Ночь в стиле "диско"

Было это в конце 70–х, когда диско правил балом. Город на Неве пульсировал в такт Bee Gees и Донны Саммер. Инга — молодая девушка с длинными каштановыми волосами и фигурой, которая сводила с ума, — решила наконец выбраться на культовую дискотеку. Она надела своё любимое платье: серебристое, облегающее, с глубоким вырезом и разрезом до бедра. Высокие платформы, блестящие серьги, яркие тени — чистый стиль диско.

Клуб «Звёздный свет» был переполнен. Басы гремели так, что всё вибрировало в груди, разноцветные лампы вращались, отбрасывая блики на разгорячённые тела танцующих. Инга протолкалась к бару и заказала коктейль, хотя на мгновение — захотела развернуться и уйти. В клубе было слишком шумно, слишком тесно, слишком много чужих взглядов... И слишком поздно, чтобы признаться себе, что она боится. Она поймала своё отражение в зеркале за стойкой: серебристое платье — оно переливалось под мигающими огнями, как зеркальный шар под потолком, чуть взлохмаченные волосы, глаза, в которых мелькнуло что-то упрямое. Я здесь не случайно, — подумала она и сделала глоток. На танцпол она вышла не сразу. Сначала прислушалась к ритму, позволила ему пройтись по коже, словно проверяя — готова ли она отдать ему тело хотя бы на один трек.

Когда музыка наконец её подхватила, Инга уже двигалась не для кого-то. Для себя. Она закрыла глаза, подняла руки и начала двигаться в ритме. Бёдра крутились, тело изгибалось, платье скользило по коже, подчёркивая каждое движение. И только потом заметила, что кто-то наблюдает.

Высокий парень в белом костюме с широкими лацканами, расстёгнутой рубашкой и золотой цепочкой на шее стоял неподалёку. Алекс — так он представился позже. Его волосы были уложены в типичную диско-причёску, а улыбка обещала приключения. Он подошёл ближе, не спрашивая, взял её за руку и закружил в танце. Их тела соприкоснулись почти сразу. Инга почувствовала тепло его рук на талии, как он притягивает её ближе под Stayin’ Alive. Их движения совпали, будто музыка была написана специально для них. Пот стекал по спине, платье липло к телу, а его рука скользнула вдоль разреза платья, заставив её затаить дыхание.

— Ты танцуешь как богиня, — прошептал ей на ухо Алекс, обжигая горячим дыханием с лёгким дурманящим запахом Old No.7.

Когда трек сменился на более медленный и чувственный, они не остановились. Алекс прижал её к себе сильнее, его губы коснулись шеи. Инга задрожала. Толпа исчезла — остались только они, ритм и жар тел.

— Пойдём отсюда, — сказал он. Она кивнула, не раздумывая.

Выскользнули в тёмный угол за клубом, где стоял его старый «Кадиллак» с хромированными бамперами. Дверь захлопнулась. Алекс сразу поцеловал её — глубоко, страстно, будто ждал этого всю ночь. Поцелуй был долгим, наполненным электрическим напряжением и тихой страстью, без спешки, но с полной отдачей. Они прижались друг к другу, чувствуя дыхание, ритм сердца и тепло тел. Инга закрыла глаза, отдаваясь мгновению, наслаждаясь прикосновением и близостью, не торопясь никуда. Их объятия стали теснее, они переплелись в едином ритме, эхом повторяя далёкую музыку клуба. Он покрывал её кожу поцелуями — медленно, с почти трепетной нежностью. Танец продолжался, теперь уже без музыки, но с тем же чувством, что наполняло ночь...

Музыка из клуба доносилась приглушённо, словно из другого мира. Бас бился где-то внизу живота, смешиваясь с запахом горячего асфальта и ночного города. Инга сидела, прислонившись к прохладному стеклу, переводя дыхание. Серебристое платье всё ещё ловило отблески неоновой вывески — диско не отпускало её даже здесь.

Алекс завёл мотор. «Кадиллак» мягко заурчал, как большой довольный кот. Инга улыбнулась своему отражению в стекле.

— Это была лучшая ночь в стиле диско, — тихо выдохнула она. — Я буду помнить себя такой.

Алекс наклонился и нежно поцеловал её ещё раз.

— И не последняя. Если кто-нибудь спросит, каким был настоящий дух диско… я тоже вспомню эту ночь.

Он посмотрел на неё, не включая фары. В его глазах отражался всё тот же мерцающий свет клуба.

Машина медленно тронулась, а где-то позади «Звёздный свет» продолжал сиять, будто обещая: ритм ещё не закончен.

И они знали — диско никогда не умирает...