинали проводить световой поток не хаотично, а организованно. Вот и сейчас: периметр зеркала поблескивал изумрудно-зелёным, будто его аккуратно посыпали глиттером "зелёный металлик".

Сява залюбовался изумрудной каймой и не заметил, как его отражение в зеркале дрогнуло и сделало движение, которого он сам не совершал.

Самоучка спохватился, когда зеркальный двойник сделал первый шаг и уже наполовину выбрался наружу. От зеркала за ним следом тянулись едва заметные треки шустрых ярко-синих искр. Стекло зеркала при этом никак не изменилось, разве что стало чуточку темнее. Впрочем, это могло и показаться: ведь половину зеркала теперь закрывала от света лампы вылезающая из "зазеркалья" хтонь.

Что Сява офигел, можно не говорить. Всё равно это не опишет его состояния и на сотую долю. Было какое-то другое слово, вроде как более ёмко описывающее это состояние, но Сява давно забыл его за невостребованностью, ибо такого лютого коктейля из удивления пополам со страхом он не испытывал, пожалуй, ещё никогда.

Голограммы, андроиды, психообучаемые искусственные интеллекты - всё это было, конечно, ужасно волнительно, но уже привычно, обыденно. ИИ по имени Сократ обитал в домашнем голокомпьютере, ИИ по имени Гермес - во флаере... Даже в туалете, и то обитал ИИ Кармодиед. Но вот чтоб голограмма запросто вылезала из антикварного зеркала, которое только сявина всепоглощающая энергия под названием "Лень" не позволяла отправить на свалку (на которой, кстати, тоже царствовал какой-то ИИ) - к такому разум современного человека оказался не подготовлен. Даже дополнение под кодом "Самоучка" не проканало.

Почувствовав, что вот-вот - и ему придётся прибегнуть со своими штанами к помощи бытового ИИ "Золушка" , Сява рефлекторно задал самый глупый и бессмысленный вопрос из всех возможных в подобной ситуации:

- Ты... Кто?

И даже пальцем указательным ткнул куда-то в область пуза двойника.

Двойник с точностью повторил жест, однако слова ответа не прозвучали зеркальным повторением вопроса. Кем бы или чем бы ни была хтонь - сознанием она явно обладала своим собственным, уникальным.

- Ыть! Кот, - ответил двойник и попытался улыбнуться. Мышцы, по зеркальной привычке стремящиеся дублировать оригинал, подчинились с трудом, и улыбка получилась кривоватой.

Как ни странно, но после этого нелепого ответа и ещё более нелепой ухмылки страх несколько отступил, и освободившееся место начало стремительно заполняться интересом.

- Да какой же ты кот, - Сява улыбнулся несколько более удачно, чем двойник. - Кот - это вон, на диване валяется, жирный увалень - видишь?

Самоучка кивнул в сторону диванчика канапе, на котором и правда возлежал здоровенный рыжий котяра. Кот приподнял голову, приоткрыл один глаз, но через долю секунды закрыл опять, плюхнулся обратно на диван, нелепо задрал вверх обе передние лапы и уснул в этом положении.

- А я не к нему, - уже куда более уверенно отчеканил "Ыть!" (Сява мысленно окрестил нежданного визитёра по первому произнесенному им звукосочетанию), - Я к тебе.

- Э-ээ... Э-э? - степень ошаления Сявы снова начала стремительно расти, - Ко мне? А... За-аачем?

Ыть окончательно вылез из зеркала, и, похоже, сразу обрёл значительно большую свободу как в действиях, так и в выражении мыслей.

- По рогам тебе дать. Чтобы фигнёй не страдал.

- Э-эээ... - опять перешёл на овечий язык Сява, - Я? Фигнёй? Это какой же?

Пришелец обошёл самоучку и встал напротив, перекрыв собой вид на полностью сформировавшуюся голограмму оппонента - толстенького мужичка лет пятидесяти, "В меру упитанного мужчины в полном расцвете сил", как Сява окрестил его на прошлых сеансах, вспомнив слова старинного книжного персонажа.

- Вот этой, - Ыть мотнул головой в сторону голограммы. - Собираешься ответить на его выпады?

- И... Что? - опешил Сява. - Допустим... Но тебе-то что? Ты мне кто? Высший судия, блин, что ли? Чего раскомандовался? Кой чёрт тебя сюда вообще притащил?

- Не. Ты не въехал в суть вопроса, ("Совсем освоился, падла!" - уже без тени страха заметил Сява), - Не чёрт, им такой физплан не по статусу. Я - с другой стороны.

- Ч-чё?...

Ситуация всё больше начинала смахивать не то на тупую комедию, не то на какой-то хитровыпендренный мошеннический розыгрыш - сейчас чего только эти мошенники не придумают, на какие только ухищрения не идут, лишь бы вытрясти из честного обывателя его кровные, тяжким трудом накопленные...

- Не-е, - поморщился пришелец, - Опять не то. ("Зашибись. Он ещё и мысли читает!" - на этот раз по спине Сявы всё-таки протараторила скользкими холодными лапками стремительная сороконожка страха). - Не мошенник, и деньги твои мне вааще не нужны, а знаешь, почему? Потому что они и так мои, ведь я - это ты. В определённом смысле этого слова. Так что не дрейфь, всё, что у тебя есть - оно не твоё, оно наше. А так же всё, что было, и что будет - тоже.

- Да, блин...! - ничего более конкретного Сява выдавить из себя не смог, а промолчать стрёмно как-то.

- Короче, - Ыть ногой пододвинул стоящий в стороне стул и сел, повернув его спинкой вперёд, - Не вздумай отвечать "В меру упитанному". Не ведись. Не уподобляйся.

- Да, блин! - Словно зависшая запись, квакнул от возмущения Сява, - Чего ради-то? Этот кадр вчера меня знаешь как опустил? Два часа перед всем институтским чатом дерьмом поливал! И я, по-твоему, молчать должен? За терпилу меня держишь?

- Не-а, - Ыть поковырял в ухе мизинцем, - Не за терпилу, а за того, кем ты сам себя обычно в любой компании позиционируешь. Типа, знаешь - философ такой, старый и умудрённый черепах, которому все лужи по колено, а моря - максимум по... Ну, ты понял. Так ведь, а? Ну-ну, не хорохорься - вон, щёки-то побагровели, желваки заперекатывались! Злишься? Зли-ишься. Значит, не прав!

- Ну... - опять не нашёл стремительных аргументов Сява. Отраженец воспользовался заминкой и завершил успешный выпад:

- Забей на всё это. Орёл'ь? Високо в нэбе паришь? - Ыть заакцентировал на кавказский манер, - Ну так вот и не опускайся до зябликов. Как там было-то, у древних - Aguila non captat muskas*.

- Погоди, - уверенность Сявы не то чтобы затрещала по швам, но заколебалась, как нить стеклокарбонового волновода в квантовом потоке, - И что ты предлагаешь - вот так вот просто забить, взять и проглотить весь этот словесный понос и утереться, промолчать?

- А ты чавку лишнего не разевай, - прянул бровями пришелец, - Тогда и глотать не придётся. В закрытый рот не попадёт. Вы зачем там собирались? По поводу чего видеоконференция была?

- Ну так ты ж у нас телепат, мысли наперёд знаешь. Чего спрашиваешь? - парировал попыткой съехидничать Сява.

- Знаю, - спокойно кивнул Ыть, - только хочу, чтобы и ты вспомнил. А то ты, по ходу, решил, что вы собрались на привозе, чтобы подешевле купить у тёти Песи её задрипанного петуха, а не в научном чате, чтобы обсуждать там свежие открытия в области трёхмерной квантовой десорбции.

Сява открыл рот, шлёпнул губами и закрыл обратно, словно рыба, вытащенная из аквариума. Блин. Блин, блин, блин! Оладушек. Ети его мать. Припёрся. Звали его. Рассуждает, советы даёт, жить учит. Спрашивали его! Да в жопе дохлого мамонта я видел его советы.

- Знаешь что, друг ситный, пирог с сушеной ламинарией... Иди-ка ты, откуда пришёл. Приём окончен, - Сява решительно шагнул к зеркалу, поднатужился и одним махом повернул мерзкое стекло лицом к стене. - Всё, спасибо тебе, добрый Э-эх. Век тебя помнить буду.

"Бу-удешь, бу-уудешь! Не будь я тобой, если ты меня ещё не вспомнишь!" - эхом пронеслось в голове самоучки. А, может, просто сознание само закончило фразу из знаменитого мультика...

Сява повернулся обратно к комнате с некоторой опаской. Однако никакого пришельца там больше не было.

"Капец. Похоже, пора к неврологу. Если не к психиатру", - невесело подумал Сява и направился-таки к столу с мерцающей на его поверхности сенсорной клавиатурой. "А зеркало в антикварку отвезу. Завтра же. Ну, на фиг."

Самоучка устроился поудобнее и включил на голографе режим "Онлайн". Пальцы зависли над клавишами...

* "Aguila non captat muskas" - "Орлы мух не ловят" (лат.)