Нулевая сказка.

Ходило поверье в мире тех, кто выбрал стезю сказочника. Нет, не менестреля или скальда, не пишущего в стиле сказки, а именно того, кто берет и сшивает полотно, ткет свои истории, словно вышивая лунной нитью по ночному небу.

Это почти похоже на ветер, который играет с волосами и браслетами курандеры, что в танце не раз уронила алую шаль.

Только не все сказочники ищут ключи и лекарства, не все сказочники ставят цель.

Они просто ткут, сшивают песни мира, создавая особый мир.

И в том их великий дар. И проклятье.

Ведь за упавшим сказочником придет тот, кого не ждали. В кого не верят.

Великий Сказочник.

Он покажет все убитые тобой миры, всех горящих в огне персонажей и всех негодяев, кого можно было убить одним стежком, но любящая рука автора остановилась.

Он покажет тебе разорванный в клочья мир.

И если ты выживешь, ты не вернешься из той вакуоли прежним.

Говорили в детстве, что у Оле-Лукойе два лица.

Сколько лиц у Великого Сказочника?

Он прожил за каждого миллион жизней. Был Кармен, был Арсеной Гийо, был Сомсом Форсайтом или крошкой Дэвидом на фабрике, а может это он делал кукол в стиле По на Марсе? Монтэг, Дженни Вильерс, Рочестер?Мисс Винтер? Кто?

Мысли, характеры, чувства. Всё это - он. Настоящий.

И сказочнику, который предал сказку, придется платить.

Быль или небыль? Старики говорят, что есть на пороге грани охранник. Да не человек вовсе. А кто? Разное бают.

Песню спеть? Отчего ж не спеть пока кудель прядется.

Спи, сердечко, сны смотри.

Спи, сшивая облака.

Ни лучины, ни свечи.

Светит лишь душа твоя.

Кто-то хочет погасить.

Чтоб баюкать черноту.

ты, сердечко, все же спи.

И поверь пока в мечту.

Нить с рябиной повяжу.

И свяжу ее с пером.

Я своим не ворожу -

будет сказка не о том.

И не спишь еще? Лучина догорает, нити крашу в лунной воде.

Сказку о встрече со сказочником? Ну слушай.

Жила-была одна глупая курандера. Это из тех, что слушают ветер и лечат сказками, своими или чужими. Наша умела ткать свои, танцуя фламенко у воображаемого моря. Умела и тонко брать чужие, словно танцуя с веером, создать нужный мир и нужный ключ.

Пока молода, пока красива да хороша, пока дорога пред тобой вьется да под стройные ноги в изящных башмачках стелется, так и легко обеты давать. Клятвы - не умалять себе испытаний, боли. Выдержать и не чернить свою сказку, не чернить душу.

Юное сердце полно страсти - " Всё пройду, всё выдержу".

А сердце зрелое легче покрыть паутинкой. Да лукавое зеркало шепчет -" где глаза твои ясные, где губы яркие, где смех твой искристый? Морщинки под очами, руки не так тонки, в волосах серебринки времени. Протанцевала, прослушала, всем ключи раздала, а себе нет. Ворона ты, не сказочница.". И смотрит сказочница - сказки ее плетутся из асфодели и аконита, пряжа не лунная, а словно из ртути да самой темной тени.

Танец не с алой шалью и перестуком каблучков, а черным покровом да змеиным шепотом извивается.

Поняла курандера - не та сказка тянется из нее, не та нить прядется. Отравить может, нить сплести из Навьего полотна, ворота в темные миры открыть, напоить горечью вместо росы звонкой утренней.

Перестали сказки ткаться, стихи разбрелись по строчкам да раскатались темным бисером по ночному лесу. Ждет. Больше не гореть ей в пламени, создавая новое? Просто жить? Многие так живут. Да только почему столь горестно ей.

А если против себя в своем пути пойдет и сказки совсем не ее станут? Кого отравит? Кого напоит горечью да полынью?

Неужели за ней идет расплата? Так и быть по сему. Примет.

А внешне Марика была все той же. Улыбалась, пекла пироги и ходила в лес. Никому не говоря - как сложно внутри. Как обрывается, срывается важное.

Идет Марика по лесу, где тропа любая ведома ей. Елки да сосны, березы да осины. Особо были ею любимы рябина и плакучие ивы у мелкой речушки. Туда и шла обычно тоску свою вышивать. Да не дошла немного. Мир словно перевернулся, изменился.

Темное зеркало пруда ртутью да черненным серебром словно отталкивало любые отражения. Ни птиц, ни людей, ни трав около воды. Темные голые деревья извивались стволами да ветвями - словно пытаясь добраться до кого-то невидимого.

И в этой мрачной тишине в центре полянки сидела женщина.

Вот только ...человек ли?

Кого другого напугала бы. А Марика видела многое, она подошла ближе.

На серой траве было устлано полотно. На нем сидела темноволосая женщина в черном платье и усердно вышивала черное покрывало. Ночное небо или так кажется?

При приближении Марики сидевшая подняла голову.

Глаза и губы были зашиты, на когда-то красивом лице шрамы ожогов. Изящные руки водят кривой иглой без какой-либо нитки.

Но вовсе не хотелось жалеть или убежать. В движениях и осанке было столько величия и уверенности.

- Глупая курандера пришла. Сказочница без сказки. За наказанием.

- Я полагаю, что вижу Жрицу Изнанки, ту самую.

- Верно, не так глупа значит.

- Почему ты? Почему этот вид?

- Мы рассеяны по времени и вероятностям. И почему бы именно мне не прийти к тебе?

- Может отпустим милые беседы, о великая. Я помню о тебе и твоих предсказаниях. Но хочешь убить - убей, хочешь отнять дар - отними.

Не мучай незнанием. Или я навеки в твоей вакуоли, твоей пустоте из времени и разорванной сказки?

- Давно не смеялась так,- расхохоталась Слепая Жрица. - Сколько веков людей вижу, столько и удивляете меня. Но ты первая насмешила, о смешная курандера.

- Курандера ли? Да и рада быть столь полезной, о пророчица.

- Курандерой была, курандерой и быть тебе. Не злись. Возвращайся в свой мир и живи. Я приходила тебе напомнить, что сказки нужны разные. Может твоя горькая сказка не отравит того, кто ее искал.

Просто не рви полотно, не обрывай нити, слушай их - как слушала прежде. А будет рвать полотно и пытаться угодить - я вернусь в ином обличье.

Слепая Жрица кинула на Марику свое покрывало. Ее укрыло чернотой. Она открыла глаза и увидела на собой красоту звездного неба. И впервые за месяцы руки ткали свой танец под пение ночи...

Ох, не спишь еще.Да-да, много обличий и ликов у Великого Сказочника - к каждому свой будет. Да, важнее слушать полотно да героев. А потом уж придумаешь узор.А утро дел требует в мире людей - паутинки снов да сказок проверить, веретено подарить одаренным. Держи, держи свое. Пусть пока деревянное и простое. Потом иное сочинишь себе любое, когда подрастешь. Да, пойдем росу собирать, проверим заодно - не разрываются ли сказки и нужен ли новый узор.

А пока спи. Узор твоих снов будет покровом ночи.