Новое начало

В самом начале не было ничего. Точнее, что-то было, но я не знал слов, как это назвать или описать. Я не знал ничего, или не мог знать этого. Но в какой-то момент мой разум пронзила мысль: «Кто я?». Именно этот момент я считаю своим рождением. Вокруг бушевала бесконечная огненная стихия. Чудовищное давление сжимало атомы, разогревало их. Эти крохи соединялись в новые атомы. Чудовищная температура разгоняла их, отправляя к новым столкновениям. И самое приятное – океан энергии. У меня не было глаз или конечностей, чтобы посмотреть на это или потрогать. Я буквально был везде. Тогда я ещё не знал, что нахожусь в глубине звёзды.

Это был небольшой красный карлик на задворках галактики. Он медленно вращался вокруг своей оси, а вокруг него на огромном расстоянии кружили три каменные планеты. Чуть дальше был обширный пояс астероидов. Об этом я узнал много позже, но вернёмся ко мне. Я не мог видеть, но я ощущал буквально каждую реакцию, происходящую внутри звёзды. Я знал строение каждого атома, и знал, как его соединить с другим таким же, ведь это я видел уже множество миллиардов раз. В моем разуме вновь возник вопрос «кто я?», и я уже знал ответ на него. Я – это я. Но, вслед за этим возник новый вопрос: «Где я?». Я здесь. А здесь – это где?

Сконцентрировавшись на границе, где реакции практически перестали происходить, а температура упала, я полностью переместился туда. За границей было не так как в ее пределах. Там было меньше тепла, а энергия устремлялась в даль. Там же я смог рассмотреть нейтрино. Эти неуловимые разбойники совсем беспрепятственно проходили барьер, и так же устремлялись в даль. Конечно же, я ещё не знал их названия.

Я вернулся назад, так и не решившись перейти за барьер. И решил изучить все, что есть в его пределах. И так, за годом год, сначала прошли столетия, затем и тысячелетия моего пребывания в звезде. Я научился заглядывать внутрь атомов водорода и гелия, научился отделять от них электроны и протоны. С нейтронами оказалось проще всего взаимодействовать. Счёт времени для меня тогда был тайной, я просто был, и все вокруг меня просто происходило. Но в какой-то момент я все же решился выйти за барьер.

Тьма. Холод. Пустота. Лишь слабые потоки нейтрино и энергии от звезды продвигались мимо. Мне стало невыносимо тоскливо, но я впервые заметил что-то неизвестное для меня. Небольшой осколок камня медленно летел в сторону звёзды. Буквально песчинка, но для меня это было массивом новой информации. Я заглянул в каждый атом этой песчинки, случайно разрушил небольшой ее кусочек, разорвав атомарные связи и получил новые атомы. Так я научился конструировать атомы. Разобрать атом до кварков было невероятно сложно, да ещё и удержать их от исчезновения после – та ещё задачка. Несколько лет, что я летел к звезде, я учился. И наблюдал.

Вернувшись в звезду, песчинка сгорела без остатка, она была перемолота термоядерной реакцией и давлением. А я был рад вернуться в это место. Родная обитель. Дом, как позже я узнал. Много времени я учился хоть чему-то, следил за светом других звёзд, изучал движение планет вокруг своей звезды. Для меня не было сложности в ориентации в пространстве, я всегда знал где верх и низ, куда летит моя звезда, и где находятся планеты. Так, по обороту средней планеты я стал менять время. Один оборот стал для меня базовой величиной, если переходить на общегалактические стандарты, то один оборот равняется примерно полутора общим годам (по меркам Земли что-то около трёх лет).

Несколько сотен оборотов спустя я внезапно осознал, что другие сияющие точки вдалеке – это такие же звёзды, как и та, в которой я жил и родился. Но добираться до них было страшно. Что такое страх? Я не знал. И продолжал наблюдать.

Для меня стало открытием, что не только я в своем понимании живой. Моя звезда тоже жила. Она дышала, у нее менялось состояние, гнев сменялся милостью и тоской. Но больше я удивился, что и холодные каменные планеты тоже жили. Своей медленной и нерасторопной жизнью. Рельеф менялся, ядро гигантов смешалось, на поверхности образовывались новые каньоны и трещины, высились горные хребты. С течением времени это замечается очень легко. Весь мир вокруг живой. Вся галактика жива. Но почему?..

Прошло двенадцать тысяч оборотов. Я перестал считать их по отдельности – для меня они слились в один долгий сон познания. Я полностью изучил все три планеты и весь пояс астероидов. Я научился сжимать свое присутствие практически в незначительную точку в пространстве, и раскидывать его на всю систему. И, что самое важное, я научился обходиться без энергетической подпитки от своей звезды. Поток нейтрино можно было использовать как источник энергии, и как скоростное шоссе к другим звёздам. Так же я научился запасать энергию внутри себя, из-за чего и смог научиться охватывать всю систему собой. Так сказать, ничто не защищено от взгляда чистой энергии. Мои познания в строительстве атомов скакнули вперёд, ведь я успел изучить все, что было поблизости. Я мог собрать любой атом из любого сырья, что было рядом. Не все они были стабильными, некоторые распадались и излучали гораздо больше энергии, чем было потрачено на их сборку. Так я узнал о ядерном распаде. И все же отправился в соседнюю саму близкую ко мне систему.

А всему виной любопытство. Раньше звезда в этой системе светила постоянно, но недавно она стала светить с перебоями, словно ее что-то загораживало. Когда я до неё добрался, свет от нее полностью перестал исходить. Как оказалось, ее закрыли в толстый металлический колпак, чтобы собирать ее тепловую энергию. Разумная раса неизвестных для меня существ не могли меня обнаружить, даже когда я находился вплотную с ними. Их родная планета была в соседней звёздной системе, и там было три обитаемые планеты. Это я увидел, проследовав за местными жителями их путями и на их кораблях.

Их родная система была потрясающей. Двенадцать планет двигались вокруг яркой синей звезды, которая была в сотню раз больше моей. Все пространство системы пестрело бесчисленными кораблями, станциями, заводами. Поддаться соблазну посмотреть на все это, попробовать разобраться, как это работает, было очень сложно.

Мой разум впитывал знания этой расы как губка. Всего за несколько оборотов их материнской планеты вокруг звезды я изучил их язык, познакомился и разобрался со всеми технологиями. Мне очень понравились их школы для детей – там очень подробно излагают информацию обо всем, что знают и что нужно детям. Да и я сам словно ребенок впитывал эту информацию, поначалу не до конца понимая все термины или значения. Со временем я мог поддержать диалог с любым представителем этой цивилизации.

Кстати, я узнал их самоназвание – стеллириане. Они взяли свое название из названия своей звезды – Стеллира. А домашнюю планету называли Стеллира Онса – Главная Стеллира. Их народ был очень един в своих начинаниях, космический флот был массивен и хорошо вооружен, но против кого они собирались воевать – я так и не смог выяснить. Мне было достаточно их знаний. Вот бы еще научиться с ними общаться, но меня они не видят, а мои проделки с письменными принадлежностями в школах списывали на души мертвых.

Так, в попытках наладить контакт, я стал изучать их тела. Они имели семь конечностей: две массивные ноги, четыре руки, что кончались четырьмя пальцами каждая, и руки и ноги могли сгибаться в трех плоскостях на четырех суставах. Седьмая же конечность – гибкий длинный хвост, что был создан для балансировки их могучих тел, когда они бегали или просто ходили. Стеллириане были очень дружным народом, во главе их государства стояла группа разумных, что решали все вопросы цивилизации полноценным советом, и часто спрашивали решение всех жителей планет и колоний на референдумах. Мне же это было неинтересно, я тайно разбирал и вновь собирал тела их умерших собратьев, чтобы понять, как работает живое существо.

Настоящим открытием для меня стало ключевое отличие живых стеллириан от мертвых – у них не было энергетической оболочки. Мне было проще, я и был полностью энергетическим существом. А что, если попробовать вселиться в уже умершее тело, сымитировав собой их энергетическое поле? Идея была реализована тут же, на новорожденном, что на пару этажей выше в больнице родился умирающим, и его полевая структура была сильно повреждена. Я быстро занял место исчезающей души, и тут случилось это.

Я буквально стал стеллирианином. Я видел глазами этого существа. Я слышал звуки, чувствовал запахи. Ощущал прикосновения. Для меня это было полнейшим шоком. Сердце быстро заколотилось, в палате раздался громкий плач новорожденного.

Время шло, я рос и развивался как гениальный представитель целой расы. Научился ходить, говорить и самостоятельно потреблять пищу уже в год. Мои знания с детства ставили в тупик преподавателей и родителей. Но временно от меня все отстали. Ждали ритуала становления – когда ребенок становится на свой путь и покидает родительский дом.

Я пережил много интересных ситуаций, первые конфликты в школе, ругань с родителями, первая влюбленность, первый поцелуй. Я действительно ЖИЛ, и хоть я прекрасно помнил всю свою предыдущую жизнь, я ни разу никому о ней не рассказывал. Наоборот, я вновь учился всему. Я научился понимать живых существ. Они очень хрупкие, то, что они не понимают и не могут изучить называют чудесами богов. А боги — это вездесущие бестелесные сущности, что существуют везде и всюду вне пространства и времени. Я прежний не был похож на бога в их понимании. Я не был везде, и не могу общаться с ними голосом с небес. Но, возможно, их боги когда-то были на той же стадии, что и я. А может это просто их выдумка.

В любом случае, я прожил веселую жизнь, неуемная тяга знаний влекла меня вперед, я стал первым среди всех, гениальный инженер и ученый, что в своих экспериментах создал межзвездный двигатель нового поколения, излечил всех соплеменников от болезней и создал новые химические элементы, которые ранее не видел никто. За исключением меня, я изучил все возможные конфигурации атомов и молекул за время своего существования.

И вот жизнь в этом теле подходит к концу. Три сотни лет прожило это тело, хотя все стеллириане живут едва ли больше сотни. Возможно, это из-за того, что моя «душа» сильнее, чем их. И даже сейчас я мог бы жить дальше, но тело уже не может физически существовать дальше – поможет только полная замена всех тканей и органов. Поэтому, я решил отпустить это тело. В тот момент я понял, что можно создать свое собственное тело с нуля, вырастить его, как оно развивается в утробе матери.

И вот я вновь бестелесный и невидимый для всех. Немного тоскливо, но ничего с этим не поделаешь. Я вновь пролетел везде и всюду, подмечая и изучая все изменения и модификации технологий, и направился дальше. Этот мир стал моим вторым домом из бесчисленного множества таких же в далеком будущем. Но именно его я не забуду никогда. Первый опыт быть живым существом из плоти и крови. Мысленно поблагодарив всю эту расу, я отправился в межзвездное пространство. На пути множество новых звезд….