Новогодний заказ

Новогодний заказ

Norma Tale, SATAROVA – Ведьма и Экзорцист

Бар.

Канун Нового года.

Многие столики были забронированы ещё полмесяца назад. Другие, те, что попроще и ближе к барной стойке, хозяин всегда оставлял без брони, но и они никогда не пустовали. Обязательно приходили люди, желающие повеселиться, ведь в Новогодние праздники никто не хотел бы оставаться в одиночестве.

Здесь играла музыка, ароматный глинтвейн с нотками вишни бесплатно разливался барменом каждому посетителю. Такова традиция, введённая четырнадцать лет назад прошлым хозяином заведения, незадолго до его преждевременной кончины от рук киллера. Новый владелец бара мало что поменял. Может это была некая дань уважения, может чувство вины. Он даже использовал для украшения зала новогодние игрушки, мишуру, гирлянды, которые нашёл в дальнем углу подсобки.

Винтажные стеклянные шары ловили лучи уходящего солнца, готовясь ночью отражать пламя свечей. Маленькие гирлянды весело подмигивали то жёлтым и зелёным, то красным и синим цветами, возвращая взрослых в беззаботное детство. На каждом столике стояли вазочки с конфетами: шоколадные, карамельные, всё в яркой обёртке и в новогодней тематике. Шустрые официантки в нарядах лесных эльфов едва успевали отдавать заказы. На барной стойке аккуратной горкой были уложены мандарины, и их аромат чувствовался всюду.

«Только тут и только сейчас ты находишься с нами».

Худенькая шатенка с короткими волосами, торчащими в разные стороны, прочитала девиз над входом в бар и открыла дверь. На улице всем заправлял безжизненный свет фонарей, только-только начавших работу, а здесь в полуподвальном помещении правил балом тёплый отблеск каминов и свечей. Впору было подумать, что перенёсся куда-то в Средневековье. Большие деревянные столы, лавки, массивные стулья придавали месту основательности.

За одним из столиков расположились пять девушек-студенток. Они мило щебетали, смеялись и периодически фотографировались.

- Чудо, чудо. Это настоящее чудо, - верещала одна из них, одетая в зелёное вязанное платье. Подружки вторили ей, громко комментируя селфи.

«Дурочки, какое чудо? Сказки и ожидания только для детей и тех взрослых, которые не хотят принять очевидное – чудеса творятся не волшебниками, а людьми».

Шатенка лет двадцати двигалась уверенно и неспешно, высматривая столики подальше от сцены. Вечером ожидались какие-то новомодные стендаперы, которые станут травить байки, аразвлекая зрителей. Потом, когда градус веселья будет поддерживаться алкоголем, а не жизнерадостностью компаний, шутки станут пошлее.

«Но это мне только на руку. Так будет проще, хоть и не так интересно. Но ничего, в этот раз мне важен результат, а не процесс».

Девушка разглядела у барной стойки знакомый силуэт. Все те же чуть сгорбленные плечи, отросшие светлые волосы, накаченные ноги. Обычные джинсы и кофта с длинными рукавом, были заменены на темно-серый костюм. Праздник никогда не проходил мимо него. Такие, как он, командовали весельем, задавая тон многим мероприятиям.

В её груди всё затрепетало, отчего-то хотелось пуститься в пляс под музыку, в которой каждый удар барабанной установки отзывался внутри. Сопротивляясь своим желаниям, она сжала хрупкие с виду пальчики, образуя на ладошках следы от коротких ногтей, и осталась на месте.

Мимо проходила парочка подружек-студенток, залипающих в телефонах. Одна из них, высокая рыжеволосая нимфа с длинными ногами и шикарной копной иссиня-черных волос, больно задела плечом вошедшую гостью, после чего высказалась об ее умственных способностях, и с гордым видом прошествовала за подругой в дамскую комнату.

Однако коротко стриженная девица не обратила на это внимание. Её взгляд был прикован к светловолосому мужчине, в сознании приглушённо звучал хохот и новогодние песни.

Он будто почувствовал чей-то интерес. Спина блондина напряглась, плечи сами собой расправились, а правая рука непроизвольно дёрнулась, отчего напиток в бокале чуть расплескался.

Девица довольно хмыкнула и направилась к объекту, на ходу расстёгивая длинную зимнюю куртку. Цокот каблуков тонул в очередной новогодней композиции. Платье из мягкой ткани обволакивало ноги и тело, выгодно подчёркивая аппетитные формы. Расширенные у запястья рукава позволяли спрятать оружие и вместе с тем, придавали эффект загадочности всему образу.

«Может, надо было бы одеться, как все эти одинаковые студентки? Выделяюсь. А так и до неприятностей недалеко. В конце концов, задница у меня только одна, и прикрывать её я умею лучше всех в нашем выпуске. Осталось только это доказать остальным».

Собственно именно за этим она и сунулась в этот бар. Снежинки, запах мандаринов и шоколадных конфет, пожелания вселенской любви и исполнения желаний, – всё это было ей на руку. В такие минуты люди расслабляются. Даже те, кто слыл несгибаемым. Они теряют концентрацию и допускают оплошности.

«Чужая ошибка – наша победа».

Девиз школы киллеров, которую девушка заканчивала в этом году, она знала очень хорошо. Он висел в каждом учебной помещении, в каждом тренировочном зале и в спальных комнатах над кроватью. Так что не запомнить его ни у кого не оставалось возможности.

Шаг. Другой. Чёрные кожаные сапоги на невысоком каблуке были слабостью девушки-киллера. Как и два старинных стилета, которые она получила в подарок на двадцатилетие. Это настоящее произведение искусства: небольшая рукоятка в мягкой обмотке, прямая, покрытая серебром крестовина, и узкий клинок с трёхгранным сечением. Такой вырезал плоть аккуратно и беспощадно, словно скальпель. В умелых руках стилеты могли творить чудеса. А у неё были очень умелые руки.

– Твоими бы ручками массаж делать, – не поворачивая головы, произнёс блондин, когда девица приблизилась к нему. Видно было, как под одеждой напряглись мышцы на спине мужчины.

– И что на этот раз меня выдало? – С лёгкой долей недовольства в голосе поинтересовалась шатенка, присев на свободный стул.

– Вообще-то, тут занято.

– Вообще-то, тут никого нет, – парировала она.

– Это для моего ангела-хранителя и змея искусителя, – не унимался блондин. – Они всё же охраняют от таких, как ты.

Девушка задорно рассмеялась. Искорки веселья летали вокруг неё, создавая иллюзию встречи двух друзей, которые обсуждают что-то занимательное.

– Ты, как всегда, забавен.

– Девушкам нравится юмор. – Мужчина откинул прядь со лба и повернулся к собеседнице. Карие глаза с зелёными крапинками смотрели внимательно, оценивающе. Радужка начала увеличиваться, стоило заметить платье, в каком пришла девушка. Тёмно-бордовая ткань так и манила провести по ней, чтобы удостовериться в мягкости. Уверенная “двоечка” очаровательно смотрелась в не самом глубоком декольте, оставляя простор для воображения.

Мужчина усмехнулся. Он был уверен, что увидел блеск одного из стилетов, которые был неизменными спутниками девицы. С этими стальными малышами он познакомился еще в начале года. Два тонких шрама на бедре остались на память от той встречи на борту яхты в Красном море.

«Не могла же она повториться. Нет. Непредсказуемость – её главный козырь».

– Так, что меня выдало, Мир?

– Обожаю, когда ты так сокращаешь моё имя. Из твоих уст это звучит как песня. А если добавить просящие нотки и сбившееся дыхание, то вообще можно было бы улететь в космос.

– В космос? – Чёрная бровь изящно изогнулась, а через секунду вернулась в исходное положение. – Мирослав, что тебе налили? Водки?

– Ну, уж точно не то, что ты в прошлый раз. – Он едва скрипнул зубами и отодвинулся от стойки. Ножки старого стула предательски задрожали, но выдержали резкое движение мужчины. – Я тогда чуть кони не двинул. И всё по твоей милости, Владислава.

– Но не двинул же. Обошлось, – хмыкнула она и подозвала бармена, попросив повторить заказ собеседника для себя.

Тот бросил стремительный взгляд на блондина и, получив кивок в ответ, поспешил исполнять поручение.

Владислава не удержалась и закатила глаза, после чего сняла куртку и небрежно положила её на соседний стул. Нога на ногу, взгляд из-под ресниц, мягкая полуулыбка – и вот уже бармен подаёт бокал за счёт заведения. На другом конце барной стойки на неё призывно смотрел симпатичный брюнет в красном колпаке Деда Мороза.

«Сегодня никаких развлечений.»- Несколько разочарованно подумала девушка, проецируя незаинтересованность во взгляде незнакомцу напротив.

«Только дело. Хотя, почему одно не может стать другим. Это же Мирослав. С ним никогда не бывает скучно. Вот уже почти два года я пытаюсь сдать диплом, но ничего не получается. Только глубже увязаю в этих карих глазах».

– Когда ты смотришь так томно, мне тут же становится не по себе, – мурлыкнул блондин, обнажая ряд ровных зубов.

– Возможно, это плата за то, что ты устроил в позапрошлый раз, – неспешно попивая коктейль, прошипела девушка.

– Не надо было меня злить, дорогая. И я бы тебя не наказывал.

– Запястьяболели ещё несколько дней.

– Так-тотело, а у меня – здесь, – он коснулсясвоей грудной клетки. Ироничная полуулыбка вкупе с искренним взглядом могли заставить любую растечься лужицей перед ним, но только не Владиславу.

Это злило и одновременно завораживало Мира. Так давно он не чувствовал азарта в крови. Последний раз он беззаботно забавлялся четырнадцать лет назад, когда заполучил этот бар в качестве приза за удачно сданный диплом. Потом были суета, обустройство и много работы. Когда с заказами было покончено, на него навалилась апатия. Случайные связи уже не радовали, а были просто очередными маленькими победами в веренице дней. Затем спорт, адреналин, но это всё действовало в моменте «здесь и сейчас», а так, чтобы азарт оставался на потоми грел душу, как тлеющие угли костра, такого давно не случалось. Крайние два года стали совершенно другими: предвкушение, страсть, соревнование и сотни гипотез, о том, что выкинет эта ненормальная девчонка-киллер. Ради этого стоило жить.

Дверь в бар резко отворилась, и на порог ввалилась развесёлая компания молодых парней с красными носами, колпаками и кучей непристойных шуточек, которыми они громко одаривали каждую встречную девушку. Некоторым официанткам достались похлопывания чуть пониже поясницы. А один из гостей, низкорослый крепыш, попытался насильно поцеловать, проходящую мимо девушку в костюме эльфа, но был остановлен вышибалой. После чего под улюлюканье друзей нетвердой походкой направился в уборную.

– Пошли танцевать, – Мирослав схватил девушку за руку и потянул на танцпол, как только крепыш скрылся за дверью, а его друзья расселись по местам. В голове у Влады всё зашумело, во рту пересохло от одного только простого жеста.

Площадка постепенно заполнялась парочками. Музыка звучала самая что ни на есть новогодняя, только в танцевальной версии и значительно громче, чем в торговых центрах или на катках.

– Эй, мы так не договаривались, – Владислава заехала кулаком в мужское плечо, когда почувствовала руку Мира, скользящую по спине.

– Тут ты права, – протянул он задумчиво. – Но с прошлого раза ты мне задолжала танец. Я тогда не смог…

– С мужчинами такое бывает, – не удержалась девушка от шпильки в адрес Мира.

– Так как ты меня отравила, подмешав в коктейль какую-то бурду. Меня ели откачали наши медики.

– Молодцы, значит, не зря свой хлеб едят. С красной икрой или с чёрной?

– С кабачковой, – Мирослав лихо крутанул партнёршу, развернув её спиной к себе.

Ему так и хотелось сжать эту осиную талию, чтобы пересчитать все рёбра мелкой заразе, которая ведёт на него охоту. Видите ли, она должна экзамен в долбанной школе сдать, а он оказался её целью. Плевать! Сейчас ему было на всё плевать. Правила придумали, чтобы их нарушать, так почему бы не сегодня что-то изменить? Вдруг она добьётся своей цели и завтра для него уже не наступит?

Компания шумных посетителей с красными носами и колпаками, наконец, разместилась за одним из столов недалеко от сцены. Мирослав насчитал шестерых. Из уборной низкорослый так и не вернулся. Официантка приняла заказ и поспешно удалилась к другим столикам.

Мужчина заметил, что с появлением этих громогласных парней напряжение росло в арифметической прогрессии, унося чудесное предновогоднее настроение.

«А я ведь так старался! Мы все старались».

– Ты пригласил меня, чтобы я тебе прикрытие обеспечивала? – нахмурилась Владислава, не понимая, чего она больше хочет: прижаться к мужественному телу партнёра или оттолкнуть его.

– Ты права! Твоя гибкая спинка может прикрыть мои важные стратегические места.

– Фу, как пошло вы мыслите, Мирослав, – она притворно скривилась, но бросила взгляд на шумную компанию. От них за версту веяло проблемами. А потому следовало закончить тут дело и уходить.

– Мы перешли на «вы», после всего, что между нами было?

Быстрая мелодия сменилась медленной, чему мужчина был только рад. Он вдруг понял, что с удовольствием продолжил бы словесную пикировку, пока их тела продолжали двигаться в такт музыке.

– Между нами ещё ничего не было.

Искреннее возмущение в голосе партнёрши позабавило мужчину. Он даже почти забыл, что за поясом у него припрятаны два пистолета, а в карманах удобно разместилась пара обойм.

– Ну, как же, отравление, наказание, шесть попыток убийств.

– Вообще-то, ты тоже в долгу не остался.

– Тогда получается, десять. Вот видишь, дорогая, сколько всего нас связывает.

То ли поддавшись праздничному настроению, то ли придумывая очередную колкость, девушка молча двигалась, покачивая бёдрами. Это было так волнительно и уютно, что мужчина придвинул её ближе к себе.

– Это всё атмосфера праздника. Хочется сделать приятное даже врагу.

– Это мило.– По-детски удивленное лицо партнера, придало уверенности. – Ну, все эти огоньки, эльфы с подносами, мандарины на каждом шагу и эта музыка. Всё так и располагает к празднику.

– Но не так, как могло бы быть, окажись мы сейчас на едине,– хрипло прошептал он на ушко и с удовольствием заметил, как запульсировала вена на шеи спутницы, а после по её рукам и гибкой шее забегали мурашки.

– Мне надо отлучиться, – румянец окрасил щёки Владиславы, она смущённо заморгала. И если бы мужчина не знал её, то повёлся бы. Наивная фея в мрачном баре.

Спасай и защищай, – готовы были орать его инстинкты, когда один из компании молодых людей сально облизнулся и последовал за Владиславой в уборную. Мирослав хмыкнул про себя, после чего сосчитал до десяти и направился к шумным гостям бара. То, что девушка уложит такого бугая на обе лопатки, он не сомневался. А вот в каком состоянии после этого окажется туалет и как быстро его успеют привести в нормальный вид, он загадывать не решился.

Музыка загремела новыми басами и битами. Романтическое настроение уступило место быстрым движениям и рваным ритмам. Энергия, так долго находившаяся в спокойствии, требовала выхода. Хотелось двигаться и танцевать. До утра! Чтобы потом устало рухнуть на кровать и проспать часов двадцать.

Молодежь направилась на танцпол. Все, кроме той группы Дедов Морозов, хотя девушки-студентки с аппетитом поглядывали на ребят.

«Какой свободный парень откажется от общества таких красоток? А эти молодчики совсем не выглядят, как окольцованные женишки.»

Цепкий взгляд, недобрые ухмылки, слишком много одежды на тех, кто пришел просто отдохнуть и расслабиться. Блеск метательных ножей под пиджаком у одного из Дедов Морозов поставил точку в сомнениях мужчины. Он усмехнулся про себя, обвел любовным взглядом бар, к которому за четырнадцать лет прикипел душой, и прислушался.

Вибрации адреналина и предвкушения разрядки набирали обороты, следуя за музыкальным ритмом. Громкость танцевальной композиции увеличивалась. Разноцветные огоньки мерцали под потолком.

Резким движением рук он вытащил пистолеты и снёс одному из компании голову. Самому высокому и бестолковому, ибо нечего лапать обслуживающий персонал, и заглядываться на чужую девушку.

Где-то закричала официантка, от начавшейся паники невозможно было установить источник шума. Гости куда-то побежали, что-то кричали и причитали. Все, но не он. Мирослав один из немногих, кто понимал, что происходит. Охотясь на него, Владислава не заметила, как сама стала для кого-то дипломным проектом. Отдавать своё блондин не настроен. К тому же, девушка ему нравилась.

Кто-то из парней попытался вскочить на ноги и дать отпор, но было поздно. Пули летели точно в цель, не зная промаха. Суета и хаос только помогали Мирославу срывать задание, которое эти недоделанные киллеры получили сегодня утром. Мужчина знал кухню школы не понаслышке. Сам когда-то там варился, пока не осел в этом баре, убив прежнего владельца.

Не успели ещё все гильзы упасть на пол, как дело было сделано. Вся шумная компания уже никогда не издаст ни одного звука. Гости бара разбежаться не успели. Основная масса столпилась у выхода, спеша покинуть жуткое место. Но быстро подняться по крутым ступенькам полуподвального помещения, было не самым простым делом. Другая часть посетителей пыталась спрятаться за барную стойку или столы. Опрокинутые стулья, вазы с конфетами и свисающая гирлянда, - смотрелись удручающе. И, быть может, Мирослав даже невольно взгрустнул из-за испорченного праздника, но тут из дамской комнаты вышла чуть помятая Владислава. Её глаза лихорадочно блестели, а в левой руке виднелся стилет, где прятался второй такой же – мужчина не знал.

– Я там всё. – Девушка бегло осмотрела бар. – Ты, похоже, тоже.

Рассыпанные мандарины, покосившаяся ёлка на проходе, брошенный диджейский пульт, светомузыка, работающая вхолостую, и четыре трупа, – всё это выглядело декорацией для какого-то третьесортного фильма.

– Новогодний хаос какой-то получился, – спокойно констатировал Мирослав, пожимая плечами. Притихшие гости бара не спешили вылезать из своих импровизированных укрытий.

– Да уж.

- Продолжим наше свидание в следующий раз.

- А у нас было свидание? – В глазах девушки плескались бесенята.

– Встреча, танцы, милая беседа. Чем не свидание? - кивнул светлой головой мужчина, убирая оружие. Почему-то он был точно уверен, что выполнять заказ именно сегодня девушка не будет.

– Тогда до встречи?

– До встречи, – с улыбкой на лице произнёс Мирослав. – Влада, подожди, — окликнул он девушку, которая уже нацепила куртку. – Может, нам в другой раз потанцевать чуть подольше?

– А почему бы и нет, – усмехнулась шатенка и поспешила к запасному выходу. Встречаться с полицией ей совершенно не хотелось, а вот на Мирослава у неё иные планы.

Из динамика раздался тихий мужской голос с очередной новогодней песней, заполняя тишину после выстрелов жизнью. Люди, как по мановению волшебной палочки, скинули испуганное оцепенение и поспешили к выходу. Кто-то из женщин прикрывал рот ладонью, чтобы не закричать, глядя на кровавые подтеки на полу. Кто-то прятался в объятьях спутников, а кто-то тянулся включать камеры на телефонах. Но на таких действовал мрачный взгляд хозяина бара, и ни одно устройство так и не записало ни одной картинки с места преступления.

Девушка выключила компьютер и устало потёрла глаза. Тусклое освещение вместе с двумя часами перед экраном сделали своё дело: сухость, начинающееся жжение глаз, и желание просто посидеть в абсолютной темноте. А ведь можно было бы послушать шум улиц за окном, цоканье когтей таксы у соседей сверху, может бормотание старушки-соседки на лестничной клетке.

Но нет. Тишина. Навязчивая, оглушающая, давящая на уши и заставляющая пальцы двигаться по клавиатуре. Так было вчера, так будет и завтра, если сегодня не закончить главу об эпизоде в новогоднем баре.

Владислава уговаривала себя, что осталось немного и будет отдых и покой. Всего лишь надо завершить роман, дописать финал и можно будет ни о чём не думать. Разве только, отредактировать последние главы. Проверить, раскрыты ли герои и есть ли ответы на вопросы, которые ещё неделю назад прислал редактор.

От мысли, что роман закончится и предстоит отправка на согласование, становилось грустно. Быть может, она хотела другого конца для героев, а не того, что просил руководитель проекта? А может, потому, что настоящее окончание истории она не может написать?

Руки невольно сжались в кулаки. Вспоминать те события было опасно прежде всего для неё самой, но девушка не могла ничего поделать. Только так она избавлялась от навязчивого чувства утраты. И плевать ей было, что кто-то из бывших коллег узнает сюжет её дипломной работы. Которую она всё же сдала до приезда полиции, выстрелив из пистолета низкорослого крепыша, которого уложила в уборной. После чего пистолет был подброшен остальной компании Дедов Морозов. Картинка получилась тогда почти идеальная: разборки киллеров накануне Новогодней ночи, в результате которой все преступники поубивали друг друга.

Финал истории никак не складывался. Не звучал гладко. Хотя так хотелось, чтобы всё обязательно завершилась хорошо.

И она даже смогла бы поверить, что всё так и произошло. И в дверь её маленького домика в таёжной глуши настойчиво постучится ОН. Блондин с милой улыбкой. Тёплая, зимняя куртка, свитер грубой вязки с обязательным воротником, в стиле покорителей морей середины XX века, обтягивающие джинсы, подчёркивающий длину и накачённость ног, огромные чёрные ботинки. И смешинки, бегающие в глазах, каждый раз, когда он смотрит на неё и легко выдаёт очередную шутку.

И будет голос…Голос, который хочется слушать и слушать. Лёгкая хрипотца, низкий тон и обволакивающий эффект обязательно подарят ощущение уюта. Удобное кресло, зажжённый камин, толстые стены деревянного сруба и этот голос.

Девушка резко открыла глаза. Подскочила со стула. В её правой ладони привычно разместился стилет.

Тишина. Нигде никого.

Она осторожно приблизилась к окну. Нигде и никого не должно быть.

Единственный человек, который знал про этот домик, мёртв. Вот уже несколько лет, когда она всё же выполнила заказ и закончила обучение…