Нулевой уровень

Меня должны были уволить через три минуты.
Не метафорически. Строго по регламенту.
На экране служебного терминала мигал таймер обратного отсчёта: 02:57.
— Ноль? — нахмурился начальник смены.
— Такого уровня допуска не существует, — сказал юрист, перелистывая документы.
— Система не могла его присвоить, — добавил аналитик.
Я сидел напротив и смотрел на своё досье.
Уровень допуска: 0
Категория сотрудника: не определена
Статус: аномалия
В нашей компании нулевой уровень значил одно: ты не сотрудник. Ты угроза.
А угрозы устраняют до конца смены.
02:21.
— Я могу уйти сам, — сказал я.
— Вы не покинете помещение, — ответил начальник, не глядя на меня. — Таков протокол.
Они боялись. Все они боялись.
Потому что система не выдала инструкций.
Она просто… ждала.
01:58.
И тогда я увидел строку, которой не должно было быть.
Доступно исключение: ручное действие вне регламента
Ограничения: отсутствуют
Причина: субъект не классифицирован
Я медленно поднял голову.
— Вы в курсе, что без классификации вы не имеете права применять ко мне меры? — сказал я.
Юрист замер.
01:34.
— Это невозможно…
— Именно, — кивнул я. — Как и мой уровень.
Я нажал подтверждение.
Экран моргнул. Система зависла на долю секунды.
А потом выдала сообщение, от которого у аналитика задрожали руки:
Внимание.
Обнаружено действие, не описанное в действующих регламентах.
Инициирован пересмотр правил.
Таймер исчез.
Я понял две вещи.
Первая — сегодня меня не уволят.
Вторая — если правила начали пересматривать из-за меня, значит, я стал частью системы.
И это было гораздо опаснее.

Через час меня уже не допрашивали.
Со мной совещались.
Это была самая тревожная перемена.
В комнате стало тесно.
Появились новые люди, которых никто не представлял.
Они не задавали вопросов.
Они смотрели так, как смотрят на новую уязвимость — не с ненавистью, а с интересом.
— Мы не можем вас классифицировать, — сказал наконец мужчина в сером костюме. — Но можем временно… использовать.
— Красивое слово, — ответил я. — Обычно говорят «пока не решим, как уничтожить».
Никто не улыбнулся.
На экране появился новый документ. Без шапки. Без подписи.
Временный статус: исключение
Права: доступ вне уровней
Обязанности: выполнение запросов системы
— Это не договор, — сказал я.
— Нет, — согласился серый. — Это обновление.
Я понял: их не злило, что я сломал правила.
Их пугало другое — правила сломались сами, просто через меня.
— А если я откажусь?
— Тогда вы перестанете существовать в документах, — спокойно сказал юрист. — А человек без документов — это ошибка. Ошибки система устраняет автоматически.
Вот она. Истинная магия реального мира.
Я посмотрел на кнопку «Принять».
И на строку мелким шрифтом под ней:
Исключения не подлежат восстановлению.
— Знаете, — сказал я, — в этом и проблема ваших систем.
— В чём же?
— Вы всегда думаете, что исключение — временное.
Я нажал «Принять».
Система отреагировала мгновенно.
Обновление завершено.
Количество исключений: 1
— Пока, — поправил я.
В этот момент у начальника смены зазвонил телефон.
Он послушал секунду и побледнел.
— У нас ещё один, — выдохнул он.
— Что?
— Ещё один нулевой уровень. Другой отдел. Другая система.
Я медленно откинулся на спинку стула.
Вот она — настоящая сказка.
Не про героя.
Про дыру.
Если в правилах есть место для меня —
значит, оно есть и для других.
Серый мужчина смотрел на меня так, будто впервые понял, что огонь — заразен.
— Что вы сделали? — спросил он.
Я пожал плечами.
— Ничего особенного.
— Вы изменили систему.
— Нет, — ответил я. — Я просто показал, что она никогда не была целой.
Экран снова мигнул.
Внимание.
Инициирован глобальный пересмотр уровней.
Возможны нестабильности.
Где-то за стенами здания люди продолжали жить обычной жизнью.
Ходили на работу.
Соблюдали правила.
Верили, что мир логичен.
Им просто ещё не сообщили, что нулевой уровень теперь существует.
И что он — не ошибка.
Он — начало.

Сначала отключился свет.
Не аварийно — аккуратно, по секторам.
Как будто кто-то методично гасил этажи, проверяя, кто ещё подчиняется.
— Это не в протоколе, — сказал аналитик.
— Уже нет, — ответил я.
На главном экране появилась карта города.
Потом — страны.
Потом — мира.
На ней начали загораться точки.
Много. Слишком много.
Новые субъекты со статусом: 0
Источник: не определён
Причина: логическая несовместимость
— Это невозможно… — прошептал кто-то.
— Конечно, — сказал я. — Именно поэтому это происходит.
Серый мужчина медленно сел.
Впервые за всё время.
— Вы… вы не могли создать это.
— Я и не создавал.
— Тогда что вы сделали?!
Я смотрел, как система захлёбывается собственными проверками.
— Я задал вопрос, — сказал я. — Такой, на который у неё не было ответа.
На экране появилась последняя строка.
Её видели все.
Критическая ошибка:
правила не применимы ко всем субъектам
В этот момент я понял главное.
Нулевой уровень — не статус.
Не сбой.
Не уязвимость.
Это люди, которые перестали влезать в описание.
Те, кто не проходит по графам.
Те, для кого нет галочки.
Тех, кого мир всё это время просто терпел.
— Остановите это, — тихо сказал начальник смены.
— Поздно, — ответил я. — Вы не можете остановить то, что не контролируете.
Телефоны зазвонили одновременно.
Сообщения сыпались одно за другим.
Отказы систем.
Неподтверждённые личности.
Невозможность классификации.
— Что нам делать? — спросил серый. Не как чиновник. Как человек.
Я встал.
— Учиться жить без полного описания мира.
Я вышел из комнаты.
Меня никто не остановил.
На выходе терминал мигнул и показал моё новое состояние:
Уровень: 0
Статус: не подлежит классификации
Применение правил: невозможно

На улице было тихо.
Обычный вечер.
Люди шли домой, не зная, что мир только что признал свою неполноту.
Телефон в кармане завибрировал.
Не номер. Не имя.
— Мы тоже нулевые. Я посмотрел на город.
И впервые за долгое время улыбнулся по-настоящему.
Теперь сказка была не про меня.
Она была про всех...