Ну, Зайцев, погоди!

— Да как же ты меня достал, Зайцев! — ору я, высунувшись из окна на всю улицу.

Окно рядом распахивается мгновенно, будто сосед только и ждал моего крика. Оттуда выглядывает наглая физиономия моего бывшего одноклассника, а по совместительству — соседа.

— Да, ты меня тоже достала, Волкова, — лениво тянет он. — И что? Терплю… — Зайцев артистично разводит руками, изображая благородного страдальца.

— Когда ты уже отсюда свалишь?!

— Не дождешься, — ухмыляется он. — Я здесь был, есть и буду. Скорее ты отсюда свалишь, чем я.

— Вот я сейчас как позвоню Галине Федоровне!

— Ага, сразу козыри в ход пошли, — Зайцев даже в ладоши хлопнул от удовольствия. — Тебе вроде как уже тридцатник, Волкова, а ты всё моей матери жалуешься.

— Так тебе тоже уже тридцатник, Зайцев, а ты всё дурака валяешь!

— Я не дурака валяю, — он приложил руку к груди, изображая оскорбленную невинность. — Я устраиваю личную жизнь.

— Ты слишком громко это делаешь!

— А ты что, завидуешь? — он рассмеялся, запрокинув голову. — Ну точно завидуешь. Хочешь, присоединяйся?! Места на всех хватит.

— Дурак ты, Зайцев, был им и останешься.

— Зато какой счаааастливый дурак! — он подмигнул мне с таким видом, будто только что выиграл спор. — А ты, Волкова, знаешь, почему такая вредная?

— Я не вредная!

— Нет, вредная, — отрезал он. — И ещё какая. Потому что мужика у тебя нет.

— Это с чего ты взял?

— А с того, — Зайцев подался вперед, опершись локтями о подоконник, — какой нормальный мужик тебя вытерпит?

Дальше я действовала уже не думая. Нога сама взметнулась вверх, стягивая тапок, и через секунду я уже замахнулась, целясь прямо в эту самодовольную рожу.

— Ой, как страшно! — крикнул он, но даже не подумал отодвинуться.

Я не растерялась. Тапок полетел в цель, описав в вечернем воздухе замысловатую дугу. Но в самый последний момент Зайцев качнулся в сторону, и мой домашний шлепанец просвистел в сантиметре от его уха, нырнул вниз и бесследно исчез в густых кустах сирени.

— Мазила! — констатировал он с довольным видом. — Тренироваться лучше надо, Волкова! Вот ни разу не попала.

И, снова рассмеявшись, захлопнул окно.

Я еще с минуту стояла, прожигая взглядом его окно, потом шумно выдохнула и закрыла свое.

— Вот же гад, — пробубнила я, двигаясь в коридор. Из-за этого бабника придется теперь тапок в потемках искать, по кустам лазить, как нашкодившей кошке.

Я вышла на лестничную клетку, посмотрела на его дверь, и во мне снова вскипело праведное негодование.

— Ну, Зайцев… — погрозила я кулаком его железной двери с номером 35. — Ну, погоди!