О чём умолчал Варрик

Через щель в тяжёлых ставнях пробивался луч лунного света, в котором кружила пыль.

От Карвера несло перегаром. Брат тяжело ворочался на нижней койке, то вскрикивал, то жалобно всхлипывал во сне. Он пил весь день — один, с дядей Гамленом и снова один.

Со смерти Бетани минул год, и я бы тоже с радостью забылась в алкоголе, будь он способен смыть чувство вины.

Иногда я хотела рассказать Карверу всё. Но каждый раз, заглядывая ему в глаза, натыкалась на потерянный, опустевший взгляд, и отступала. Я решила быть сильной, ради него и мамы, как бы ни сжигала меня изнутри невысказанная тайна. Папа говорил, что тайна есть у каждого отступника. Тогда я думала, что он имеет ввиду всего лишь магию. Как же я ошибалась…

Тайна родилась шесть лет назад, когда отец впервые отправил меня в Тень. Это был мой пятнадцатый день рождения. В Круге маги проходят Истязания позже, и даже тогда справляются не все. Но это же наш любимый папочка! Он даже Карвера начал учить истории магии, едва тот заговорил, а уж мы с Бетани были обречены разучивать формы заклинаний по несколько часов каждый день. Вот и с Тенью — отец считал, что чем раньше мы пройдем испытание, тем больший получим иммунитет. И, как обычно, оказался прав. Он всегда был прав. И всегда заставлял нас выкладываться по максимуму.

Кто знает, удалось бы нам столько лет успешно скрываться от храмовников, не пройди мы этого сурового обучения? Мы с Бетани всё понимали — шрамы отца убеждали лучше любых аргументов — и любили его едва ли не сильнее матери.

Мне достался не совсем обычный демон — Праздность, мастер мороков, высасывающих силы. В мороке я была лет на десять старше, и Карвер, облачённый в доспехи храмовника, отдал приказ убить меня. Моих сил хватило лишь на то, чтобы оглушить демона и сбежать из Тени.

Три года спустя испытание проходила Бетани. Вернулась из Тени и разрыдалась. Три дня прошло, прежде чем она рассказала: её ждал тот же демон. В мороке на глазах у Бетани от ножа разбойника погибла мама.

Тогда в Тень пошел отец. Он убил демона, но слишком дорогой ценой — сражение заняло много времени, морок выпил почти все его силы. Папа умер спустя полгода после испытания Бетани.

Сестрёнка так боялась потерять ещё и маму! Сопровождала всюду, а когда не могла — просила меня или Карвера.

Когда Бетани бросилась к маме, чтобы защитить от огра, моё заклинание уже сорвалось с посоха. Соверши она безумный прыжок мгновением позже, собери я форму мгновением раньше… не яви Праздность морока… Огр всё равно не успел бы дойти до мамы, но Бетани оказалась ровно там, где ей не следовало быть. Я решила винить в её смерти Праздность, а не себя, потому что иначе не смогла бы заботиться о маме и Карвере.

Демон погубил моих близких. Я ненавидела демонов всем своим существом, и не могла позволить, чтобы яд этой ненависти отравил Карвера. А потому продолжала хранить тайну, от которой пыталась спастись работой, уставать настолько, чтобы проваливаться в тревожный сон, едва добравшись до кровати.

Но сегодня сон не шёл. Стоило закрыть глаза, как наяву я видела Бетани, отца и демонов. Праздность почти терялся в череде.

За время работы на Атенриль мне множество раз приходилось доставлять лириум. В трети случаев получателем контрабанды был маг крови. Иногда клиент оказывался одержим и совсем не намерен платить.

Я ненавижу демонов, они сделали из меня убийцу.

Демона невозможно уничтожить в нашем мире — потеряв физическую оболочку, он просто возвращается в Тень. Каждый раз, убивая одержимого, я напоминала себе, что люди, добровольно отдавшие свои тело и силу тварям Тени, не заслуживают права на жизнь. Легче не становилось, и беспрестанно свербела мысль, что демон безнаказанно найдёт новую цель.

Карвер, наконец, перестал метаться во сне и мерно захрапел. Срок контракта с Атенриль истекал через месяц. Я надеялась, после этого мне не придётся иметь дело с магами крови. Тяжёлый сон пришёл лишь под утро.