А вот и ты: стоишь на берегу, смотришь вдаль.
Море тёмно-серое, но блики от него, как от белого золота. Гладь его рассекает катер. Над ним небо, которое будто и не небо вовсе, а сахар с корицей рассыпанный. Теплом от картины этой яркой веет, но ощущение, что вот-вот и холодом пахнёт вместе с ветром. Уходящий день, оканчивающееся лето. Неминуемые сожаления душу наполняют: от осознания того, что было сделано, а может, и, упаси Господь, от того, что упущена была возможность для какого-то поступка, дурного или благого, не важно.
Всё позади.
Тебя встречают сумерки, и во рту горько-сладкое послевкусие от минувшего путешествия.
Как не угадать твоего настроения? — Ты как на ладони, подобно дали обозримой. Не волнуйся, это лишь кажется мне. Горизонт недостижим, как душа чужая, убегает, кто-то говорит, а я считаю, что всё дело в иллюзии. Бездонен дух людской, а не уклончив, как линия, где уста неба и моря сомкнулись.
Кто-то наслаждается этим моментом. Каждым моментом кто-то доволен, тот, кто счастлив, беспечен. Ничто не вечно. И тоска твоя пройдёт. Ничто течению времени воспрепятствовать не способно. Песчинки его, как песок по берегу, гоняет ветер. А по небу рассыпан сахар с корицей.
Вот и ты, стоишь, смотришь вдаль. Уходящий день, оканчивающееся лето. Погрусти, если угодно душе, но не забывай: впереди жизнь. Не все её краски тобою увидены, не все вкусы распробованы.
Правильно, вдохни глубоко, вот так. Выдохни. Улыбнись.
