Няня с секретом

Мы идём по тротуару, ведущему к высокому каменному забору. Несмотря на прохладное августовское утро, мне жарко. Я очень взволнована. Светло-голубое платье до колен, сдержанное и элегантное, кажется мне слишком узким, приходится семенить. Воротник-стойка облегает шею настолько плотно, что хочется растянуть его, не хватает воздуха. Так непривычно, это всё – не мой стиль. Обычно я хожу в свободных футболках и джинсах.

Но сегодня стоит потерпеть. За месяц работы новый босс обещал заплатить немыслимую в моём понимании сумму, её хватит на первый взнос ипотеки. Наконец, мы с дочкой перестанем скитаться по съёмным квартирам. Я безумно этого хочу! А значит, сегодня мне надо непременно произвести благоприятное впечатление. Лёгкий, почти незаметный макияж, волосы собраны в низкий пучок. И платье не выбивается из образа: достаточно строгое, ткань не мнётся и выглядит опрятно в любое время суток.

Только вот обувь не очень удобная…

- Секундочку, - притормаживаю, останавливая дочь.

Задумчиво приподнимаю пятку правой ноги, нащупываю место, где ещё не болит. Новые бежевые балетки не разношены и нещадно жмут. Хорошо, что у Жанны в кармане брючек есть то, что мне поможет. Ставлю поустойчивее рядом сумку-тележку с нашими вещами и, не обращая внимания на возмущённое фырканье, достаю свёрнутый платочек, сразу же подсовываю под свою пятку. Так-то лучше, мне будет легче идти.

Сжимаю маленькую ручку дочери, чтобы продолжить путь. Она не держит обиды, скачет рядом вприпрыжку, с любопытством оглядываясь по сторонам.

- Мам, мам-мам-мам, а здесь, что ли, будет наш новый дом? – с придыханием удивляется она, глядя на огромную крышу, торчащую над забором. Её глаза сияют волнением и интересом.

- Нет, малышка… Только временно, всего месяц, - улыбаюсь, стараясь скрыть собственную нервозность, - я поработаю здесь немного, пока у меня отпуск. А потом снова вернусь в клинику. Не переживай, доченька. Всё будет хорошо.

С той же натянутой улыбкой жму кнопку видеодомофона. Через секунду на экране появляется хмурое лицо охранника.

- Кто вы? – он внимательно разглядывает нас.

Жанна встревоженно затаивает дыхание.

- Доброе утро. Я новая няня, - стараюсь говорить спокойно и уверенно.

Охранник кивает и нажимает кнопку на пульте, впуская нас. Мы проходим сквозь приоткрытую калитку и попадаем к небольшому контрольному пункту.

- Ваши документы, пожалуйста.

Я достаю из сумки паспорт и трудовой договор. Мы оформляли его дистанционно, новый работодатель общался со мной только по телефону и через своего представителя. Поэтому я себя чувствую не очень уверенно.

Но охранник не стал его смотреть. Только сверил данные паспорта с какими-то данными у себя в компьютере.

- Соколова Амалия Сергеевна? – уточнил он.

- Да, это я.

- А это кто? – испытующе смотрит на Жанну, которая прилипла взглядом к преграждающей планке турникета и сосредоточенно тянется к ней языком.

- Моя дочь Жанна, - ставлю перед лицом малышки свою ладонь, невозмутимо продолжая общение, - я согласилась здесь работать только при условии, что она будет жить со мной.

Охранник кивает и возвращает мне документы.

Нажимает на педаль:

- Проходите.

Мы отправляемся во внутренний двор. Как здесь красиво! Аккуратно подстриженный нежно-зелёный газон, роскошные цветочные клумбы, дорожки из натурального камня…

- Ура! – раздаётся громкий возглас.

Я оборачиваюсь. От небольшого, ярко разукрашенного домика, стоящего в тени раскидистых деревьев, размахивая руками, к нам со всех ног несётся Ильяс. Мой бывший пациент, который поступил в клинику с переломом руки после неудачного падения с самоката. Няню, которая с ним была в тот злополучный день, его отец уволил по телефону ещё до момента, как я закончила накладывать мальчику гипс.

- Привет, Лия! Как здорово, что ты приехала! - подхватываю его почти на лету, - Я так рад! Больше не поскучаю!

Мы сблизились за несколько дней, пока он был под наблюдением. Ильяса поместили в отдельную палату, ему совсем не с кем было общаться. Мне поручили не спускать с него глаз. И я старалась развеять его одиночество: мы много разговаривали, играли, читали книги…

- Осторожнее, - смеюсь, взъерошивая ещё больше его непослушные волосы.

Он такой забавный, открытый мальчишка. И улыбка очаровательная. Невозможно не улыбаться в ответ.

- Как тебя зовут? – Ильяс с интересом переключается на мою дочь.

- Жанна, - тотчас откликается та.

- Хочешь посмотреть мой дом? У меня огромная игровая, там много всего: говорящий робот, много машин на радиоуправлении, конструкторы, перчатка-бластер… А ещё кот есть. И даже бассейн.

Дочка умоляюще поднимает на меня глаза.

- Иди, милая, посмотри. Я скоро к вам приду.

Хорошо, что они почти ровесники, мальчик старше всего на год. Надеюсь, детям будет весело вместе. Да и мне будет полегче.

- Здравствуй, - раздаётся за спиной низкий хрипловатый голос.

Я вздрагиваю и распрямляю плечи, чувствуя, как по позвоночнику от шеи разбежались мурашки. Этого не может быть. Наверное, показалось.

Резко оборачиваюсь и замираю, захлебнувшись воздухом. Особенным воздухом, наполненным дубово-терпким ароматом, смешанным с запахом мускуса и снега. Сантиметр за сантиметром медленно скольжу взглядом по пуговичкам белой рубашки вверх, к шее, потом по сглотнувшему кадыку, и точечкам тёмной щетины на подбородке к чётко очерченным губам, которые прямо сейчас изгибаются в лёгкой усмешке.

- Всё, понял. Ты новая няня моего сына? Ничего так, хорошенькая. Как зовут тебя? Забыл.

Собираюсь силами и, наконец, упираюсь напряжённым взглядом в чуть раскосые тёмные глаза. Жду. Пульс в горле вкрадчиво отсчитывает секунды. И вдруг, не сдержавшись, срывается в тахикардию. Чувствую, как вспыхивают мои щёки и уши.

Да ладно… Это он, Тимур. Человек, который перевернул мою жизнь шесть лет назад. Невольно оборачиваюсь, выискивая взглядом Жанну.

Забыл… Он сказал, что забыл моё имя?

Боже… Чувствую себя словно в ловушке.

Сколько раз я представляла себе нашу встречу. Боялась, что Тимур спросит, почему пропала тогда. Несмотря на обстоятельства, которые были причиной моего бегства, я где-то в глубине души все эти годы надеялась, что он искал меня, хотел увидеть, что ему было не всё равно, но… Кажется, я зря загонялась. Для Тимура Шитаева ничего не значила наша ночь. Он благополучно забыл меня. А мне вот теперь не забыть его никогда…

Собравшись, тихо выдавливаю:

- Лия.

И опускаю глаза. И память подкидывает картинку из прошлого. Мы лежим в постели, усталые и довольные. Я с наслаждением слушаю, как под моей головой часто и громко колотится его сердце. Тимур нежно поглаживает меня тёплой рукой по волосам, и глухим, сытым голосом, который отдаётся где-то внутри лёгкой вибрацией, хрипловато шепчет: «Амаааалия… Имя красивое…, и ты нереальная… Знаешь, «амаль» переводится, как «надежда», «мечта» … Ты девушка моей мечты, отвечаю».

- Эй, Лия, зачем зависла? Испугалась меня? - щелчком пальцев Тимур пытается привлечь внимание.

И, зацепившись взглядом за мой растерянный, усмехается:

- Не бойся, не такой я и строгий, маленьких не обижаю. Ты говорила, с дочерью будешь. Где дочь твоя?

- Там, с Ильясом, - заторможенно разворачиваюсь в сторону детских голосов и возмущённого мяуканья.

Дети возятся рядом с террасой дома. Поймав где-то пушистого рыжего кота, они зачем-то старательно пытаются усадить его в небольшое пластмассовое ведро.

- Хм, - мой новый босс задумчиво переводит взгляд то на меня, то на дочь, - вы с ней такие разные... Смотри-ка, она на Ильяса больше похожа, чем на тебя.