Новая жизнь леди Орендир

Из бального зала долетали обрывки музыки, а я сидела на скамейке, закрытая от мира ветвями плакучей ивы. Куда приятнее было слушать стрекот сверчков, чем сплетни о незаконнорожденной дочери графа Орендира. То есть обо мне.

Все превозносили щедрость моего отца, который принял в семью дочь от служанки и даже позволил ей посещать балы и приемы. Для этого меня наряжали в темные вдовьи одеяния, причесывали, как старуху, и не давали ни одного украшения. Однако общество считало и подобное необычайной щедростью со стороны графа и его жены. Меня при этом, разумеется, никто не спрашивал.

А я бы с радостью отказалась от такой жизни и вернулась к маме. Лучше бы я была служанкой, чем леди!

Я вытянула ноги — стопы болели из-за неудобных туфель.

— Через месяц свадьба! Ты вместе со мной пойдешь к алтарю, и никак иначе! — я вздрогнула от визгливого женского голоса и подобралась. — Мы поженимся, Лаверн!

Какие страсти! Однако же я оказалась в щекотливом положении. Выходить из-под ивы было поздно, поэтому я осталась на своей скамейке и надеялась, что пара как можно быстрее пройдет мимо и как можно меньше наговорит при мне.

— Ваша алчность, леди Дарлайл, не знает границ, — отозвался холодный голос.

Пара остановилась точно напротив ивы, и сквозь ветви я видела силуэты мужчины и женщины. Неловко. Становиться свидетельницей сцены я не собиралась…

— Ты молод, красив и богат. Одним словом, идеальный жених… — она замолчала ненадолго, и две тени застыли. — Лаверн, если ты откажешься, я скажу Его Величеству! И тебя приведет к алтарю императорская гвардия! Так и знай!

Судя по тому, как дернулась меньшая тень, девушка топнула ножкой, но каблук увяз в земле. Фыркнув, она круто развернулась и убежала. Мужчина остался. Как она его назвала? Лаверн?

Я закусила губу и затаила дыхание. Это мог быть только граф Лаверн Нифас, за глаза всеми называемый пиратом Южного моря. Пугающий мужчина! Он был высок, могуч, немногословен и прожигал всех взглядом черных глаз. Удивительно, что леди решилась повысить на него голос. Я бы не смогла…

От размышлений меня отвлекла рука, которая раздвинула ветви. Я буквально приросла к скамейке и окаменела. Может, сойду за статую в темноте? Может, он не заметит меня? Впервые я была рада своему мрачному наряду! И не рада — светлым волосам и белой коже.

Граф сделал шаг в мое укрытие, и ветви за его спиной с шорохом сомкнулись. Он остановился. И молчал.

Молчала и я.

Невыносимо громко стрекотали сверчки.

Он же не убьет меня прямо здесь за подслушанный разговор?..

Граф качнулся, а я набрала воздуха в грудь, чтобы закричать.

— Забудьте, что сейчас услышали, — тихо и отрывисто приказал он, а я выдохнула.

Я не видела лица графа, но вот его фигура… Опущенные голова и плечи явно свидетельствовали о том, что он подавлен. Он вновь замолчал и, казалось, врос в землю, чтобы провести остаток дней своих под ивой. Мне его даже стало немного жалко.

Граф не желал брака с какой-то леди.

А я не желала быть леди...

В голове щелкнуло, и я выпалила:

— Вам нужна любовница! И скандал! Тогда леди Дарлайл сама откажется выходить за вас замуж.

Сердце часто-часто билось, а в горле пересохло. Ох, как же я нервничаю! А этот… Стоит, молчит и не двигается.

— Ни одна женщина не согласится потерять свое доброе имя, — наконец, отозвался он.

Я сама не понимала, что на меня нашло, но смутный план уже сложился в голове.

— Согласится. Я, Лиа Орендир, к вашим услугам, — и, поднявшись, присела в реверансе. — Я могу сыграть роль любовницы в обмен на дом и скромное содержание с вашей стороны. Советую не упустить шанс, иначе вы окажетесь у алтаря. С леди Дарлайл.

От имени девушки граф вздрогнул. Удивительно! Кто она такая, раз смогла запугать пирата Южного моря? Однако граф опять молчал. Неужели он каждую свою фразу обдумывает так долго?

— Никто не поверит в это, леди. А вы пострадаете. Я сделаю вид, что ничего не слышал.

Лаверн Нифас развернулся, чтобы уйти, а я разозлилась. Надо же, ему предлагают помощь, а он строит из себя рыцаря!

— И вы встанете перед алтарем с алчной леди? — он опять вздрогнул.

Это явно было больное место графа.

— Попытаюсь избежать этого, — сдержанно отозвался мужчина и остановился.

— У вас осталось мало времени, — с сомнением протянула я. — Скандал, каким бы он ни показался наигранным остальным, станет достаточно веским поводом, чтобы свадьба была хотя бы отложена. А потом можно повернуть ситуацию так, чтобы ее и вовсе отменили.

У меня заболела голова — так быстро мне никогда не приходилось думать! Сколько еще потребуется убеждать этого упрямца? Нет, поразительно, что он не ухватился за шанс спастись от вынужденного брака! И подумать только — я навязываюсь в фальшивые любовницы… Ситуация, достойная страниц сентиментальных романов, которые так любит читать моя сводная сестра Ариена.

Граф повернулся, подошел ко мне. Высокий до ужаса! Пришлось запрокинуть голову, но вот выражение лица разглядеть не получилось. Темнота скрывала мои пылавшие от смущения щеки — это хорошо. А вот то, что было скрыто и лицо графа, плохо.

— Вы уверены, что не пожалеете о своем решении? Леди, доброе имя будет не вернуть.

— Вы ведь недавно приехали в столицу, не так ли? — он кивнул. — Я незаконнорожденная дочь графа Орендира, принятая им в семью из жалости. У меня от рождения нет доброго имени. Я хочу свободы и не хочу быть леди. Так что, вы согласны или нет? Решайтесь!

Нависавший надо мной граф опять надолго задумался. Нет, правда, он всегда так обстоятельно обдумывает ответы? Я нервничала все больше и больше и уже хотела поторопить его, когда услышала тихое:

— Я согласен.

И я выдохнула от облегчения. Теперь нам нужно было спланировать большой скандал.

Моя сестра любила романы и заставляла меня их читать. Наверное, потому мне сразу пришли на ум сцены из нескольких произведений, но все они требовали от меня… Того, на что я не могла пойти.

— До конца приема осталось мало времени, — поторопил граф, сидевший на скамейке, пока я бегала кругами перед ним. — Все закончится после салюта…

Я застыла от озарения, а потом в двух словах изложила идею графу, и мы, разумеется по отдельности, вернулись в зал.

Мачеха встретила меня кислым лицом:

— Где ты была, Лиа? — она повернулась, и драгоценности на ней ослепительно вспыхнули.

— Отдыхала, графиня, — ответила я небрежно и прищурилась.

Она скривилась еще больше и, развернувшись, ушла обсуждать с кем-то новый модный фасон шляпок.

Зал блестел, зал сверкал, свечи в канделябрах стали коротки, что намекало на скорое завершение вечера. Леди и лорды спешили станцевать последний танец, который начали играть музыканты.

Каблуки стучали по ореховому паркету, сияли улыбки и драгоценности, а я, воспользовавшись ситуацией, выскользнула на балкон. Граф уже ждал меня.

— Скорее, — поторопил он, убирая в карман черного камзола часы.

Я на секунду замялась, так как наступила на подол собственного платья.

— Вы передумали? — глухо спросил граф, неверно истолковавший мою заминку. — Все же вы очень рискуете. Можете уходить.

Да чтобы он всегда так быстро думал, как сейчас! Хотя нет, не надо, ведь он ошибся. Я подошла к мужчине.

— Вы будто надеетесь на то, что я откажусь, — и я с тревогой заглянула в его черные глаза. — Это вы передумали! Не так ли?

Света из зала едва хватало, чтобы разобрать черты мужественного лица. Граф был собран и пугающе спокоен. Неужели он правда хочет отказаться? Сейчас, когда вот-вот начнется салют?!

Я не успела ничего сказать, он ответил раньше:

— Нет, я не передумал.

Граф притянул меня к себе и крепко обнял, а в следующий миг — поцеловал.

Раздался грохот, позади все замерцало, засверкало — салют расцвел в небе яркими летними цветами, и все в зале увидели на его фоне пару. Пару, которая не должна быть вместе ни при каких условиях. Пару, о которой никто и не подумал бы. Пару, которая занималась поистине скандальными вещами!

В зале зашумели, заохали, изумление гулом наполнило его, и музыканты, сфальшивив, оборвали мелодию.

Гремел салют.

Великолепная сцена, достойная популярного романа! Я прямо видела ее, хотя стояла, сжатая графом. Наши с ним губы соприкасались, и мы считали секунды. Было неудобно, неловко, чужое дыхание щекотало кожу, но… Что уж поделать! Поцелуй в качестве платы за свободу меня вполне устраивал.

— Достаточно? — чуть отодвинувшись, спросил Лаверн.

После подобного графом называть его было бы уже странно.

— Думаю, да, — ответила я, отстраняясь. — Идите первым.

Шум возгласов обрушился на нас, стоило войти в зал. То, что я увидела, превзошло все предположения! Мачеха была бела, как снег. Леди Дарлайл — а я была уверена, что разозленная блондинка с синим глазами это именно она — красна, как роза. И испепеляла меня взглядом.

Остальные кудахтали, как испуганные курицы. Даже мужчины.

— Идем, Лиа, — Лаверн положил мою руку себе на локоть.

Он увел меня из зала. Когда мы вышли из дома, подали красивую карету, запряженную белыми лошадьми, и Лаверн сам открыл мне дверь. Я забралась внутрь и села, чинно сложив руки поверх юбки.

И выдохнула. Только теперь поняла, насколько же я была напряжена!

Совершенная дерзость все-таки давила. Обратного пути теперь не существовало ни для меня, ни для Лаверна, который сел напротив. Но вот из нас двоих последствия страшнее будут все-таки для меня.

— Куда тебя отвезти? — тихо спросил он.

А я… А я не знала! Ехать в дом графа Орендира? Сумасшествие! Кто знает, не поднимет ли отец на меня руку из-за такой выходки. Все-таки я не любимая им Ариена…

Так, нельзя показать, что я сомневаюсь!

Я торопливо выпрямилась и улыбнулась Лаверну:

— К тебе домой, конечно. Мы ведь любовники, — ответила с уверенностью, которой, увы, не испытывала.

А если он откажется и потребует назвать адрес Орендиров?

Однако Лаверн кивнул и приказал кучеру ехать домой.

Мне стало немного легче — встреча с родственниками откладывалась. А с другой стороны… Мне ведь нужно добиться разрыва помолвки между Лаверном и той леди!

И мне еще предстояло придумать, как это сделать.

Я не верила, что после одного скандала леди сдастся. Я буквально прочитала это в ее глазах, когда увидела в зале.

И это ничего хорошего не сулило.

— Завтра мы обсудим наше дело, — сухо добавил Лаверн.

— Кажется, я сказала достаточно, — рассеянно отозвалась я.

— Уточнения нужны мне, — упрямо отозвался Лаверн.

Что он хотел уточнить?

Ах, да… Дом и содержание. Действительно, мои требования были весьма расплывчаты. Лаверн теперь может диктовать свои условия: имя мое опорочено скандалом, этого уже не изменить, и в общем-то я целиком и полностью в его власти…

Сглупила.

Но когда бы мне еще подвернулся подобный шанс? Нет, я правильно им воспользовалась! И почему-то мне казалось, что Лаверн не поступит бесчестно.

А он молчал, смотрел в окно, словно находился не в карете, а на палубе корабля — его взор был устремлен куда-то далеко, в неведомую мне даль. Загадочный, скрытный мужчина.

Мы все ехали и ехали, карета подпрыгивала на кочках и ямах, за окном колыхалась ночная тьма.

Какие же условия будут у Лаверна? И не окажется ли так, что я сама себя загнала в ловушку?..