Новогодняя сказка для хулиганки ЗАМОРОЖЕНО

В наш город пришла вьюга-беспризорница, снующая по улицам и то тут, то там хулиганившая. Все дорожки занесла, все окна заморозила негодница. И свет в домах погас, кое-где оборвались провода, не выстоявшие против непогоды. Дяди-ремонтники неохотно вылезали из теплых домов, никому не хотелось в тёмную ночь да в жуткую погоду выходить из дома. Тем более, что сделать это не так просто. Пойди открой свою дверь!

— Лиза, почему не спишь? — зашла ко мне в комнату мама.

– Жду Новый год, – тихо прошептала я, не отрываясь от окна, холодного и захватывающего.

Там снег отражал блеск луны, тускло освещая улицу. Кое-где работали фонари, и оставалось только догадываться, почему они не отключились, как остальные. В воздухе витал, а точнее, бесновался снег, так шустро, что становилось страшно. Поднимались чьи-то потерянные варежки ярко-красного цвета и туда-сюда летающие пакеты.

– Ну куда же он денется? Завтра с тобой проснемся и будем готовить, стол накрывать. Придут бабушки, дедушки и родственники, даже Настя с семьей приедет. Ложись, Лиза. Засыпай.

Это хорошо, подумала я, подруга всегда к месту. Мы с ней неразлучницы, так нас называют и дома, и в школе. Но отчего-то я упорно сопротивлялась, не хотела так быстро приближать праздник. Надо было растянуть этот миг ожидания, помечтать о большом сюрпризе под ёлкой, о сладком и вкусном подарке. И я думала, представляла, как рву цветную обёртку, открываю пакет или коробочку, а там... ничего нет. И снова вздрогнула я, беспокойно разглядывая стекло.

– Вот уже замёрзла, – сказала мама и опустила ладонь на плечо. – Идём, уложу тебя.

– Тогда прочитай мне сказку...

— Ну ты же не маленькая уже, Лиза.

И что, если мне уже одиннадцать? И кто вообще придумал, что сказки для детей? Разве взрослым не полезно иногда почитать их, вспомнить о забытых и простых истинах? Например, что чудо случается, и со мной оно обязательно будет. Даже если я весь год вела себя плохо... Правда?

– Ладно, давай так, – пыталась со мной договориться мама, оглядываясь на входную дверь. – Я включу тебе сказку, которую начитывала на диктофон, а потом включала на ночь, когда тебе было пять. Добро?

– Ладно.

И мамина речь поплыла медленно из телефона, и правда усыпляюще. Тем более я лишь храбрилась, что буду ждать Новый год возле окна. На самом деле давно уже хотелось спать, и мягкая, теплая кровать напомнила мне об этом. Я слушала про внучку, которой дали пирожки и попросили проведать бабушку, а она пошла не по той тропке, и, кажется, в конце её съел волк. И я заснула, не дождавшись, когда спасут бедную Красную шапочку.

Завтрак был ужасен. Нет. Просто кошмарен. Мама приготовила на скорую руку кашу, которая свернулась комочками. Ложка скребла тарелку, не отрываясь. Аппетит не отзывался ни на какие уловки, даже на фантазии о булочках и конфетках. Не получалось обмануть себя, поэтому я аккуратно встала и выбросила кашу в мусорку, а потом прикрыла бумажными салфетками. Даже тарелку и ложку за собой помыла. Только вот опять я поступила плохо, а значит, список нехороших дел пополнился на ещё одно. Не в мою пользу.

Но дело уже сделано, нечего руками махать. Мама заходит на кухню и радуется: и съеденной каше, и помытой посуде. Чтобы не разочаровывать её еще больше (а вдруг она прознает), я принимаюсь помогать ей с готовкой. На мне мытьё овощей и фруктов, помешивание зажарки и нарезка салатов. Всё летит из рук, выходит плохо, и скоро мама начинает возмущаться такой помощницей. И как бы я ни старалась, ничего не выходит!

– Не надо, Лиза, – говорит хмурая мама и отнимает у меня ножик, пока я опять не порезалась. – Сходи к папе, он тебе другое задание придумает...

Другое так другое, главное, чтобы я смогла чем-то поправить свой список нехороших дел, иначе не видать мне праздника. Задание получается очень интересное, и папа просит меня сходить в книжный магазин за еще одним подарком для мамы. Тут можно порадовать сразу двух людей — годится. Берусь с присущей серьезностью. Надеваю шарф, шапку и теплое пальто. Ботинки туго налезают на шерстяной носок, но я борюсь с ними до конца.

Победно выскочив из подъезда, я понимаю, что быстро мне не добраться никуда. Улицы медленно расчищались, ведь снега навалило столько, сколько никто не ожидал. Наш дворник, весь вспотевший, стоял и вытирал лоб. Я оглядела предстоящую ему работу и посочувствовала, ведь он не сделал даже половины. Попыталась убрать ногами снег в сторону с тропинки, но он, словно непослушный малыш, разлетался в разные стороны и горкой падал обратно. Дул ветер. Противный такой!

Я приняла вызов, не собираясь проигрывать сугробам, и тут же подключила руки. Варежки были все в снегу, но горка рядом уверенно возвышалась, и на тротуаре становилось почище. Я уже представила, как дворник поблагодарит меня, похлопает по голове и скажет, что я хорошая девочка.

– Эй, аккуратно! – крикнул мне знакомый голос, всегда ворчавший на прохожих.

Надо было обернуться на голос, чтобы понять, от чего же надо ждать беды, но было уже поздно. Потому что моя горка, сооруженная на скорую руку, обрушилась прямо на меня, засыпав с головой. Морозило, противный снег попал за шиворот, в ботинки и куда он только не проник. Я отряхнулась и чихнула – не хватало еще заболеть.

– Ну что же ты делаешь, негодница? – говорит дворник, убирая лопатой разбросанный снег.

– Я не специально, – жмусь я и не поднимаю взгляд с дорожки, стыдно, что опять набедокурила.

А ведь хотела как лучше! Что ж, отныне никаких хороших дел, так вот я решила. Только книжку куплю и мигом вернусь домой, отогреваться в горячей ванне.

Быстро извинилась перед дворником, на всякий случай еще раз, вдруг он меня запомнил. И побежала, ведь магазины сегодня работают не так, как обычно. Все хотят уйти пораньше к своим родным, чтобы отпраздновать Новый год, обменяться подарками и пожеланиями. Даже дворник и тот хочет закончить работу поскорее, не на улице же одному встречать праздник!

Улицы украшены, но все занесены свежим снегом и даже так смотрятся волшебно, словно ты попал в сказку, у которой точно будет счастливый конец. Зима припорошила ветки и гирлянды, всё блестело в ожидании ночи, когда свет от фейерверка разлетится по всему городу и отразится во всех окнах. И люди такие же счастливые, светятся от ожидания чуда, такого долгожданного. Вот взять, например, работника продуктового магазина «Булочка» Стёпу, к которому всегда прибегает малышня с начальной школы. Уж я не такая маленькая и наглая, а они приходят, чтобы их угостили леденцами! И у самого Стёпы есть дочка и сын, они часто приходят к нему, помогают ему, поддерживают дух продаж (почему-то при них получается продать то, что людям и не нужно было). Я вижу сквозь стекло магазина его и детей, держащих в руках обертку от чупа-чупса. Все такие радостные, что аж зависть пробирает! Они-то вряд ли попали в список плохишей.

– Здравствуйте, дядя Стёпа, – говорю я, заходя в магазин, – мне вон те мармеладки на сто пятьдесят рублей.

– Для мамы? – улыбается продавец, прощаясь с ребятами, заглянувшими к нему за гостинцами.

– Нет, для папы. Он их ест, чтобы быть умным.

– Да? – взвешивая пакет, удивляется Стёпа и говорит: – Тогда и мне надо попробовать.

Я удивлюсь. Неужели Степа глупый? Не то чтобы мой папа такой, просто ему всегда всего мало. То тут надо посильнее было закрутить, то тут посмешнее пошутить. И сидит потом задумчивый, думает, как исправить. Это я ему посоветовала есть мармелад. Придумала, соврала, что он помогает быть самым умным, а папа и поверил. Может, и не зря ест мармелад... купился так просто.

– Вы не кушайте, – говорю я и улыбаюсь. – Вы и так умный. А что это у вас?

На прилавке, около кассы, лежит несколько свертков, которые еще не запакованы. Оттуда выглядывает рука куклы и мех какой-то игрушки. Степа смотрит на незаконченную работу и, словно вспомнив о ней, продолжает оборачивать вещи в красочную бумагу.

– Это моим мартышкам подарок, – смеется он и завязывает бант, неаккуратный такой, неумелый. – Правда, подарить не смогу.

– Потому что они плохо себя вели? – неуверенно спрашиваю я.

– Что? – озадачивается Степа. – Нет, они просто уехали с Людой к бабушкам, а мне тут поработать надо перед Новым годом. Не знаю, успею к ним приехать до полночи...

– Ну тогда они завтра проснутся и откроют подарок. Ведь так и надо.

– Ну да, главное мне доехать, а то так занесло дороги.

Степа нервно смеется, и видно, что он переживает. Это мой шанс! Сейчас я его поддержу и вселю ему веру в чудо, у него обязательно все должно быть хорошо. И тогда я совершу хорошее дело, это ведь помощь другу.

– Не бойтесь, всё будет хорошо, – говорю я. – Вы как-то пару лет назад заменяли нашего водителя, когда надо было отвезти наш класс на экскурсию, всё было хорошо. А ведь мы тогда в метель попали.

– Да, помню, но удивлён, что ты не забыла. Хотя у вас, молодёжи, память хорошая. Моя Санька каждую мелочь помнит, которую я ей обещал. Одна вот в свёртке, – улыбнулся он и помял подарок, шурша бумагой.

Да, Саша как-то говорила мне, что давно просила у папы куклу и не простую, а монстра. То ли Дракулу, то ли оборотня. Но никто из родителей не хотел брать на себя такую ответственность, и долго они ещё дарили на праздники барби и пупсов. Видимо, наконец поняли, чего на самом деле хочет дочка. За Сашу оставалось только порадоваться.

Кстати, о подарках. Мамина книжка о романтике в 19-ом веке, которые она так нежно лелеяла и никому не давала в руки, все еще лежала на полке магазина. Нужно было поспешить, поэтому дальше я перепрыгивала сугробы и скользила на прикрытом снегом льду, то походя на пингвина, то на тюленя. И вот, когда уже казалось, что никаких сил не хватит, а снег казался мягким диванчиком для отдыха, я увидела знакомую вывеску. Сюда мы ходили с мамой, когда она выбирала книги мне или себе, и каждый наш поход заканчивался хотя бы одной покупкой.

– Мы закрыты, – сказал мелодичный голос молодой девушки, что захлопывала дверь прямо перед моим носом. – Приходите в следующем году.

Вот тут я уже хотела ломиться в дверь, но моих сил не хватило. Вскрывать замок, как в папиных фильмах (а мама говорила, что эти фильмы на меня плохо влияют), я не могла. Да и где же я найду отмычку.

На самом деле я провозилась несколько минут с невидимкой из своей прически, но взломщик из меня был еще хуже, чем примерный ребенок. Поэтому я просто набросала им снег на вход магазина и ушла, не зная, что делать дальше.

Фонари уже зажигались, зимой же поздно вечереет. Но воздух был теплым, а осадков никто не обещал. По крайней мере, так писали в моем телефоне, на котором я пыталась отыскать ближайшие книжные магазины. Возвратиться без подарка для мамы? Нет уж, лучше сразу смерть от переохлаждения. Стоит только вспомнить её коронное: «Лиза Евгеньевна, опять?», и хочется уйти из города в лес, там звери и то не так свирепо смотрят. Я всё испортила снова, но разве это новость?

Гирлянды светились, рядом ходили люди, а я, присев на чьи-то брошенные санки, наблюдала за происходящим рядом. Дети играли в снежки, рядом их родители шумно болтали, а маленькие собачки писали на снег...

И вот, когда я не ждала, над моей головой зажглась еще одна гирлянда. Не знаю, как я не заметила её раньше, но она уходила длинной вереницей вдаль. Синий, красный, желтый мигали поочередно, как будто подмигивает человек, и так манили, чтобы кто-то пошел за ними и увидел то, что они приготовили для счастливчика. Заманчиво, мне оставалось только последовать за огоньками по улице, переулку, через арку. А вдруг это моё новогоднее чудо?