Новый сейф синьора Скригнетти

- Вы - господин Август Фердинанд?

Старый мастер оторвался от детали, которую рассматривал через огромное увеличительное стекло, и посмотрел на вошедших. Их было трое, но у всех плечи оказались такой ширины, что они почти полностью заполнили небольшую приемную.

- Мастер Август Фердинанд! - поправил он их. - Впрочем, это написано и на вывеске: «Сейфы Фердинанда». Вы ведь умеете читать, господа?

- Будешь дерзить, я тебе зубы выбью! - процедил тот, что справа.

- В этом нет необходимости. Тем более, что своих зубов у меня уже не осталось. - Мастер взглянул на троицу через увеличительное стекло так, словно смотрел на диковинных насекомых. - Чем могу быть полезен?

- Наш босс хочет заказать у вас сейф, - сказал тот, что слева. - Следуйте за нами.

- Нет ничего проще - для этого он может прийти ко мне, и мы всё обсудим. - Мастер показал за спиной целый ряд внушительных сейфов разных размеров. - Все они взломостойкие самого высокого класса, стальные, композитные, с сувальдным замком, или...

- Синьор Скригнетти не приходит к тем, кто на него работает, - отрезал тот, что в центре. - Это они приходят к нему. Следуйте за нами, иначе вам самому понадобится деревянный продолговатый сейф.

- Как я сразу не догадался! - мастер спрятал увеличительное стекло в замшевый мешочек и застегнул верхнюю пуговицу сюртука. - Синьор Скригнетти, конечно же. Что ж, полагаю, машина нас уже ждет?

***

Дом синьора Скригнетти напоминал неприступную крепость на холме. У ворот машину осмотрели, затем на крыльце тщательно обыскали и самого мастера Фердинанда. Естественно, никакого оружия у него не нашли, а вот маленький саквояж с инструментами перетряхнули сверху донизу. Двое из хмурой троицы остались на крыльце, а третий громила сопроводил его по мраморной лестнице на второй этаж и остался ждать у огромных дверей.

В лицо мастеру ударил свежий воздух. Из распахнутого окна в комнате открывался прекрасный вид - справа на горизонте возвышалась городская ратуша, далеко слева виднелись в дымке горные хребты. Хозяин дома - синьор Скригнетти собственной персоной - удобно развалился напротив окна в кожаном кресле между двумя античными статуями, с видимым удовольствием затягиваясь сигарой, которую держал в правой руке. Левая рука у синьора Скригнетти отсутствовала. В городе ходило много слухов о том, при каких обстоятельствах он потерял руку, но все они сводились к одному - дело тут нечисто.

- А вот и вы! - синьор Скригнетти встал с кресла и приветствовал мастера, скривив в подобии улыбки тонкие губы. - Признаться, наслышан о вашем мастерстве, господин Фердинанд!

- Мастер Август Фердинанд, - поправил его старик.

- Один черт! - отмахнулся хозяин дома. - Думаю, мне нет нужды объяснять, кто я такой?

Мастер пожал плечами:

- Как вам будет угодно. Меня ждут заказы, поэтому, если вы не возражаете...

- О, вы тоже деловой человек и цените свое время, уважаю! - синьор Скригнетти затянулся сигарой, подошел к стене и толкнул в сторону огромную картину, на который красовались тигры, терзающие косулю. За картиной в ряд стояли встроенные в стену сейфы - три штуки.

- Это не мои работы, - скромно сказал мастер.

- Да знаю я! - Скригнетти ткнул в сейфы своей сигарой. - Что скажете о них, э... мастер?

Фердинанд подошел ближе и внимательно осмотрел сейфы:

- Стандарт VDMA, огнестойкие, класс не ниже пятого... Вижу, вам уже есть куда положить ваши деньги, синьор Скригнетти.

- Вы сможете их открыть?

Мастер развел руками.

- Если кто-то продает сейф и уверяет, что вскрыть его невозможно, вам лгут. Любой сейф - это, по сути, ящик. С днищем, стенками и дверцей. Имея достаточно времени, навыков и инструментов... - мастер звякнул саквояжем. - ...вы сможете добраться до содержимого.

- А если я все же попрошу вас сделать сейф, который невозможно открыть посторонним? Что-то принципиально новое. А? - Скригнетти выпустил в лицо мастеру кольцо сигарного дыма.

Тот поморщился:

- Как я уже сказал, это не...

- Я не люблю, когда мне отказывают, господин Фердинанд! - Скригнетти сделал шаг вперед. - Ваша лавочка совсем не такая огнестойкая, как ваши сейфы.

- А я не люблю давать пустых обещаний! - мастер выпрямился и в упор посмотрел на хозяина дома. - Можете объяснить, в чем дело?

Скригнетти уселся обратно в кресло. Сейфы за его спиной теперь громоздились, как надгробные камни:

- Мне сели на хвост, господин Фердинанд. Чертовы федералы! Я хочу иметь определенные гарантии, что в случае обыска мои... э... средства будут достаточно защищены.

- Так значит, вам нужен сейф, не похожий на сейф.

Скригнетти кивнул.

- У которого не будет днища, стенок и дверцы.

Снова кивок.

- И который не сможет открыть чужой человек.

Еще одно облако дыма.

- Что ж... - мастер задумался. - Полагаю, я могу вам кое-что предложить.

***

Огромный деревянный ящик привезли к дому мистера Скригнетти на грузовике. Грузчики, проклиная все на свете, втащили его по мраморной лестнице на второй этаж.

Мастер спокойно сел в уголке на стуле и смотрел, как синьор Скригнетти нетерпеливо вышагивает по комнате, словно ребенок, который не может дождаться Рождества. Тот выгнал грузчиков, и их место в комнате заняли двое громил. Они вооружились железными ломами, и в считанные минуты освободили содержимое от упаковки.

- Это... что... такое? - выдохнул Скригнетти.

Больше всего предмет в центре комнаты походил на огромную - размером с рояль - бутылку, лежащую на боку. Ее округлые стенки сияли стальным блеском, а хищный раструб словно грозил поглотить любого, кто подойдет поближе - ширина позволяла поместиться туда взрослому человеку. Раструб сужался и вел куда-то вглубь конструкции - и одновременно выступал снаружи, как выпавшая кишка раненого животного, чтобы, изящно изогнувшись, влиться обратно в стальное тело. Как бы ни старался Скригнетти, он не мог рассмотреть, в каком именно месте трубка самопересекалась с внешней стороной. Он протер глаза, но это не помогло.

- Не пытайтесь увидеть это невооруженным глазом. Это неориентируемая односторонняя поверхность, синьор Скригнетти. - Мастер слез со стула и с профессорским видом начал вышагивать между конструкцией и пораженным заказчиком. - По сути, она является двумерным дифференцируемым неориентируемым многообразием. Или, если угодно, компактным многообразием без края. В научных кругах она известна, как Бутылка Клейна.

- К-кого? - Скригнетти икнул.

- Клейна. Названа в честь немецкого математика, который ее описал. У нее нет оборотной стороны – она односторонняя. Согласитесь, непохоже не сейф.

Хозяин обошел конструкцию вокруг, не говоря ни слова.

- Я бы даже сказал, ее могут принять за арт-объект, - продолжил мастер. - И прятать за картину не нужно.

- А где у него... у нее... дверца?

- Вы же сами просили - без дверцы. И чтобы ее нельзя было открыть. Потому что и закрывать нечего. - Мастер просиял. - Это жемчужина моего труда.

Синьор Скригнетти подошел вплотную к мастеру:

- Если вы решили подшутить надо мной, Фердинанд, то горько пожалеете об этом!

- Отнюдь! Попробуйте сами! - мастер шагнул к зияющему из бутылки раструбу. - Давайте!

Скригнетти достал из кармана пиджака с аккуратно ушитым левым рукавом пачку банкнот. Он внимательно посмотрел на мастера, на деньги, потом на бутылку и, размахнувшись, швырнул купюры в раскрытую горловину. Пачка легко скользнула вниз и исчезла из виду.

- Теперь эти деньги под надежной защитой! - просиял мастер. - Только вы или я можете их достать с той стороны!

- Эй! - синьор Скригнетти ткнул пальцем в одного из телохранителей. - Вынь деньги обратно.

Громила подошел к горлышку бутылки, опасливо помялся, но, под грозным взглядом хозяина, сунул руку по локоть в раструб и пошарил внутри.

- Там ничего нет, босс, - сказал он.

- Как это, ничего нет? - брови синьора Скригнетти взметнулись вверх.

- Вы же сами просили гарантии безопасности! - мастер широко улыбнулся вставными зубами. - В трехмерном евклидовом пространстве вы бы легко вытащили деньги назад. Но не в бутылке Клейна!

- Так как я их достану, несчастный? - синьор Скригнетти потерял терпение. - Отвечай!

Двое громил синхронно шагнули вперед, схватили мастера с обеих сторон и ощутимо встряхнули.

- Эй, полегче! - Фердинанд с достоинством дернул плечами. - Чтобы достать их, вам придется пересечь границу четырехмерного пространства. И вернуться назад. Пройти по краю ленты Мёбиуса, так сказать.

Скригнетти шагнул к бутылке, сунул внутрь свою единственную руку, пошарил и вытащил назад - ни с чем. Его глаза налились гневом:

- Если это какой-то жалкий фокус, то, клянусь, я...

В этот момент в комнату ворвался третий громила:

- Босс! Федералы!!!

И тут же с улицы донесся металлический голос из громкоговорителя:

- Внимание! Всем оставаться на своих местах! Не пытайтесь сопротивляться и мешать следствию!

- Ч-черт! - Скригнетти выглянул в окно и поморщился. - Скорее!

Он метнулся к стене, отодвинул картину и, одну за другой, распахнул дверцы всех трех сейфов.

- Чего стоите, идиоты! - рявкнул он на подручных.

Вчетвером они принялись вытаскивать пачки денег из сейфов и бросать их в жерло бутылки Клейна. Этажом ниже раздавались звуки борьбы.

- Сопротивление бесполезно! - снова раздался снизу металлический голос. - Синьор Скригнетти, выходите с поднятыми руками.

- У меня всего одна рука, чертовы федералы! - огрызнулся хозяин, не переставая метаться между сейфами и бутылкой.

Раздался жуткий грохот. В двери ударили словно тараном - снова и снова.

- Мы все перенесли, босс! - отрапортовал самый крупный из громил. - А с ним что делать? Он же всё расскажет!

И он ткнул пальцем в мастера.

- Я полагаю, наш кропотливый друг ничего не скажет непрошенным гостям! - хозяин улыбнулся тонкими губами. - Верно, господин Фердинанд?

- Я - мастер Фер... - начал тот, но Скригнетти уже вынул из-за пазухи пистолет с глушителем и выстрелил ему в грудь.

Мастер охнул, покачнулся, схватился за сердце. Скригнетти толкнул его внутрь бутылки, и мастер провалился в раструб со скользящим шорохом, с каким малыши спускаются с детской горки. Падая вниз, он успел услышать, как с грохотом распахнулись двери в комнату.

***

Мастер Август Фердинанд лежал на ковре возле бутылки - прямо на груде денег, громоздящейся у раструба, как ворох осенних листьев. Рядом валялся его распахнутый саквояж. Ничего не болело. Только холод разливался из груди по всему телу. Изнутри бутылки послышался шум. Он нарастал - словно издалека, за много кварталов отсюда кто-то кричал, и этот крик становился все громче и громче. Наконец, из раструба вылетел кричащий синьор Скригнетти - и упал прямо в денежную кучу. Его волосы растрепались, пиджак измялся.

- Что... Где... Где мы? - прохрипел Скригнетти. - Где все?

Только сейчас он увидел, что стоит по щиколотку в деньгах, перепачканных кровью. Его комната на втором этаже особняка была привычной... но что-то в ней неуловимо изменилось. Он упал на колени и принялся шарить по полу своей единственной левой рукой. Мастер отполз в сторону и лег на спину. Его грудь медленно вздымалась и опадала.

- Получилось! Получилось! - Скригнетти подбрасывал деньги в воздух, словно играл с первым снегом. - Никаких денег федералы не нашли! Ушли ни с чем! Ах-ха-ха!

И снова зарылся в кровавый денежный сугроб.

- Вы... получили то... что хотели... - тихо прохрипел мастер. - Зачем же...

И он закашлялся кровью.

- Ничего личного, господин Фердинанд! Просто перестраховка, - Скригнетти грузно сел и вытер пот со лба зеленой купюрой. - Если бы я не был осторожен в моем бизнесе, я бы давно потерял и левую руку.

В этот момент он осекся, глядя на купюру, зажатую в его единственной руке. В левой руке.

- Что... Что это за фокус? - протянул он. – У меня же была... правая рука.

- Вы просто не понимаете... как работает дифференцируемое неориентируемое многообразие, - прошептал мастер. - Вы же не думаете, что остались в старом добром евклидовом пространстве?

Скригнетти его не слушал. Теперь он разглядывал купюру, зажатую в своей левой руке. Вместо «100» он увидел число «001». А все слова на купюре оказались написаны задом-наперед. Как в детском ребусе.

Он отбросил купюру в сторону и схватил из груды другую. И еще одну. И еще. Они казались настоящими - хрустящими привычно пахнущими зелеными бумажками. Вот только написано на них все было в зеркальном отражении.

- Вы можете остаться в этом мире, синьор... Тут неплохо... Всё как у нас... К левой руке наверняка привыкнете. Вот только деньги эти здесь сочтут ненастоящими. Фальшивыми. Готовы стать нищим?

И мастер глухо рассмеялся, а потом снова закашлялся.

Синьор Скригнетти бросился к окну, взглянул наружу и взвыл. Всё находилось не на своих местах. Городская ратуша теперь высилась слева. Горная гряда вырастала справа.

- К черту! - он бросился к бутылке и пнул ногой лежащего мастера. - Я вернусь назад, и там всё будет, как раньше.

Хозяин начал хватать охапками перепачканные кровью купюры и кидать их обратно в раструб. На это у него ушло много времени - он работал одной рукой, и ему никто не помогал, но Скригнетти не успокоился, пока не отправил назад все до последней бумажки.

- Вот и всё! - сказал он, утирая пот со лба. - А вы останетесь в этом чертовом Зазеркалье!

Старый мастер в последний раз попытался приподняться. Только сейчас Скригнетти заметил, что на блестящем боку бутылки Фердинанд выписал окровавленным пальцем какие-то формулы. Инструменты из саквояжа тоже валялись рядом.

- Я тоже немного перестраховался, синьор, - прохрипел мастер. - Если бы вы знали топологию, то...

Он не договорил и упал на бок.

Скригнетти сплюнул, разбежался и прыгнул в раструб бутылки Клейна.

***

Трое громил, ждущие хозяина у его странного нового сейфа в ворохе смятых купюр, услышали, что кто-то приближается. Изнутри бутылки раздался крик - он звучал все ближе и ближе. Наконец, оттуда, как из трубы в аквапарке, вылетел однорукий человек и приземлился на ноги.

Сначала они даже не поняли, что именно не так. Тщательно скроенный костюм хозяина был надет шиворот-навыворот. А сам хозяин... Его ноги разъехались в стороны, и на ковер скользким дождем хлынули внутренности: липкие кишки, вывернутые легкие, изуродованные до неузнаваемости внутренние органы, труха костей.

Синьор Скригнетти вернулся в привычный ему мир - вывернутый наизнанку, как неправильно надетый носок.

И тогда самый крупный громила закричал - тонко и страшно, словно маленькая девочка.

***

Где-то бесконечно далеко, в отражении четырехмерного евклидова пространства, старый мастер услышал эхо крика, улыбнулся, и пополз по ковру к лестнице, думая: как хорошо, что у него, как и у всех выходцев из этого мира, сердце справа.