Нити верности в тенях

Конец лета медленно подступал к деревне, словно обволакивая её жителей тёплым прощальным светом, прежде чем исчезнуть навсегда. Хизуки стремительно двигалась по каменистой местности, её ноги легко пробирались через ослепляющие лучи утреннего солнца, пробивавшегося сквозь редкие деревья. Она чувствовала, как порывы ветра играют с её волосами, когда возвращалась с задания в родные края. Наконец, серые камни уступили место живописным лесам, полным осенних красок.

Задания, которые поручал ей Данзо-сама, всегда давались с трудом. Они были сложными, но, будучи его ученицей, она понимала, что обязана справиться со всеми вызовами. Она не имела права подвести сенсея, который однажды спас ей жизнь. Ведь именно он вытащил её из пучины отчаяния после трагической гибели родителей от рук клана Учиха. Он приютил её и растил почти как собственную дочь. В конечном итоге её задача заключалась не только в успешном выполнении миссий; она должна была поддерживать баланс и порядок в родной деревне, избавляя её от ненужных волнений.

Ночь вскоре настигла, кутая в свои объятия. Хизуки решила остановиться в небольшой деревушке, скрытой в лесу. Она обнаружила уютный гостиничный домик, где смогла снять номер до утра. Приняв душ и сменив одежду шиноби на более неприметную, она вышла на улицу в поисках местной забегаловки. Красный бумажный фонарик, висящий у входа в идзакая, привлёк её внимание, и осмотревшись, Хизуки вошла внутрь. Здесь царила особая атмосфера: старая деревянная мебель, тепло огня в масляных лампах, отёко, наполненные саке, и всего несколько посетителей. Её взгляд сосредоточился на барной стойке, где несколько местных стариков, прищурив глаза, обсуждали местные слухи, погоду и урожай.

Хизуки уселась на высокий стул. Взяв меню в руки, быстро пробежала глазами по строкам и, выбрав саке и закуску, сделала заказ. Она стала стучать пальцами по столу: на утро предстояло подготовить отчёт о выполненной миссии и отправить письмо Данзо-саме. Выдохнув, Хизуки потянулась за отёко, чтобы налить саке, которое только что подали. Хозяин идзакая суетился между столами и отдавал заказы клиентам.

Минуты неумолимо тянулись, и скука начала одолевать. Закуска закончилась, а до дна бутылки оставалось совсем немного. Она уже собиралась встать, как её взгляд привлёк мужчина, усевшийся на соседний стул. Сняв капюшон походного плаща, он открыл своё лицо, и Хизуки замерла. Она узнала его мгновенно.

«Это Шисуи Учиха!» — воскликнула про себя Хизуки. Едва сдерживая дыхание, она вернулась на своё место, пытаясь сохранить спокойствие. Сейчас он стал её приоритетной миссией. Именно он был нужен Данзо-саме.

Она нервно выдохнула. Клан Учиха всегда представлял собой серьёзную угрозу, а Шисуи был одним из самых сильных и опасных шиноби среди них. Дрожь пробежала по её пальцам. Хизуки испытывала ненависть к клану Учиха за то, что именно они стали причиной гибели её родителей. Сердце Хизуки разрывалось между нарастающей ненавистью и решимостью выполнить поручение сенсея. Собравшись с силами, Хизуки тихо выдохнула. В данный момент он был её целью, а в будущем — предметом мести. Она должна узнать от него хоть что-то!

— Какой скучный вечер… — тоскливо произнесла она, пытаясь завести разговор.

Шисуи не обратил на неё внимания; лишь разломил палочки, чтобы приступить к еде, которую только что подали. Хизуки снова постучала пальцами по столу, сделала глоток саке, чувствуя, как алкоголь медленно наполняет тело теплом.

— Никогда вас раньше здесь не встречала, путешествуете? — спросила она, слегка наклонившись к нему.

Шисуи бросил на неё вопросительный взгляд.

— Да, я проездом, — коротко ответил он, не желая углубляться в разговор.

— Куда путь держите?

— К морю.

— Отдыхать или по работе? — продолжала Хизуки, пытаясь перевести разговор в более комфортное для себя русло. Она повернулась к нему всем корпусом, мило улыбаясь.

— Отдыхать.

— Отдыхать… — повторила задумчиво. — Я бы тоже хотела на море. А вы там раньше были?

— Нет, еду впервые, — сдержанно ответил Шисуи, не отрываясь от своей еды.

— Здорово! — восторженно произнесла Хизуки. — Жаль, из этой дыры никуда не вырваться. — Она потупила взгляд и разочарованно вздохнула, поставив локоть на стол, подперев ладонью подборок. — Кстати, я Юри, — с лёгким намёком на флирт произнесла она, протянув ему руку.

Она специально назвала другое имя. С таким человеком, как Шисуи Учиха, нужно быть крайне осторожной. К счастью, у Хизуки была возможность скрывать свою чакру, иначе её давно бы раскусили.

— Куро, — представился он в ответ, пожимая руку, а затем снова отвернулся. Хизуки усмехнулась, изогнув бровь. Он тоже назвался другим именем и тоже был одет в гражданскую одежду. Эта игра только начиналась, и она была готова участвовать, чтобы заманить его в свою маленькую ловушку.

— Откуда ты, Куро? — смеясь, спросила она, скрываясь за привычной маской.

— Из деревни Тоники.

— О, — театрально воскликнула Хизуки. — И ты уже проделал такой огромный путь!

Деревня Тоники находилась на противоположной стороне границы Страны Огня и славилась своим озером с лечебной водой, известным как «Отверстие». Хизуки заинтересованно изучала его. В этот момент Шисуи тяжело выдохнул и, наконец, обратил внимание. Его большие чёрные глаза манили, словно затягивали в бездонную пропасть. Она нервно сглотнула. Пауза затянулась, и Хизуки отвела взгляд, пытаясь перевести дыхание.

— Слышала, — снова начала она, отпивая саке из отёко, — что в вашей деревне есть озеро с необыкновенной водой.

— Да, есть такое, — с неохотой ответил Шисуи.

— Оно, должно быть, прекрасно…

— Так и есть.

— Как-нибудь покажите его? — её голос стал мягче, как вишнёвая пыльца, с искушающей интонацией. Она снова повернулась к нему, сладко улыбаясь. Он всё ещё смотрел пристально, сжав губы в узкую полоску.

Голова немного кружилась от алкоголя. Хизуки не знала, что делать, и, отставив отёко в сторону, потянулась к его губам, одновременно прикоснувшись рукой к ноге. Ласково скользнув вверх, она добралась до паха и нежно погладила, сжимая его. Дерзкое предложение о возможности уединиться должно было привлечь внимание Шисуи, но он внезапно схватил её за запястье, убирая руку от себя. В глазах промелькнул то ли азарт, то ли гнев. Она не успела разобрать эмоций, когда он, не сказав и слова, кинул плату за ужин и потянул Хизуки за собой.

Её сердце забилось в панике, когда осознала, куда он вёл. Шисуи толкнул дверь в местный туалет и, подтолкнув Хизуки вперёд, закрыл за ними дверь, повернув замок.

Он мгновенно оказался рядом и, крепко схватив за талию, прижал к себе. Обдав горячим дыханием, он впился в губы, сразу проникая языком в рот. Не ожидав такого напора, Хизуки попыталась вырваться, упершись руками в грудь Шисуи, но он только сильнее сжал талию.

Поцелуй оказался грубым и властным. Он жадно сминал её губы, всасывая их: сначала нижнюю, затем верхнюю. Он кусал, облизывал, и снова впивался, оставляя ощущение, будто его язык способен завязать узел. Его руки нагло блуждали по телу, задирая кофту и бюстгальтер, оголяя небольшую упругую грудь. У Хизуки закружилась голова, дыхание сбилось, и она едва осознавала, что стоит перед ним полуголой. Она снова попыталась отстраниться, и тогда он, отпустив из своей крепкой хватки, взглянул с дерзкой полуулыбкой.

— Что такое, Юри? — хмыкнул Шисуи, тяжело дыша.

— Не слишком ли ты торопишь события? — потрясённо спросила Хизуки, вытирая рот тыльной стороной ладони. Губы горели и болели, а сердце, казалось, вот-вот выскочит из груди.

— Нет, ты же сама предложила, — он слабо пожал плечами, открыто рассматривая обнажённую грудь, — а теперь строишь из себя недотрогу.

Хизуки захотелось прикрыться под его жадным взглядом. Сделав шаг назад, она упёрлась спиной в раковину и испуганно посмотрела на Шисуи. Он подошёл ближе, положив руки по обе стороны от неё, не оставляя ни малейшей возможности для побега. Она могла бы использовать тайдзюцу или свою технику, но тогда терялся весь смысл этой игры, если сейчас выдаст себя. Шисуи провёл большим пальцем по краю её подбородка, спускаясь к острым ключицам, и встретил её взгляд.

— Всем так себя предлагаешь? — небрежно бросил он, склонившись к припухшим губам.

Она сглотнула комок в горле, застыв перед ним. Усмехнувшись, он резко развернул Хизуки, заставив прижаться грудью к раковине. Не церемонясь, Шисуи стянул её хлопковые штаны вместе с нижним бельём до колен, и с громким шлепком ударил по ягодице. Хизуки пискнула.

— Куда делать твоя смелость, Юри? — насмешливо произнёс он, когда склонился к её уху, прижимаясь грудью к спине.

— Никуда не делась! — пролепетала она, ощущая жар его тела на коже.

— Тогда почему ты дрожишь, словно осиновый лист?

— Потому что не могу больше терпеть, Куро! — с придыханием произнесла Хизуки.

«Играть, так играть!» — подумала она и непроизвольно ахнула, когда Шисуи провёл большим пальцем по мягким складкам, размазывая влагу. Он погрузив один палец внутрь, заставил Хизуки выдохнуть. Слишком давно она не испытывала ничего подобного.

Подготовив её пальцами, он стянул с себя штаны с трусами до колен и, схватившись за одну ягодицу, раскрыл складки. Удерживая член другой рукой, подставил головку ко входу и, медленно проникая, дал ей время привыкнуть к размеру. Хизуки дёрнулась вперёд, но Шисуи удержал на месте, чтобы не смогла убежать. Вышел полностью, а затем одним решительным движением задвинул до конца. С губ Хизуки сорвался полустон, полувсхлип.

— Хорошая девочка, — протянул он, погладив по спине.

С первым толчком он начал двигаться быстро. Впивался пальцами в нежную кожу бёдер, шлёпал по ягодицам, хватал за копну волос на затылке, натягивая на себя сильнее. Он явно наслаждался происходящим, полностью погрузившись в процесс. Хизуки еле слышно постанывала и лишь успевала принимать его мощные толчки, пытаясь удержаться руками за края раковины. Хорошо, это сложно было назвать, а вот странно — точно! Секс с незнакомым мужчиной, которого она знала только из предоставленного досье, произошёл у неё впервые, и лишь сейчас осознала, что оказалась в ловушке, как полная дура.

Шисуи внезапно остановился и резко вышел. Поднял Хизуки за одну руку, и развернув к себе, надавил на плечо, поставив на колени. Член возвышался над её лицом слегка подрагивая.

— Возьми его! — приказал он.

Она опешила от дерзости Шисуи Учихи и уставилась в нахальное лицо. Глаза сейчас были чернее ночи, а во взгляде плясало безумие. Сглотнув вязкую слюну, Хизуки взяла в руку член, и поднесла ко рту. Она облизнула чувствительную головку, и с губ Шисуи сорвалось шипение.

— Бери!

Шисуи схватил за голову обеими руками, и удерживая её, толкнулся в рот, чтобы взяла всю длину. Хизуки закашлялась, пытаясь сдержать рвотный рефлекс. Не давая ей нормально вздохнуть, он продолжил толкаться внутрь. Когда яички стали поджиматься, Шисуи схватил за волосы на затылке, чтобы она не отстранилась, и с низким стоном, кончил в рот. Из глаз Хизуки брызнули слёзы.

— Надеюсь, ты добилась того, чего хотела!

Он, опустив на Хизуки глаза, посмотрел с высокомерной усмешкой и покинул рот, смахнув остатки капель с конца. Не в силах больше сдерживаться, Хизуки согнулась пополам, сплюнув всё, что приняла.

— Ты отвратителен! — прохрипела она, поднимаясь с пола.

Шисуи поражённо изогнул бровь, когда поправил свою одежду.

— А на что ты рассчитывала? — усмехнулся он, и достав из кармана штанов несколько купюр, кинул на пол. — Спасибо за услуги!

Хизуки опешила и на несколько секунд замерла от… «Он что?! Только что расплатился, как с продажной девицей?!» — мысли истерично закричали в голове, и она раскрыла рот в немом оцепенении.

— Надеюсь, это научит тебя больше не приставать к незнакомым мужчинам! — бросил Шисуи, когда повернул замок и открыл дверь. — Прощай!

Он вышел, а Хизуки так и продолжила стоять по середине туалета полностью обнажённой и… униженной. Осознание того, что только что произошло повергло в тихий ужас и она прикрыла рот рукой, чтобы не стошнило. Мало того, что она у него ничего не разузнала, так ещё и с лёгкостью отдалась, как какая-то проститутка!

— Козёл! — крикнула ему в спину, когда он уже покинул туалет.

Злоба на Учих разгорелась с новой силой. Приведя в порядок одежду и быстро расчесав волосы, Хизуки прополоскала рот водой и умылась. Она уставилась на своё отражение в зеркале и прошипела: «Убью!» Теперь её настрой стал гораздо более решительным. Выйдя из туалета, она направилась обратно в гостиницу.

Завтра она доберётся до Конохи и осуществит свою месть.