Ночная смена

Сегодня мои первые в месяце рабочие сутки. Я вышел на смену выспавшийся и отдохнувший. Работаю я, кстати, на большом производственном складе. Тут много полок, товара, наименований, пыли, загубленных судеб, не сумевших себя реализовать.

Напарники мои, отработав, свою смену до 21-00 покинули меня, ни на секунду не задержавшись. Я остался один на всем складе. В моем распоряжении было три этажа, одна цельнометаллическая складская система стеллажей, лифт и прочее, что засыпало на ночь.

Первый этаж склада самый продолжительный, к основной массе стеллажей примыкают зоны приемки, сортировки и выдачи товара, расположенные с противоположных концов помещения. Второй и третий этажи оборудованы решетчатым полом-потолком, к которому одновременно крепились перекладины стеллажей и сквозь него падали в неизвестность мелкие товары.

Зона приемки и сортировки товара оборудована автоматическими воротами два на три метра, открывающиеся и закрывающиеся с кнопки; старой гидравлической рохлей и неработающий электроподъемник для крупногабаритного товара. Лифт тоже находился тут, но пользоваться им было нельзя – он ломается каждый раз после использования, а оборудование должно быть исправным, но получается, кроме электроподъемника. Склад не производственных товаров, а двойных стандартов.

В мои обязанности, как сотрудника склада, оставшегося в ночную смену, входит: выдавать все необходимое для производства; провести очередную внеочередную инвентаризацию и до девяти утра следующего утра я был свободен; потом передача смены, и на трое суток до свиданья.

Обычно выдача товара занимает полчаса, но сегодня я справился за двадцать минут. Затем инвентаризация меня вымотала на 101%; пересчет мелких шайб и гаек, перекладывание их с места на место и поиск по наименованию в инвентаризационной ведомости. Силы мои иссякли, и я решил устроить себе поздний ужин под дежурное освещение рядом с кулером.

Не спеша, опустошив контейнеры с домашней едой, запив все это травяным успокаивающим чаем, я сел заполнять отчет по инвентаризации.

Запустив 1С и Excel, я откинулся на компьютерное кресло, глубоко вдохнул и выдохнул, словно от моих дальнейших действий зависела судьба человечества.

Печатанье букв и цифр в электронные таблицы в первом часу ночи – самое скучное занятие, которое можно придумать. Время останавливается, и бесконечный поток отчетных данных разворачивается из скрученного манускрипта вечности. Как будто надо занести в один файл всех кто когда-то жил на этой планете: от первой разумной обезьяны, до ребенка родившегося тридцать секунд назад на другом конце света.

Раздался звонок, оповещавший о прибытии поставщика в зону приемки товара. Автоматически я встал и пошел открывать двери, на ходу проверяя наличие перчаток, канцелярского ножа и ручки. Дойдя до середины центрального прохода, я осознал, что ночью никто к нам приехать не мог. Но если это охранник пришел попросить закурить, я ему все выскажу!

За отрытыми дверями никого не оказалось. Я заглянул за углы здания склада – тоже никого. Охранник мирно спал в своей будке. Показалось наверно, подумал я, закрыл дверь и пошел дальше доделывать свой отчет. Ну, хоть размялся, уже не плохо. Я сел, нужно было дальше продолжать свои дела. Время снова застыло, и мои глаза начали слипаться.

Снова раздался звонок. Это мне наверно уже снится, пойду пройдусь. Только я встал из-за стола, как из глубины склада в рабочую зону вкатился компьютерный стул. Я замер. Точно сплю, подумал я. Щелкнул себя пару раз по щекам – кроме боли ничего не почувствовал, киношный прием не получился. Затолкнув стул между стеллажей, я снова пошел вглубь склада. Причина же должна быть, не может стул разъезжать сам по своей воле. Обойдя весь первый этаж, зайдя в каждый проход – я ничего не нашел. А что бы я хотел там увидеть? Не знаю.

Как только я дошел обратно до своего рабочего места – загудел лифт. «Вот чего не может быть, того не может быть. Он не работает!» – громко сказал я. Может быть магнитная буря? Вроде в новостях не было.

Делать нечего, я вооружился канцелярским ножом и пошел к лифту. До сегодняшнего дня наш лифт был мертворожденным выкидышем технологического прогресса, но в эту ночь он бесновался. Он ездил вверх и вниз. Моргал кнопками переключения этажей; а когда мчался вниз, то включал экстренное торможение и искрил как бракованная искусственная новогодняя елка в заветную ночь.

В один прыжок я добрался до стеллажа с инструментами и схватил гвоздодер. Им я хотел разбить коробку управления лифта, что бы обесточить его, а если не получится, то на крайний случай вмешаться, им же, механически и застопорить машину блокировкой лебедки.

Вооружившись, я устремился к пульту управления лифта. Внезапно я потерял равновесие и ощутил резкую боль в правой стороне всего тела. Это гидравлическая рохля, со всего разгона сбила меня и отбросила в сторону. Мне если можно так сказать - повезло, что меня отбросило в сторону лестницы на второй этаж. Цепляясь за перпендикулярные ограждения перил, я затащил себя наверх. Лестница спасла меня от поехавшей рохли – по ступеням ей никак не забраться. Стоя между первым и вторым этажом, я почувствовал себя на вершине мира и властелином над всеми механическим и автоматическим.

Глупая рохля безостановочно билась в первую ступень, но так и не смогла меня доставать. В момент удара рукоятка рохли пружинила вперед. Подгадав момент, я схватил ее за рукоятку и резким разворотом самбиста положил рохлю на торец ее лыж и развернул рукоятку в противоположную сторону – стреноженная, больше она не представляла угрозы.

Уверенным шагом я подошел к лифту. Примостив гвоздодер в основании кнопочного механизма, выверенным движением, я вырвал его с потрохами. Лифт остановился.

«Ерунда какая-то» - подумал я. Надо выйти со склада, посмотреть, что на производственном участке, как у них там дела. Может у всех аппаратура взбесилась и творит чудеса.

В боксе, напротив, была тишина. Вообще никого не было, ни единого слесаря, никто даже не спал, отперевшись на верстак. Абсолютная тишина и пустота. Я захлопнул входные двери с участка на склад и запер их на ключ.

В противоположном конце склада снова стали раздаваться клацающие металлические звуки.

-Ну, что, ты лифт, никак не успокоишься? – что было сил, прокричал я.

Но это был не лифт. Все, что есть в декорациях театрального представления будет рано или поздно в нем использовано. Не знаю ожидаемо это было или нет, но завелся не работающий электроподъемник. Двухметровая красная машина, весом в несколько сот килограмм, разгонялась от ворот и пыталась проскочить в центральный проход. Высота стеллажной системы на этажах, так же составляла два метра, и несколько миллиметров не давали проскочить бандуре внутрь. Хотя, это было делом времени, когда-нибудь она все ровно проскочит, когда неровности потолка впритирку пропустят холмик машины. А пока она билась и с грохотом отлетала назад. Я наблюдал за ней, но при этом оставался близко к проходу между стеллажами. Подъемник не рохля, мускульной силой его победить не получится.

Раз, раз, бац, бац – подъемник бился верхушкой об верхнее перекрытие. Затем раздался скрежет металла, это – подъемник под потолок, застрял и откатился назад. Набрав разгон от самых ворот, он предпринял еще одну попытку пробраться через найденную им лазейку. Он снова застрял, но продвинулся гораздо дальше, чем в первый раз.

Дожидаться пока безумная машина пробьет себе дорогу, я не собирался. Надо было что-то предпринять и как-то выводить ее из строя.

«Масло должно мне помочь» - подумал я, снимая канистру с полки. Дальше я крутанул крышку на горлышке; на противоположной стороне канистры резанул канцелярским ножом небольшое отверстие, для постоянного притока воздуха вовнутрь канистры; и начал разливать масло на пол перед собой.

В это время махина прорвалась через свою преграду и целенаправленно мчалась на меня. Я побежал от нее. Двухсоткилограммовый подъемник набирал скорость с каждым метром. Он въехал на замасленный участок пола, и еще сильней ускорился, и, потеряв навигацию. Его начало мотать в стороны, он зацепился лыжей за нижнюю полку стеллажа, и полетел кубарем, сметая все на своем пути.

Стеллажная система первого этажа не была прикручена к полу как на последующих этажах. Стеллажи приобретали устойчивость из-за выставленного по полкам товара давившего вниз своим весом. До сегодняшнего дня. Сегодня переворачивающийся в полете подъемник сщелкивал их как стены карточного домика. Весь товар попадал, все разлетелось. То, что из мелкого могло рассыпаться – рассыпалось. Был полный погром, но погрузчик был остановлен.

Склад заходил ходуном. Задрожал монолит стеллажной конструкции. Она решила отомстить за поломанные стеллажи и разбитый подъемник. Мать-медведица в ярости из-за своих медвежат. Еще оставшийся на полках товар, дребезжа, полетел вниз. Пространство вокруг начало сужаться. Или мне показалось? Нет, не показалось! Стеллажи начали сближаться друг с другом, с одной единственной целью – придавить меня. Я побежал к выходу, который вел на производственный участок, но стеллажи с самым оборачиваемым товаром уже соединились и преградили мне путь. Оставались только большие ворота в зоне приемки товара. Я побежал через все, что со мной случилось за смену. Обогнул перевернутый подъемник, и чуть сам не поскользнулся на разлитом мной масле. Дальше я бежал по центральному пролету, а стеллажи все продолжали наступать, на меня, разрыва свои стальные оковы.

Перевернутая рохля и заблокированный лифт, так и не пришли в себя – остались обездвижены. Автоматическая дверь отказалась подчиниться кнопке со стрелкой вверх на пульте управления. Времени почти не оставалось. Пришлось воспользоваться калиткой, которую использовали в холода, что бы не выстужать склад.

Я спасся. Холодный ночной воздух отрезвил меня. Глубоко продышавшись, я застыл, осмысливая, что же со мной произошло?! Откуда у склада взялась дьявольская сила и дикое желание избавиться от меня? А может все это мне показалось, и я бродил во сне, или в полудреме вышел на улицу подышать?

Охранник, как и в начале смены, мирно спал на своем посту. Я зашел на участок через уличные ворота. Все производство было на месте. Люди работали, станки гудели. Пройдя через весь бокс, я потянул за ручку двери склада, но она не поддалась. Значит, закрыл я ее взаправду. Слесаря удивленно озирались на меня во время всего моего променада по боксу вперед и назад. Еще бы!

Пришлось возвращаться обратно через улицу. Войдя на склад, я почувствовал, что вся атмосфера так же пылала злобой и ненавистью. В изнеможении от этого, я потерял сознание.

Проснулся от того, что нач.склада толкает меня в плечо. Вид у него был жуткий, страх и ненависть смешались в этом лысом невысоком человеке. Дальше он стоял и с немым вопросом разводил руками в стороны. Он был в легком шоке увидев с утра раскуроченную зону выдачи; закинутый на стеллажи электроподъемник; разлитое масло; опустошенные полки с товаром; обесточенный лифт и меня провалившегося в глубокое бессознательное в центре происходящих событий.