Никто не придет за нами

Боквольд Невенгор. Княжество Свобор. Поселок Тумор.

Всадник в запыленном плаще влетел в ворота крома, когда солнце уже отвисело в зените положенное время и начало неспешно ползти к западу.

Риктон всегда немного странно держался в седле, нахохлившись как попавший под ливень пес, так что узнать его издалека задача не из трудных даже для полуслепого.

Боквольд Невенгор промокнул рукавом рубахи влажный лоб, отдал дочери учебный меч.

- Позже продолжим, Армуна.

Княжеский сотник подъехал прямо к крыльцу большого двухэтажного дома с выложенным из толстых камней первым ярусом, остановил коней в трех шагах от Боквольда, вытер ладонью узкое, потное лицо.

Саврасый скакун Риктона похрипывал и широко раздувал влажные ноздри, опустив оскаленную морду себе под ноги. Да и заводной серой кобыле дышалось тяжеловато. Тяжело ступая толстыми ногами, Боквольд подошел ближе, провел рукой по шее саврасого, смахивая влажную пыль.

- Ты чуть не загнал коней, сотник, - с укоризной заметил Боквольд. - Что за спешка с тобой приключилась?

- Вели дать мне свежих, воевода, - сипло ответил Риктон. - И пусть кто-нибудь наполнит мою флягу. Сегодня мне еще нужно успеть добраться до Кутлома, переведаться с тамошним боярином.

Риктон закинул руку за спину, яростно поскреб ногтями плащ над лопаткой, затем отцепил от седла притороченную к нему круглую корчагу, швырнул подбежавшему мальчишке и начал сползать с коня.

- Что за спешка я спрашиваю?

- Огель объявил общий сбор поместных дружин в Своборе…

Риктон пошатнулся, переступил с ноги на ногу. Боквольду пришлось поддержать сотника, чтобы тот не упал.

- А по какому-такому поводу сбор?

- Повод есть и, вроде бы, даже серьезный.

Боквольд обернулся к крыльцу, задержал задумчивый взор на дочери, ставшей невольной свидетельницей разговора.

- Армуна, вынеси сотнику кружку холодного кваса из погреба и позови сюда мать.

Девушка с темной косой уложенной вокруг головы нехотя зашла в дом.

- Лодьог Конюх снюхался с Журавлем, - глухо произнес Риктон, отдавая поводья коня крепкой молодайке с обритой головой.

- Конюх? - недоверчиво переспросил Боквольд. - С Журавлем? Когда?

- Аккурат опосля того славного разгрома, что не без твоей помощи учинил наш князь своему старшему братцу Йодарну Нардскому по прозвищу Костлявый.

- Значит старый облезлый тетерев Лодьог наконец слез со своего чердака и заключил союз с прыщавым хорьком Аданатом.

- Заключил. И при этом воспылали они друг к дружке столь нежной взаимной любовью и согласием, что, счастливо хохоча и взявшись за руки как молодожены, шлепают прямиком на Свобор.

- Я так понимаю, шлепают они вовсе не вдвоем? - попробовал угадать Боквольд.

- Кто ж осмелиться бродить в одиночку или пусть даже парой в такие веселые времена? По донесениям наших шпионов с тандемом решили прогуляться двести конных, пять сотен регулярной пехоты и наемники Нередина Лутки в неизвестном количестве. Этим вечером перейдут Ленивую, а к завтрашнему полудню будут в твоем Туморе. Князь намерен встретить неприятеля у Бурого Холма.

- Намерен встретить, - хмурясь повторил Боквольд. - Любопытно узнать - чем?

- Ну ясно же - всем, что успеет призвать под свое знамя. С полтысячи копий, я думаю, наберется.

- Не наберется, - уверенно произнес Боквольд довольно скептически отнесшийся к столь радужному прогнозу. - Не наберется, Риктон и ты это знаешь не хуже меня. У Огеля слишком мало времени на сборы и слишком ощутимы были последние потери. Лодьог, надо отдать ему должное, выбрал очень удачный момент.

Боквольд Невенгор слишком хорошо знал что такое княжеские свары, продиктованные спесью, жадностью, властолюбием, бахвальством, корыстью и глупостью. О том, чем они заканчиваются он имел богатое представление, так как принимал участие в десятке битв и походов. Почти всегда бессмысленных. Последний был тяжелее всех предыдущих. Владыка Нарда защищался по-звериному отчаянно, все никак не желал вставать на коленки перед младшим братом. А тому как вожжа под хвост попала. Пока, говорит, не увижу Костлявого, целующего мне длань, спокойно спать не смогу, так и знайте. Засим молодой Огель сжег и разграбил половину братнего княжества, потерял убитыми и ранеными три четверти своего войска, но желаемого достиг. Разбитый в серии сражений Йодарн Нардский раскаялся в гордыне, признал старшинство Своборского князя и обязался выплатить тому дань за три года вперед золотом, серебром и годным товаром. Обоз с изуродованными боевым железом трупами, стонущими ранеными и добытым добром растянулся на две мили. Огель возвращался домой весело насвистывая обожаемую в кабаках модную песенку про удачливого Эбля из Хегни.

- Здравия тебе, Сибина, - Риктон легко, но с уважением поклонился женщине спустившейся к ним с крыльца в ладно сидевшем на ней замшевом охотничьем костюме с толстыми кожаными вставками, принял из рук Армуны и разом высадил объемистую кружку с запотевшими боками. Причмокнул, вытер рукавом усы.

- Зайди в дом, отдохни с дороги, Риктон, - показав ровные белые зубы, тепло улыбнулась женщина.

- Рад бы, Сибина, но я должен отнести дурную весть дальше в Кутлом.

- Жаль.

- Мне тоже, - напившись ледяного кваса Риктон заметно повеселел. - Тебе очень идет этот костюм.

Боквольд Невенгор дал жене чуток времени на благодарную улыбку и заговорил:

- Я распустил дружину на отдых по домам, многие разъехались по деревням да хуторам, во всем Туморе сейчас не больше пяти десятков воинов если считать вместе с оправившимися от легких ран. Мне некого вести к Бурому Холму, Риктон.

- Тебе и не надо вести, воевода. Для тебя Огель избрал иную задачу. Такую, что важнее сейчас нет. Тебе следует закрыться в Туморском кроме и продержать здесь Аданата с Лодьогом как можно дольше.

Боквольд дернул бровями, бросил обеспокоенный взгляд на Сибину.

- Что ж, узнаю своего князя, - едко выговорил он. - Но что в нашем с Огелем случае может решить задержка равная тому, чтобы приготовить на вертеле поросенка? Они пройдут сквозь Тумор как плуг сквозь случайно подвернувшуюся в земле жабу.

- Полдня будет достаточно, Боквольд. Более, чем достаточно. Обходить Тумор бессмысленно, особенно тем, кто знает, как опасно оставлять в заднице занозу по имени Боквольд Невенгор. Лодьог знает.

Риктон удовлетворенно кивнул, придирчиво осмотрев подведенных ему коней. Подошедшая почти вплотную к отцу Армуна стояла, стараясь громко не дышать, чтобы ее снова куда-нибудь не отослали и все время искала беспокойным взглядом усталые глаза Риктона.

- На грядущем совете князей Огель имеет неплохие шансы на три года усесться в Лютигорском замке. Если в этот раз он одолеет или хотя бы отгонит Конюха с Журавлем, то тотчас здорово прибавит веса своей кандидатуре. Найдется кому отдать за него голос.

Невенгор повернул лицо к супруге и кривовато ухмыльнулся.

- Слыхала, мать, князь Огель выбрал нашему Тумору честь стать самой упрямой жабой на свете, чтобы иметь возможность услышать свое имя на совете.

- Бывает и плуг ломается, - тихо заметила Сибина, вкладывая свою ладонь в ладонь мужа.

- Этот нам навряд ли сломать.

- Навряд ли.

- Но мы попробуем?

- Попробуем. Мы с тобой давно носим этот герб.

Сибина взглянула на истрепанный стяг с символом Свобора, что на длинном шесте был приколочен к фасаду их дома.

- Другого ответа я от вас и не ожидал, - сказал Риктон. - Я передам князю, что Тумор будет стоять крепко.

- Хочу напоследок попросить тебя об одной услуге, старый друг, - немного поспешно сказал Боквольд.

- Слушаю тебя внимательно. Хотя, кажется, я знаю о чем пойдет речь. И сразу говорю тебе - сделаю все, что сумею. Однако, не могу не спросить: ты уверен?

- Мне не к кому больше ее отправить кроме Руйдофа. Я слышал он все еще в Крадоже и, вроде как, остепенился, должно быть, годы, наконец, взяли свое.

- У твоего братца трудно что-то отобрать даже годам, - кривая губя ответил Риктон. - Будь по твоему, воевода, я доведу твою дочь до Прожувского леса, покажу нужную тропку до Крадожа, ибо сделать большего я для тебя просто не успею. Все Невенгоры славные воины, не исключая твою славную супругу, но юная Армуна явно не заслужила того, что на вас надвигается.

Боквольд Невенгор угрюмо пожевал губы.

- Ты тоже учил ее и знаешь чего она стоит, но, коли уж так пошло дело, я хотел бы, чтобы моя единственная дочь избрала иной путь. Не знаю какой, но иной, ведь путей всегда больше, чем мы думаем.

Сибина взяла вдруг заупрямившуюся дочь под локоть и торопливо увлекла в дом.

- Коль уж так произошло, сотник, что в конце нашего с Сибиной пути мы сойдем с телеги, давай обнимемся что ли?

- Конец твоего пути означает лишь начало пути без тебя.

- Это я и имел в виду.

После крепких мужских объятий, каменея лицом, Риктон тяжело взобрался в седло. Наклонился к шее коня, что-то пошептал в бархатистое ухо. Выпрямился, поправил на плечах пыльный плащ.

- Тебе придется поторопить Армуну, воевода.

- Она соберется одним мигом. Я отправлю с ней еще двоих, не возражаешь?

- Мне-то что? Отправляй хоть троих, я буду ждать за валом.

Уже в воротах сотник оглянулся.

- Рассылай гонцов по хуторам, Боквольд, может быть кто-то из твоих ветеранов еще успеет к тебе присоединиться.

- Разошлю.

- Удачи тебе, воевода. Прощай.