Ногицунэ

Айко редко снились сны, и еще реже — кошмары.

Это было странно, говорили ее друзья и родственники. С такой работой и любовью ко всему сверхъестественному, Айко, по их мнению, должна была каждую ночь проживать то ли новый миф, то ли новое детективное расследование. Но почти всегда девушка спала как убитая.

Сегодня, впервые за много лет, Айко приснился настоящий кошмар.

Поначалу в ее сне не было ничего, кроме вязкой черноты. Айко помнила, как просто шла вперед, ощущая на коже неприятный липкий холод. Как пыталась кричать, но горло сжималось изнутри, не пропуская ни звука. А потом чернота вдруг стянулась в одну точку пространства и превратилась в огромную черную лису.

Ногицунэ уставилась на Айко злыми горящими глазами, а после захохотала, вывалив из пасти язык. Айко привычным движением потянулась к пистолету, но кобуры на поясе не было. Формы тоже не было: все тело укрывало традиционное кимоно алого цвета. Айко хотела было броситься на лису, но споткнулась и упала: на ногах были непривычные и неудобные гэта с двумя зубцами.

Айко сжала зубы и молча наблюдала, как черная лиса подбирается к ней, прижав к голове острые уши. На мгновение, девушку затопила паника, какая бывает только во снах: безрассудная и неконтролируемая. А потом лиса прыгнула, целясь прямо в горло…

Звук будильника вырвал Айко из сна, и она с громким криком села в кровати.

— Что же это такое… — пробормотала девушка, вытирая мокрый лоб рукой и откидывая назад длинные черные волосы, прилипшие к шее.

Неприятный осадок от сна преследовал Айко весь день. Казалось, что проклятая лисица постоянно сопровождает ее, мелькая на периферии зрения размытым темным пятном. Расслабиться удалось только ближе к обеду.

В Токио наступил сезон ханами. Городские парки наводнили туристы и парочки, смешиваясь с обычными прохожими и зеваками. Даже босс Айко, Йоши Ватанабэ, поддался очарованию природы и провел совещание в парке, приказав всем сотрудникам взять с собой обед. Сжимая в руках черную лакированную коробочку, Айко вполуха слушала Ватанабэ, когда он вдруг произнес:

— И последнее. Пропал господин Окамото. Он уже несколько дней не появлялся дома и на работе. Госпожа Окамото связалась с нами пару часов назад, и я хочу, чтобы Танака и Сато начали работу над этим делом. Сперва поезжайте к госпоже Окамото: судя по ее голосу, у нее вот-вот случится нервный срыв. Лучше поговорить с ней, пока она еще в состоянии вспомнить любую важную информацию. Все свободны.

Айко с тоской посмотрела на свой бенто, а после перевела взгляд на напарника. Мамору Сато с улыбкой кивнул ей и поднялся с травы, сминая в руке упаковку из-под онигири. “И когда только успел”, подумала Айко.

— Пообедаешь в машине, — на ходу бросил Сато, подходя к ней. — Я пока запрошу адрес семьи Окамото… Окамото… Постой, а это не тот самый знаменитый ювелир?

— Возможно, — Айко последовала за ним. — Сейчас узнаю.

Быстрый поиск в Интернете подтвердил: семья Окамото владела несколькими ювелирными магазинами, а господин Окамото еще и изготавливал изделия, за которые коллекционеры готовы были продать душу. И такой значимый человек просто так исчез? Без требований выкупа и записок с угрозами? Странно как-то…

Погрузившись в свои мысли, Айко механически села в машину Сато и пристегнулась. Серебристая Тойота взревела, и Айко пришла в себя.

— С добрым утром, — иронично сказал Сато, чуть поворачивая к ней голову для разговора. — Окамото живут в Гиндза, как и следовало ожидать. Ты можешь спокойно поесть. Ехать все равно долго.

“Приятного аппетита”, пробормотала Айко себе под нос, открывая крышку с коробочки бенто. Хорошо, что сегодня у нее на обед никакого супа или карри. Сато становился крайне чувствительным, когда дело касалось его машины.

Зато, по крайней мере, он всегда воспринимал ее всерьез. Когда Айко впервые появилась в отделе, шефу Ватанабэ поступило сразу несколько анонимных записок с одинаковой жалобой. “Она слишком молода для работы детективом” гласили записки, а слово “она” везде было подчеркнуто жирными линиями. Тогда Ватанабэ провел внеплановое совещание, во время которого еще раз представил всем сотрудникам Айко и подчеркнул, что ее ум и интуиция соответствуют уровню любого детектива в отделе. Именно после этого совещания Сато подошел к ней и предложил выпить кофе.

— Тебе придется долго доказывать свою пригодность, чтобы они тебя приняли, — прямо сказал он, глядя на Айко в упор. — Но раз ты нравишься Ватанабэ, об остальных не беспокойся. Просто работай на совесть, и все будет хорошо.

Разглядывая его серо-голубые глаза, Айко подумала: а каково пришлось гайдзину в токийской полиции? Тот поход на кофе сблизил их, и Сато не раз выручал и поддерживал Айко, пока она раз за разом доказывала, что не зря занимает свою должность.

Теперь, спустя пять лет, Айко Танака считалась одним из лучших детективов полиции Токио. Коллеги неохотно хвалили ее ум и проницательность, хотя не одобряли чрезмерное увлечение мифологией и сверхъестественным. “Она в любом преступнике видит ёкая”, иногда говорили они, когда Айко работала над очередным расследованием.

В ответ, Айко только пожимала плечами. Любовь к мифологии была у нее с детства. Еще будучи маленькой девочкой, она взахлеб читала истории и легенды о таинственных существах, населяющих потусторонний мир Японии. Порой ей казалось, что в самом деле существует невидимая завеса, отделяющая реальный Токио от сверхъестественного. И стоит приложить только чуть-чуть усилий - и завеса приподнимется…

— Приехали, — Сато остановил машину и отстегнул ремень безопасности. — Надеюсь, ты провела путь в мечтах о деле, а не о своих страшилках.

— Я пыталась проанализировать, кому выгодно исчезнование господина Окамото, но вариантов слишком много. Пока не поговорим с его женой, нет смысла строить какие-то предположения.

Айко аккуратно сложила опустевшую коробочку бенто в пакет и поставила на заднее сиденье. Мельком глянув на себя в зеркало, поправила растрепавшиеся волосы и, глубоко вздохнув, вышла из машины.

Район Гиндза не зря считался одним из самых престижных в Токио. В нем всегда кипела жизнь: люди сплошным потоком перетекали из роскошных бутиков в рестораны, а оттуда - в многочисленные торговые центры, расположенные в небоскребах по всему району.

Проходя мимо Гиндза-Вако, Айко заметила:

— Готова поспорить, Окамото продает свои изделия в местном ювелирном. Нужно будет зайти и порасспрашивать продавцов после того, как закончим с госпожой Окамото.

— Эй! — Сато еле увернулся от разговаривающего по телефону мужчины. Тот смерил детектива презрительным взглядом и ускорил шаг. — Ну и люди тут. Да, ты права. Потом зайдем в ювелирный.

Лавируя между людьми и глазея на пестрящую неоновую рекламу, детективы вышли к очередному небоскребу. При виде полицейских удостоверений, консьерж, непрерывно кланяясь, провел Сато и Айко к лифту.

— Двадцать второй этаж, — задумчиво протянул Сато. — Никогда не понимал тяги людей к такой верхотуре.

— Может, так им проще вообразить себя богами, — Айко показала ему язык.

— И какой богиней была бы ты?

— Аматэрасу!

Сато рассмеялся.

— От скромности ты не умрешь, сестренка. Тебе скорее подойдет Инари.

Наконец, лифт поднялся на нужный этаж и бесшумно распахнул двери. Айко и Сато вышли в просторный светлый коридор. По обеим сторонам на стенах висели картины, и Айко подумала, что скорее всего, это не реплики.

Дойдя до нужной двери, Сато прокашлялся и нажал на кнопку звонка. Айко встала по левую сторону чуть поодаль. Она привыкла, что люди не воспринимали ее всерьез, пока она не начинала задавать вопросы. Пусть первое впечатление производит Сато. За это время, Айко обычно подмечала те самые мелкие детали, которые потом играли решающую роль в расследовании.

Дверь распахнулась почти мгновенно. Перед Сато и Айко стояла невероятно привлекательная женщина средних лет, одетая в домашнее кимоно. Взгляд Айко зацепился за изящных журавлей, танцующих на фоне стеблей бамбука, и девушка тут же отметила: ручная работа. Теперь ей стало интересно, является ли госпожа Окамото ценителем искусства, или же просто любит предметы роскоши, не особенно задумываясь об их истинном значении.

— Детективы, — госпожа Окамото поклонилась. Сато и Айко ответили ей более глубоким поклоном. — Спасибо, что прибыли так быстро. По правде сказать… я не знаю, что думать.

“По словам шефа, у нее вот-вот должна была начаться истерика”, вспомнила Айко. “Но госпожа Окамото - образец спокойствия”.

— Я приняла успокоительное, — женщина будто прочла ее мысли. — Боюсь, без него я бы не смогла с вами разговаривать. Так стыдно… Пройдемте в гостиную. Сузу, чай!

Молоденькая горничная, выглянувшая из комнаты, поклонилась и снова исчезла. Госпожа Окамото провела детективов в просторную комнату, оформленную в европейском стиле, и жестом пригласила присесть на огромный диван. Сама же она села напротив, внимательно рассматривая гостей.

За те минуты, что Айко провела в квартире семьи Окамото, она поняла несколько вещей. Госпожа Окамото действительно любила искусство: квартира была украшена лаконично, но со вкусом, и каждый предмет интерьера идеально вписывался. Что касается самой госпожи Окамото, невозможно было определить ее точный возраст, но Айко могла сказать наверняка: это была чрезвычайно умная и самодостаточная женщина. “Не удивлюсь, если окажется, что она ведет бизнес, а муж - просто ремесленник, влюбленный в ювелирное дело”, мелькнула мысль.

Это был не такой уж редкий случай. В Японии, где до сих пор считалось, что мужчины лучше умеют строить карьеру, их жены часто выступали в роли серых кардиналов и стояли за теми самыми решениями, которые превращали обычный бизнес в сенсацию. А после, на банкетах и приемах, эти блестящие умы играли бокалами шампанского, тихо смеясь над шутками мужчин и одаривая друг друга понимающими, проницательными взглядами.

Госпожа Окамото, казалось, поняла, о чем думает Айко. Губы женщины тронула едва заметная улыбка, которая тут же исчезла; будто мотылек вспорхнул с цветка.

Сузу принесла чай и ловко расставила приборы на небольшом кофейном столике, стоящем между гостями и хозяйкой дома. Сделав глоток великолепно заваренного маття, Сато достал из нагрудного кармана блокнот с карандашом и произнес:

— Давайте начнем с недавних событий, а потом мы с детективом Танака зададим уточняющие вопросы. Итак: как именно вы обнаружили пропажу господина Окамото?

Госпожа Окамото чуть поерзала, но почти сразу выпрямилась, гордо вздернув подбородок вверх. Айко видела, как тяжело ей дается этот разговор, и прониклась к женщине еще большим уважением.

— Господин Окамото… Как бы правильно выразиться… Не всегда ночевал дома. Иногда он по несколько дней пропадал в своем офисе. Это прямо здесь, в нашем районе…

— Ювелирный в Гиндза-Вако? — не удержалась Айко.

— Прошу извинить мою коллегу за несдержанность, — Сато сердито скосил на нее глаза, но госпожу Окамото, казалось, позабавила проницательность девушки.

— Именно там. Полагаю, догадаться было не сложно, но, тем не менее, я впечатлена. Итак… О чем я говорила... Господин Окамото иногда ночевал на работе, особенно когда начинал новый проект. Я помню, несколько дней назад он постоянно упоминал в разговорах какую-то жемчужину…

— Жемчужину? Это не такая уж редкость, — Сато сделал пару заметок в блокноте.

— Да, но мне показалось, он был прямо-таки одержим ею. Мой муж - увлекающаяся натура, но жемчуг никогда не волновал его. Поэтому мне было странно видеть его таким взбудораженным.

На языке Айко вертелось несколько вопросов, но она терпеливо молчала, дожидаясь, пока госпожа Окамото закончит историю. Молчание помогает узнать куда больше, чем расспросы, этому Айко научилась еще в университете.

Госпожа Окамото тем временем продолжала:

— Несколько раз он беседовал по телефону с кем-то мне незнакомым - наверное, это был новый партнер или поставщик, я не совсем поняла. Господин Окамото ничего мне не рассказывал про этот проект, что было на него непохоже. Обычно он всегда делился со мной всеми планами.

Когда он не заночевал дома в первую ночь, я не особенно удивилась. Я даже не стала ему звонить, чтобы лишний раз не тревожить. Ближе ко второй ночи я заволновалась и несколько раз звонила ему, а также посылала Сузу к нему на офис. Там его тоже не оказалось, хотя рабочие клялись, что мой муж разгуливал по помещению буквально час назад. Но когда и на третью ночь я не смогла с ним связаться, я поняла: что-то не так. И тогда я заявила о пропаже.

Плечи женщины вздрогнули, и она спрятала лицо в ладонях. Сочувственно нахмурившись, Сато собирался задать следующий вопрос, но Айко его опередила.

— Госпожа Окамото, проведите нас в кабинет вашего мужа. Я считаю, ключ к его исчезновению - там.