Недалёкое прошлое. Обычная российская глубинка. На дворе - месяц май 2022-го года...
Дед сидел за столом да только тихонько похмыкивал.
- Ты чегой там, старый пенёк, шмыгаешь? Как ништо шарманку штоль завёл? - поинтересовалась старуха.
- Да неее! - отмахнулся от неё дедок. - Вот серафня очередные новости показывает. С них-то удивление и выказываю, старая ты моя калоша.
- Не серафня, а смартофон. - поправила старика бабка. - Спасибо правнучкам. Хоть вместо талевизира новости глядим тута.
- Да пущай хоть старофня. - зло сплюнул дед. - Ты поглянь только старая, чагой пишут-то! Что с июня месяца всем пансионэрам подымут пэнсию. Аж на десять процентов! Вот шпасибо то! Инфлюция процентов шишдесять хреначит и поболее, а они токмо на десять поднииают. Вот зразы какие у власти-то. Тьфу на них!
Дед продолжал сидеть за столом.
- Ты чагой старый всё никак не ложишьси-то? - прошамкала бабка.
- А! - махнул рукой дед. - Тяпнул бы грамм двести самогонки да нетути её. А мож мы с табой, калоша ты старая моя, колобка спечём? Прошерстим сусеки да короба, мож и наскребём. А то цены-то как взвинтились. Давеча в лавку ходил, так очки сами на лоб запрыгнули! Хорошо, огородик есть. А то б померли мы с тобой.
Задумалась старуха ненадолго от дедовых слов да и хмыкнула весело:
- А давай-ка, старый пенёк, замутим колобка. Давненько я сдобу не пекла. Неча залёживаться!
Взяла старуха крылышко куриное да полезла к припасам. По коробу поскребла, по сусеку помела и наскребла-таки бабка муки. Аж целую горсть! Замесила найденную муку на просроченой сметане, состряпала колобок, изжарила его в прогорклом масле и на окошко остужать положила.
Колобок полежал немного, огляделся по сторонам, взял да и покатился. Тяжело пошёл, но всё-таки! С окна на лавку, с лавки на пол, по полу к двери, прыг через порог - да в сени, из сеней на крыльцо. Вот тут и выдохся колобок. Нетути сил дальше катиться!
Сидит на крыльце колобок, вдаль глядит да думу невесёлую думает. Не догоняет всё никак, от чего он так ослаб сильно. Кто виноват в этом? То ли мука второго сорта, то ли сметана просроченная, то ли масло прогорклое. Не надумал ничего колобок, только лоб хмурит от подставы такой.
Тут на крыльцо и дед выходит:
- Вот ты где, круглый. Опа! А чё ты такой грустный? Чё такой худой? Крызис, наверно, да инфлюция ишо. Точно! Раньше бабка таких колобков лепашила здоровенных да огроменных. Ещё не остыли, а уже в лес бягут. Только куда тебе до них, горемычный ты мой. Силёнок только до крыльца хватило. Да ты в три раза меньше предыдущих вышел. А ишо кособокий да ущербный получился. Тесто штоль у бабки не поднялось?
Колобок, на эти слова деда, только тяжко вздохнул.
- Вот извазюкался же, паразит. Теперича тебя и не схарчить-то. - покачал головой старик. - Что мне с тобой делать? Скажи-ка мне, круглый.
Колобок сиротливо поглядел в сторону леса.
- Эхма! - засмеялся старик. - Ущербный, силёнок нетути. А всё туда же, в лесок тянет. Знаешь, что... О! Будешь у меня заместо правнучка. Сейчас мы с тобой на завалинку пойдём. Я тебе в серафоне всех зверей покажу. И зайца, и волка, и лису.
Наклонился дед к колобку и, покряхтывая, взял его на руки:
- Ну пошли до завалинки, горемычный ты мой.
- Не я такой ущербный, экономика такая! - промелькнула здравая мысль у колобка.
А дед продолжал вслух зачитывать новости с экрана "серафона"...