Новый/Старый год в Фэнтезёбурге

Раз в год под чешуинкой черепахи, плывущей по мировому океану, начинает что-то неуёмно чесаться, ближайший к этому месту стоящий на рептилии один из трех слонов пытается своей передней ногой это место чесания таки почесать, от неурочного движения начинает ходить его плечо, колебания распространяются и дальше, вследствие этого, та часть плоской земли, которая над ним располагается, начинает меняться прямо-таки на глазах. И в город Фэнтезёбург, который неизменно располагается над этой точкой, происходит смена сезонов, и новый год сменяет старый. Так уж сложилось, что это все происходит в самом конце календарного февраля, накануне прихода весны. В эти дни особенно плохо работает связь, почтовые голуби сбиваются с курса и теряют корреспонденцию, гномы путаются с отправкой подарков, люди, орки и гномы спускают годовые накопления на новые повозки и ссудные дома и пещеры, эльфы пьют водку вместо привычного коньяка или виски, грифоны начинают возвращаться в местные леса и поля с южной зимовки, а люди и работники людских предприятий получают редкую возможность на смену работы. Легкое напряжение висит в воздухе, не давая до поры до времени полноценно расслабиться, иногда переходя в напряжение уже и не легкое, а скажем так, средней тяжести.

В городе Фэнтезёбурге и его регионе празднование Нового года было приурочено к началу первого весеннего месяца – первому марта, времени чесания чешуинки черепахи. Многочисленные городские гильдии, богатые и не очень, большие, средние и маленькие подбивали результаты финансового года, выплачивали премии отличившимся сотрудникам, проводили сатурналии устраивали корпоративы совместные коллективные предновогодние алкогольные возлияния без закуски, на которых гильдейские работники поощрялись к активным высказываниям, тостам, предновогодним пожеланиям и прочим способам понравиться своему щедрому или не очень начальству. А еще был занятный нюанс: раз в четыре года день накануне 1 марта, а именно 29 февраля, был единственным в четырехлетку, когда работники гильдии могли бы поменять шило на мыло ее на другую гильдию или уйти на вольные хлеба буде им это магистратом по заявлению гильдейского совета дозволено.

Весна пришла – весне дорогу!

Всё это хорошо в теории знала молодая орчанка Тамара, трудившаяся помощницей приказчика в небольшой гильдии Профессионалов, области интересов которой составляло обустройство праздников и дней рождений, заказные убийства и финансовые операции – именно такое сочетание дел вела семья гильдейского мастера эльфа Ильи Борисовича Цехштейна последние пару-тройку сотен лет. Заказные убийства непосредственно проводились сторонними организациями, финансовые операции – Ильей Борисовичем лично и его сыном Вениамином Ильичем. Тамара обеспечивала фронт работ за праздники, дни рождения и прочие эвенты вместе с некоторыми другими работниками.

А тут как-то работы поднакопилось всякой и разной. Сдача отчетности, авралы, дикие переработки у линейного персонала, при том, что часть любимчиков начальства уже смазывает лыжи, чтобы накануне Нового года смотаться на недельку-другую на курортные Дальмивы, Лаиндтай или остров Абил, а кто-то другой за них вкалывает – ну или халтурит, кто как может.

И вот на последней неделе уходящего года эльфийка Роза, отвечавшая за связь со сторонними организациями в целом, и гном Гарик, старший цеховой приказчик, предусмотрительно взяли отпуска и разъехались по этим самым своим Дальмивам и Лаиндтаям, у орчанки Зухры внезапно вернулся из боевого похода муж, человеческая самка женщина Марина взяла больничный по уходу за двумя, как всегда, внезапно заболевшими детьми, гном Рафаэль еще загодя отпросился на посещение Дня открытых дверей Горно-магической академии вместе со своим старшим сыном Арсеном, ну а секретарша Стелла просто сказалась больной и усталой и тоже осталась дома. Все они в предпоследний рабочий день под тем или иным благовидным предлогом не пришли на работу, оставив разгребать резко увеличившиеся предновогодние заказы как раз на Тамару.

И понеслась: группу уличных артистов надо срочно отправить с концертом в городской дом барона У, паре наёмных убийц необходимо посетить с финальным визитом купца Х, тролль Й уже сегодня отмечает день рождения своего младшего сына с клоунами и аниматорами, нежить по имени «!» (да-да, такое имя, блин). требует поставку последних в уходящем году трупов, можно и живой доставкой, бухгалтерия регионального представителя торгового дома «А» и сети лавок шаговой доступности «Домашний фрукт» возжелала видеть у себя на пиру выступление группы «Международные Джоны», а офицерский коллектив Н-ского полка – женский стриптиз, и главное – ничего нельзя перепутать!

Избежать предновогодней путаницы всё-таки не удалось. Пара наёмных убийц ушла в подвал к нежити «!» и пропала там, посланные вслед два почтовых голубя тоже не вернулись ни с ответными письмами, ни сами. Женский стриптиз занесло в дом к купцу Х, группа «Международные Джоны» попала на день рождения маленького тролля семейства Х, живые и так и не ставшие трупами – в дом барона У, клоуны и аниматоры – в офицерский клуб Н-ского полка, а уличные артисты на новогодний корпоратив пир в сеорпентарий бухгалтерию торгового дома «А». О чём Тамаре поведали вслед убывшим разосланные голуби, кроме той парочки, что пропала в подвале! И еще своя гильдейская бухгалтерия прислала три тома запросов на финальную отчетность с готовностью вчера. Вениамин Ильич всё норовил залезть шаловливой рукой Тамаре под юбку – время прозрачных намёков уже прошло, пора переходить к действиям, а он стоит в дверях и пошлости всякие толкает, будто делать ему больше нечего. Илья Борисович тем временем недальновидно зажал Тамаре годовую премию, предпочтя завести себе нового почтового голубя редкой породы.

А вот на ежегодный алкогольный пир все работники гильдии, кроме уехавших на далекие курорты, на следующий день таки явились. И застали там медленно, но уверенно набирающую свою и чужую дозу вина и чего покрепче Тамару, добитую жизнью и рабочими неурядицами еще со вчера. И которая к моменту спичей и славословий в честь гильдейского начальства, снисходительно взиравшего на работников, наклюкалась капитально и устала в себе сдерживать накопившиеся негативные эмоции. Надо, всё-таки надо внимательнее работодателям относится к своим работникам, тем более под Новый год.

И Тамара выдала. И про невыносимые условия работы, в буквальном смысле грошовые свои доходы за такие переработки, про ленивых артистов и тупой приказчинг, про козла и абьюзера Вениамина (тут за него хором вступилась женская часть бухгалтерии, то есть вся) и жадного Илью Борисыча (за этого заступились секретарша и орч-ар). К которому тоже в течение дня подлетали почтовые голуби с записочками о тех или иных происшествиях, связанных с деятельности его предприятия. Илья Борисович читал их и все больше мрачнел, с чем и вышел на пир со славословиями.

Под конец разошедшаяся не на шутку Тамара выдала еще несколько мощных перлов и, пользуясь случаем и законной возможностью, объявила о выходе и числа счастливчиков – работников гильдии Профессионалов, чего еще пару дней назад не предполагала вовсе. Во всяком случае, в такой резкой манере, не оставляющей шансов на возврат и прощение.

И вот уже поздно вечером идет домой грустная и зарёванная орчанка. А кругом снег тает, птички поют, люди к Новому году готовятся, а вон у дороги какой симпатичные котенок сидит, смотрит на Тамару котошрековскими глазами. Не удержалась девушка, подхватила котейку, принесла домой глупого, выкупала, накормила, поиграла с ним, отходя постепенно от треволнений последних пары дней, спать уложила, да и сама легла. Утром еще раз покормила, поиграла с дурашкой и собралась идти на трудоустройство в другую гильдию Мастеров со схожим профилем работы. Отправила предварительно им почтового голубя и вскоре получила отказ. Переслала краткий перечень своих работных достоинств гильдию Умельцев и получила тот же отрицательный ответ. Гильдия Асов ответила отказом. Гильдия Специалистов и гильдия Экспертов просто проигнорировали запросы.

Пришлось идти уже лично и не сразу, а постепенно Тамара начала понимать, что Илья Борисович по своим каналам, а может, и Вениамин по своим, наговорили про нее всем своим конкурентам/коллегам, и теперь никто не желает принимать столь ценного разговорчивого по алкоголю работника в свои дружные ряды.

Переписка и ходьба по гильдиям заняли весь почти день последнего дня зимы – уходящего старого года. Устроиться на новую работу у Тамары так и не получилось. И еще ее терзали сомнения по поводу проведенных давеча эвентов, особенно двух наёмных убийц, пропавших в доме нежити. Рано или поздно, и скорее, что рано, к орчанке должны будут люди и не только может люди с вопросами, а куда делись присланные на задание специалисты. Это могло касаться и прочих мероприятий и их участников, зрителей и заказчиков.

Вечерело. Уставшая и голодная Тамара шла в тихую, мало посещаемую часть городского парка, подальше от людской и прочей расовой предновогодней радости. Там у нее была заветная скамейка. Она уже не в первый раз тут была. И когда взяла покататься и самой поуправлять каретой отчима и разбила ее. И когда ее бросил бывший молодой человек, променявший зеленокожую умницу и красавицу на тресотлетнюю эльфийку с длинными ушами. И далеком детстве, когда узнала, что Деда Мороза не существует...

Скамейка была занята. На ней в углу сидел грустный молодой человек Дима. Еще позавчера он рассчитывал на повышение в Гильдии Правоведов, а вчера его выставили из нее на порог, предпочтя взять на его место внучатого племянника старшего мастера Якова Моисеевича Шульмана. И ему тоже не удалось за сегодня найти себе работу и устроиться в другую гильдию с юридическим уклоном в сфере деятельности. Дмитрий мало реагировал на окружающее, поглощенный в свои печальные мысли. И он тоже в свои подростковые/юные годы приходил сюда погрустить, но по времени это тогда не совпадало с Тамариными случаями, а вот сейчас-таки пришлось одновременно.

На душе было тоскливо и грустно. Каждый из них, и эвент-приказчица, и молодой юрист, не обращали друг на друга внимания. Тамара присела на другой край скамейки и уставилась на любимое дерево.

Тем временем на поляну вышел мужчина, возрастом ближе к пожилому. Посмотрев на грустно сидящую молодежь, он произнес вслух непонятную фразу:

– А я всё-таки я существую!

И на любимом дереве орчанки Тамары полезли расцветать бананы и финики, кокосы и ананасы, даже ягоды малины и арбуза.

– Чудеса, – только смогла произнести Тамара.

– Нет, магия, – сказал пришедший, сорвал с ветки банана и протянул Тамаре.

– Угощайтесь, Тамара.

– Вы меня знаете? – удивилась орчанка, принимая фрукт.

– И вас знаю, и Дмитрия, – пожилой человек кивнул парню, с интересом смотрящего на происходящее.

– Вы – маг? – уточнила Тамара, снимая кожицу с банана. Тот, кстати, оказался достаточно пресным и безвкусным.

– Я – особый маг. Я – Старый год. И я существую. И по-другому меня зовут как раз Дед Мороз. И с Новым годом, этим смешным пацаном, тоже дальние родственники. Сегодня заканчивается мой творческий путь в этом мире...

И на этом мелодраматичном моменте пожилого человека стали прерывать воркующие почтовые голуби, которые нашли, наконец, Тамару и стали сваливать ее корреспонденцию. Пожилой замолчал на то время, пока орчанка читала присланное.

А картина рисовалась занятная. Стриптиз вместо ожидаемого визита убийц по-своему встряхнул купца Х, у того появилась обратно тяга к жизни, и он решил-таки вернуть долг тем людям, кто нанимал через гильдию Профессионалов ту пару убийц. Удачно не пошедшие в подвал к нежити люди совершенно случайно оказались музыкантами и отожгли свой рок-концерт на пиру у барона У. Концерт «Международного Джона» прошел на ура, тролль Й заплатил сполна и прислал лично Тамаре свои и побывавших на концерте детей – друзей его сына, благодарности. Изрядно принявшие алкоголь офицеры Н-ского полка более чем благосклонно приняли выступление доставшихся им клоунов и аниматоров, дружно участвовали в детских конкурсах – с поправкой на потребление рюмки горячительных напитков проигравшей стороной – читали стишки на табуретке, громко и намерено вульгарно угадывали слова и прочая, прочая. Такое ударное отмечание Нового года запомнилось многим, и командир полка написал искреннее благодарственное письмо в адрес эвент-приказчицы, так удачно приславшей творческих работников вместо привычного пошлого стриптиза (этого напрямую в тексте не было, но таки сквозило полунамеками). А бухгалтерия торгового дома «А» и сети лавок у дома прислала поздравительную открытку и отметку об отправке записи выступления уличных артистов на их пиру на весенний городской конкурс «Эвенты с нами», за что Тамаре было особенно приятно. Не совсем правда было понятно мнение самих уличных артистов о выступлении и ночи после, но к нашему рассказу это уже не имеет никакого отношения. Целы, живы – и ладно, о моральной стороне вопроса как-то в другой раз поговорим.

И только из дома нежити «!» не приходило никаких известий, ни весточки, ни голубиного перышка, что весьма беспокоило орчанку.

Голуби с записками и благодарностями перестали прилетать, и девушка повернулась к пожилому человеку:

– Значит, вы маг.

– Да, обычный старогодний маг. Я читал ваши, Тамара, и ваш, Дмитрий, пожелания ко мне, тогда Новому году, как раз год назад.

– И-и-и? – интонационно сыграла голосом Тамара. – И что?

– И ничего. Я маг с ограничениями. Да и вообще пожеланий было много, все и не выполнишь чисто физически, – тут пожилой напомнил орчанке манерами Илью Борисовича, когда тот выходил с поучениями к молодым работницам из своего кабинета: а ля «больше работать за те же небольшие деньги, уважать начальство и знать свое место».

– Мое время здесь истекает. Еще несколько часов – и я уйду обратно, откуда пришел год назад, – к черепахе.

Тамара, как и вы, не поняла ничего, но внимательно слушала. Парень вовсе молчал весь период времени общения и порхания голубей с письмами.

– Год назад я приходил в это мир совсем юным мальцом, полным надежд и в ожидании свершения задуманного, в том числе и пожеланий жителей Фэнтезёбурга. Но год прошел, я сделал, что мог, как маг с ограничениями, и теперь вынужден уходить.

– И зачем вы нам это всё рассказываете? – спросил Тамара.

– Не знаю. Вы грустите по своим причинам, находиться мне тут еще недолго, чего не расшевелить вас? Хотите еще банан? Или грушу? Или апельсин? – по мере называния фруктов они появлялись на дереве.

– Нет, спасибо. А вам обязательно уходить?

– Да. Я не сделал ничего значимого, важного в этом уходящем году. Так, фокусы… – с дерева пропали все фрукты, – эстрада…

Птицы поднялись стаей и улетели.

– Погодите, – начал говорить до того молчавший парень. – То есть, если вы сделаете что-то значимое, – то можете тут остаться? Так я понимаю?

– Да, сделать. Или хотя бы заявиться, но всерьез. А что такое?

– Дмитрий, – представился парень Тамаре.

– Тамара, – ответила она.

– Старый год, – сказал пожилой. – Степан Геннадьевич по вашим бумагам. – Так что там?

– Я работаю юристом, – начал Дмитрий и тут же оправился: – Работал, до вчерашнего дня.

– Понимаю, – прервала его Тамара, – и я работала над устройством праздников и дней рождений до вчерашнего дня.

– А я, – сказал Степан Геннадьевич, – сам почти вчерашний.

– Ну так вот, – продолжил Дмитрий, – в этом году, летом, будут проходить выборы бургомистра нашего города. Моя бывшая гильдия занималась сопровождением избирательной кампании нынешнего правителя города. Если попасть в это кресло – можно будет много что полезного сделать для города и страны.

– Выборы бургомистра, – задумчиво повторил Старый год.

И тут на высоте пары футов над полянкой возник знак портала, из которого шагнул широкоплечий статный мужчина, в котором Тамара тут же признала клиента цеха наёмных убийц своей бывшей гильдии. Начцеха Гарик именно с ним вел важные переговоры по тем или иным тонким моментам работы.

– Тамара, искренне рад видеть, – улыбнулся ей мужчина. – Наш шеф хочет лично с вами поговорить.

И вслед за ним из портала вышел бородатый колдун в богатом плаще и шляпе. Старый год поневоле сделал защитное движение руками, как бы в поисках своего магического посоха, Тамара и Дмитрий просто развернулись к вновь прибывшим.

– Тамара, это было великолепно! Это была блестящей идеей – отправить пару профессионалов к нежити «!» как раз 28 марта, в конце квартала и года. У нашей организации был своего рода долг перед нежитью – и он так удачно закрылся. Нежить прислала наиболее трогательное благодарственное письмо за столь интересное ей развлечение, – а мы не должны никаких выходных пособий тем двум неудачникам. Спасибо за идею и ее реализацию! – колдун улыбнулся Тамаре и показал ряд желтых зубов.

– И да, я тут услышал фразу про выборы. Мы можем поддержать вас в этом начинании, – чуть с пафосом объявил бородатый, не добавляя при этом вслух, что он рассчитывает на дополнительные места в городском совете.

Закончив свою речь, колдун вручил орчанке мешочек с золотом, раскланялся, шагнул обратно в портал и вместе с прощающимся статным мужчиной исчез в нём. Через несколько секунд погас и портальный свет.

Возникла пауза.

– Выборы, говорите, – начал было Степан Геннадьевич.

– А что, неплохая идея, – продолжила Тамара, взвешивая в руках тот мешочек.

– И я про что! – закончил обмен репликами Дмитрий.

И Старый год под давлением обстоятельств передумал-таки возвращаться к черепахе, и решил остаться еще на неопределенное время в Фентезёбурге, да и помочь Новому году в обустройстве тоже не помешало бы.

На следующий день была зарегистрирована Первая Городская гильдия. В числе спонсоров как-то быстро вошли и купец X, и тролль Й, и торговый дом «А», барон У вошел в состав команды на правах представителя местной знати, Н-ский полк прислал пару аналитиков из числа офицеров-разведчиков и обеспечил в целом охрану новой Гильдии, как и неназванная организация желтозубого бородатого колдуна.

Выборы прошли под лозунгами «Горы – гномам, долины – эльфам, леса – оркам, город – людям, перевалы – троллям, пещеры– драконам!» и оказались на удивление удачными.

Старый бургомистр как-то слишком быстро оставил город, признавая свое поражение, правитель региона герцог прислал свои поздравления и тайное письмо с подробным пояснением, чего и как он ждет от новых властей в денежных единицах, постах власти и прочих интересных нюансах. На некоторое время послевыборная победная эйфория захлестнула команду. Степан Геннадьевич стал-таки бургомистром города, Дмитрий – руководителем юридической службы тайной канцелярии и ответственным за связи с гильдиями, барон У возглавил-таки городской совет, в котором бородатый колдун получил больше голосов, чем имел раньше. А орчанка Тамара стала советницей бургомистра в роли манипулятора городского совета и всех административных служб в меру своего понимания игры тайных струн и работы важных винтиков сложного аппарата местной власти.

В самом конце октября была инициирована к отправке группа лиц, которые должны были спуститься к черепахам, теми или иными способами вызвать чесание под ее чешуинками, чтобы ближайший слон своей передней лапой полез помогать черепахе в избавлении от чесания, что и привело к смене сезонов в расположенном над этим месте на плоской земле Фентезёбурге. То есть на этот раз не 1 марта, а таки 1 ноября. В силу ряда нюансов в составе той экспедиции не могло быть людей – они не вынесли бы нагрузок с проникновением под чешуинки черепахи. Потому, за вычетом слабосильных людишек, отряд чесателей был достаточно разношерстным, и из представителей разных рас и народов состоящий – тут и гномы, и орки, тролли, и вампиры с нежитью. Кто потом, глядя на этот и последующие через год отряды, выдвинул идею, что это, мол, нечисть 31 октября вылезает и творит свое нехорошее – теперь уже неизвестно. Так уж совпало, но менять ничего не стали. Еще одной фэнтези байкой больше, одной меньше...

Новому уходящему году в качестве компенсации за полугодовое всего правление пообещали пост вице-бургомистра, дом и карету за казенный счет и оплату двух трех пиров в год. Жизнь в Фентезёбурге пошла дальше. Не каждый раз два новых года случаются в одном году. Только чудом – ну или некоторым мухлежом с черепахочесанием – можно это объяснить! )))