Ночной звонок по мобильному. Женщина вскочила в постели, нащупала выключатель и трубку на столе. Звонить сегодня в такое время не должны были — некому вроде...
— Алло, алло, слушаю тебя!
Однако муж молчал. Он сейчас дежурил сутки, зачем-то набрал номер, а теперь отмалчивался.
— Алло, алло, — но в ответ лишь приглушенные шорохи и, возможно, шум прибоя. Или реки.
«Это явно улица или строение у моря с открытыми окнами», — решила женщина.
— Мама, ты чего так кричишь? — выполз из своей комнаты заспанный ребенок.
— Спи, спи, всё хорошо, — она помахала рукой, улыбнулась, не опуская трубки, продолжила вслушиваться. — Бегемот с тобой, укрыт?
— Да, мама, — ребенок зевал, тер глаза. — А что случилось?
— Всё-всё, иди спать — завтра в садик.
Телефон мужа включен, но абонент, как и раньше, не отвечал. Где-то вдали слышались хриплые, булькающие звуки, знакомые по телесюжетам СМИ и детективным сериалам.
Радиостанция?
Приближающиеся там шаги заставили напрячься, мужчины разговаривали: часть реплик была слышна отчетливо, что-то лишь угадывалось.
— Так что, близким позвонили?
— Рано еще, ночь, в семь обзвоним. Номера уже есть — сделаем.
— А оружие, значит, так и не нашли?
— Нет. Только гильзы у нас пока, пээмовские все вроде. Ну и понятно, целые пули, или получше, а не то лохмотьё на кузове, возможно, будут потом. Когда извлекут из тел. Машина, смотрю, новая была совсем, эх, крыло только поцарапано... И вот уже в решето.
— Утром будет жарко, четыре трупа за сутки, держись, Иваныч.
— На бреющем, до пенсии нужно вытягивать. Съезжаются уже — вон фары. Долго они что-то сегодня.
— Вот скажи, тебе когда-нибудь приносили коллеги на место происшествия кофе в стаканчике, термосе? Подчиненные, смежники, эмчеэсовцы или, наконец, прокурорские, фээсбэшники, транспортники? Вручали стаканчик с дымящимся напитком и: «Ну, что у нас тут сегодня, Николай Иванович? Вот, отхлебните, согрейтесь». Сейчас очень-очень бы не помешало всем нам.
В этом неведомом месте, откуда позвонил муж, и где совсем недавно взмахнула разящей косой Смерть, протяжно, со вкусом, зевнули.
Она вся ушла в слух.
— За двадцать лет ни разу... Только если сам организуешь.
— Да всё врет кинематограф! Или как же далеки мы от реальностей цивилизованных стран — черствые, мрачные русские, хоть мы с тобой армянин и грек. Или ты кем себя обычно считаешь? Судя по их детективам, совсем другая этика и эстетика расследования...
— Ладно, прокурор выруливает, его же авто?
— Похоже.
— Вон и судебка, пойду встречать. Сейчас начнется и кофа, и эстетика, и чисто русское расследование. А утром да, нагиб попрет с нарастающим итогом, только шорты подворачивай...
Полицейский треп удалился и вовсе прервался. Теперь там очередная порция непонятных звуков, близко захлопали автомобильные дверцы. Надрывно, во всю мощь, адской гиеной взвыла, затявкала сирена, но вскоре на взлете громкости резко, как будто захлебнувшись, заткнулась, как бы вопрошая у притихших окрестностей: так что, вы всё еще спите?!
Вероятно, вспугнутая сиреной, прокричала, прохлопала крыльями где-то рядом с мужниной трубкой ночная птица.
— Алло, алло! Вы слышите меня?! Эй, люди, товарищи! Кто-нибудь?! — за эти несколько минут она полностью проснулась, в висках стучала кровь. — Алло, где ты? Отвечай! Отвечай же! Эй, вы меня слышите?!
Ответ пришел неожиданно и совсем близко — в виде кашля. Узнаваемого, характерного кашля. Затем звуки клацанья, шуршанье, близкие шаги — кашляющий ходил, и телефон явно начал перемещаться. Снова порция кашля — родного, знакомого. Тот случай, когда кашель в радость — жив! Всё нормально, муж явно выздоравливает, кашель и реже, и чище.
— Всё хорошо, дорогой, до вечера, до встречи. Мне до работы еще четыре часа, нужно заставить себя заснуть...
Дома уже, когда семья воссоединилась, разобрались с казусом. Тогда ночью, в суете, каким-то образом произошло случайное нажатие кнопки вызова на трубке, пристегнутой к брючному ремню сзади, чтобы не мешала. В свою очередь, сосредоточенная работа на месте происшествия, фоновые шумы не позволили услышать даже кричащего абонента. Ну а недавно подцепленная простуда с кашлем сыграла утешительную роль, самую важную...
Бывает.