Новый мир

Коридоры станции «Эгида‑7» пульсировали тревожным красным светом. Воздух был пропитан запахом перегретой электроники и едва уловимым привкусом озона. Кай Вейн, капитан наёмного отряда «Стальные призраки», прижался к стене возле перекрёстка и проверил заряд импульсного пистолета. Дисплей мигнул: $47\%$.

— «Призрак‑один», это «Призрак‑два», — раздался в наушнике хриплый голос Рины, его заместителя. — Вижу движение на тридцать градусов левее. Три цели, вооружены плазменными винтовками.

Кай прищурился, активировал режим ночного видения в визоре шлема. В зелёном спектре коридора действительно проступили силуэты — трое в броне с эмблемой «Чёрного созвездия», вражеского синдиката.

— Поняла, — ответила Рина, уловив его молчание. — План «Бета»?

Кай усмехнулся. План «Бета» всегда означал одно: импровизацию с максимальным разрушением.

— Подтверждаю, — прошептал он. — Отвлекаешь слева, я захожу с тыла. Огонь по моей команде. Три… два…

Внезапно коридор сотряс грохот — где‑то дальше по отсеку взорвался энергомодуль. Свет погас, оставив лишь тусклое аварийное свечение.

— Кай! — голос Рины дрогнул. — У них подкрепление! Ещё пятеро, идут со стороны грузового лифта!

Он выругался сквозь зубы. Численное превосходство теперь было не в их пользу.

— Меняем план, — быстро решил Кай. — Рина, брось дымовую в центр перекрёстка, затем отступай к отсеку Y‑12. Я их задержу.

— Ты с ума сошёл? — в её голосе прозвучала тревога. — Один против восьмерых?

— Не один, — он похлопал по панели на запястье. — «Кипебанк» уже просчитывает их траектории. Дай мне тридцать секунд.

На дисплее шлема замелькали строки кода — встроенный ИИ анализировал данные с камер и сенсоров. Через мгновение перед глазами появилась схема: красные точки противников, зелёные линии возможных манёвров.

— Готово, — сообщил «Кипебанк». — Оптимальный сценарий: взрыв охладителя на потолке, затем фланговый удар. Вероятность успеха — $83{,}7\%$.

— Лучше, чем ничего, — выдохнул Кай. — Рина, делай, что сказала. Сейчас будет шумно.

Он прицелился в трубу над головами врагов и нажал спуск. Импульсный заряд пробил металл — в коридор хлынул поток криогенной жидкости, мгновенно превратившийся в облако инея. Противники замешкались, экраны их шлемов запорошило льдом.

— Огонь! — крикнул Кай в микрофон и рванулся вперёд.

Рина, уже скрывшаяся за поворотом, выпустила дымовую гранату. Густой чёрный туман окутал коридор, скрывая её от преследователей. В наушниках затрещало:

— Кай, ты жив?

— Пока да, — он перекатился за опрокинутый контейнер, перезаряжая пистолет. — Но если не поторопимся, это изменится. Беги к Y‑12, там люк в вентиляцию. Встретимся у точки эвакуации.

— Принято, — её голос стал тише, будто она уже бежала. — Только не задерживайся, капитан. Кто ещё будет платить мне такие деньги за эту безумную работу?

Кай улыбнулся, хотя ситуация была совсем не весёлой.

— Обещаю, — сказал он, выглядывая из укрытия. — Главное — выжить. Остальное — детали.

Вдалеке снова загрохотали выстрелы. Он глубоко вдохнул, проверил последний заряд и бросился вперёд, следуя подсказкам «Кипебанка», высвечивающим на визоре оптимальный маршрут сквозь лабиринт станции. Где‑то впереди мигала метка цели — украденный модуль с данными, ради которого всё и началось. Новый мир ждал — но сначала нужно было выбраться живыми.

Кай мчался по боковому коридору, уворачиваясь от искрящих обломков. За спиной грохотали выстрелы — враги не собирались отпускать его просто так. Визор шлема мигал предупреждениями: «Обнаружено электромагнитное излучение», «Уровень кислорода снижен на $12\%$».

— «Кипебанк», маршрут к Y‑12 с минимальным контактом, — бросил он, перепрыгивая через обвалившуюся панель.

— Рассчитываю… — отозвался ИИ. — Оптимальный путь: через сервисный тоннель Т‑7. Препятствия: два автоматических турели, повреждённая гравитационная плита. Вероятность успешного прохождения — $76{,}4\%$.

— Лучше, чем прямой путь, — выдохнул Кай. — Активируй маскировочный режим.

Костюм послушно сменил окраску, сливаясь с серыми стенами тоннеля. Кай нырнул в узкий проход, едва заметный за развороченной панелью. Турели, установленные на перекрёстке, просканировали коридор и, не обнаружив цели, вернулись в режим ожидания.

В наушниках раздался треск, затем голос Рины:

— Кай, ты где? Я на месте, люк в вентиляцию открыт. Но датчики показывают движение по всем секторам. Они перекрывают выходы.

— Иду к тебе, — он прижался к стене, пропуская патруль из двух бойцов «Чёрного созвездия». — Через сервисный тоннель. Сколько у нас времени?

— Минут пять, максимум, — её голос звучал напряжённо. — Они активировали протокол «Затмение». Через десять минут станция перейдёт в режим самоуничтожения.

Кай выругался. Протокол «Затмение» — крайняя мера синдиката: полная блокировка систем и последующий подрыв ядра реактора.

— Поняла, — он ускорил шаг, стараясь не задевать оголённые провода на полу. — «Кипебанк», скорость расчёта маршрута.

— Ускоряю… Новый прогноз: до Y‑12 — две минуты сорок секунд. Рекомендация: отключить аварийную сигнализацию в отсеке 4‑Б. Это даст дополнительные $90$ секунд.

— Сделай это, — приказал Кай. — И свяжи меня с Риной напрямую, минуя общие каналы.

Связь мигнула, затем в ухе раздался только её голос, без помех:

— Кай?

— Слушай внимательно, — он осторожно отодвинул решётку и заглянул в следующий отсек. Три охранника у двери в Y‑12. — У тебя есть импульсная граната?

— Одна, — ответила Рина. — Но если я её брошу, они поймут, что мы здесь.

— Пусть поймут, — Кай прицелился в распределительный щит над головами врагов. — Бросай в потолок над ними. Когда погаснет свет, я сниму двоих. Ты — третьего. Потом — в вентиляцию. По моей команде: три… два…

Грохот взрыва перекрыл вой сирены. Свет погас, коридор погрузился в темноту, лишь красные аварийные огни отбрасывали зловещие блики. Кай выстрелил дважды — импульсные заряды поразили двух охранников до того, как они успели сориентироваться. Третий развернулся, но Рина уже была рядом: короткий удар рукоятью пистолета — и он беззвучно осел на пол.

— Чисто, — она схватила Кая за рукав. — Быстрее!

Они бросились к люку. Рина первой вскарабкалась по скобам, Кай за ней. Едва он захлопнул крышку, внизу раздались крики — преследователи добрались до отсека.

— «Кипебанк», маршрут к точке эвакуации, — Кай вытер пот со лба. — И проверь статус реактора.

— Маршрут проложен. До шаттла — семь минут через систему вентиляции, — отчитался ИИ. — Реактор активирован в режиме самоуничтожения. Обратный отсчёт: $8$ минут $23$ секунды.

— Отлично, — Рина выдохнула. — Значит, будем бежать быстро.

Они поползли по узкому тоннелю, ориентируясь на зелёную линию, проецируемую на внутреннюю сторону визора. Впереди мерцал выход — решётка, ведущая в технический отсек рядом с ангаром.

Внезапно коридор содрогнулся. Из щели под решёткой потянуло жаром.

— Кай… — Рина замерла. — Это не просто тряска. Реактор… он ускорил процесс.

Он проверил данные на дисплее:

— Отсчёт сброшен, — голос Кая стал жёстче. — Теперь у нас пять минут. И шаттл всё ещё заблокирован.

— Тогда взломаем, — Рина достала модуль интерфейса. — Дай мне тридцать секунд у панели управления.

— Тридцать секунд, — Кай занял позицию у выхода, перезаряжая пистолет. — И ни секундой больше.

Она метнулась к консоли, подключила кабель. На экране замелькали строки кода.

— Защита… сложная, — её пальцы летали над голографической клавиатурой. — Но «Кипебанк» уже нашёл уязвимость. Ещё немного… Готово! Шаттл разблокирован.

— Бегом! — Кай распахнул дверь в ангар.

Их шаттл «Тень» стоял у причала, двигатели уже гудели на прогреве. Они вбежали внутрь, люк захлопнулся с шипением гидравлики.

— Взлёт! — Кай рухнул в кресло пилота, пальцы забегали по панели. — Рина, пристегнись. Будет жёстко.

Корабль рванул с места в тот момент, когда первый взрыв сотряс станцию. За иллюминатором запылали отсеки «Эгиды‑7».

— Модуль с данными цел? — спросила Рина, глядя на разрастающееся за кормой огненное облако.

Кай похлопал по кейсу у ног. Металлическая коробка мерцала синим — внутри хранилась информация, способная изменить расстановку сил во всём секторе.

— Целее некуда, — он вывел шаттл на орбиту. — Новый мир начинается, Рина. Но сначала — выжить.

Корабль прыгнул в гиперпространство, оставив позади гибнущую станцию и первую битву на пути к неизвестному будущему.

Шаттл «Тень» вырвался из гравитационного колодца гибнущей станции «Эгида‑7». За кормой разрасталось огненное облако — реактор синдиката достиг критической массы, и станция превратилась в ослепительную вспышку, затем — в россыпь раскалённых обломков.

Кай откинулся в кресле, с трудом переводя дыхание. Пальцы, ещё недавно сжимавшие штурвал, слегка дрожали. Он бросил взгляд на соседнее кресло. Рина, бледная, но с упрямой улыбкой на губах, отстегнула ремни и вытащила из нагрудного кармана смятую пачку сигарет.

— Последний раз, — хрипло сказала она, прикуривая от миниатюрного плазменного зажигателя. — Клянусь, после этого задания — бросаю.

Кай усмехнулся:

— Ты это говоришь уже третий год.

Она выпустила струю синеватого дыма.

— На этот раз серьёзно. Особенно если учесть, что мы только что сбежали со станции, которая взорвалась у нас за спиной.

Он повернулся к панели управления. На экране мигал сигнал — «Кипебанк» завершил первичную диагностику корабля.

— Повреждения? — спросил Кай.

— Незначительные, — отозвался ИИ. — Повреждён левый стабилизатор, потеряно $17\%$ запаса энергии. Системы жизнеобеспечения в норме. До ближайшей безопасной точки — станции «Орфей‑3» — $4$ часа гиперпрыжка.

— Отлично, — Кай активировал автопилот. — Рина, проверь модуль. Нужно убедиться, что данные не пострадали.

Она кивнула, открыла кейс. Внутри, в мягком пенопластовом гнезде, покоился небольшой куб с пульсирующим синим ядром. Поверхность мерцала, словно живая.

— Цел, — выдохнула Рина. — И активен. Видишь?

Кай наклонился ближе. На гранях куба замелькали символы — незнакомый шифр, который стоил стольких жизней и разрушений.

— «Кипебанк», анализ данных, — приказал он. — Что это?

— Предварительная расшифровка завершена, — отозвался ИИ. — Объект содержит координаты и чертежи. Пункт назначения: сектор Эпсилон‑9, планета Нокс‑4. Назначение объекта: «Проект „Аврора“» — предположительно, технология создания искусственного сознания нового поколения.

В кабине повисла тишина. Рина потушила сигарету о край пепельницы.

— Искусственное сознание… — медленно повторила она. — То есть не просто ИИ, а… что‑то большее?

— Что‑то, за что «Чёрное созвездие» готово было взорвать целую станцию, — Кай откинулся на спинку кресла. — И что, судя по всему, может изменить всё.

— Или уничтожить, — добавила Рина. — Ты уверен, что мы хотим в это ввязываться?

Он посмотрел на неё, потом — на мерцающий куб, затем — на экран, где гасли последние отблески взрыва «Эгиды‑7».

— Мы уже ввязались, — тихо сказал Кай. — Вопрос в том, что делать дальше.

— Сначала — долететь до «Орфея», — Рина встала и потянулась. — Потом — решить, кому можно продать эти данные. Или… — она сделала паузу, — оставить их себе.

Кай улыбнулся. Впервые за долгие часы.

— Оставить себе? — переспросил он. — Это уже звучит как план.

«Кипебанк» подал сигнал: гиперпривод готов к прыжку. Кай коснулся панели управления.

— Курс на «Орфей‑3», — произнёс он. — Активирую гиперпрыжок. Три… два… один.

Звёзды на экране вытянулись в полосы, пространство исказилось, и «Тень» исчезла в воронке гиперпространства, унося с собой тайну «Проекта „Аврора“» и двух людей, которым теперь предстояло решить судьбу нового мира.