Ноги

Были у тела две ноги́: левая и правая. Ноги, как ноги, ничего особенного. Две стопы, две пятки, десять пальцев на двоих, по и́кре, по бедру у каждой – как и у всех остальных тел. В меру длинные, в меру крепкие, умеющие делать всё, что от них требовалось.

Левая нога была сильнее, потому что тело было левшой. Она всегда была толчковой в прыжках, на ней тело могло присесть намного больше раз, чем на правой. Этой ногой тело било, когда было нужно, ей с самого детства доставалось больше синяков и ссадин, её же дважды пробивали насквозь гвозди. Но левая нога не жаловалась, ведь она была частью одного целого и добросовестно делала то, что от неё требовало тело под управлением головы. Да и её правая близняшка старалась, как могла, и никогда не филонила. Просто она была немного слабее.

Однажды правая нога заболела. Не сильно, примерно в том месте, откуда растут ноги у всех тел. Голова не придала этому особого значения и подумала: "Тело молодое – скоро всё пройдёт. И не такое заживало." Только боль не прошла со временем, а стала ещё сильнее и настойчивее напоминать о себе и расползлась почти по всей длине бедной ноги. Голова решила обезболить уколами, но и они не принесли должного эффекта. Правая нога перестала справляться со своими обязанностями, ей было очень больно и трудно передвигать и поднимать тело.

Осознав, что самостоятельно не справиться, голова отправила тело к врачу. Доктор вынес приговор, что у тела проблемы со стержнем, называемым позвоночником, отсюда и боль. Больше нельзя бегать, прыгать, заниматься спортом в полную силу… Полечив пациента в меру своих возможностей, врач отправил его жить дальше со словами, что здоровье зависит только от его головы.

Боль немного утихла, но не ушла и каждый день напоминала о том, что у тела проблемы. Серьёзные проблемы. Это был ужас, голова не могла понять и принять новую реальность: "Ну как же так? Ведь тело ещё молодое, неужели оно больше не сможет делать то, что ему так нравилось? Неужели теперь каждый день терпеть эту боль и жить с ней?"

Можно было сделать операцию, но резать тело голова не разрешала. Да и операция не была гарантией стопроцентного выздоровления и возвращения к полноценной жизни. Поплакав и прекратив жалеть себя, голова стала искать помощи у других голов и тел с такими же проблемами. Оказалось, что их беда далеко не уникальна – в мире очень много тел, которые не берегли себя, с аналогичными болями. Незнакомые головы помогли советами, что и как нужно делать.

Теперь каждое утро, почти каждый вечер голова заставляла тело делать гимнастику для позвоночника и больной ноги, чтобы облегчить её страдания, чтобы помочь ей снова стать здоровой. Но этого было недостаточно. Голова узнала, что телу нужно ходить, постоянно и как можно больше. И главная в теле приняла решение, что они будут ходить каждый день после работы домой пешком, вместо того, чтобы ездить на удобной машине.

Это было очень непросто. Отпахав смену на работе, уставшее тело вынуждено было идти ещё десять километров, чтобы наконец отдохнуть. Но голова была непреклонна и настаивала, что всё это ради их же общего блага. Без здоровой правой ноги тело не будет счастливо. И тело не спорило, оно терпело. Каждый день, без выходных. Большего всего доставалось, конечно, ногам, ведь ходили именно они.

А ещё правая не могла нести тело так, как это делает здоровая нога. Из-за неё шаги были короткими, к тому же голова контролировала, чтобы тело не использовало спину при ходьбе, поэтому нагрузки на ноги увеличивались ещё больше. Но удивительным образом вечером правая нога почти не болела, а вот левая гудела от изнеможения. И через три дня таких походов левая не выдержала:

- Как вы мне все надоели! Почему я должна страдать из-за того, что у правой проблемы, и мучаться из-за дурной головы?

Голова извинялась перед уставшей ногой и просила потерпеть:

- Прости, что тебе плохо из-за меня. Да, я накосячила и повредила позвоночник, и теперь правая нога болеет и страдает больше нас всех. Но только вместе мы сможем справиться с этой бедой.

Все остальные части тела были согласны с головой. Обе руки очень хотели бы помочь левой и правой ногам ходить ради общего блага, но они никак не могли этого сделать. А правая нога молчала и чувствовала себя виноватой от того, что болит именно она. Но голова ни в чём её не винила и поддерживала, как могла. Никто в теле не винил её, кроме озлобленной левой.

Так шёл день за днём. Тело, подгоняемое головой, превозмогало себя и наматывало километры. Поначалу оно терпело, но постепенно ходить становилось всё проще и приятнее, боль отступала. Шаги правой со временем стали увереннее, голове больше не нужно было контролировать её и спину при ходьбе. Вдобавок гуляло тело по лесу, и у головы появилась возможность думать о чём-нибудь хорошем, полезном для себя и для тела тоже. О том, о чём не было времени подумать в той жизни, которая у них всех была раньше.

В одно прекрасное утро голова проснулась и поняла, что правая нога не болит, совсем! Это было такое непередаваемое счастье, давно забытые ощущения, что у тела снова всё хорошо! С осторожностью правая нога помогла телу подняться с кровати, и у неё получилось помочь левой сделать это. Она сделала то, чего давно не могла нормально делать! Правая была счастлива, что перестала быть обузой. А голова пребывала в полном восторге, и вместе с ней радовалось тело. Только левая отчего-то чувствовала себя теперь виноватой… Но голова не винила её, она была благодарна здоровой ноге за помощь и терпение.

Вечерние прогулки после облегчения стали в тысячу раз приятнее. Голова с нетерпением ждала окончания дня, когда они все снова пройдут по уже знакомым до мельчайших подробностей тропинкам и спокойно подумают о чём-нибудь прекрасном.

Ещё месяц спустя произошло чудо. Самое обыкновенное для других тел, но не для нашего отдельного взятого. Где-то в середине очередной прогулки голова робко спросила у ног:

- Боли нет уже давно… Давайте попробуем пробежать? Осторожно… но чтобы обязательно пробежать, а не быстро пройти. - Голова сомневалась, но чувствовала в теле силы сделать это. Если телу станет больно, она сразу его остановит.

Ноги с радостью согласились, как и все остальные части тела. Руки сказали, что будут держать за них кулаки в прямом и переносном смысле и тоже сделают всё, что от них зависит.

И голова рискнула… Первый быстрый шаг, второй, третий… и ноги уже несут тело в беге, они хотят ускориться, но голова не разрешает, чтобы не навредить. Нет, тело несут не ноги, сейчас это самые настоящие крылья! Сильные, крепкие, невесомые крылья. И тело не бежит, оно парит в воздухе, не касаясь земли! Ни одни глаза в мире не могут видеть этот полёт, но это не значит, что его нет. "Мы бежим, мы можем бегать, можем!" - голова сходила с ума от происходящего, и тело ликовало вместе с ней. В мгновение жизнь расцвела новыми красками, а воздух наполнился доселе неведанным ароматом. Нет вины глаз, что они не видели всех этих ярких цветов вокруг раньше, и нос не виноват, что не мог передать мозгу, как пьянит обычный воздух… Когда тело замедлилось и перешло на шаг, глаза в голове заплакали бесконечным дождём, а сама голова просила прощения у тела за то, что не берегла его. И тело отвечало, что она молодец, ей не за что извиняться, ведь благодаря ей тело стало сильным, как никогда раньше.

Голова и тело были счастливы и не прекращали заниматься гимнастикой и гулять. Но однажды этот мир покинуло другое, родное тело, которое очень любила голова. Переживая горечь утраты, голова не могла найти в себе силы заниматься так же, как раньше, а тело было лишено прогулок почти две недели. От нервов боль в правой ноге вернулась на следующее же утро после смерти другого тела. Но голова не обращала на это внимания, ей было всё равно. Она страдала, в ней жила совсем другая боль, намного сильнее, чем в ноге.

Тем не менее, жизнь продолжается и стремится к нормальному ритму, независимо от желаний головы… Поздняя осень, на улице сильно похолодало, и правая нога стала болеть ещё сильнее, реагируя на погоду. Прогулки возобновились, но эффект был слабый, боль не уходила. Голова была полна негатива и не радовалась ничему, ходьба стала лишь механическим процессом. В один ужасный момент озлобленная голова остановила тело и воскликнула:

- Всё бесполезно, все наши старания бессмысленны! Боль всё равно вернётся, и мы ничего не сможем с этим поделать. Пусть лучше режут!

Тело замерло в ужасе… Гнетущее молчание нарушила левая нога, обращаясь к правой:

- Сестрёнка, родная, не слушай эту дуру голову! Я буду тащить нас одна, сколько нужно, пока у меня есть силы. Только ты не сдавайся, только помогай мне, как сможешь, без тебя я просто не справлюсь.

Опустившиеся секунду назад руки затрепетали всеми своими пальцами:

- Голова, прекрати! Если бы могли, мы бы ударили тебя за твои мерзкие слова.

- Нам больно от того, что мы слышали это, - грустно сказали уши.

- Если потребуется, мы будем грызть землю, цепляться за неё, но не сдадимся и сами потащим тело вперёд, - вторили зубы. - Нам стыдно, что мы живём в такой голове.

Голова, в состоянии шока, прошептала:

- Пожалуйста, простите меня за мою слабость… Вы делали, что могли, а я предала вас. Я обещаю, такого больше никогда не повторится.

И ноги понесли тело дальше, не обращая внимания на боль. Вместе, не меряя, какая из них делает больше.