О Меченосцах / Часть 3 / Жосслен де Дюнуа: Секреты великого Парижа

Глава 3

Жосслен де Дюнуа

Секреты великого Парижа

«Ооооох... Мне снился сон... Такой дивный сон... Вот проклятье! Опять не помню. Где я нахожусь ? Ну… хотя бы в постели. Уже хорошо. А в чей ?» - Я спокойно повернулся с левой стороны на правую. По моим не окрепшим с похмелья глазам ударили яркие, утренние, солнечные лучи. Если, конечно, еще утро. Рядом со мной была некая, надеюсь, красивая особа, и скорее всего я находился у нее в гостях. Через пару мгновений, когда глаза с необычайным трудом привыкли к яркому свету я увидел лицо хозяйки. Черные длинные волосы, покрывавшие ее грудь. Слегка бледная, но молодая, мягкая и чистая кожа. Тонкие ручки с длинными пальчиками, на которых не было кольца. – «Еще лучше.» - Острые скулы. Было забавно заметить ее тонкие, но длинные как у эльфа уши, только без острого конца. На ее длинной, тонкой шее еще были видны следы моих лобзаний. - «Понимаю, почему я сейчас здесь, но... Бывали и лучше»

Собрав всю волю в кулак, я смог присесть на кровать, а затем подняться, сумев удержать равновесие. Осмотревшись, я увидел как вся одежда, и не только моя, разбросана по всей квартире. Лишним будет говорить, что я ничего не помню. Квартира была по всей видимости однокомнатная, и кофе-машина на кухне уже сладко звала манящим голосом. Я, как истинный джентльмен, должен был отблагодарить даму за радушный прием. Вкусив живительный эликсир, я заглянул в ее холодильник. - «Да, не густо.» - Я увидев стандартный набор абсолютно не хозяйственной женщины. Яйца, дай Бог свежие, каким-то чудом до сих пор не испорченный сыр, прокисшее молоко, сливочное масло, и еще что-то по мелочи, что даже съедобным нельзя было назвать.

Приступив готовить завтрак, а точнее «Яичницу а-ля Дюнуа», я снова посмотрел в окно и мои слегка протрезвевшие глаза увидели гордость французского народа, символ Парижа - Эйфелева Башня. – «Как же меня занесло на Марсовое поле?» - Повторял про себя. Терпеть не мог это место. Всегда полно туристов, от чьих камер нельзя сбежать, полно попрошаек и воришек. И что люди находят в этой бессмысленной постройке? Таких по всему миру штук десять.

Пока мои руки творили кулинарное волшебство, я зацепил глазами карточку, смахивающую на пропуск. На ней было фото моей ночной спутницы, а также ее имя - Сибилла Лефевер. – «Как же странно. Уже не помню, когда узнавал имя причины пылкой страсти. Так значит у нее голубые глаза.» - Поймал себя на мысли, присмотревшись к фото, и только потом увидел название «Libération». Любому французу известно этот бренд. Это логотип одной из крупнейших национальных французских газет. –«Ооо как ? Посмотри ка, а утро все интереснее».

Перед тем, как выложил свой золотой и в тоже время воздушный, горячий шедевр на белоснежную тарелку, до моего правого ухо дошли признаки медленного пробуждении молодой хозяйки. Я быстро, но не очень аккуратно положил свой впопыхах созданный завтрак, дабы предстать возле своей избранницы в полном великолепии а после удалиться точно также как появился в ее жизни. Но стоило ей открыть глаза, как солнечный день сменился «Громом небесным»

-Вы кто ?! - Спросила она меня, перед этим приняв удивленное лицо.

-Меня зовут Жосс - Не успев дотронуться до тарелки с яичницей и кофе, она бросилась к комоду справа от нее и полная возбуждения достала от туда шестизарядный револьвер, который через секунду смотрел в мою похотливую голову. Я медленно положил свои изысканные изделия на столик и медленно поднял руки. - Это либо трагический конец, либо очень странное, но очаровательное продолжение нашего неожиданного знакомства.

- Ты кто такой ? - Она повторила свой вопрос, внезапно осознав, что только покрывало защищало ее наготу.

- Как я уже сказал, меня зовут Жослен

- Что ты забыл у меня дома? - Спросила меня, пытаясь встать с постели. Она придерживала покрывало, но то и дело спотыкалась об него. Лишь чудо в этот момент спасло меня от случайного выстрела. - Живо, что тебе тут надо?! Отвечай?!!

- Ну как сказать? Я голый, ты обнажена… Неужели тебя это не наводит на причину моего присутствия?

- О нет ... Не может быть ... О Боже, Боже…

- Я вас чем-то обидел? - Спросил я, ибо впервые в такой ситуации. Можно понять, когда любимая застала тебя с другой, Могу также вспомнить побег от рогоносца, но подобного еще не было.

- Убирайтесь из моей квартиры!!!

- Как вам будет угодно, но для начала.... Могу я опустить руки и одеться? - Спросил с присущим мне очарованием. - Вы же не выгоните своего гостя на улицу совсем ногим? - Мой пистолет целится вам прямо в голову советую вам не испытывать мое терпение? - Мигом. - Покинув кухню, я начал собирать свою одежду, которая была разбросана по всей квартирке, что говорило о поистине бурной ночи. Истинного мужчину всегда красит скромность, но в такие моменты мало кто не будет гордиться собой. Пока я надевал штаны, я на уровне автоматизма поймал четкий, почти незаметный животный взгляд нацеленный на всего меня. И тут вырвалось - «Так вы не лесбиянка?»

- Прошу прощение? - Сказала она удивленно, пытаясь надеть на себя мою белю рубашку, на которой отсутствовали пуговицы, используя только левую руку.

- Нет, это... вы меня простите. По какой причине вы наставляете на меня пистолет? Я ничего плохого не сделал. Будь вы лесбиянкой, это еще имело бы какой-то смысл, но после чудесной ночи, судя по вашей квартире, после омлета, который уже остывает и чашки кофе вы наставляете на меня оружие. Я считаю себя оскорбленным.

- Ах вот как,?!! А в моей версии все проще. Ты воспользовался моим беззащитным положением и изнасиловал меня. Так что поспеши, пока я тебе хозяйство не отстрелила.

- Я, конечно, извиняюсь, но суде по моей рубашке, которая на вас, это вы меня изнасиловали, но я не против.

- Отвернись! - Я с неохотой подчинился, и через несколько секунд в мой затылок прилетела рубашка. - Не смей поворачиваться!

- Я вас умоляю. Да что я там не видел?

- Не заткнешься, это будет последнее, что ты видел.

- Если этот образ останется со мной на вечно, то я готов к смети. Я могу повернуться? Мне нужно найти свои туфли.

- Можешь

Прелестная незнакомка стояла по середине квартиры, нацепив на себя черную майку с красным раком по центру груди. Как по мне большая безвкусица, но на ней смотрелось очаровательно. Я бы не оторвал глаз, но ее пистолет до сих пор был направлен в мою сторону. Правая туфля, была возле выхода, а левая под кроватью «И как они всегда так разлетаются?» - Думал я пока завязывал шнурки в маленький пропорциональный бантик.

- Как тебя? Жосс? - Спросила она меня.

- Вы запомнили? А вас как?

- Не твое дело

- А давайте, сыграем в игру. Если я угадаю, то вы опустите пистолет.

- Ты реально считаешь меня дурой?

- Нет, я считаю вас очаровательной женщиной, которой, судя по моему опыту хотела почувствовать себя живой хотя бы на одну ночь, но обычно после этого на меня не наставляют пистолет - Сказал я, подобрав свою черную кожаную куртку, в которой, слава Господу, я нашел ключи от машины.

- Послушай, придурок, молись чтобы мы больше никогда не встретились или ты горько об этом пожалеешь.

- Приму во внимание. - Я медленно подошел к двери, открыл ее и вышел в коридор, но что-то во мне, но точно не разум наставил меня обернуться и сказать - Вы очень красивая, но вам бы избавиться от ваших ненужных комплексов.

- Быть скромной и набожной, это не закомплексованность, понял неандерталец. Проваливай!!! - После этих громких слов, стучавшие по моим чувствительным ушам, Сибилла навсегда вычеркнула меня из жизни, символично грохнув дверью. Моя мигрень вернулась с удвоенной силой. - «Это ничего, Яичница сделает своей дело» - Повторял я про себя, идя к лестнице. В коридор вышла одна дама, средних лет, котороя провожала меня похотливым взглядом до самых ступенек. Видимо, был очень хорош. Спускаясь, я почувствовал, что меня немного укачивает. Пришлось замедлить темп. «Лишь бы добраться до машины, а потом как-нибудь разберусь. - «Еще бы кофе». - Последнее предложение навязчиво крутилось у меня в голове. Я вышел на улицу, наполненной людьми самых разных национальностей. На против меня, высветилась «Железная дама» - место самого большого скопления туристов, и уличных торговцев. Где-то здесь стояла моя черная с красными линиями сверху Peugeot RCZ. Я так думал. Моя утренняя похмельная прогулка от улицы «Жину» до «Сен-Саен» прекратилась с осознанием того, что моей машины здесь нигде нет. - «Неужели я проявил осторожность и поехал на такси?» - Подумал я. Вот это было и правду удивительно. - «Либо старею, либо становлюсь мудрей. Или это одно и тоже?». Логичнее всего машина была там, где я ее помню в последний раз - в «Квартале красных фонарей»

Внезапно мой телефон завибрировал у меня в штанах. К большому сожалению эту приятную функцию мобильника активировал мой друг и в каком -то смысле коллега Омар де Рошфор.

- Слушаю Рошфор. - Сказал, я еле достав трубку из запутанного кармана.

- Жосс, ты куда пропал? - Сказал он с примесью достойного волнения и легкой злости. -Я тебе все утро звоню.

- Что-то я не услышал.

- Жосс, он тебя ждал весь вечер.

- Это ты о ком?

- Жос?!

- Во имя всего святого, можешь от меня отвалить? Я что, уже не могу отпраздновать день своего рождения, так как я хочу, а не так как хочет он?

- Жосс, я уже молчу о том, что он твой отец?

- Нет Рошфор! Ни хрена он мне не отец.

- Ладно. Это не мое дело. - Сказал Рошфор более спокойным тоном. Это уже был далеко не первый мой загул, но Рошфор всегда волновался за меня как в первый раз. - Но теперь ты обязан с ним увидеться.

-Вот черт. Это приказ?

-Да это приказ, и поторопись. Он не в духе.

-А напомни, когда бывало по другому?

-Вероятно до твоего рождения. Кстати, поздравляю.

-Спасибо

-Кофе будешь?

-Мое любимое. Буду через пол часа. - Я повесил трубку и ускорил темп ходьбы, чтобы быстрее попасть в метро.

Как-то не задалось это утро. Будто все вокруг испытывает меня на прочность. Мало того, что меня чуть не застрелили с утра, так теперь я должен идти на встречу к человек, которого меньше всего хотел бы сегодня встретить. Я предпочел бы его никогда не видеть. Что самое противное, мне придётся добираться на парижском вагоне. Те, кто являются любителями выпить, прекрасно знают то чувство, когда после «волшебного» вечера, точно не хочется начинать день с поездки на общественном подземном транспорте, чья дорога усеяна большими испытаниями на выносливость. Каждый удар скрипучих колес об стальные рельсы чувствуются в не окрепших ногах. Каждый скрежет при тормозе словно нож для хлеба входит и выходит. Входит в одно ухо и выходит из другого и так тысячу раз под ряд. Я уже молчу о сотнях, нарушающих твое личное пространство людях, у которых нет выбора, но бывает еще хуже. Часто можно встретить бедных, бездомных, потерявших надежду людей, чей запах от сложной жизни, является метафорой непобедимого отчаяния. Некоторые стали такими по своей вине, другим пришлось бежать из места, где они родились, а у третих вообще нет своей истории. Я исписываю к ним невообразимую жалость, но к сожалению правила «Большого Города», а точнее правила людей, которые живут в таком городе - «Не замечать проблемы». Нас учат, что человек это целая вселенная, что каждый человек важен, но нам забывают сказать, что далеко не всех людей воспринимают как человека. Таким придумали миллион названий - Дегенераты, иммигранты, преступники, быдло и так далее, список можно продолжать бесконечно. Люди ведут войну с самим собой, которая будет длиться до последней секунды существования человечества.

Сколько же ненужных мыслей приходит, находясь в ожидании, когда железный конь довезет тебя еле живым до места назначения. Вот черт опять!!! Стоило элегантным прыжком миновать пропускной пункт и встать на эскалатор, тут же на мой разум грозовой тучей нахлынули разные мысли в перемешку с приятными и не очень воспоминаниями, словно ураган с проливным дождем и градом. В этот момент я пытаюсь сосредоточиться на хороших воспоминаниях, которых у меня к счастью хватает. Многим в этой жизни не так повезло. Я не имею ввиду воспоминания о прелестных дамах, вроде той, которая наставила на меня ствол, или о минутах славы твоего любимого футбольного клуба, отмечая с рюмкой доверху заполненной «Джек Дэниелс» и с криками - «Вперед «Бордо»». Я говорю лишь об одном. О месте, который человек может назвать домом. Слова «Дом» в том смысле, что я имею ввиду, имеет очень размытое понятие. Многое можно узнать о человеке, если знать, что есть для него «Дом». Это может быть, что угодно. Самое очевидное это семья, земля, на которой ты родился, бар, в котором ты провел больше времени чем где-то бы ни было за всю жизнь, даже маленькие санки, на которых катался в детстве.

Что до меня, то мой случай вполне посредственен. Сердце, душа, разум, все, что делает меня живым имеет начало из одного местечка на юге Франции, которая называется «Аскарат». Маленькая деревушка, но для проживающих там и в частности для меня, это целая вселенная. Ровно двадцать пять лет назад моя мать Жанна родила меня в одном из местных старомодных белых домов с красными мозаичными крышами, который как и остальные десятки построек гордо стоит уже не одну сотню лет на бескрайнем природном зеленом ковре, покрывающую местную землю, где растет вкуснейший черный виноград, а на мягких словно пуховая подушка холмах пасётся местный скот. Я ничем не отличаюсь от винограда или от того же скота. Эта земля придала мне форму; местная почва помогла мне расти в чреве моей матери; молоко местных коров укрепляла мои слабые, растущие кости; неровные поля, курганы и сопки усеянные белыми цветами, небольшие леса, которые казались в детстве переходом в иной мир, делали меня сильнее выносливее, мощнее и выше. На этой земле я родился; эта земля была мне отцом; эта земля будет моим последним и вечным пристанищем, когда я покину этот мир. Где бы я не встретил свои конец, клянусь, что обязательно вернусь в маленькую деревушку «Аскарат», где я буду спать вечным сном возле своих предков.

К сожалению мою подробную и красочную ностальгию перервало весьма сухое объявление машиниста или голоса записанного заранее - «Станция Бланш», на которую я имел великое неудовольствие сойти. Выйдя на улицу, и пройдя где-то ещё пару сотен метров, я прибыл в обитель истинной человеческой натуры, которая, конечно, не являлся моей родиной, но и здесь можно было вдоволь повеселиться. Официально это место именуется «Район Пегаль», но всему просвещенному миру эта точка на карте Романтичного Парижа известно под именем «Район Красных Фонарей».

Это место одно из тех редких случаев, когда все слухи если не полностью, то очень близки к истине. Путь никого не обманут эти модные, культурно написанные буклеты для туристов. Хотя днём для невооруженного глаза «Пегаль» может сойти за вполне нормальный район. С наступлением темноты он предстаёт во всем своём великолепий. У Многих гостей Парижа будет шанс этим вечером убедиться в этом.

Я благополучно шёл по главной улице, периодически здороваясь со многими знакомыми и друзьями. Большинство были владельцами и работниками различных клубов, баров и музыкальных магазинов, которыми так прославился квартал, но мало кто знал, что почти все состояли в ордене, который должен защищать наш мир от вечного зла. Почти добравшись до пункта своего назначения, я увидел свой Peugeot, которой спокойно стоял перед «Музеем Эротики», вдруг его директор Жермон Руссо - пожилой, но статный человек, с осанкой английского джентельмена, всегда с выбритым лицом и классической итальянской причёской, который по воле случая был одним из моих наставников по жизни, вышел со мной поздороваться. По его приветливому, но сдержанному лицу было видно, что меня ожидает предварительная порка.

-Жосс, мой дорогой мальчик, с днём рождения. - Он быстро подошёл и крепко обнял меня своими крепкими руками. Я ответил тем же.

-Спасибо Жермон

-Уж извини сынок, подарка у меня для тебя нет. Хотя… с другой стороны, что такой бедный человек как я могу подарить юноше с такой машиной как у тебя. - Сказал мне Жермон, мажорно повышая мощный теноровый голос. Он каждый год оправдывался подобными фразами. Если мне не изменяет память в прошлом году Руссо говорил, что-то вроде… «Эх сынок какой подарок может тебе дать такой старикашка.» или «Что может быть нужно такому красивому, сильному и молодому парню как ты ?» и все в таком духе - Сколько тебе уже исполнилось?

-Двадцать пять

-Да ты посмотри на себя. Ты уже мужчина. По такому случаю у меня есть для тебя подарок в виде мудрости.

-Жермон вот не надо сейчас...

-Не перебивай старших. Это ещё одна мудрость. - Сказал он, резко поменяв тон голоса. - Никогда не обижай тех, кому ты дорог. Не заметишь как потеряешь. Ты это слышал уже тысячу раз. Эта мудрость летает по свету веками, но у немногих достаёт ума им воспользоваться.

-Он тебе сказал со мной поговорить?

-Сынок, можешь его не любить. Воля твоя, но уважать его ты обязан. Он не только твой отец. Он один из тех на чьих плечах стоит благополучие всего мира. Твой отец просто хотел с тобой пообщаться на твой юбилей. Неужели ты не мог уважить его просьбу?

-Как ты и сказал Жермон. Я не обязан его любить, а пить с ним и говорить по душам в мои обязанности как меченосца не входит.

-Надеюсь ты понимаешь, что делаешь. - Сказал Жермон, ярко выдохнув во время произношения. Он ласкова провёл своей мозолистой, но тёплой рукой по моей левой щеке и быстро поцеловал в правую. - С днём рождения малыш. - После он медленным невозмутимым шагом вернулся обратно в музей.

Жермон уже пятьдесят лет был директором Музея Эротики, а пожирателей на его счету было ещё больше. С пятнадцати лет он посвяти себя этой вечной войне. С такой жизнью он так и не завёл ни жены, ни детей. Большинство из меченосцев Франции познавали истинную силу духа у него, как я и как мой отец. Именно этот человек научил меня как держать свой меч. Меч, который, как не печально, отсутствовал в моей машине, но поиски пришлось отложить на потом. Великий Член Круга Двенадцати, обладатель легендарного меча из чёрного метала «Дюрандаль», ну… и мой отец по совместительству Леон де Дюнуа, ждал меня в своём кабинете легендарного заведения, которое являлось несомненной жемчужиной всей беспардонной коллекции квартала - бессмертное кабаре «Мулен-Руж». Я вошёл с заднего служебного входа, где, без преувеличения скажу, ярчайшие артисты и танцоры морально готовились к открытию апрельского сезона, медленно покуривая дешевые сигареты. Я по привычке желал всем девушкам удачи от всего моего горячего сердца, говоря, что они самые лучшие и талантливые. Почти во всех комнатах двери были раскрыты на распашку и можно было увидеть, как многие не, стесняясь своей наготы, примеряли новые концертные костюмы, от которых можно было ослепнуть, на столько они были яркие и блестящие как буквально так и фигурально. После довольно длинного коридора я попал на кухню. Шеф повар Луи муштровал своих подопечных, всеми силами объясняя какие они бездарные повара, и что такому великому повару, обладателю звёзды «Мишлен» не предстало сюсюкаться с такими неандертальцами.

-Вижу, ты сегодня в ударе Луи. - Сказал я, стащив один грецкий орешек из миски со стола шеф-повтора для оформления блюда.

-С днём рождения сынок.

-Спасибо Луи

-Ты сегодня кушал?

-Нет

-Почему?

-Меня выгнали

-За что?

-Оказалась лесбиянкой. - Стойло мне подойти к двери, как Луи попросил меня об услуге, которую я временами исполнял.

-А, Жосс, одну секунду. Будь великодушен покажи этим низшим созданиям как надо работать на кухне.

-Уи шеф. - Сказал я громко и четко словно мы были в казарме «Иностранного Легиона», параллельно взяв японский шеф-нож Луи. Все тут-же впали в ступор от того, что Шеф позволил мне до него дотронуться. Даже не спрашивая как именно разрезать овощи, я со скоростью света преступил к делу. Примерно через две минуты весь гарнир был готов к сегодняшнему открытию. Все были шокированы, как я нарезал все, как того хотел Луи. Я провёл на его кухне четыре года и наизусть знал его стиль. «Сынок, у тебя дар от Бога. Твои руки благословила сама Мадонна. Ты не воин, ты созидатель.» Говорил мне Луи. Шеф всегда хотел вырастить себе приемника, но я отказался. Он был так расстроен, что не разговаривал со мной год, но со временем остыл и свыкся, что не найдёт никого такого же способного как я. - Готово Шеф. - Я заточил и почистил нож, после чего элегантно положил его на своё место, будто никто и не брал, после чего вышел, а Луи с ещё большим гневом обрушился на бедных поваров, параллельно готовя какие-то блюдо у плиты. В главном концертном зале, где официанты уже накрывали столы и геометрически идеально раскладывали столовые приборы, пристально всматриваясь в белоснежную скатерть, дабы не пропустить даже микроскопического пятна, мой друг Рошфор уже налил в большую чашку вечно любимый мной Эспрессо.

-Ох брат, я тебя люблю! - Сказал я, присев за стойку его богатого напитками, элегантного бара. - Дай тебя расцелую. - Я потянулся к его сверкающей лысой голове.

-Так, отвали от меня ! Задолбал. Пей давай по быстрее. Он тебя ждёт

-Господи, вы всем районом сговорились ?! Кончайте мне на мозги капать. Поднимусь я сейчас.

Не успев я закончить первый глоток кофе, Луи самолично вынес мне омлет приготовленный своими собственными руками и положил передо мной. Сверкающий словно золотой слиток, который плавал как облако в небесах. Вилка нежно отрезала кусочек этого шедевра и положила мне в рот, язык которого предвкушал божественный вкус. Луи пристально наблюдал как я медленно жую и проглатываю кусочек за кусочком. Когда я доел он наконец спроси меня - Ну как ?!

-Просто великолепно - Ответил я.

-Черт! - Проорал Луи, мощно ударив всей своей силой по стойке бара. Он взял тарелку и пошёл на кухню, сопровождая свой уход многими нецензурными выражениями, которые воспитание не позволяет мне повторить.

-Скажи, ты специально его изводишь? - Спросил меня Рошфор.

-В смысле?

-Ты не можешь сказать «Божественно» хоть раз?

-Пусть не расслабляется.

-Ну ладно он. А как же повара на кухне? Их тебе не жалко? Иногда мне кажется, что он однажды одного из них пустит на котлеты.

-Классная идея. Будем так заманивать пожирателей.

-А потом скажем Луи «Великолепно»

-И они захлебнуться в страшных муках

-У нас работы не останется

-Ну ладно. - Сказал я, проглотив залпом оставшийся кофе. - Я пошёл.

-Давай братишка.

-Приготовь виски когда вернусь.

-Как скажешь.

Неохотно поднимаясь по лестнице, мое лицо за километр выдавало подлинное нежелание видеться с этим человеком. Да, я носил его фамилию; да, в свидетельстве о рождении стояло его имя; да, я пошёл по его стопам, но слезы моей матери я ему никогда не прощу. Мама не смогла более терпеть многочисленные измены Леона и игнорирования им семейных обязательств и попыталась убить его, сняв со стены в приступе ярости старинную «Наваху» моего Пра-Деда Мелитона, которая спокойно весела на своём почетном месте несколько десятков лет. Леон обнажил свой меч, которым он должен был защищать человечество и ранил маму в следствии чего она уронила оружие. Мне было тогда четыре года, но я ничего так подробно не помню из моего детства как тот день. В сей же час он уехал в Париж. После его ухода мы никогда больше о нем не говорили, до того момента, когда мама сама не отправила меня к нему в Столицу. Никогда не понимал логику ее поступка, но я не препятствовал хотя и не был доволен сложившимся положением. Но, как не странно, со временем вся местная улица стала моей семьей и они помогли найти мне мое истинное призвание в жизни. Быть меченосцем. Хоть и главарь всего этого мероприятия был еще тем козлом, который ничего не делал кроме как оставался верен себе до сегодняшнего дня. Если точнее - продолжал пить, развлекаться с женщинами, полностью игнорировал все операции по ликвидации пожирателей и даже не делился опытом с молодым поколением. Как он может быть «Членом Круга Двенадцати» ? Он даже не может быть отцом. Для меня большая загадка, почему меч выбрал именно его, но по какой-то неведомой мне причине он пользуется уважением каждого меченосца, которого знаю.

Я постучал в дверь и мне вежливо разрешили войти в кабинет, где я лицезрел вполне обычную картину. Леон наливал, как мне кажется, уже пятый стакан до края своим любимым Виски. Мне он тоже потрудился налить и подать в руки словно жест примирения. Я молча взял стакан и пригубил, но не выпил полностью, хотя очень хотелось.

-Жосс, скажи. Что тебя не устраивает?

-Не понимаю вопроса, Леон.

-Все ты понимаешь. Жосс, скажи, что я делаю не так? Я хочу поладить с тобой. Ты мой сын. Я тебя люблю, но ты меня ненавидишь. Я хочу знать по какой причине.

-Леон, сам факт того, что ты этого не понимаешь, уже делает тебя отвратительным отцом, мужем да и человеком в целом. - Сказал я резко, положив стакан с недопитым виски на барный стол. - Слушай, мне от тебя не нужна любовь и отцовство. Ты с этим слегка опоздал. Твои советы мне тоже не нужны. Я каждый день и так вижу, на что ты способен. Ты уже изрядно мне надоел своими играми в заботливого папашу. Ещё и остальных подначиваешь меня уговорить дать тебе немного сыновьей любви, но во мне ее нет.

-И ты смеешь говорить мне это, после того, что я для тебя сделал? Я оплатил твою учебу. Дал шанс учиться у лучшего повара на планете, но этого было мало и ты захотел войти в мой круг и тогда я снова дал тебе шанс, вложил меч тебе в руки, хотя твоя мать была категорически против. И что-то не припомню, чтобы ты жаловался на своё Пежо.

-Я думал, он был мне вручён, чтобы как можно быстрее реагировать во время охоты за пожирателями, но рас так… забирай! - Я достал ключи из своего кармана и легким расслаблением указательного и большого пальца демонстративно, словно фокусник державший волшебную палочку уронил ключик от машины в недопитый мной виски. Ох как же мне было приятно наблюдать за его смятением. На тот момент я к сожалению больше ничего не придумал, чтобы довести его до инфаркта. Какой был бы подарок на мой день рождение! - А теперь прошу меня простить, мне еще меч искать. - Сказав это я с чувством полного превосходства повернулся к нему спиной и направился к выходу как внезапно меня остановил резкий, мощный но невозмутимый голос Леона.

-О ну стоять! - Я остановился - В смысле меч искать?

-То и значит. - Ответил я, повернувшись к нему обратно.

-Ты что, хочешь сказать, что где-то оставил свой меч и еще смеешь мне об этом говорить будто ничего такого?! - Сказал Леон, медленно приближаясь ко мне. - Ах ты маленький сучёнок. И после этого ты смеешь себя еще меченосцем называть, мелкий ублюдок! Хотя нет. Ты прав. Я доверил твою тренировку видимо таким же недоразвитым дегенератам подстать тебе, и твоей чокнутой мамаше.

Эти слова полностью вывели меня из себя. В один момент он оскорбил всех, кто готов отдать за него жизнь, всех моих друзей, наставников и мать. Я долго ждал этого дня. Дня, когда наконец смогу разукрасить его, самодовольную симпатичную рожу до неузнаваемости; выбить его идеальные белоснежные зубы, чтобы он смог питаться лишь через трубочку; вырвать его большие пронзающие меня карие глаза; откусить его нос с маленькой горбинкой в середине, оторвать его большие уши и, наконец, размозжить ему череп, чтобы вся его полуседая шевелюра окрасилась в темно-красный. Весь этот процесс за долю секунды сформировало мое богатое воображение и в ту же долю перешла в мою левую руку, которая уже была на пути к его мощной челюсти, но кулак не достиг своей цели. К моему большому удивлению он успел не только увернуться, но и влепить мне легкую пощечину со словами «И это все на что ты способен, сопляк?». В след за моей левой последовала правая все в ту же цель, но снова же безуспешно. На сей раз я попытался увернуться, ожидая ответный удар, но не успел. Теперь обе мои щеки покраснели от его легких ударов к моему большому стыду.

-Ты прав. Ты мне не сын. - Я продолжил осыпать его десятками разных ударных комбинаций, но я не разу не сумел даже приблизиться к нему. - «Я не смог бы произвести на свет такого слабака.» - Он то уклонялся, то блокировал мои удары, не отвечая в ответ, чем он демонстрировал полное превосходство предо мной, но желание изувечить его все росло с каждым промахом. Я наращивал темп. - «Скорее всего ты ублюдок одного из Аскаратских козьих пастухов.»

-Я каждый день молю Бога лишь бы это было правдой, поганая тварь - Мой гнев, полностью дошедший до кульминации, трансформировался в еще один удар, который был на столько быстр, что наконец смог бы достичь цели, но это была коварная ловушка. Моя левая рука оказалась в тисках, и не успел я отреагировать, как уже меня перекидывали через бедро. В итоге я лежал меж двух частей дубового делового стола, разломанного моим телом. На секунду я даже потерял сознание, но тут же протрезвел как услышал очередную насмешку в мой адрес. - «Ну как ты маленький? Ещё хочешь играть? Тогда прошу на улицу. Не хочу больше подвергать опасности мой любимый кабинет из-за какой-то мелкой сучки.»

Медленно, но уверенно поднимаясь, я наблюдал как Леон беззаботно выходит из своего кабинета. Я пошёл следом за ним, не теряя решимости и надежды вломить ему как следует. «Пусть это будет строить всех переломанных костей, но я заставлю его молить о прощении.» - Подумал я и не полностью произнёс несколько раз. Направляясь к выходу Леон снял свой чёрный бархатный пиджак и бросил его на пол, после чего стал расстёгивать манжеты с рукавов белоснежной рубашки и также безразлично бросил их на пол. Я двигался вслед за ним, до сих пор не отойдя от последствий моего крутого приземления, и недосып с похмельем давали о себе знать, но я никак не мог отступить. Ради чего тогда я становился сильнее? Ради чего была вся моя подготовка? Нет, не ради борьбы с вечным злом. Лишь для того, чтобы я начистил ему рыло, ибо он и есть настоящее зло. Резко, ко мне подбежал Рошфор с вполне ожидаемым вопросом -«Жосс, что происходит?»

-То, что уже давно надо было сделать

-О нет. Только не это. Жосс остановись. -Сказал он положив свою ладонь мне на плечо, но я отказал ему в просьбе, грубо отпихнув его руку.

-Хватит! Ты не смеешь меня об этом просить. Почему ты его защищаешь? Что он для тебя когда-либо сделал ? Что?! Дал работу бармена, чтобы ты носил ему бухло и кофе?!

-Пусть будет так. - Сказал Омар глядя мне в глаза - Говори все, что хочешь, называй меня как хочешь, но как брата прошу. Не выходи к нему!

Я ничего не ответил. Выполнить просьбу моего друга не представлялось мне возможным. Было уже слишком поздно. Выйдя на улицу, Леон подошёл к моей машине и быстрым ударом руки пробил окно. На звук расколовшегося стекла обратило внимание весь квартал: и жители, и гости этих легендарных мест. Сняв мою кожаную чёрную куртку, я направился в сторону Леона, чтобы продолжить начатое, но тут мой противник своей силой тела, который, как выяснилось, он владел в совершенстве, резко оторвал дверь Пежо и бросил в мою сторону словно диск. До меня было где-то десять метров, и дверь пролетела бы на много дальше, если бы я не остановил ее своим телом используя туже способность, что и Леон. Разница в том, что я направил энергию своей души на укрепления своего тела, в то время как Леон на увеличение силы. Не думал, что он будет этим пользоваться в драке, но так даже лучше, никаких ограничений. Но тут вмешался Жермон. Выскочив из музея, он встал между нами.

-Ради Бога, что вы оба творите ?! Стоять! Здесь полно людей. Кто-то может пострадать. - Его слова услышаны не были. Мы двигались в сторону друг-друга с истинным желанием пролить кровь. Жермон подбежал к Леону и начал умолять остановиться, пожалеть ведь я его плоть и кровь, но вдруг Леон схватил его за чёрный свитер и сказал -«Это ты виноват. Ты никудышный учитель. Он даже нормально ударить меня не может. Ты в курсе, что он не знает где, меч?! Его собственный меч?!!»- После этих слов он бросил его на землю словно грязную ненужную тряпку. Как только я подумаю, ничто не способно так сильно меня задеть, так он стразу переходит еще одну границу. Я не устоял и врубил все, что во мне было на полную. Резким прыжком где-то на пять метров в высоту я атаковал сверху ударом нагой, от которого он резко увернулся, но я не остановился. Мои атаки ног и рук еще быстрее с помощью мощи духа продолжали увеличивать скорость и силу, я смог бы пробить бетонную стену, если захотел. Даже мой удар ноги с воздуха оставил на асфальте неплохую яму. Одно попадание и с ним было бы покончено на всегда. Непосвященные люди ровно как и наши собратья с трепетом и большим интересом наблюдали за нашим смертельным поединком. Многие стали снимать на камеры, но нам было все равно. Некоторые даже вызвали полицию, но те не предприняли никаких мер, зная кто перед ними. Никто не вмешался в наш бой.

-Ну хватит - Сказал Леон- Это стало мне надоедать. Поступим по другом. У тебя пять ударов, сопляк. И если после них я буду стоять. Я изобью тебя до смерти.

-Жосс, нет! Беги!! Леон, не надо! Не надо!! - Не переставая, кричал Жермон. Его удерживал Рошфор и еще двое - Эмильен, наш танцор и Мария, молодой экскурсовод.

-Леон стой!!!- Вдруг появился Луи в своём поварской форме и со своим верным Фальшионом в правой руке, имя которому «Гаудиоум» направленный на Леона, но эта мразь даже не отвела от меня взгляд. Большие карие глаза сосредоточенно пронзали мое тело словно тупые ножи. Луи побежал на него, но внезапно, откуда не возьмись появился «Дюрандаль» - меч из чёрной стали принадлежавший Члену Круга Двенадцати. Меч словно сам прилетел не понятно от куда и самостоятельно вступил в бой с Луи, который в итоге не смог отвлечься ни на секунду. Единственное, что он мог сделать это умолять меня сбежать, параллельно воюя с непобедимым призраком. Разогнавшись, я подбежал к Леону и со всей силой своего тела и духа направил свой удар ему в голову, но не достиг цели. Мой кулак остановило нечто невидимое, что разделяло меня с противником. Леон даже не двинулся. Нечто помешало кулаку достичь цели, нечто очень твёрдое. А он стоял и наблюдал, все продолжая демонстрировать своё презрение. Я попробовал еще раз а затем еще. Преодолевая боль, костяшки кулака окрасились в красный, из-за собственной крови. Я не успел оглянуться как пять попыток уже давно закончились. И тут он сказал - «Ну что ж… Теперь моя очередь». Наконец от него я дождался первой атаки. Он был очень быстрым, но я смог уклониться, потом от второго удара, затем от третьего, но четвертый я почувствовал всей своей нервной системой. Леон провёл удар прямо в живот ногой, а затем в голову, который направил меня в нокдаун. Даже укрепление тела не помогло выдержать его силу. Без способности укреплять своё тело, и увеличения реакции я бы уже мёртв. - «Поднимайся щенок» - Сказал он. Я вытер кровь, которая стекала мне прямо в глаз из открытый раны, поднялся и продолжил атаку, целясь ему в челюсть, но снова меня остановило нечто прозрачное, твёрдое как титановая стена. Леон схватил мою левую руку и одним быстрым движением вывихнул мне ее со словами - «Тебе она не к чему» - и в ту же секунду уже окончательно отпарил меня в нокаут, впечатав в асфальт. Я был еще в сознании и беспомощно наблюдал, как он стоит надо мной, сменив презрение на равнодушие. Попытавшись хотя бы сесть, Леон не стал ждать. Он схватил меня за горло и быстро поднял над собой всем на показ подобно гладиатору, выставляющему свою победу на всеобщее обозрение. Отчаянные, безуспешные попытки вырваться из его руки сопровождались криками мольбы почти от всех, кто находился рядом, и видел наш поединок, но никто кроме Луи не попытался помочь. В этот момент я подумал - «Как ты мне сейчас нужна «Аманеска»» - Так завали мою боевую подругу, мой меч. Рука Леона все сильнее сжимала мое горло. Я больше не смог вдохнуть. Постепенно в глазах начало темнеть, конечности онемели и от потери сознания было очень близко. Более я не мог сопротивляться. За секунду до полной отключки Леон ослабил хватку и просто уронил меня на окроплённый моей кровью, разбитый асфальт. В этот момент глаза моего судьи присяжного и палача посмотрели в сторону Луи, который все так же пытался приблизиться к нам, но Дюрандаль не дал ему продвинуться ни на метр. - «Тебе ноги для готовки ведь не нужны?» - сказал Леон, обратившись к Луи, после чего Дюрадаль нанёс резкий удар по левой ноге шеф-повара так, чтобы он не смог больше подняться. Даже все мастерство, опыт и сила моего великого шефа не помогло ему в битве против Дюрандаля и его хозяина. Меч из чёрной стали самостоятельно, резко вернулся в руку Леона и через секунду острие было направлено уже на меня. Холодная чёрная сталь прошла по моей голове, затем по груди и спустилось до живота. Я чувствовал всю тяжесть и холод «Дюрандаля» каждой клеткой своего тела. Некое странное чувство, которое не могу описать сопровождало сие действие. Боли не было, ненависти не было, жизнь постепенно оставляла меня и перед тем как окончательно заснуть я услышал голос отца. - «Вот так жалко закончится твоя короткая жизнь.» - Это были последние слова, дошедшие до моего разума перед тем как отключиться.

-Где я ? Где мои руки? Мое лицо? Мои пальцы не двигаются. Они вообще есть? Я не ощущаю даже крохотной мышцы или сухожилия. Мое тело. Где мое тело? Я во тьме, парю в бесконечной пустоте. Я умер? О черт! Нет! Я не хочу умирать! Толко не сейчас! Нет!!! Пожалуйста, я должен вернуться обратно. Я не хочу умирать. Меня кто-нибудь слышит?! Здесь есть кто-нибудь ?! Я вообще говорю? Могу ли я издать звук? Мне нельзя умирать. Моя мать, умрет от горя и все из-за меня. Как глупо. Ужасно глупо.

-Вот так жалко - Вдруг из кромешно пустоты послышался тихий но весьма знакомы голос.

-Кто это сказал? Кто это?! Где ты?!

-Вот так жалко

-Что? Что жалко?!

-Вот так жалко закончиться твоя короткая жизнь.

-Где ты? Нет, прошу! Я не должен сейчас умереть. Мне... мне.. Мне всего двадцать пять. Я молод. Я еще столького не сделал... я....я.

-Закончиться твоя несчастная жизнь.

-Нет !!! Я изменюсь, клянусь всем. Я изменюсь. Эй ты слышишь? Ты здесь? Ответь мне?! - Но ответа не было. - Боже, что я натворил ? Неужели это конец. О Боже это и вправду конец. Что теперь делать? Мама! Мама!!!

До сих пор не представляю, сколько я пробыл в подобном состоянии. Хаос полностью окутал мой мозг. Мысли ударялись об мое сознание мощными волнами, словно сметая целые скалы величественности, которых не было предела. И внезапно пришло осознание, что отцовского голоса больше не дождусь и по этому просто помолчал.

После истерии пришло глубокое отчаяние, которое так же травило мою заблудшую душу. -Неужели я здесь на вечно? Что мне делать? Это ад ? Точно не рай. Или Рай? А может чистилище? А вдруг это ничего? Ох как же мне плохо. Мне нужно увидеть хоть что-то. Прошу, хотя бы одна малюсенькая белая точка. Пожалуйста, мне нужно хотя бы себя слегка ущипнуть. Или услышать. Я согласен даже на «Рамштайн». Боже, пожалуйста хотя бы дай мне просто издать один маленький звук. Пожалуйста!!! - И снова мне никто не ответил. Не знаю сколько времени уже прошло. Какое-то время я считал секунды, но сбился на числе шестнадцать тысяч четыреста с чем-то. Начав заново, смог досчитать до двадцати трёх тысяч и пятьсот сорок одного. Потом я потерял интерес к подсчету из-за скуки и набросившегося на мое сознание гнева.

-О merde! Я так больше не могу. Эй ты! Я знаю ты меня слышишь. Либо выпусти, либо убей меня вообще. Сотри сознание или еще что-то. Я так больше не могу. Pute ! Pute!!! И все из-за чего? Из-за чего?! Потому что мой отец Enculè. Надо еще поискать такую мразь. Какой человек так будет поступать - Бросать жену с ребёнком, а после и вообще убьёт собственного сына. Даже мать не пожалел. Интересно, другие Члены Круга Двенадати такие же бесчувственные упыри? Эти мечи выбирают каких-то маньяков себе в хозяева. Помниться я слушал от Жермона историю, что один из владельцев древнего оружия стал абсолютный дикарь, которого он встречал лишь однажды. Слухи ходят, он живет где-то в лесу, которая называется «Сибирь» или еще как-то. Об остальных тоже поговаривают, что они не от мира сего. Вот Enculè, Леон. Чтобы тебя пожиратели разодрали на части и медленно поедали. Хотя нет. Стоит моей маме узнать, так она сделает то, что должна была сделать уже тогда. Отрежет тебе яйца Навахой прадеда Мелитона и запихнёт тебе глубоко в глотку.

Как только весь ругательный лексикон закончился, я пошёл по второму кругу, проклиная моего отца, потом по третьему и так еще несколько десятков раз. Постепенно я понял, что уже и это мне наскучило. Никакого морального удовлетворения я не получал от оскорблений а лишь больше злился. Нет, не на Леона, просто злился. Не знаю, а может и на себя, так как больше не мог себя заставить ненавидеть его. Я был полностью подавлен и измотан умственно. Мне больше не хотелось говорить или думать. Наконец я смог подчинить свой разум и заставить его затихнуть. Была абсолютная тишина в моей голове, если голова у меня вообще была. Так спокойно и умиротворенно. «Как же хорошо» - Подумал или сказал я, но это было не важно. Затем я внезапно вспомнил, мой любимы фильм детства - Горбун 1959 года, где главную роль сыграл Жан Маре. У нас был старые ВХС-проигрыватель, на котором я постоянно смотрел это кино. Без преувеличения скажу, что наизусть запомнил абсолютно все в этом фильме, от музыки до длительности пауз между репликами актеров, которые я также помнил в совершенстве. Сам того не подозревая, мой разум стал своего рода персональным кино-проигрывателем, а память старой изношенной пленкой. Начиная проговаривать реплики, я даже на секунду представил себя дома. Как же я люблю сцену смерти Герцога де Невера, когда тот пытался увести свою новорожденную дочь, а Лагардер попытался ему помочь. У выхода из замка их настигли нанятые убийцы Гонзага. Они вступили в бой, но де Невер был убит предательским ударом в спину от своего кузена Гонзага. «Ваша милость, я с ним расквитаюсь» -Сказал Лагардер. «Моя девочка, Бога ради, увезите ее от сюда.» - Попросил де Невер. «Я буду ей верной защитой, клянусь вам» - Это были последние слова, которые услышал де Невер от Лагардера. Он исполнял свою клятву до конца, большую часть своей жизни. А в наши дни возможна такая сила воли? Осознание такой отвественности и принятия ее со всеми последствиями? Ответственность. Да, я меченосец, который принёс клятву. Взял на себя ответственность перед миром и людьми. На моем счету тринадцать отрубленных голов. Я был горд этим. Я был силён, быстр, могуч, но ради чего? Ради человечества? Нет. Я просто хотел набраться сил, чтобы однажды убить Леона; унизить его на глазах всех присутствующих; заставить его умолять о смерти. Только ради этого я кромсал эти несчастные заблудшие и изувеченные души, которые как и я были напуганы перед лицом вечного небытия. Я был ничтожеством. Мне было плевать на всех и даже на самого себя. И вот куда моя погоня за местью меня завела. Уподобившись отцу, я позволил лишить себя жизни. Почему я ее не ценил? А меченосцы больше всего чтут жизнь. Даже жизнь пожирателя. Моя глупость и незрелость позволили мне потерять «Аманеску», потерять часть самого себя, продолжение моей левой руки, часть души. Я забыл как ковал ее, как любил в тот момент. Я Потерял ее так как больше не чувствовал. Похоть, нетерпение, гнев, и безграничная зависть к Леону, который всегда был сильнее меня, полностью лишили меня контроля над самим собой. Я убеждал себя, что это все моя баскская горячая кровь рожденная и взрослевшая на аскаратских холмах бурлит словно горячая лава, не дав мне и шанса на передышку. Как же я был глуп. Проговорив или продумавшая. Последнюю реплику фильма - «Я так и знал. Все кончится свадьбой» я что-то почувствовал. Сознание стало тяжелеть а мысли затуманиваться. Я понял, что хочу спать. Это было стано. Я ведь уже спал или был мёртв.

Я открыл глаза. Все было размыто. Вроде передо мной было пару человеческих силуэтов наблюдающиеся за мной. Один был чёрный, а второй очень белый. Через несколько секунд, привыкший ко свету, я смог разглядеть Рашфора и Жермона. Мы находились в моей квартире, который был неподалёку от места нашей с Леоном дуэли. Хотя лучше сюда подойдёт слово «избиение». Я Попытался встать, но большая и сильная ладонь моего друга Рошфора не давала мне встать.

-Эй, эй, погоди Жосс. Ты должен лежать. - Но я все равно присел на край своей не заправленной постели. Я увидел, что мои рёбра и голова перебинтованы, а левая рука уже вправлена.

-Сколько я был в отключке?

-Десять часов - Ответил мне Жермон

-Всего десять часов?

-А тебе этого мало?! Хочешь на пару месяцев в кому впасть или вообще отправиться на тот свет. - Заорал мой бывший наставник.

-Жермон, сейчас не время - Попытался вмешаться Рошфор

-А ты мне тут не указывай? Жосс посмотри на себя. Мы тебя предупреждали. Все предупреждали. Так и знал, что этим все закончится.

-Чем это? Что он мне сотрясение мозга устроит, рёбра сломает и руку вывихнет? Ты знал, что так все закончится?!

-Поверь, каждому в этом районе хоть однажды искренне хотелось тебя прикончит.

-Так уж и каждому?

-Мне да, брат. Без обид. - Вставил свои пять франков Рошфор

-Ладно, отложим мою смерть на время. - Сменил тему Жосслен. - Скажите как Луи?

-Ранен в ногу, но все равно стоит на кухне и готовиться к началу. Его только смерть заставит покинуть кухню. - Ответил Рошфор

-Слава Богу. Ладно, у меня срочное дело. Рошфор, помоги встать.

-Какое еще дело? Ты полуживой. - подчеркнул Рошфор.

-Мне нужно найти меч.

-Какой меч? Аманеску? - Спросил Рошфор, вытаращив глаза.

-Да, я где-то его посеял. Со вчерашнего дня не видел.

-Я уже осмотрел твою квартиру и то, что осталось от твоей машины. Меча нигде нет. - Сказал Жермон

-Ничего, я примерно представляю, где он может быть. Мне нужно идти.

-Погоди, погоди. - Рошфор осторожно остановил Жослена, пытаясь применять самый минимум своей силы. - Жермон, скажи ему, что это может подождать.

-Рошфор прав Жосс, это может подождать до завтра. Ты уже получил по полной за свой проступок. И не забывай, чему я тебя учил. Меч и ты одно целое, как бы хренова ты к нему не относился. Если ты его не найдёшь, он сам тебя найдёт.

-Надеюсь ты прав. Хорошо ребята, мне и вправду нужно отдохнуть, да и подумать. - Сказал я расслабленно утонув в моем любимом мягком матрасе.

-Отдыхай брат. - Сказал Рошфор - Жермон, мне нужно за стойку, пока представление не началось.

-Я тебя провожу. - Ответил Жермон.

-Рошфор, передай Луи, что мне жаль. Меньше всего я хотел, чтобы ему прилетело то, что полагалось мне. Передашь?

-Я передам - ответил Рошфор - Жермон закрыл дверь моей спальни, провожая Рошфора из квартиры. Закрыв глаза, я уже погружался в сон, но краем ухо все-равно слышал их разговор.

-Жермон, я конечно всякого наслушался за эти годы, неужели Леон на столько силён?

-Поверь, это еще не половина того на, что он способен.

-Постой, хочешь сказать, что мысленное управление мечом и невидимый силовой барьер Аля Гендальф… «Я служитель тайного огня» и так далее, еще не все? А на что еще он способен?

-Я не знаю.

-В смысле «не знаю»? Ты же его учил?

-Это максимум, что я видел из его способностей

-А может у него больше нет фокусов в рукаве.

-Сомневаюсь Рошфор, очень сомневаюсь.

-Почему?

-За весь бой он не пролил ни одной капли своего пота. Ни единой. Будь желание, он бы весь квартал сравнял с землей.

-Неужели он правда, так избил сына, только из-за меча. Я конечно не оправдываю Жосса, но так.... Своего собственного сына?

-Рошфор, это долго объяснять. Как нибудь объясню, а сейчас иди и готовься к открытию.

-Мне кажется уже пара поговорить с Жоссом.

-Я сам решу, когда будет время, а теперь иди. Ни слова ему. - Шаги Рошфора послужили мне убаюкивающей колыбельной, а тысячи песен, врывающихся в мою комнату со главной улицы, полной разных людей, служило весьма раздражающим аккомпанементом, но это не помешкало мне отрубиться еще на пару часов.

И вот настал долгожданный день и час, когда Район Пегаль предстанет перед всеми гостями и жителями Парижа во всем великолепии. Полная толпа людей, молодых и старых, бедных и богатых, которые высыпались весь день ради долгожданного события и острых ощущений. Стриптиз-бары и секс-магазины, которые видно за километр, благодаря манящему разноцветному освещению и нескольким зазывал орудующими рядом. Музыкальные магазины, славящиеся своими редчайшими инструментами и ласкающие слух всего района записями великих композиторов и исполнителей лучшей музыки на планете как прошлого так и настоящего; Бары, кафе и рестораны забитые битком самыми разными личностями, которых привлёк дух многих великих людей своей эпохи и история, которую они оставили здесь за собой. Стоит часам пробить двенадцать, как жизнь взорвется и осветит всеми цветами радуги это место древних низменных пороков и колыбели великого человеческого разума и просветительства, которые всегда шли рука об руку. Прекрасная метафора истинной человеческой натуры, символизирующая непреложную истину - Человеку при рождении даётся все поровну и добро, и зло, а дальше все от человека зависит. И как не странно, мы - Орден Меченосцев являемся владельцами всего этого района. Каждый цент потраченный здесь да и не только здесь, идёт во всеобщую копилку для существования всего ордена. Чтобы размахивать мечом, нужно много денег, и люди за это нам платят. Все наше дело спонсируется многомиллиардными корпорациями, которыми заведуем мы, а президентами являются Члены Круга дДвенадцати. Именно у них в руках вся власть, как финансовая, так и физическая. Иногда я задаюсь вопросом «Чтобы сказали наши предшественники, которые скитались по всему свету в одиночестве без гроша в кармане ради спасения людей?» Одобрили бы они или осудили? Лично я не вижу ничего плохого в том, чтобы иметь как можно больше средств ради сохранения мира, да и разве не полагается меченосцу хорошо жить если он может умереть в любой день. Солдатам же полагается инвалидная пенсия ради защиты своей страны, а мы вообще защищаем весь мир.

Я стал чувствовать себя на много лучше, хотя рёбрам еще понадобиться несколько дней, а вот голова боюсь пострадала навсегда, но, не смотря на это, я не мог пропустить открытие нового сезона кабаре Мулен Руж. Избавившись от порванных и запачканных моей кровью одежды, приняв душ я оделся в чистое шмотьё клубного стиля и вышел на встречу к приключениям, которых я принял решение с сегодняшнего дня избегать, но пропустить ночь открытия это смертный грех. К тому же, нечто мне говорило, что я должен пойти, как бы плохо мне не было, и на сей раз это точно не был, живущий своей жизнью, компас у меня в штанах. Я проскользнул мимо спящего в кресле Жермона, которому сегодня и вправду нужен отдых, после потраченных нервов по моей вине.

Боже, как же много людей пытаются попасть в самое знаменитое кабаре во всем мире. Казалось, очередь выстроилась вдоль всего района. Полиция даже приостановила движение, так как люди уже не умещались на тротуаре, большинство стояло в красных лучах Мулен Ружа на автомобильной дороге, ожидая входа. Всматриваясь в одетую с иголочки элегантную толпу парижан и приезжих ради двухсот летней мельницы, я обошёл здание и зашёл со служебного входа, но на сей раз прошёл прямо на сцену, чтобы не попасть на кухню. Мне до сих пор было стыдно показываться Луи на глаза. А вот увидеть как Эмильен разогревается перед выступлением, одетый в красочный костюм цветов свободолюбивой Францией, было очень даже весело.

-Ну как ты, Эмильен? Готов ?! - Сказал я с явным сарказмом

-Жос, ты тут как? Ты разве не... - Удивился Эмильен раненому собрату, сбившему весь настрой.

-Избитый до полусмерти? Есть немного, но как я мог пропустить твой час славы?

-Иди куда шёл Жосс. Не мешай работать иначе пожалеешь, что сегодня ты не умер!

-Смотри не растяни ягодицы Эмильен, садясь на шпагат.

-Да пошёл ты! - Сказал мне в спину Эмильен. Я никогда ему не признаюсь, но он и вправду выдающийся танцор, а немного злости ему полезна перед выходом на сцену. Стыдно признаться, но я в этом очень хорошо разбирался.

Я спокойно сошёл со сцены и направился в бар, где Рошфор уже стоял в своём элегантном чёрном костюме, готовый напаивать посетителей.

-Жос, что ты тут делаешь?!

-Если думал, что я пропущу открытие сезона, то ты намного тупее чем я представлял.

-А Тебе вероятно всю голову сегодня отбили, раз ты сюда явился. Пить тебе сегодня не дам. Даже не надейся.

-Успокойся, я и не собирался. Просто кофе. Хоть раз трезвым хочу посмотреть на представление.

-Черт, тебе и вправду Леон голову отбил.

-Может быть, брат.

-Держи. - Рошфор налил капучино в большой чашке.

-Спасибо.

-Кстати, мне интересно. Какого это было? - Спросил Рошфор облокотившись об барный стол.

-Что?

-Драться с ним.

-Если в двух словах. Чувствуешь себя беспомощным.

-Я весь день сегодня думаю. А почему он сам не выходит на бой с пожирателями? Просто, благодаря твоему тупизму, я впервые за все эти годы увидел, на что он способен и...

-Я сам об этом думаю. Ему даже двигаться не надо. Дюрандаль все сделает за него. Да и вообще на кой черт нужны мы, да и тем более автоматчики для прикрытия если Члены Круга Двенадцати на такое способны?

-Может их сила способна уничтожить мир? В смысле… для мира или вселенной сила чёрных мечей чревато последствиями? - Сказал с весьма серозным лицом Рошфор.

-Черт, и вправду. А вдруг? А вот еще что интересно. Когда мечи выбирают нового хозяина, это он контролирует меч или наоборот?

-То есть Леон может быть уже не Леон?

-Не просто Леон а все вместе, кто владел мечом до него?

-Все одновременно? Коллективный разум?

-Ага

-А сколько владельцев до него было?

-Понятия не имею. Помнишь, Жермон еще рассказывал, что во время церемонии принятия меча, новый владелец видит какое-то видение. Что-то на подобие того, когда наши мечи говорили нам свои имена, только в сто раз эпичнее и никто не знает, что они там видят.

-Спорим они видят посланника этих мечей и он открывает им секрет безграничной силы?

-Типо как использовать силу духа в сто раз эффективнее?

-Ну да

-А мне кажется это меч источник силы.

-Но тогда почему мечу надо выбирать себе хозяина? Если в нем вся сила?

-Рошфор, я только что понял, что эту тему можно обсуждать бесконечно.

-Есть только один способ все узнать. Надо стать Член Круга Двенадцати.

-Флаг тебе в руки. - Сказал я, допив остывший кофе одним залпом. - Чур я твой новый зам и когда станешь главным, не сиди в этом долбанном кабинете на втором этаже, хоть иногда изволь отрубить несколько голов.

-Замёт она. А то, если честно, надоело быть барменом

-Ну не говори так. Ты бармен от Бога. Кто еще мне будет делать кофе и наливать бесплатно. И почему ты назвался «де Ла Фер»? Тебе бы подошло. Эй Атос, давай еще по одной.

-И с каких это пор я должен был взять имя пьяницы?

-А господином Партосом?

-Чревоугодник, и к тому же нажил своей состояние путём брака со старыми женщинами; Д Артаньян - недальновидный юнец, который из-за молодой юбки пошёл на опасную авантюру и подверг опасности других людей; а Арамис - то мушкетёр, то заговорщик, то священник, то распутник.

-И все это говорит чернокожий бармен взявший фамилию конюха Кардинала Решилье.

-Сколько раз объяснять?! - Произнёс, потеряв холодный контроль, Рошфор. Он был конюхом лишь на бумаге. Он хотя-бы не пил целыми днями с дружками и не бросался в разные сомнительные дела, которые вредили не только им самим, но и государству, а Кардинал Ришилье с Рошфором, трезво оценивающие ситуацию, все время пытались предотвратить государственную неразбериху. Сам Дюма постоянно подчеркивает в романе их вклад в развитие Франции. Вот теперь и думай, кто тут злодей а кто герой.

-Рошфор, напомни как нибудь сесть и объяснить тебе, что такое «Романтизм». Кстати, о чем ты хотел со мной поговорить?

-Это когда? - Ответил Рошфор вопросом на вопрос, вернувшись к своим делам.

-Пару часов назад у меня дома. Ты хотел мне что-то сказать, а Жермон тебя отговорил. Он конечно сказал, что сам со мной поговорит, но если есть еще проблема, помимо сегодняшних, я их скорее от тебя хочу услышать.

-Ах да. Вспомнил. - Сказал Рошфор, резко добавив ноту фальшивого позитива в свой тон. - Это ничего такого. Это по поводу твоей машины, ее, к сожалению, сдали в утиль. Твой отец распорядился. Теперь ты пешеходный сирота.

-Да, фигова. И это все?

-Ну да

-Хорошо. - Я очень давно знал Рошфора, и сразу понял, что далеко не все сказано. Хотя с ним не надо быть гением. Он слишком честен для этого, но если мой друг не хочет говорить, я не стану настаивать. Рано или поздно Жермон мне сам скажет, если я все правильно понял. Так что я готов подождать.

Мы еще немного поболтали, о разных повседневных вещах, которые никак не касались дел ордена. Я всегда с интересом слушал о его матери и трёх сестрах, которые иммигрировали из Южной Африки, а если точнее из страны, которая называется «Бурунди». К сожалению его отец погиб во время долгого и мучительного путешествия в Европу, так что Рошфору пришлось быстро стать взрослым. Его мать Ава сейчас работает уборщицей в одном из пятизвездочных отелей, хотя ей абсолютно не нужно этим заниматься, так как Рошфор полностью способен обеспечить всю свою семью. Старшая сестра София сейчас учитель по иностранной литературе и собирается замуж. Именно она привила к своему брату любовь к чтению. Когда Рошфор узнал об ее бойфренде, мы поехали его слега припугнуть. Рошфор представился вымышленным именем, придуманным на ходу. Уже даже не помню, вроде Абудо или Гамбу. Я чуть не выдал нас еле скрываемым смехом. Он сказал, что если обидит сестру, то согласно древнему обычаю Гамбу отрежет ему яйца и сожжет, чтобы духи простили этого неверного. А я всю дорогу стоял с кирпичной мордой, изображая страшного бандита и уголовника. Повторюсь, было очень тяжело не засмеяться. Парень сразу мне понравился. Он был таким приличным и интеллигентным, что Рошфору потом стало стыдно за своего мелкое хулиганство, но сожаление продлилось не долго, ибо безопасность семьи всегда для него на первом месте. Двое младших сестёр Аврора и Луна пока учатся в школе. Авроре старше, а вот Луна даже не знает своей исторической родины. Она родилась в открытом океане в полнолуние, когда Рошфор уже сутки как греб своими слабыми от голода руками в сторону Европы. Младшая девочка отличается от своих родственников. По глазам видно, что Луна не испытывала тех ударов судьбы как ее сёстры и брат. Чтобы так продолжалось и впредь Рошфор готов пожертвовать свой жизнью.

Мой друг как и почти все иммигранты сразу попал в плохую компанию, которая специально вербовала таких. Учили его воровать и попрошайничать. По воле судьбы он решил обчистить именно тот карман, из которого вместе с кожаным кошельком он вытащил свой счастливый билет. Это был Жермон, который знал ремесло карманника на много лучше чем любая мелка сошка в Париже, одна из тайн его темной молодости, о которых он не хотел говорить. Жермон схватил Рошфора и повёл пообедать. Когда он спросил как его зовут, Рошфор побоялся называть своё настоящее имя и назвался именем главного конюха, а по совместительству тайного агента «Серого Кардинала». После этого имя к нему прилипло. Спустя какое-то время его лично встретил Леон, который только стал Членом Круга Двенадцати и лично одобрил начало его обучения. По словам Рошфора, Жермон даже не собирался спрашивать разрешения у своего бывшего ученика, просто Леон при первой их встрече посмотрел сверху вниз на юного иммигранта прямо в глаза и сказал только одно слово «Пойдёт». Спустя год и я прибыл в Париж и с тех пор мы не расставались. Его семья стала семьей и для меня. Когда он не может, я заезжаю за его сёстрами в школу и подвожу их домой. Ава называет меня ласкова «Братиком», посланным судьбой для единственного сына и каждый раз молится за мое здоровье.

И так, леди и джентельмены, мы рады представить вам самое грандиозное представление всех времён и народов. Люди заняли свои столики, одетые в элегантные смокинги и дорогостоящие, красочные и сверкающие платья, ожидая самый лучший ужин в своей жизни, будут лицезреть самое настоящее воплощение человеческой красоты и силы духа. Я увидел как Леон занял своё место в центре второго этажа, вместе со своей очередной подружкой примерно лет двадцати - двадцати пяти. На сей раз в его распоряжении была высокая блондинка, ее чёрное платье весьма ярко гармонировало с цветом ее белоснежной кожи и волос. Сам Леон предстал перед публикой в чёрном костюме, под которой была видна такая же чёрная рубашка, переливавшаяся с платьем сопровождающей его дамы. Сам я находился внизу, стоя впереди в нескольких метрах от сцены пред началом и, не отрываясь, смотрел на балкон. Так странно. Казалось, будто и не было сегодняшнего боя между мной и Леоном. Чувство ненависти, как я полагал, должны проснуться с большей силой при одном его виде, но их не было, а вызывать их насильно я посчитал лишним. Внезапно и он посмотрел на меня, легко улыбаясь. В его глазах я так же не увидел никакой ненависти, но там также не было и любви, которую он раньше так старательно проявлял. В данный момент я был для него безразличен. Все, что его заботило, так это его сегодняшнее краткосрочное увлечение. «Вот так жалко, могла закончится твоя жизнь.» Эти слова, точно как и во сне, до сих пор вертелись в голове. Я положил руку на грудь, по которой Леон провёл своим всемогущим мечом. Это была попытка вспомнить то чувство, которое я никак не могу описать. «Что тогда случилось?». Но внезапно мои размышления прервал, резко вырубившийся свет во всем помещение. Лишь красные лампы еле освещали маленькие диаметры зрительских круглых столов. Пошла музыка, свет на сцену и занавес. Дамы и Господа. Предоставляем вам «Феерию» самое масштабное и умопомрачительное шоу, когда-либо рождавшаяся на этой великой сцене. Лишь глаза смогут донести до человеческого сердца эти неповторимые эмоции и летающий по всему залу дух, но уж точно не мой скромный лексикон.

Я находился на своем привычном месте рядом с Рашфором, аплодируя после каждого номера вместе со всей публикой. У моего друга не было времени на хлопки, он в быстром темпе готовил заказы для клиентов, которые получали свои вина, шампанское, коктейли и так далее максимально быстро и качественно, ровно как и ужин от шеф повара Луи. Весьма странно. Наблюдая трезвым за представлением, я впервые проникся его красотой. В момент внеочередного номера мое чутьё обратило внимание на одну интересную пару, сидящую по центру с права. Это был мужчина средних лет или даже уже пожилой вместе с очаровательной белобрысой кудрявой молодой дамой. Меня смутило не разница в возрасте и даже не старик, а скорее дама. Точно не могу сказать, может по ее поведению, языку тела, взгляду, говору или все это вместе, но я понял, что с ней что-то не так. Очень надеялся, что слишком долгое трезвое состояние немного запутало мой мозг и мне кажется не весь что.

-Эй, Рошфор, Рошфор! Ты ее раньше видел здесь?

-Жосс мне сейчас не до тебя, я занят.

-Да нет. Ты глянь. - Рошфор поддался моим уговорам.

-Ну и где?- Я указал на неё взглядом - Нет, не видел. Тебе надо отдохнуть от девчонок, хотя бы один день, Жосс.

-Да я не это имел ввиду. - Рошфор вернулся к своим обязанностям, недослушав меня. Мои последующие слова затмила вновь заигравшая музыка со стороны сцены.

Все мои мысли теперь были обращены на эту нестандартную пару. Внезапно во время антракта, девушка, что-то сказала своему взрослому ухажеру. Сказанное его сильно взволновало. Они внезапно встали и пошли к выходу, даже не закончив свой ужин. «Вот кощунство!» - Сказал я вслух, заметив недоеденный стейк, после чего на автопилоте пошёл за ними. Старые кавалер как истинный джентельмен помог надеть легкое бежевое пальто своей спутнице, после чего они вышли на улицу. Через пару секунд я также вышел наружу и осторожно пошёл следом и вдруг откуда не возьмись передо мной предстало мое вчерашнее ночное переключение - Сибилла.

-Жосслен де Динуа? Газета «Либералисьон». Мне нужно задать вам пару вопросов - Она обратилась ко мне, словно между нами ничего не было. Строгим и обычным репортёрским тоном.

-Ты? Прости, сейчас у меня нет времени - Я прошел мимо неё, пытаясь догнать растворяющуюся в толпе пару, но ее скоротечный вопрос заставил меня остановиться.

-От куда у вас Романский меч из дамасской стали и зачем он вам?

-Он у тебя?! - Спросил я повысив тон, периодически посматривая в сторону медленно уходящей пары

-Да, и мне нужны ответы!

-Где меч ?!! - Спросил я с еще большим напором, но она не сдавалась

-Сперва ответы !!!

-Да иди ты к черту!!! - Сказал я, погнавшись за старым мужчиной и молодой дамой пока не случилось непоправимое, но Сибилла как истинный журналист, требующий от себя настоящего сюжета, увязалась за мной.

-Постой, куда ты так спешишь? - Спросила она меня, пытаясь не отставать.

-Не твоей дело.

-Ты же один из них? Ты меченосец?

-Что? Несёшь бред какой-то! - Ответил я, повернув за угол следом.

-Да ладно, уже давно не секрет, что вы существуете, но никакой конкретики нет и я хочу...

-Слушай. - прервал я. - Сегодня утром ты меня погнала, приставив пистолет к голове, так что не надейся даже.

-А за кем ты следишь? - На этот вопрос как и на все последующие я перестал реагировать, но она принципиально продолжала быть моей тенью. - А, так ты следишь за этими двумя. Зачем? Один из них тот, на кого охотишься?

Внезапно ласкание молодой дамы начали переходить границы дозволенного, а пожилой спутник был только рад. Они яростно искали какой-нибудь укромный уголок, чтобы уединиться прямо на улице. Для этого они нашли узкий переулок, где никого не было. В тот момент я очень надеялся, что мое чутьё меня подводит и тогда я окажусь обычным извращенцем, который любит подсматривать за чужим развлечением. Обомлевший старик полностью отдался похоти и доверил свое тело молодой и, как я успел заметить, искусной барышне, которая полностью контролировала ситуацию. Мужчина не заметил бы если его обворовывали десять человек одновременно. Внезапно девушка очень сильно придавила своего партнера к кирпичной стене, «Очень сильна для своего телосложение!» Подумал я, мои подозрения все быстрее приобретали набирали доказательство.

-Принеси мой меч, пожалуйста или этот человек умрет.

-Я тебе не верю.

-Дура. - Не успев я закончить произносить это слово, как до моих ушей дошло очень знакомый звук трансформации из человека в пожирателя. На сей раз он был тихий, но хруст костей и черепа был ясно слышан. Некогда красивая куколка, медленно становилась большим трехметровым синим монстром с красными как густая кровь глазами, прикрывая рот своей жертве, которая при всей своей беспомощности все же пыталась спастись, но он был обречён. - Быстро за мечом!!! - Сказал я таким требовательным тоном каким только знал, но она не послушала. - Твою мать. - Сказал я и пошёл с голыми руками в бой.

Мои сломанные рёбра сразу дали о себе знать. Я не мог двигаться быстро как мог, и нанести физический удар в таком состоянии также не представлялось. Из этой схватки я, конечно, смог бы выйти победителем даже с мечом и будь я в форме, но с моим поломанным телом это было почти невозможно. С «Аманеской» еще был бы шанс, но это все уже не важно. Я просто должен был спасти этого человека. Моих сил хватало, на один славный прыжок, что я и сделал. Я запрыгнул на спину пожирателя и провёл удушающий захват. Это было не сложно, так как шея у этих существ довольно длинная и закрыться подбородком они не могли, но это не отменяло того факта, что после началось настоящее родео. Меня качало из стороны в сторону. Мной пытались пробить кирпичные стены переулка. Эта тварь падала на спину. Во мне больше не было никаких сил. Я отпустил его шею. Внезапно я услышал выстрелы. Это был тот самый револьвер, который этим утром был нацелен мне в лоб. Все пули попали в голову. Сибилла, как оказалось, стреляет очень метко. Пожиратель начал кричать от боли, прикрывая голову своими большущими руками. После шести выстрелов монстр, больше не обращая внимания на меня и свою старую жертву, резким рывком приблизился к журналистке, чье любопытство вот-вот будет стоит ей жизни. Она даже не успела повернуться как почувствовала острейшие когти, раздирающие ее спину. Сибилла, крича, упала на тротуар. Пожиратель подобрал ее и занёс назад в темный переулок. Она сопротивлялась, кусала большую синюю лапу, брыкалась, продолжала бороться, но никто не мог выбраться из могучего хвата этих проклятых существ. Я попытался встать, но оказалось нога тоже сломана.

-Эй ты, уродка, шлюха деловая! Не смей! - Я не видел иного способа, кроме как отвлечь пожирателя на себя. - Может он сжалился бы и съел меня в место неё. В конец концов, они когда-то были людьми. - Съешь меня, Только не трогай ее. Прошу! Тебе же много не нужно. Ты утолишь свой голод если съешь меня.

-Хахахаха - Внезапно хрипливо посмеялся пожиратель - И до тебя скоро доберусь, любовничек.

Внезапно, откуда не возьмись, с неба свозился мой меч. В буквальном смысле. Передо мной упала «Аманеска», словно прийдя мне на помощь. «Это как вообще?» Подумал я резко посмотрев наверх в сторону крыш. «Кто его сбросил?» - Параллельно с этой мыслью я обнажил свою боевую подругу. «Аманеска» помогла мне поднять. Я прыгнул своей уцелевшей ногой прямо под ноги моего противника и очень легким взмахом, словно ножом по маслу, рассек обе ноги пожирателя, за мгновение до того, как он успел поужинать Сибиллой. Пожиратель вновь заорал, корчась на тротуаре от боли.

-Мои ноги!!! Ноги!!! Я тебя сожру! Сожру!!!

-Прости родная, но не сегодня. - Сказал я, отрубив ей голову на глазах у Сибиллы, после чего монстр медленно расплавился не оставив после себя никаких следов кроме скверного запаха разложения и густой чёрной крови, который со временем тоже рассеется. После боя, я отключился истекая кровью второй раз за этот день. Рекорд!!!

Я очнулся в больнице, где надо мной сидела спящая Сибилла. «Как она сладко спит» Подумал я, после чего заметил свою ногу в гипсе. Голова была забинтована, три пальца на правой руке также были в гипсе. Я попытался присесть, но сильная, острая боль пронизывающая все мое тело дало мне знать, что лучше не двигаться. Мой мигом прошедший легкий стон разбудил мою спасительницу.

-О Боже. Жосс, не двигайся! Тебе нельзя двигаться!

-Я... Я уже понял. Меч, где мой меч?!

-Он вот здесь. - Ответила Сибилла, указав на облокоченную об маленький шкафчик «Аманеску».

-Здорова. Как я тут оказался?

-Я вызвала скорую и нас привезли.

-А тот старик? Как он?

-Не знаю, как только ты отвлёк… ну..это... на себя, он сразу удрал.

-Слава Богу! - Сказал я выдохнув, словно сбросил большой камень с плеч.

-Прости меня, Жосс. Я настоящая дура.

-Согласен. И не просто настоящая, а самая большая дура из всех, кого я когда-либо встречал. А встречал я не мало.

-Впервые за сегодня я с тобой полностью согласна.

-Хах.. Ох, черт побрал меня с тобой переспать. С тех пор у меня одни неудачи. Нет, серьезно! Стоило проснуться у тебя в постели, так меня чуть не пристрелили, избили на глазах у всего района, поломали рёбра, сотрясение мозга устроили, отправили в мир кошмаров...

-Мир кошмаров...?

-И тем же вечером меня снова избили, доломали оставшиеся рёбра, ногу, черт знает, что еще и все это по твоей вине. Прошу, оставь меня в покое. Прости, что лишил тебя девственности...

-Ей, я не была девственницей.

-Тогда просто прости, что с тобой переспал. За все прости, но пожалуйста сними с меня это проклятье. Оставь меня в покое. Сгинь! Изыди!!

-Нет. Я никуда не уйду.

-О нет.

-Тебе нужен уход. Я буду присматривать за тобой, пока не восстановишься.

-За мной есть кому присматривать.

-Не сомневаюсь, но дополнительные руки будут не лишними. Тем более я хочу написать о тебе - Молодом человеке, который спас меня и старого пошляка.

-Ааа, вот оно в чем дело. Тебе нужна хорошая история.

-Я журналист. Это моя работа.

-Открою маленький секрет. Тебе ни за что не дадут опубликовать статью об этом. Зря не старайся.

-Это почему?

-Вот вроде журналиста, а на деле реально дура. Вспомни! Хоть раз, когда-нибудь, где-нибудь об том печатали или говорили в новостях?

-.....

-Тота

-Я все равно напишу об этом. Люди должны знать.

-Люди могут узнать об этом в любой момент и без СМИ. Вся соль в том, что они не хотят это знать. Твою статью, даже если она каким-то чудом пройдёт в печать, воспримут как очередную желтизну. Так что, до свидания. Ой то есть... Прощай на всегда!

-Я сказала, что позабочусь о тебе и я это сделаю.

В этот момент вошёл Рошфор с глав-врачем этой больницы. Так уж совпало, что меня привезли в Оте́ль Дьё де Пари́. В старейшую больницу во всем мире. Этим местом заведовал наш соратник, Эрнест Буйо. Это место имеет очень богатую и проклятую историю. Страшно представить, сколько здесь погибло людей в своё время от чумы и страшных условий содержания. Благодаря нам,-меченосцам, эта больница стала одним из лучших медицинских учреждений Парижа и доход приносит также не малый.

-Здравствуй Жосс - Сказал Эрнест. - Как себя чувствуешь?

-Господин Буйо, вы серьезно?

-Да, очень серьезно.

-Чувствую себя ужасно. Все болит. Не могу двигаться.

-То есть!? - Возбуждённый спросил Рошфор - У него что...?Ноги отнялись?

-Нет, нет - Ответил врач. - Позвоночник не поврежден. Все вполне поправимо.

-Поправимо? - подчеркнул Рошфор - Он прямо как комиссар Жубер из «Такси 2» после крутого падения с криком «Банзааай». - Все сдержанно улыбнулись вспомнив эту бессмертную сцену французского кинематографа. Я в том числе. При малейшем хохоте я чувствовал жгучую боль в обоих боках. - Так когда эту мумию можно будет забрать домой, док?

-Ну, я бы за ним понаблюдал пару дней, а потом можно и домой. Постельный режим на три месяца минимум.

-Три месяца? Док, вы серьезно? - Возмутился я.

-Очень даже серьезно. У тебя множественные переломы и сотрясение. - Буйо посмотрел на часы. - Хорошо ребята. Мне уже пора. Пациенты ждут. Можете оставаться сколько хотите, но не злоупотребляйте. Ему нужен отдых. Жосс, я к тебе обращаюсь!!!

-Так точно, господин Буйо.

Глав-врач вышел и только после этого Рошфор обратил внимание на прекрасное создание, сидящую по другую сторону койки.

-Прошу прошение. Этот хам нас не представил друг к другу. Я Рошфор - Сказал мой друг, протянув руку над моей сломанной ногой.

-Я Сибилла. Очень приятно познакомиться. - Она встала со стула и протянула руку в ответ. - Просите, вы сказали Рошфор?

-Да, все правильно.

-Ааа. Очень приятно. Так вы имеете несчастье быть другом этого человека?

-Это так. Имею грех за душой. А вы, как понимаю, тоже из клуба анонимных друзей?

-Имела неудовольствие быть в клубе пару раз. В смысле.... смысле видела его дважды.

-Вы молодец. У вас хотя бы ума хватило не связываться с ним в отличии от меня.

-Ау!- Резко прервал их столь разгорающийся диалог. - Я, конечно, рад, что у вас обоих оказалось столько общего, но кажется у нас дела, брат.

-Ну ладно. Ааа... - Рошфор явным знаком головы указывал на Сибиллу.

-Нет, брат. Она останется.

-Что? - Сказал Рошфор

-Что?- Повторила Сибилла - Ты же больше меня видеть не хочешь?

-Жосс, тебе последние мозги отбили?

-Я ей обязан. Она мне жизнь спасла. Она заслужила присутствовать.

-Как скажешь. Сам потом оправдывайся.

-Ой, я тебя умоляю. Мы прямо храним самый секретный секрет человечества.

-Хорошо Жосс, Давай, рассказывай! - Я все рассказал, что случилось после того, как вышел из Мулен-Ружа: о слежке за подозрительной особой в компании неизвестного старика; рассказал как попытался остановить пожирателя, а Сибилла прикрывала меня огнём. Ну может я кое-что и переврал, описывая бой, но хорошую историю не грех и приукрасить.

-Почему ты сразу не позвонил мне или кому еще по близости. Верх идиотизма было идти на пожирателя без меча, тем более в твоём состоянии. Брат, иногда мне кажется, ты специально стараешься побить новый рекорд по тупости.

-Если бы не сделал того, что сделал, погиб бы человек.

-Я тоже виновата. Я отказывалась возвращать меч. - Добавила Сибилла.

-Так меч все это время был у тебя? - Спросил Рошфор.

-Да, дело в том, что он забыл... забыл его у меня дома прошлым утром.

-Ладно. Примерно все ясно, но одно осталось без ответа. Каким боком «Аманеска» оказалась рядом с тобой? Ты реально веришь, что она сама прилетела к тебе.

-Я не знаю. Ее кто-то сбросил с крыши. Не могла же она и вправду сама прилететь.

-Или...?

-Нет, не думаю. У нас это только он умеет.

-Постойте! - Сказала Сибилла. - Вы что, всерьёз рассматриваете вариант с ожившим мечом явившийся по зову хозяина, как в сказках?

-Ну..., Как сказать... Мы не отрицаем, что это возможно, но в данном случае очень маловероятно. - Ответил я.

-А вот как вы стали меченосцами? В вас есть какая-то особая сила, или вы становитесь такими путём ритуала, формулы...? - Сибилла достала блокнот и хотела начать интервью.

-Эй, погоди минутку! Что это значит? - Озадачился мой друг.

-Да, Рошфор... Я совсем забыл сказать, что она журналистка.

-Кто?! Твою мать!

-Да ладно тебе. Ей никогда не дадут опубликовать статью. Не делай из мухи слона.

-Из мухи слона? С каких пор мы с журналистами общаемся? - Возмутился Рошфор - Только без обид, Сибилла. - Подчеркнул наш тактичный бармен. - Ты хорошая девушка, но нельзя рассказывать о том, чем мы занимаемся.

-Мне до сих пор не понятно почему. Разве знание не поможет людям? Все будут более осторожными, внимательны. Пожирателям будет на много сложнее заманивать людей.

-И в один прекрасный день появится какой-то тип, убивший другого на улице из-за простых подозрений. Люди перестанут ходить на свидания. Обычная пожилая женщина из-за скуки обвинит соседа. «А вдруг президент Пожиратель?» Кто-то скажет. - Привёл свои аргументы Рошфор

-И это он еще фактами из истории не начал подкреплять. - Дополнил я Рошфора.

-У вас и своя история есть?

-Нашей организации где-то тысяча лет если не ошибаюсь. На пару сказок историй хватит.

-Жосс, ты что решил ей все рассказать?

-Ну а что? Если она все узнает, может поймёт, почему это должно оставаться тайной. Всю ответственность беру на себя, Рошфор.

-Ты вчера уже взял пару раз на себя ответственность и оказался в больнице полумёртвый. - Прокомментировал Рошфор. - На сей раз он тебя точно прикончит!

-Кто прикончит ? - Спросила Сибилла

-Мой отец

-Ясно, а он...?

- Большая шишка.

-Поняла. Он очень Опасен?

-Для нашего забинтованного друга? Ещё как. - Сказал Рошфор.

-Сама не понимаю, почему продолжаю спрашивать. Так это отец тебя избил у всех на глазах? - Наше с Рошфором молчание послужило неловким ответом. -Интересные методы воспитания.

-Что делать, когда другие методы не действует? - Добавил мой друг.

-Ай! - Вдруг по моей голове словно ударил гигантский молот.

-Жосс, ты как? - Спросил Рошфор, сменив саркастичный гнев на искреннюю беспокойство.

-Я позову врача. - Добавила Сибилла, поднявшись. Через секунду она уже была в коридоре в поисках помощи.

-Голова, как будто тиски сдавили.

-Это ничего. Все будет хорошо. Мы и не такое терпели. Вот, кстати, это тебе приготовил Луи. - Рошфор достал из не замеченного мной пакета алюминиевую коробку для еды. - Он разорался, предупреждал, просил передать, чтобы ты ничего из местной кухни не ел если хочешь жить. Он обязался каждый день готовить тебе сам.

-Как его нога?

-Она болит, но ему все равно. Он за плитой. Жосс, не хотел бы снова в сотый раз тебя предупреждать, но ты думаешь сейчас не тем местом.

-В смысле? Ты про Сибиллу?

-Она тебе в душу запала и это здорова. Я был бы очень рад за тебя, брат, если бы не данные обстоятельства. Она журналист, которой нужна сильная история, и только ради этого вызвалась быть твоей сиделкой.

-Она работает в газете «Либералисьон». Ничего сложного. Дадим пару тысяч глав-редактору как обычно, чтобы история не попала в газеты, но до этого не дойдёт. Я с ней поговорю.

-Ты уверен? Она настроена очень решительно.

-Это да. - Ответил я, не скрывая свои положительные эмоции по отношению этого бесспорного факта.

В этот момент вернулась Сибилла с Эрнестом, который после быстрого осмотра повелительным тоном указал обоим на дверь. Они оба вышли с обещанием вернуться завтра как только смогут, но перед тем как Сибилла покинула палату я должен был ее спросить.

-Сибилл? - Позвал я ее, закрывающую двери.

-Что такое?

-Ты впервые спасла человека?

-Да - Ответила она мне осознав этот факт.

-Я тоже.

И вот, я вновь остался на едины со своими мыслями. Я и вправду впервые спас человека. Это было впервые, когда я столкнулся. С пожирателем, который уже полностью понял правила игры. Его схема была древней, но эффективной. Эта ожившая тварь уже съела как минимум десять человек, но понятая не имела о меченосцах, что я и сказал Рошфору во время моего рассказа. Одна из причин, почему мы ее упустили, она могла быть кем-то убита, а тело спрятано. Меченосцы за сотни лет нашли массу способов ограничить появление пожирателе, но остаточный процент всегда был и будет.

Как наша организация работает сегодня. Мы обычно давим проблему в самом зародыше, контролируя все морги и кладбища Франции. Если человек оживает, сразу на место выезжает спецгруппа с огнестрельным вооружением и одним - двумя меченосцами, которые решают проблему, пока пожиратель не успел осознать, что присходит. В очень редких случаях он успевает кого-то съесть. Спецгруппа существует для ослабления противника, чтобы меченосцу было легче во время ближнего боя. Изрешетив пожирателя, меченосец доводит начатое дело до конца, отрубая голову. Так же существует вероятность, что мы наткнёмся на стаю. Это когда пожирателей минимум трое-четверо. Есть теория, что у них существует коллективный разум, но это так и осталось теорией. Последнюю стаю, которая была нами найдена уничтожена пять лет назад в городе Моншау, что в Германии. Меня там даже не было. Немецкие меченосцы решили всю проблему без потерь. Эволюционные пожиратели, которые пожрали достаточное количество душ, чтобы стать нечто большим чем просто гигантским темно-синим монстром с эльфийскими ушами уже двадцать лет нигде не фиксировались. Последний случай был где-то на постсоветском пространстве, на сколько я знаю. Ходили слухи, что пожиратель выглядел как белая змея размерами примерно как Василиск из фильмов о Гарри Поттере. Член круга двенадцати, которого я не помню как зовут, вступил с ним в бой и вышел победителем. На сколько известно, это последний бой с эволюционными пожирателем.

Орден уже с конца девятнадцатого века, немного поменял курс деятельности. Так как сражений стало меньше, а расходов больше, меченосцы постепенно начали входить в бизнес ради поддержания многочленных методов отслеживания и поддержания тайны нашей деятельности и, естественно, ради компенсации многочисленных непредвиденных расходов, уже не говорю об оплате всех личных счетов и зарплате для спецгрупп. Кочевой образ жизни и многочисленные скитания по всему свету в поисках пожирателей постепенно утратили актуальность и из одиноких могучих воинов мы превратились в перспективных бизнесменов со связями по всюду ибо наш орден существует во всем мире. Мы везде: в медицине, здравоохранении, сельское хозяйство и, конечно, в сфере развлечений и шоубизнеса. Ярким примером является мой любимый Милен-Руж. А Члены Круга Двенадцати, скажем так, это совет директоров нашего гигантского конгломерата. Если очень кратко, меченосцем быть очень выгодно в наши дни. Взять Рошфора, Эмильена или любого, кого я знаю. Их месячное содержание, как и мое, в пять, а то и в десять раз превышает их обычную зарплату. После того, как они не смогут обнажить мечи по любой причине, то будут обеспечены до конца дней.

К чему я это все? Ах да. До вчерашней ночи это было всего лишь работа, в которой я хотел преуспеть, обойдя своего ненавистного отца. Показать, что сын, которого он бросил с матерью, будет тереть его мокрой башкой пол когда захочет. Сперва тот сон, после боя с Леоном, потом спасение того старого извращенца с Сибиллой впервые разбудило во мне чувство ответственности перед беспомощными людьми. Эти ощущения, бурлящие в моей душе. Прожить день не просто так. Пойти против истинного врага природного мироздания и победить, сохранив единственное, что важно в этом заблудшем мире - человеческую жизнь. Я думал на этим до глубокой ночи. Мысли пролетали так быстро, как никогда и после череды долгих, меняющих меня изнутри, размышлений я пришёл к одному неоспоримому выводу. - «Я хочу домой.» - не переставая, говорил самому себе. - «Я очень хочу домой».

В день выписки меня должен был забрать Рошфор и привести домой. За эти два дня я подготовил себя к мысли, что настало время поговорить с Леоном. У меня накопились вопросы, на которые моему разуму нужны были ответы, но перед этим я должен был сделать то, что на тот момент считал первостепенно важным. Я позвонил Сибилле и сказал, чтобы она приехала меня забрать. Она явилась рано утром. Искалеченный но великий боев в лице меня уже был готов на сколько возможно, учитывая состояние.

-Привет, Жосс. Ну что, готов? - Сказала Сибилла, медленно зайдя в мою палату, попивая кофе из полулитрового пластикового стакана.

-Да, готов. Ты все принесла, что я просил?

-Да, только я так и не поняла. Почему ты заставил меня покупать все новое?

-А… я не люблю одеваться во что-то дважды. Сибилла, конечно, можешь не отворачиваться, но дальнейшая картина может тебя оскорбить.

-Ничего, я потерплю. - Вопреки моим остротам Сибилла помогла мне одеться. Я быстро, не дожидаясь помощи, резким скачком из постели перебрался в кресло-каталку, сопровождая это действие еле сдерживающим стоном. Сибилла даже не успела отреагировать.

-Твою мать. Не мог подождать?! - Прокомментировала моя помощница - Я бы помогла. Куда спешить?

-Тебе и так хватает со мной забот. Давай!!! Быстрее, кати меня в строну выхода! Меч не забудь!

-Неугомонный. А разве мы не должны оформить выписку?

-Я уже о всем озаботился. Можем ехать.

-Хорошо. - Ответила Сибилла с неким подозрением, но причин не доверять мне не было. Я ведь красавчик.

Мы легко миновали охрану и чудом не попались на глаза Буйо. Мы подкатили к машине Сибиллы. белой Тайоте-Приус, которую я даже не считал за машину. Для меня эта машина была словно повозка с полудохлых ишаком, но я не жаловался. Нужно было как можно быстрее запихнуть забинтованную ногу в это жалкое подобие транспорта.

-Боже, ну подожди ты! Куда ты так спешишь! - Сказала ни о чем не подозревающая сообщница, пытаясь усадить меня в машину, а моя неугомонность и желание быстро покинуть это место нам только мешали.

-У нас много дел. По дороге расскажу.

-У тебя-то какие могут быть сейчас дела? - Ответила мне, наконец усадив поломанное тело на переднее сидение.

-Давай, поехали. По дороге расскажу. Тебе понравится. - Сибилла закрыла мою дверь и села за руль рядом со мной. Тронувшись я постоянно оглядывался назад, словно высматривая за нами, либо погоню, либо слежку.

-Что ты мельтешишь? - Спросила меня Сибилла смотря одновременно на меня и на дорогу.

-Сибилла, мне прямо сейчас нужно на «Берси». - Сказал я Сибилле, с полной уверенностью и настойчивостью, предсказав очень сложный разговор.

-Зачем тебе туда? - Сибилла полностью перестала сдерживать своё возмущение и интерес всего происходящего.

-Мне нужно сесть на поезд до «Лурда»

-Что? Сейчас? Ты посмотри на себя. Кто тебя сейчас в таком состоянии впустит в поезд?

-Ты поедешь со мной.

-Еще чего? Мне кажется ты бредишь. Тебя сотрясение так и не прошло.

-Сибилла, я серьезно. Это нужно сделать прямо сейчас.

-Ты сперва приди в норму, а потом езжай куда угодно. Да и я не могу никуда сейчас поехать. Вот так сразу все бросить: работу, дом, друзей и уехать на юг с почти незнакомым человеком.

-Ну ладно. Тебе же хуже. - Я выдержал легкую паузу, ровно до того момента, пока журналистское любопытство не взяло вверх.

-Черт!- Сибилла искренне верила, что пожалеет, задав этот вопрос. - Ладно подыграю. Почему мне же хуже?

-Я дам тебе сюжет столетия. Я расскажу обо всем, что творится в нашем мире: о меченосцах, пожирателях, даже раскрою некоторые аспекты загробной жизни, а для маленькой затравки скажу, что почти все легенды и сказания о драконах, короле Артуре, даже крокодилы в канализации Парижа, призрак оперы имеют прямое отношение к тому, что ты видела пару дней назад в переулке.

-Ты серьезно?

-Тебе же это было нужно? Я все расскажу, только если мы прямо сейчас сядем в поезд и доберёмся до Лурды.

-Твои друзья не в курсе твоего побега. - Утвердительно проговорила Сибилла, зная, что она последняя, кого бы я стал просить о подобном.

-Они бы меня не отпустили.

-И правильно бы сделали.

-Может быть, но я должен попасть туда. Ни через три месяца, ни через неделю. Сейчас. Поверь, это необходимо для моего здоровья.

-Твою мать!!!Я об этом пожалею, пожалею, пожалею! - Сибилла резко перестроилась, на другую дорожную линию, не успев включить поворотник, чуть не став причиной легкой аварии. Меня знатно пошатало. Я вновь почувствовал сильный кулак Леона ломающий мои кости, но я держал боль внутри, чтобы Сибилла не передумала. Когда мы почти доехали до набережной «Берси», зазвонил мой телефон, и по другую сторону трубки были созданные мной глупые проблемы.

-Привет Рошфор.

-Привет?! Какой привет?! Ты куда пропал?! Тебя не оказалось в палате и я подумал ты уже покойник. Спрашиваю Эрнеста, он говорит, что ты в палате. Ты где?! Мы с Эмильеном всю больницу вверх дном перевернули.

-Рошфор, успокойся. Со мной все хорошо.

-Хорошо?! Ты переломанный с головы до ног!! Где ты?!

-Я должен на время уехать.

-Погоди, уехать?! Куда? Сейчас? Ты не состоянии.

-Я не один.

-С тобой та лесбиянка? - Спросил Рошфор на повышенных тонах. К сожалению Сибилла услышала этот фрагмент нашего разговора. Всегда ленился выстраивать звук в телефоне.

-Да, она рядом, так что я не пропаду.

-Жосс, это глупо. Тебе нельзя двигаться, ездить куда-то тем более.

-Рошфор!

-Что?!

-Передай от меня Луи, что рыба была просто фантастична. Прости меня, брат за столько нервов.

-Жосс, не глупи хотя бы сейчас!

-Поцелуй от меня Аврору и Луну. Я им привезу что-нибудь.

-Жосс, не смей бросать трубку! - Примерно на слове «Смей» я положил трубку и выключил телефон.

-Так?! Кто там лесбиянка?! - Внезапно спросила Сибилла.

-Что? Никто, не обращай внимание.

-Тебе везёт, что я немощных не бью.

Наконец мы добрались до станции. Выход из машины был еще тем представлением. Сибилла несколько минут искала кресло-каталку для меня. Пересев в него, я указал на железнодорожную станцию. Перед входом нас остановила охрана, которая отказывалась пропускать людей с холодным оружием.

-Я в с сотый раз повторяю. С холодным оружием сюда нельзя. - Без умолку твердила мне охрана.

-Ребята, я понимаю. Вы делаете свою работу. - Сказал я, смотря на двоих двухметровых верзил снизу вверх. - Но если вы меня сейчас не попустите, вам будет очень плохо.

-Хахаха. Друг, ну ладно тебе. Не смеши людей. Хочешь пройти, пройдёшь, но с холодным оружием и вправду нельзя. - Пока он продолжал объяснять правила безопасности, я включил свой телефон, на котором высветилось уже несколько пропущенных вызовов от Рошфора, Эмильена и Жермона, но я зашёл в контакты и нашёл номер, который мне был нужен и набрал его.

-Здравствуй Даниель. Как поживаешь, родной?

-Я просто великолепно. Как сам?

-Да так, пару синяков, но в целом все нормально. Послушай Даниель, можешь мне помочь в одном маленьком деле.

-Слушаю Жосс. Чем смогу, помогу.

-Я тут уезжать собрался а к поезду меня не пускают двое парней из службы безопасности парижского центра на набережной Берси.

-А в чем проблема?

-В моем мече.

-Хахаха. Он у тебя и вправду все время собой?

-Я без него никуда. Сам знаешь.

-Хаха. Ладно, погоди одну минуту. -Даниель повесил трубку, и через пару минут, заграждающим нам путь, хорошим парням, которые честно исполняют свою работу, по рации поступила указание пропустить меня во чтобы-то не стало и даже проводить до самого поезда. Мы взяли два билета первого класса в один конец, оплатив роскошное путешествие моей платиновой карточкой, которую не заморозили, на что я очень рассчитывал, но Сибиллу мало интересовал Купе-люкс. Её сомнения нарастали и всё ярче проявлялись на бледном и нежном лице, но жажда знаний полностью отправляли в нокаут все, мешающие добраться до истины, эмоции. Мы спокойно сели в купе первого класса без всяких проблем, и первое, что я сделал, очень медленно прилёг на большую двухместную кровать, от которой Сибилла была не в восторге.

-Постойте, разве нет купе с двумя одноместными кроватями?

-К сожалению нет. Все места заняты. - Ответила борт-проводница.- Вам вообще повезло, что остался люкс. В апреле обычно все места забронированы на месяцы вперёд.

-Ну, а есть места в эконом классе?

-К сожалению нет.

-Ладно, спасибо.

-Будут вопросы, зовите! - Борт-проводница вышла, предварительно одарив нас рядовой, белоснежной улыбкой, как подобает владельцам первого класса.

-Черт, забыла сколько нам ехать?

-Где-то пятнадцатью часов. - Ответил я на не адресованный мне вопрос.

-Я расположусь в кресле.

-Сибилла, ну серьезно. Я в конце концов могу обидеться. Неужели просто поспать рядом со мной так страшно. Заметь! Не переспать, а поспать рядом. Даже если бы ты меня домогалась, я все равно сейчас ничего бы не смог сделать. Как не прискорбно мне это признавать. - Произнеся это вслух, я в полной мере осознал, что секса у меня не будет еще очень долго. Начался трехмесячный монашеский образ жизни. Включаем счётчик.

Я испытывал неподдельную радость в тот момент, когда поезд тронулся с места, увозя нас из городской суеты. Уже несколько лет я воображал эту сцену в самых разных интерпретациях. Я мог это сделать в любой момент. Почему же не сделал? На этот вопрос у меня не было ответа. Нет! Он был. Просто мне было стыдно признаться в этом самому себе. К тому же, нужно было сделать один маленький звонок.

-Надо позвонить. - Сказав, я набрал моему приятелю, который помог мне без проблем и лишних вопросов сесть в поезд. - Даниель, спасибо. Как приеду, пиво за мой счет. Весь чемпионат Европы проставляюсь я.

-Ловлю на слове, Жосс. Ты на долго?

-Да, на долго. Летом вернусь. - Я заметил, как Сибилла вновь изменилась в лице, услышав слово «Лето».

-Позвони как приедешь!

-Обязательно, Даниель. Чао. - Я повесил трубку и теперь уж точно отключил телефон на очень долгое время.

-В смысле, до лета?

-Пока полностью не поправлюсь.

-Жосс, я, конечно, обещала позаботиться о тебе, но три месяца... Я так не могу. У меня работа, собственная жизнь.

-Я понимаю. Просто помоги мне добраться до места и можно считать, что ты своё обещание выполнила.

-А как на счёт интервью?

-Я держу слова. Можешь спрашивать обо всем, но не сейчас. Я хочу поспать, а то всю ночь не мог закрыть глаза. - Удобнее расположившись в кровати, которая была на много удобнее чем больничная, я впервые за эти дни выспался без всяких долгих кошмаров, походов в чистилище или где я там был. Свобода от ненависти, гнева и зависти наконец начали давать свои плоды. Впервые за очень долгое время, мне не надо было выпить, чтобы просто поспать.

Я проснулся так же быстро как и заснул. Не смотря на мои многочисленные травмы, я чувствовал себя, отдохнувшим как никогда. Впервые за эти годы я точно знал, что делать. Было очень трудно присесть на край постели. Боль огнём прошлась по всей верхней части живота. Сибилла помогла подняться, нежно ухватив меня за левую руку, боясь причинить боль.

-Спасибо. - Ответил я. Посмотрев в окно, я наблюдал бескрайние зеленые поля разделённые тонкой рекой; кирпичный мост объединяющий сельский городок с маленькими кирпичными домами и мозаичными крышами величиной не выше трёх этажей. Все это освещало медленно заходящее за горизонт алое солнце, чьи лучи отражались в, казалось, спокойной воде и в окне нашего купе. - Когда ты в последний раз наблюдала такую картину, Сибилла?

-Уже не помню. Я давно хотела, но все не находила время.

-Это точно. Я тоже.

-Спасибо твоему другу Даниелю. Он тоже один из вас?

-Даниель? Нет. Мы с ним просто болеем за «Бордо». Познакомились несколько лет назад в баре во время чемпионата и с тех пор мы дружим.

-А кто он, что вот так одним звонком решил нашу проблему?

-Если я скажу, мне, то есть ему придётся тебя убить. - В этот момент к нам постучали в дверь. За ней была молоденькая прелестная официантка с карими глазами и рыжими кудрявыми волосами, которая принесла нам ужин. Это было нечто похожее на жаренную курицу с картофельным пюре и жаренными овощами. - Хорошо, что не рыбу заказала.

-Ты не любишь курицу?

-Такую? Издеваешься?! Я бы не то что с тремя сломанными пальцами, я бы с ампутированными руками лучше приготовил.

-Не нравится, не ешь. Тебя никто не заставляет.

-Ладно, все равно ничего лучше они на своего третьесортной кухне приготовить не смогут.

Во время весьма посредственного ужина Сибилла предложила начать своё интервью. Она включила диктофон на своём телефоне и приготовила блокнот со своей чёрной гелиевой ручкой. Навострив свои длинные уши, интервьюер приготовилась ко всему самому невероятному.

-Интервью с меченосцем. Часть первая. Что для меченосца означит его меч? - Спросила меня Сибилла почти компьютерным тоном, не выказывая никаких эмоций.

-Что же для нас меч...Сам меч для нас не имеет значения. Обычное холодное оружие. Меч, который принадлежит меченосцу имеет скелет, сердце, разум, даже характер. Прямо как человек. Подобное оружие умеют делать очень немногие в наше время.

-Ты сам выковал свой меч?

-Нет, я не умею и никто не умеет на всей территории Франции.

-Я хотела бы больше узнать о создателях, но это позже. Как тебе попал твой меч?

-Те, кто их делают, создают оружие сотнями. Они могут создать оружие любой эпохи, любой страны и порой мечи с некоторыми уникальными особенности, будто они знают, что рано или поздно придёт человек, которому он пригодиться, с которым он подружится. Эти мечи спокойно лежат десятки и, бывает, сотни лет, дожидаясь своего хозяина. Когда я окончил обучение, меня отвели на склад, похожий на музей. Я никогда не видел столько оружия в одном месте. Меня оставили там на весь день, чтобы осмотреться. Были сотни рапир, сабель, шпаг, мечей. Пару раз я заметил такие мечи, которых я никогда не видел ни до ни после. Долго бродил. Трогал все подряд и клал на место. Мой наставник сказал, что рано или поздно меч сам меня найдёт. Я боялся выбрать, а вдруг не тот, а вдруг не этот. Внезапно, я автоматически направился прямо к ней. - Я указал на «Аманеску», положив руку со сломанными пальцами на головку рукоятки. - Я больше не останавливался посмотреть все подряд. Не был никаких голосов в моей голове, никаких загадок, никаких указаний. Не могу это объяснить. Я просто пришёл к нему. Визуально он ничем сильно не отличался от других романских мечей стоящих рядом. Немного другая рукоять, чуть толще, чуть тоньше, чуть длиннее, но ни у одного не было ярко выделяющего признака, но не смотря на это, точно знал какой брать. Я достал его из ножен и увидел блестяще выкованный меч из дамасской стали, но он был пуст внутри.

-В смысле? Можешь уточнить?

-Как бы объяснить? Точно, вспомним Франкенштейна, создание а не создателя. Он уже полностью готов, но в него надо вдохнуть жизнь, что и делает доктор. Тоже самое с мечом, исключая разные приборы и электричество. Это не нужно.

-То есть. Владелец в уже готовый сосуд, который ему предназначен судьбой, должен вдохнуть жизнь.

-Примерно так. Я дал часть себя мечу, которому была предназначена моя душа. Ее сознание активировалось и спустя время меч назвал своё имя. Ее зовут «Аманеска»

-Это не ты ее назвал. Она сама назвалась.

-Да.

-Можно ли сказать, что ты это меч, а меч это ты?

-Так оно и есть.

-Интересно, те, кто создаёт все это оружие, тоже меченосцы?

-Да

-Я это к чему. Мне любопытно, меченосцы могут сами создать себе меч или все проходят этот, с позволения сказать, ритуал? Просто было бы логично отдавать часть своей души созданному тобой мечу, словно мать, дарующая жизнь ребёнку или я не права?

-Да, это так. Кузнецы, создавая оружие для нас, и вправду куют мечи и для себя. Они заранее знают это. Говорят, в древние времена это было частой практикой, когда каждый меченосец создавал оружие для себя, но это ушло в прошлое. Кто знает, что правильнее, но я могу точно сказать: Никому и ничему не доверю свою жизнь больше чем «Аманеске». В конце концов, ты сама видела. Когда было необходимо, она пришла ко мне на помощь, не смотря на то, что я оставил ее валяться у незнакомого человека Бог знает где. Не в обиду будет сказано, Сибилла.

-Хочешь сказать, когда меч почувствовал реальную угрозу, он сам прилетел.

-Не знаю. - Сказал я с нотой неуверенности. - Может его вытащил из машины и скинул тайный обожатель, но факт остаётся фактом: «Аманеска» появился, когда была нужна больше всего.

-Трогательно

-Сибилла, я хочу тебе признаться кое в чем. Не под запись.

-Ладно. - Ответила Сибилла, поставив с вою натренированную, пишущую руку на паузу.

-До недавнего времени, я всего этого не помнил.

-Амнезия? - Спросила Сибилла, источая искреннюю серьезность.

-Да нет. Я помнил, но.... но не понимал. Не осознавал своей роли во всем этом. Понимаешь, в день нашего знакомства, с мной случилось нечто, что заставило пересмотреть некоторые взгляды. Не на жизнь, на самого себя. Ты даже не представляешь, как глупо могла закончиться моя жалкая жизнь. В день нашего знакомства я впервые сделал, то из-за чего «Аманеска» вообще выбрала меня. Цель, быть единым с мечом не для того, чтобы истреблять зло, а чтобы защитить добро. Все это время, даже когда я впервые дотронулся до «Аманески», мной двигал гнев и зависть. Я уподобился пожирателям. Твою мать! Как же глупо!

Мы не стали продолжать интервью. Я был не против, но было бы в тягость. Голова думала совершенно о другом. Сибилла не настаивала. Каким-то образом, она поняла всю тяжесть моих мыслей, сопровождаемой стыдом. Я медленно, не спеша обдумывал всю свою жизнь. Вспоминал всех, кому я отрубил голову; всех, кого я любил. Думал о Леоне и о нашей драке и закончил мыслями о своей спутнице. Так уж вышло по иронией судьбы, что она первая девушка за все эти годы, которая со мной уже неделю и было абсолютно наплевать на причины. «Пусть она со мной только из-за интервью» - Думал я. «Пусть она меня ненавидит, пусть я ей омерзителен, но путь она будет рядом.»

Оставшийся вечер, я провёл, не произнеся ни слова, всматриваясь в окно поезда. Как-то не похоже на меня. Обычно я люблю поболтать. Я не мог дождаться вновь увидеть, почувствовать мою землю, мой дом. Сибилла же наоборот, провела остаток вечера в разговорах по телефону, объясняя всем под ряд, от мамы до главного редактора, почему она будет отсутствовать пару дней. Из диалогов, которые слышал лишь на половину, я узнал, что редактора зовут Юбер. Учитывая как она мямлила, выслушивая всяческие нападки начальника, можно предположить, что Сибилла дорожит его уважением или побаивалась. Сибилла сказала, что наконец нашла источник для своей истории и поклялась привести самый грандиозную историю, которая взорвет весь мир. Мать Сибиллы была добрейшей души женщиной, которая первым же словом настроила свою дочь на позитивный лад. Она очень обрадовалась отъезду дочери из города, а когда узнала, что Сибилла не одна, и вовсе взорвала телефон своими советами и расспросами о тайном ухажере. К сожалению мне не дали послушать и половины разговора. Последнее, что я услышал «Нет, мам. Это по работе». После Сибилла вышла из купе в коридор, не позволив мне насладиться хвалебными отзывами в мой адрес. Я мало что мог разобрать, но позитивный тон доходил до моих ушей очень ясно. Через пару минут Сибилла вернулась с очень запоздалым вопросом.

-А зачем тебе в «Лурд»?

- Мы едем в Аскарат. От Лурда до него рукой подать.

-Аскарат?

-Да. Это деревня на самом юге.

-Зачем тебе туда?

-Так надо. - Ответив, я принял более удобную позу для моего многострадального тела и закрыл глаза. Отходя ко сну, я подумал о том, как часто засыпаю в последнее время, и постепенного уплыл в мир грёз.

Я проснулся из-за ворвавшихся лучей сияющего солнца в наше маленькое купе. Здоровой рукой я случайно задел нежное бедро Сибиллы, которая, как оказалось, расположилась рядом со мной. «Как забавно. Впервые просыпаюсь рядом с одной и той же женщиной во второй раз.» - Подумал я, сопровождая мыслительный процесс полусонной улыбкой. Она спала точно также умиротворенно как в нашу первую встречу. Я боялся ее разбудить. Хотелось осмотреть и смотреть, но идиллия нарушилась, как только все нарастающие лучи солнца добрались до ее очей, которые пробудили спящую красавицу.

-Доброе утро. Только прошу не целиться в меня.

-Привет. - Ответила она мне. - Как ты себя чувствуешь?

-Как будто меня каждую секунду бьют молоточками по всему телу, но ничего. Если болит, значит я жив. - Сибилла встала с кровати и помогла сесть мне на край, перетащив мою загипсованную ногу. - Ты посмотри в окно?

-Что там? - Сибилла посмотрела в окно, не дождавшись ответа. Наше утро началось тем, что нас приветствовали величественные белоснежные горы, усеянные темно зелёными вековыми деревьями. Водопады чистой и сверкающей воды падали в реки, из которых утоляли жажду еще не обритые овцы, пасущие в этих плодотворных местах. Я был бесконечно счастлив, что вновь смогу пройтись по бескрайней траве, которая зелёным полотном покрывает неровную но гладкую землю. Сибилла, на сколько я мог судить, также прониклась магией этих мест, которым было название «Пиренейские Горы», разделяющиеся Францию и Испанию.

-Красиво. - Сказал Сибилла, не сдержав восторг своих глаз.

-Это не просто красиво, бессмертно. Если эти места проникнут в твоё сердце, останутся там до конца твоей жизни. - Это были самые искренние слова, который я мог когда-либо сказать, ибо был уверен в их истине.

Могучая магия божественного творения сопровождала нас всю дорогу до Аскарата, куда меня везла Сибилла на арендованной мной машине. Внезапно наш с ней темп жизни заметно замедлился. Секунды протекали так медленно, словно прошёл весь день. Постепенно разум слился с темпом здешней земли и суета осталась далеко за горизонтом, как будто мы оказались в том настоящем мире, где родился и должен жить человек. Минуя, казалось, уже сотый холм, на горизонте заходящего солнца предстала маленькая деревушка с белоснежным зданиями и красными мозаичными крышами. Рядом на холмах поспевал чёрный виноград, который спустя несколько месяцев будет готов к сбору. Перед въездом в деревню дорогу перегородили стадо маленьких лошадей, пони разных мастей, ничуть не выше нашего мини-вэна.

-Они такие крошечные. - Сказала Сибилла впервые улыбнувшись за нашу поездку.

-Эта порода называется «Потток». Они родом отсюда.

-Какие милые.

-Да.

-А здесь есть отель? Где мы должны остановимся?

-Нам отель не нужен.

Спустя несколько минут Сибилла, следуя моим точным указаниям довезла нас до маленького дома ничем не отличающемуся от остальных. Он располагался на маленьком холмике как и соседний с маленьким деревянным заборчиком, через который смог бы перебраться даже я со сломанной ногой.

-Сибилла, помоги мне. - Сказал я, открыв дверь машины. Сибилла поспешно вышла и медленно вытащила мою загипсованную ногу, подав костыль. - Дальше я сам. Не забудь меч.

-Не забуду. - Ответила она, взяв «Аманеску» с заднего сидения. - А кто здесь живет?

-Мама

-Мама?

-Ну да, Мама. Что, у меня не может быть мамы?

-Прости, я посто не ожидала. А она тоже...

-Нет, но могла бы. - Сказал я вспоминав ее суровый, одновременно близкий и родной характер. - Вот, под тем камнем ключ от замка.

-А постучать не хочешь?

-Сейчас никого нет дома. У неё урок танцев.

-Так она танцовщица? - Спросила Сибилла, взяв ключ из под маленького булыжника.

-В каждой каммуне на юге есть традиции. Им тысяча лет. Они всегда помогали в трудные годы.

-Тяжело наверное людям живётся. Работа с утра до ночи, и развлечений нет.

-Все относительно. Захочешь, поймёшь. - Прокомментировал я ее оценку. Сибилла открыла дверь. Я первым вошёл в дом, и сразу почувствовал его запах, который впечатлился в мой разум с детства. Обстановка была уже не такой, как я помнил. Почти новая мебель, переделанный паркет и оборудованная по последнему слову техники кухня. Видимо моим отчислениям сразу нашлось дело. Моей гордости в данный момент не было предела, но одно место так и осталось неизменным. Большой, старый камин, сделанный из местного камня. Над ним стояли разные фотографии в новых серебряных рамках. Сибилла всматривалась в них, изучая меня и мою семью. Еще выше, на стене весела древняя наваха деда Мелитона, которая заинтересовала мою спутницу.

-Какой большой нож. - Сказала Сибилла.

-Это моего Пра-Деда. Он на левой фотографии. - Сказал я, стоя у окна в ожидании матери. Сибилла присмотрелась к черно-белой, выцветающей фотографии и внимательно рассмотрела статного, широкоплечего, бородатого мужчину с пронзительным орлиным взглядом. Он держал в руках закутанного в белое одеяло двух или трехмесячного ребёнка, чьи детские черты лица выдавали его потомка.

-А на руках у него ты?

-Да. Спустя год он умер. Я его вообще не помню.

-А эта твоя мама? - Присмотрелась Сибилла к другому фото. Она увидела Жанну в молодые годы. Обаятельная, прекрасная роковая женщина в красном платье, выступающая на лучших сценах страны, включая Мулен-Руж. - Красивая она У тебя...

-Что?

-Ничего. Она была балериной?

-Интернет здесь не работает, а то я бы...

-Ловит Вайфай. - Сказала Сибилла, к моему большому удивлению.

-Вайфай?

-И пароля нет. Что вбивать?

-ААА? Напиши «Жанна Лоран, Кармен.» - Через пару секунд раздалась бессмертная мелодия великого композитора Жоржа Бизе, а на сцене блистала уже давно забытая всеми Жанна Лоран, которая в своё время была любимица всей Франции и гордость Байоны.

-Это твоя мама? - Риторически спросила меня Сибилла, не отрывая взгляда от телефона. Моя спутница словно маленькая, начинающая танцовщица буквально пожирала глазами каждое движение пальцев ног и рук, каждый шорох длинной словно канат шеи, каждый элемент исполненный в унисон с мелодией. - Это прекрасно.

-Да, прекрасно. И всю свою карьеру она променяла на моего отца. Так себе выбор. С другой стороны, она родила такого красавца...- Сказал я, посмотрев на Сибиллу с ехидной ухмылкой преувеличенно приподняв правую бровь

-Согласна, так себе выбор.

Внезапно раздался грохот, на мгновение лишивший меня слуха. Это было старое двухствольное охотничье ружьё, чей выстрел пробил потолок первого этажа. Мы с Сибиллой резко нырнули на пол.

-Всем на пол и не двигаться иначе проделаю дырку. - С территории кухни в зал быстро ворвалась пожилая, худая и высокая мадам с дымящим из обоих стволов оружием, который казался еще больше в ее руках.

-Ама, Ама, это я, Жосс! - Проорал я, подняв руку.

-Сэмэа!? Господи! Жосслен, нельзя так пугать! Я уже не молода. Инфаркт чуть не схлопотала.

-Инфаркт?! Я пулю чуть не схлопотал. Ты в конец с ума сошла?!

-Я спокойно иду домой и вижу, свет горит в окнах. За километр видно. Что я должна была подумать?!

-Ну не знаю. Может, что к тебе приехал повидаться любящий сын?!

-Сын?! В последний раз ты приезжал пять лет назад. Ты почти не звонишь. Конечно-же! Я подумала «мой Жослен захотел навестить родную Аму.» Давай, поднимайся уже! - Сразу же после моего медленного подъема мама заметила костыль служивший мне опорой. Ее разгоряченное красное лицо, сразу же сменил оттенок при виде белого гипса в пол ноги. - Господи! Сэмэа, что с тобой?! - Сказала мама, бросив ружьё. Она помогла мне выпрямиться, после чего почувствовала на ощупь бинты в области рёбер. - Господи, господи!!! Что случилось?

-С ним все будет хорошо. - Сказал Сибилла. Она решила, что это идеальный момент явить себя моей матери. - Врач сказал, что ему нужно пару месяцев, на восстановление.

-А? Простите, но вы кто? - Спросила мама вновь, изменив выражение лица. Готов поспорить, что столь быстрой смены стольких эмоций у неё не было с конца карьеры.

-Ама, это моя подруга, Сибилла Лефевр.

-Вообще-то «подруга» сильно сказано. - Добавила Сибилла. - Я беру у вашего сына интервью.

-Интервью? - Удивилась мама. - Сейчас это так называют?

-Ама! Прошу тебя!

-Кстати, не сочтите за наглость... Можно автограф? Я ваша фанатка. - Попросила Сибилла

-А у вас хороший вкус, моя дорогая. Вы голодны? Что я несу. Конечно голодны. Я сейчас. Присмотрите за ним, Сибилла. Верно? Сибилла же? Я скоро. - Мама быстро вышла из зала обратно на кухню, подобрав ружьё, которое казалось необычайно легким в ее руках. В этой на первой взгляд тонкой хрупкой женщине сидел настоящий деревенский силач.

Сибилла помогла мне сесть на стул и расположилась рядом, положив Аманеску на стол.

-Автограф? «Я ваша фанатка.» Серьезно? Ты всего лишь пол минуты ее выступления посмотрела. - Сказал я тихим тоном.

-Я журналистка. Знаю как говорить с бывшими знаменитостями.

-Про интервью с моей мамой уговора не было.

-И про то, что я больше ни у кого не буду брать интервью тоже. Не волнуйся. Как закончим, я оправлюсь домой. Надеюсь завтра же закончим.

-Быстрее бы завтра. - Сказал я, не скрывая предстоящего визуального удовольствия.

-Спасибо. - Сибилла даже не подозревала, что ждёт её на рассвете. Не мог дождаться.

Тем временем Жанна вернулась с целой горящей кастрюлей Мармитако, блюда из тунца, картофеля, репчатого лука, сладкого перца и помидоров. Традиционное местное блюдо. Мама положила его в центре стола, села на почетное место и мы все трое приступили к трапезе, о которой я мечтал уже несколько дней. Это было самое вкусное, что я когда-либо ел и по выражению Сибиллы, она того же мнения. С другой стороны, вспоминая пустой холодильник, ей было легко угодить. Блюдо было на столько вкусным сколько и горячим. Сибилла хотела как можно быстрее попробовать следущий кусочек, но из-за температуры не получалось. Во рту Сибиллы словно были маленькие раскалённые танцующие угли. Через минуту она наконец смогла проглотить, сопровождая облегчение мощным выдохом.

-Как же вкусно! - Сказала она на радость Жанне.

Тем временем пришлось рассказывать матушке в подробностях всю историю моего нынешнего состояния. Сибилла изредка добавляла и периодически записывала некоторые неизвестные ей до селе факты: на что способен Леон, о Членах Круга двенадцати, о том, как ими стать и почему у них столько полномочий. Она так и не дождалась ответа на последний вопрос.

-А как вы познакомились? - Внезапно спросила Жанна. - На сколько я поняла, твои неприятности начались с вашего знакомства.

-Мадемуазель Жанна, это совсем не важно.

-Да, ама. Это совсем не важно.

-Так, что вы оба скрываете? Мне снова достать ружьё?

-Мадемуазель Жанна, как вам сказать...

-О таких знакомствах не рассказывают, а родителям тем более.

-Господи, сразу скажите, что переспали и все. - Сказала мама все своими словами, без лишней скромности.

-Ама! - Я обычно горжусь своим любовными достижениями, но сейчас был тот редкий лучший, когда приходилось за подвиги краснеть и не мне одному.

-Это была ошибка. - Добавила Сибилла, демонстративно отведя взгляд. Она ясно дала понять, что не хочет больше об этом говорить.

-Все понятно. - Жанна, тут же уловила намёк и перевела тему. Сэмэа, а с каких пор меченосцы всё рассказывают журналистам?

-Она одержима идеей написать статью, где будет рассказана истина.

-О правда. Удачи деточка. - Сказала Жанна с явной иронией.

-В смысле? Почему вы так уверены, что мне не дадут это сделать? Понимаю, будет тяжело заставить поверить людей во все происходящее, но это не значит, что об этом не нужно написать.

-Так все и так в курсе. - Ответила мама. - Может тебе и дадут это напечатать, но все усилия будут напрасны.

-Жослен говорил мне нечто подобное, но я не поняла. Я не была в курсе, мои родные не были в курсе, мои друзья, знакомые. Мы никогда об этом не разговаривали о меченосцах, пожирателях...

-Но это не значит, что вы не знали. - Сказала Жанна. - Взять тебя. С чего началась твоё расследование?

-Ролик в...интернете. - И Сибилла словно прозрела. Сибилла снова зашла в интернет и на сей раз ничего не смогла обнаружить. - Больше не могу найти.

-И их было не одна сотня, верно? Я тебе кое-что покажу. - Мама взяла из шкафа один из старомодных альбомов с фотографиями и вырезками. В них оказались разные фотографии и статьи, которые касались меченосцев и атаки пожирателей на людей. Некоторые статьи были написаны еще во время первой мировой войны. На фотографиях были убитые пожиратели а над ними меченосцы ушедших эпох. Штудируя альбом старицу за страницей, Сибилла узнала некоторые громкие дела. В одной статье даже говорилось об Франко-Германском перемирии у горы Бернарштейн в декабре 1915-ом году. В этом тексте были описана реальная история и истинные причины прекращения боев. Во время Первой Мировой Войны было самое масштабное появление пожирателей в двадцатом веке. Меченосцы были нужны как никогда. Тысячи погибших молодых солдат марсова становились пожирателями и продолжали воевать, используя ново обретённые силы против борьбы с противником, но со временем, они перестали делить людей на своих и чужих. Убивали всех, не смотря на то, какая была на ком форма. На фронтах приходилось объявлять перемирие, чтобы меченосцы исполнили свой долг. К этим статьям было прикреплено много фото, на которых запечатлели солдат вместе с людьми с мечами в военной форме, но без каких-либо отличительных знаков. После этих случаев люди отказывались дальше воевать, поняв, что они способствуют распространению страшной вечной болезни, которой нельзя давать волю, или она поглотит весь мир. Таких статей было еще очень много, но чем больше лет проходило, тем меньше их становилось по количеству и по объёму. Почти все журналисты после публикации статей были подкуплены на столько большими деньгами, что даже самые честные и не подкупные ломались.

-Господи! - Сибилла нарушила молчание. - Но я не понимаю. Как об этом можно было забыть? Почему вы это замалчиваете. Это не нормально.

-Справедливости ради, я должен сказать, что наш орден приложил к этому некое усилие. Мы об этом не распространялись. - Сказал я. - Но страшную тайну мы из этого тоже не стараемся делать. Многим правда не выгодна. Возьмём конкретный случай из этой статьи. Кто будет воевать если люди узнают, что способствуют оживлению мертвецов-канибалов. Официальному правительству вовсе не выгоден подобный резонанс. Кстати, здесь есть пару стаей, где пожирателей представляют как героев.

-Вот интересная статья. - Сказала мама, перевернув пару страниц на нужную статью с заголовком «Французский демон вновь карает нацистских оккупантов.» Французским демоном называли некого Жанна Мулена. На вид шестнадцати летний мальчик, чью семью и его самого убили нацисты. Вернувшись к жизни и поняв на что способен, Жан утолял свою жажду, пожирая нацистских офицеров по всей Франции, пока его не убили меченосцы. Жан успел съесть больше сотни солдат и десятки офицеров СС, к которым у него было особое отношение. Они умирали в страшных мучениях. Жан был ликвидирован через год после войны, но для людей, которые были отмщены, он до конца остался героем. Свидетели, отзывались о нем как о божественном правосудии.

-Это ужасно.

-Не понимаешь, как к этому относиться? Вроде бы можно понять, учитывая чему нас учат на уроках истории, но истина в том, что благо построенное на зле ничем не отличается от обычного греха. Цель не оправдывает средства. Этот бедный ребёнок продолжал убивать и после войны и продолжил бы.

-Я хочу уточнить. Если между, например, Китаем и Японией война. А меченосцы по обе стороны баррикад. Это люди натренированные бороться с самыми смертоносными существами на земле и они не принимают участия в этой война, сражаясь за свою родину?

-Наш орден един. Для нас не существует границ. - Ответил я.

-Поняла. У вас своя война. Сколько орден существует?

-Мы нее знаем. А когда была рассказана первая сказка для детей на ночь?

-Так, дорогие продолжим завтра. - Сказала Жанна, убирая посуду со стола.

-А вы тоже меченосец? - Спрсосила Сибилла

-Я? Нет. Я просто ама меченосца и бывшая супруга меченосца.

-Вы не против, я еще посмотрю.

-Наслаждайся, но не засиживайся допоздна. Завтра у нас много дел. - Сказала Жанна, взяв опустошённую кастрюлю, которую отнесла на кухню.

-У нас? - Подчёркнуто спросила Сибилла.

-В этом доме, кто не работает, тот не ест. - Сказал я ехидно, посматривая на Сибиллу.

-В смысле?

-До завтра. - Сказал я, встав со стола, опершись об свой костыль. Я взял Аманеску в другую руку и отправился на второй этаж по отремонтированной спиральной лестнице в свою старую комнату, где мама оставила все так, как было в день моего последнего уезда. Как же долго я мечтал снова лечь в мою первую постель. Я медленно присел на кровать и смотрел через маленькое окно на сверкающую луну окруженную мерцающими звездами. Отличительной особенностью подобных мест: это прекрасное, ночное небо богатая миллионными небесными телами, шлющие нам привет откуда-то из далека и являющиеся бессмертным украшением ясно просматриваемого млечного пути. Холодный ветер, ворвавшийся в комнату ударил меня по лицу и я выдохнул полным животом так как областью груди было больно двигать. Внезапно я почувствовал всю тяжесть пройденого пути от Парижа до моей постели. У меня не было сил раздеться и свежий воздух усыплял меня. Я был не в состоянии поднять руку. От отключки мне помог внезапный стук в деревянную новую дверь.

-Кто там?

-Я могу войти - Это был голос Сибиллы.

-Да, заходи. - Сибилла подошла ко мне, смотря сверху вниз.

-Давай я помогу. - Сибилла, глядя на меня, сразу поняла, что без помощи мне будет весьма не просто.

-Не нужно. Позови аму.

-Я говорила, что о тебе позабочусь. Я слов на ветер не бросаю.

-Мне не нужна помощь. Ты выполнила свою часть сделки. Помогла добраться до сюда. Я не вправе большего просить.

-Жизнь тебя разве не научила, что выпендреж тебе не на пользу. - Сибилла осторожно сняла с меня куртку и рубашку. Из верхнего на мне остались лишь бинты фиксирующие сломанные ребра, которым совсем была не на пользу все это путешествие. Все заболело как будто в двойне и нога особо не давала покоя. - Давай, расстёгивай штаны.

-Надеюсь на сей раз обойдёмся без револьвера?

-Ты про этот? - Сибилла внезапно достала револьвер спрятанный в кобуре, который был закреплён на ноге.

-Да ты издеваешься. Как ты?

-Спасибо твоему другу Даниелю. Я после того случая никуда без него.

-После встречи с пожирателем?

-После встречи с тобой. Не будешь хорошим мальчиком, без второй ноги оставлю. Усвоил?

-Яснее ясного.

-А теперь расстёгивай штаны, а то до утра провозишься. - Она резко стянула с меня джинсы и уложила в постель, накрыв простыней. Она при этом не демонстрировала позитивных эмоций, скорее даже негативные, но чувствовался некий процент тепла исходящий от ее рук и от того, как она ими пользовалась. - Окно оставить открытым?

-Да, спасибо Сибилла. К слову, я вспомнил нашу первую встречу.

-Я тоже. Давай не будем об этом - Она пошла к выходу.

-Что ты делала в Матигноне (Самый популярный ночной клуб в Париже)?

-Я... Сказала же. Не будем об этом. Не твоё дело. - Сибилла покинула мою комнату, оставив меня одного с мыслями, которые развеялись через минуту. Меня полностью поглотила старая нежная мягкая постель. Хотя некоторым она может показаться жестковатой.

Сон был на столько глубоким, что даже утреннее пение гордого боевого петуха, не смог меня разбудить. Сон был поистине волшебным. После пробуждения я еще где-то час провёл в постели, обнимая мою старую подушку, не думая ни о чем. После осторожного подъёма, я обнаружил, что дамы оставили меня в доме одного. Как я и предполагал, мама повела Сибиллу на экскурсию по Аскарату и не только.

У матери был весьма сжатый график. Подъем в пять часов с ранними, почти невидимым лучами солнца. Все утро уходит, чтобы накормить коров и телят, а когда рассветет, Жанна ведёт их на пастбища После готовка местного прославленного сыра, который делается в ручную старомодным прессом и, конечно-же, чистка коровника, но для Жанны это было только первая половина сумбурного дня. На деньги, которые я посылаю, она открыла в деревне балетную школу. Вы когда-нибудь слышали о балетной школы в деревне? Как вообще может сочетаться деревня и балет, но как оказалось, все зависит от того, кто за это взялся. По началу я считал это полностью бредовой затеей, но я не стал сильно отговаривать. Мне было не очень интересно как Жанна потратит деньги, лишь бы она была всем довольна. Уча не только балету, но и традиционным баскским танцам, постепенно она снискала популярность. Через пару лет, созданный ей Ансамбль уже гастролировал по всей Франции, Испании и Италии, но сама не принимала участия ни в поездках, ни в каких либо выступлениях. Жанна довольствовалась обычными занятиями с юными дарованиями из Аскарата и пару соседних деревень. Помню, меня пытались затащить в танцевальный зал, но при первой же возможности я избегал занятий. Уж лучше бы я ходил на дополнительные уроки по испанскому чем на эти танцульки. Никогда не забуду как глупо выглядел в обтягивающей форме, в которой вечно чувствовал себя не комфортно, особенно при девочках.

Активировав машину для кофе, я почувствовал первые признаки бодрости. Запах черного напитка словно реактивный двигатель залетел мне в нос, активировав память моих вкусовых рецепторов. Интересный факт - в деревне все казалось вкуснее в два, а то и в три раза. Даже не можете представить, какой нежный аромат и вкус был у местного пробуждающего элексира. На какое-то мгновение я даже забыл о ноющих, медленно заживающих костях, не дававших мне покоя. Я вышел во двор и сразу обратил внимание на чистое голубое небо; зеленые цветущие холмы, на которых рос еще молодой виноград; медленно перемещались белые облака; пасущихся овец, напоминающих дождевые тучки; белые дома, построенные на соседних холмах, чей возраст может запросто перевались за сотню. Жизнь словно остановилось, застыло в этом моменте. Можно всю жизнь провести, наблюдая за танцующей на ветрах, зеленеющей травой, растущей на горах и эта жизнь не будет напрасной. С каждым глотком я просыпался и мысли становились все яснее. Я осознал, что все прелести большого города заставили меня забыть кто я и от куда. Почему я стал меченосцем? Я всегда думал, что ради мести. Я хотел доказать, что Леон и не стоит и мизинца на моем пальце. Стоит ли быть меченосцем по такой причине. «Может стоит все бросить?» Думал периодически, проговаривая в слух.

-Останусь здесь, буду пасти овец и готовить красное вино. -Сказал я «Аманеске.» - За эти годы из меня вырос очень хороший дегустатор. Хотя…. После двух бокалов вкуса уже не ощущаешь. Мой язык может распознать любую марку вина. Повар из меня также отменный. Вашего покорного слугу натаскивал лично обладатель трёх звезд Мишлен. Точно! - Меня осенило пока я сидел на крыльце, допивая кофе и ведя увлекательный диалог мечом. - Надо что-то приготовить. Они вернуться голодными и уставшими. - Я был благодарен судьбе и своему упрямству, что сейчас это была самая большая проблема на данный момент. Что же я мог сделать в моем-то состоянии? Я решил не мудрить и приготовить обычные овощной суп из местных продуктов, а на десерт круглый пирок из песочного теста с вишневой начинкой. С ним придётся повозиться, но на что мне еще тратить сейчас своё время? Руки требовали творить. Я не заметил как быстро пролетел день. Видимо мое пробуждение было очень поздним. Точно не знаю. Я все успел к приходу моих двух обаятельных дам, которые зашли в дом на необычайно позитивной ноте. Если бы я не знал их, подумал бы, что передо мной две закадычные подруги. Они так быстро говорили о сегодняшних приключениях, что я не успевал за ходом мыслей.

-Я думала будет противно, но как же мило. Как она его ласкала. Я сперва испугалась, что он мёртв. - Сибилла никак не могла перестать говорить. Всего за один день она из серьёзной, сдержанной журналистки превратилась в девочку подростка, которая побывала на концерте какой-нибудь известной рок-группы. - У меня чуть сердце не остановилось, серьезно.

-Знаю, в мой первый раз я закатила жесткую истерику. - Ответила Жанна.

-А чем это вы так оживленно беседуете? - Поинтересовался я.

-Ой Жосс, привет. Как ты? - Спросила Сибилла.

-Стоит на ногах, значит в норме. - Ответила за меня мать. - На нем все заживает как на собаке. Не представляешь сколько у него было переломов. Каждый местный холм помнит его ушибы.

-Я прямо чувствую твоё сострадание, Ама.

-Не будь мямлей. Я взяла отпуск на ферме. Так что один ты больше не останешься. - Сказала Жанна, зайдя в гостиную вместе с Сибиллой.

-А чем так вкусно пахнет? - Спросила Сибилла, уловив аромат варенных овощей исходивший из комнаты.

-Прошу всех к столу. К сожалению я не смог вынести все на стол. Сами понимаете.

-Ох… ужас как хочу есть. - Ответила Сибилла, побежав на кухню.

-Ама, что ты с ней сделала?

-Я ничего не делала. Сработал древнейший женский инстинкт.

-Какой?

-Материнский. - Ответила Жанна. В этот момент Сибилла вышла из кухни с целой кастрюлей моего скромного, овощного произведения искусства.

-Жосс, тебе бы не мечом махать, а за плитой стоять. - Сказала Сибилла. Она поставила дымящую кастрюлю в центр стола и налила каждому порцию супа в заранее приготовленные мной тарелки. Уж их принести я был способен. Сибилла чуть не вкусила мой знаменитый суп, но сопрановый, писклявый, высокий тон Жанны ее остановил.

-Постой, Жанна! Рас ты первая схватилась за еду, тебе читать молитву.

-Молитву? Но я не знаю Баскский.

-Пожив на этом свете, я поняла, что Всевышнему все ровно на каком языке ему молятся.

-А что говорить?

-Ничего особенного, просто скажи, за что ты благодарна Богу и все.

-Хорошо. - Сибилла внезапно покраснела, пока мы усаживались за стол. Ее скромность была как очаровательной, так и парадоксальной. Я всегда думал, что у журналистов хорошо подвешен язык.-Господь, благодарю за эту еду...

-Меня бы хоть раз поблагодарила. - Сказал я шёпотом, из-за чего получил балетной старой ногой по здоровой ступне, которой я очень дорожил с недавних пор.

-Благодарю, за Жанну, за этот чудесный дом, за овечку, пусть он растёт здоровым и сильным, и спасибо за Жосслена, который спас мне жизнь. Аминь!

-Аминь!

-Аминь!

-Вот теперь налетаем! - Сказала Жанна, жадно схватившись за ложку. Она была не менее голодна чем наша мямлящая гостья.

-А что за овечка? - Спросил я.

-Я помогала принимать роды у овцы. Это был мальчик. Он такой хороший и милый. Не смогла от него оторваться. Я даже забыла о запахе коровника, который пришлось чистить перед этим. Заявляю сразу. Больше никогда не буду это делать. Готова делать сыр, готова хоть каждый день помогать с родами, даже готова фургон загружать, но чистить коровник больше никогда не буду, а с той лошадью я завтра еще пообщаюсь.

-Ты на лошадь попробовала сесть? - Спросил я.

-Да, попробовала. Она меня сбросила. Завтра я ей покажу.

-Как жаль, что я весь сломан. Давно на лошади не сидел. Как же приятно было бы взобраться на коня и поскакать по холмам так быстро, чтобы ветер бил по лицу.

-А от местного вина, можно просто с ума сойти. И как после этого пить дешевую дрянь из лавки?

-Ама, ты что, ей дала местного красного?

-Ну да. Грех приехать в Аскарат и не попробовать местного вина.

-Хаха, теперь все понятно.

-Что понятно?- Спросила Сибилла.

-Ты пить совсем не умеешь.

-Это да. - С полной уверенностью сказала Сибилла.

-Да она два стакана выпила. - Сказал Жанна

Тут ты прав. - Продолжила Сибилла. - Пить не умею совсем. После родов мне надо было слегка глотнуть. В последний раз я напилась в Матигноне. Я вела расследование пол года. Все доказательства были на руках. Я почти разоблачила серийного убийцу. Этот гад никогда не действовал одинаково и полиция думала, что это ничем не связанные преступления, но мне удалось нарыть закономерность. Похищения происходили ровно через десять дней, все блондинки и трупы ни разу не находили. Каждую в последний раз видели выходящую либо из бара, либо из клуба, короче, пьяную. Но доказательств мало и я в тупике оказалась. Шеф не дал продолжить расследование. Козел!- После этих слов Сибилла сосредоточилась исключительно на супе и не разу не подняла головы, медленно поедая мой шедевр. За период нашего знакомства я успел оценить ее аппетит. Удивительно, что она была такой стройной. Находка для любого повара. Я задумал познакомить ее с Луи, когда вернемся.

Мое интервью Сибилле продолжалось еще пару дней. Я рассказал ей все, не утаивая. Как устроен наш орден, кто такие Члену Круга Двенадцати и, на что они предположительно способны. Я сам был об этом мало осведомлён, так как в живую видел лишь силу Леона. Я рассказал про слухи. Сибилла, сразу поняла, что орден по большей части гигантский альянс разного рода компаний, отвечающие за основные потребности человечества. Еда, медицина, недвижимость, даже секс, но мы никогда не были связаны с незаконным бизнесом. Я ей объяснил, что благодаря этому доходу мы и действуем так эффективно, как я ей описывал в наших разговорах, но она увидела немного другую картину. Сибилла даже как-то спросила. - А меченосцами не становятся случайно, ради стабильного и хорошего дохода? Нет, конечно, я понимаю, что спасение человечества дорогого стоит, но основной причиной не являются, случайно, деньги? - В каком-то смысле она была права. В конце концов, моя пенсия, скажем так, весьма не плоха. Многие не могли такой похвастаться, как и моей машиной, которая покорялась где-то на свалке. Это и меня заставило задуматься. Раньше голову посещали похожие мысли, но не сказать, что я считал это чем-то неправильным, но сейчас... Я задался вопросом. Меченосец это призвание, которое ты взвалил на свои плечи, не думая о себе любимом, или работа, благодаря которой ты живешь? Может меченосец и заслуживает хорошую жизнь, ибо он любой день может погибнуть, но должна ли быть конечной целью хорошая жизнь.

Тем временем Жанна продолжала посвящать Сибиллу в местную жизнь, и с каждым разом юная журналистка восхищалась этим местом все сильнее. Она решила даже написать еще одну статью, которую назвала «Баски дикой Франции», где описывалось обычное житие древнего народа: их повседневная работа, отдых, отношение к своей земле, описание и уход за их живностью, приготовление и выращивание разных продуктов и, что а самое главное, краткую историю мест, на которых Баски жили сотни лет. Но статья получалось бы не полной без наших праздников и фестивалей. Они должны были состояться через пару месяцев. Сибилла прониклась мыслью принят в них участие и по этому регулярно стала посещать балетную школу Жанны, которая готовила несколько номером традиционных баскских танцев. Принимая в них участия, на территории северной Испании несколько лет назад в поездке я лишился девственности с одной горячей молоденькой кудрявой испанкой, так что этот вид искусства был очень близок моему сердцу. Сибилла с каждым днем менялась изнутри и снаружи. Я это видел, но не был уверен понимает ли она. Хочет ли этого? Может по этому она решила остаться на весь срок моего выздоровления. Мама относилась к ней словно к дочери, которой у нее никогда не было. Жанна не раз говорила, что хотела бы девочку с такими ровными ногами и осанкой как у меня. Получилась бы великолепная балерина.

Мы не успели заметить, как прошёл уже целый месяц. Нас троих ничем нельзя было отличить от обычной семьи. Сибилла, уже не как журналистка расспрашивала всех о жизни и сельчане с превеликим удовольствием рассказывали о ней: о молодых годах, военные истории, своё мнение по поводу современной политики, и конечно же о нас самих, имеющих собственный язык, собственную историю, но не собственную страну. Чем-то баски походили на меченосцев с этой точки зрения. Нужно ли иметь страну, чтобы быть частью чего-то и иметь общую цель? Бедная Сибилла заполнила от корки до корки несколько блокнотов. Информации было на целую книгу. Дошло до того, что она даже начала понимать баскский и молитву за столом произносила на местном диалекте. Все ограничивалось одним простым предложением «eskerrik asko jainkoari guztiagatik», «Спасибо Богу за все», но само отношение и увлеченность, доставляло местным просто неописуемое удовольствие. Будто это начало грандиозного распространения великого древнего языка.

Наконец мои ребра позволили мне немного размять мышцы. Нога пока что сильно ограничивала мои движения, но рано или поздно мне придется восстанавливать форму, лучше начать сейчас. Давно уже я не вставал так рано ради тренировки, но сонливость тут же испаряется, когда кровь начинает приливать к концам человеческого тела, а наисвежайший, прохладный, утренний воздух в двое ускорял процесс. На разминку понадобилось больше времени чем обычно. Тело было словно замерзшее тесто, которое надо разогреть; каждая мышца находилась словно в атрофированном состоянии; а связки утратили бывалую гибкость. Единственное, что мне хорошо удалось, поднять «Аманеску», лежащую в моей руке как в первую нашу встречу. Постепенно мышечная память сделала своё дело. Все, чему меня когда-либо учили, вспоминалось в одночасье и весь организм просыпался словно я выпил двойную дозу «Ристретто». Я наращивал темп упражнений мечом, зная, что завтра я буду мучиться от дикой агонии по всему телу, но другого пути не было. Я почувствовал холодный солений пот стекающий со лба мне в рот. Это был вкус пути к победе. Красное солнце, поднимающееся из-за горизонта, начало нежно согревать мои плечи. Величественный петух традиционно ознаменовал приход нового утра. Сибилла, проснувшись выглянула из окна второго этажа и увидела меня без костыля, положившего сломанную ногу на неровную деревянную скамью, чтобы я мог использовать обе руки.

-Жосс, ты что творишь?! - Закричала Сибилла, увидев меня с мечом и без верхней одежды. Не дождавшись ответа, она спустилась по лестнице с таким грохотом, что было слышно даже снаружи. Сибилла, выбежала на улицу с пледом из овечий шерсти и быстро накинула на мое тело. - Помимо рёбер и ноги ты еще и пневмонию хочешь заработать? Чего ты полуголый махаешь мечом с утра?

-Мне нужно восстанавливать форму. Не волнуйся, это на пользу.

-А с чего ты взял, что я за тебя волнуюсь? - Сибилла резко отскочила о меня. - Мне твою маму жаль. Весь месяц хлопот, чтобы поднять тебя на ноги, пропадёт бесследно. Она этого не заслужила!

Пока меня отчитывали, отбирая меч, я внезапно застыл, очаровавшись ей обновленной под лучами восходящего солнца. Растрепанные волосы, сверкающие словно чёрный жемчуг, стали заметно длиннее и вились на ветру перед ее румяным лицом. Глаза стали более ясными. На лице расплодился мягкий розовый румянец. Кожа на вид еще нежнее чем раньше, а сами формы чуть больше. Сказались пару прибавленных килограммов, которые она набрала при нормальном питании. До сих пор ужасаюсь, вспоминая тот пустой холодильник. Идиллию прервала Жанна, которая вышла на улицу с двумя чашками кофе, испускающими горячий пар с ярким ароматом для себя и для Сибиллы.

-Держи. - Сказала Жанна, протягиваясь кофе своей новообращённой подруге.

-Ну хоть вы ему скажите. Он меня никогда не слушает. - Сказала Сибилла, взяв кофе.

-Оставь его в покое. Если он взял меч в руки, значит готов. Тем более он и меня никогда не слушался. Нет смысла его останавливать. Мы можем только наблюдать.

-Не собираюсь я наблюдать этот мазохизм. Сейчас соберусь и поеду прокачусь верхом. Заодно и овец проверю.

-Точно. - И тут меня осенило. - Я тоже хочу.

-Чего? - Спросила Жанна

-Прокатиться. Не против если я составлю компанию?

-Ты, даже на коня сесть не сможешь. - Ответила Сибилла.

-Поспорим? Кто первый до церкви, тот победил.

-Господи. - Сибилла усмехнулась. - Ну допустим ты победил… И что?

-Ничего особенного. Поможешь мне в одной тренировке.

-А если выиграю я?

-Выбирай приз.

-Тогда ты приготовишь сегодня нам ужин. Самое лучшее блюдо, на которое способен.

-Что поделать. Мой дар, мое проклятие. По рукам. - Мы пожали друг другу руки.

Жанна тут-же растрезвонила всей деревне о нашем забеге. В деревне, где все работают с утра до ночи мало развлечений и такие события всегда были более чем интересны народу. К моменту, пока мы подготовили лошадей, у старта собрался весь стар и млад. Местные девчонки и старушки, включая мою маму, дружно скандировали имя Сибиллы, а мужики по быстрому ставили символическую сумму на победу одного из нас. Ясное дело фаворитом я не был и конечно же поставил на себя. Сибилла уже очень хорошо держалась в седле, а я несколько лет не садился на лошадь, но это был хороший шанс вернуть себе силы. Я всегда был сторонником совмещать азартное с полезным. Сибилла завязала свои волосы в длинную косу и резким прыжком села на юную серую кобылу, сильно схватив поводья. На мое восхождение было жалко смотреть. Все начали смеяться, когда настало время перебрасывать мою загипсованную ногу через седло, что было весьма унизительным процессом. Я тоже не сдержал смеха, представляя все со стороны. Староста деревни, высокий, худой старик с пышными усами и небритым лицом вышел на дорогу меж двух большим мощных лошадей, которые были готовы резвым рывком понести нас в даль.

-На старт! - Сказал Староста, подняв правую руку, - Внимание! - Внезапно все замолкли. - Марш!!! - И в этот момент мы с Сибиллой рванули как ураган, сметая все на своём пути. Пока могла нас сопровождала вся местная публика, выкрикивая наши имена.

Это было просто неописуемое ощущение. Нестись на резвом молодом скакуне быстрее ветра. К сожалению я не мог насладиться моментом как он того заслуживает. Сломанная нога давала о себе знать, Сибилла на несколько метров была впереди меня. Я не мог позволить себе проиграть какой-то девчонке-новичку, которая только месяц как еле уселась в седло. Догнать ее в итоге оказалось не легким делом. Она ничуть не боялась скорости и силы своего скакуна. Сибилла была в полном симбиозе со скакуном, который и без команды чувствовал, чего она хочет. Я уже понял, что проиграл, и просто следовал за ней, стараясь не отставать. Она оглянулась назад, посмотрев на меня, улыбаясь во весь рот. Это была самая прекрасная и искренняя улыбка, которую я ни разу не видел в Париже ни у одной девушки, а видал я много улыбок: широкие как китайская стена, и с белоснежными выпячивающими зубами как у голливудских звезд, но это все подделка. Истинной улыбкой меня одарили именно в тот момент, когда я почти смог догнать соперницу, но финишировал последним, добравшись до вершины холма вторым. Сибилла уже слезала с лошади на фоне старой, маленькой церкви.

-Так, обсудим меню. Я бы хотела гм… что-то местное, но не жирное. Не хочу возвращаться в Париж толстухой. Мне кажется курица будет самое оно. Помню, тебе не угодили в поезде. Покажи как курица должна быть приготовлена.

-Прекрасный выбор, миледи. Не поможешь мне слезть?

-Ну давай, придурок. - Сибилла подошла и, удерживая лошадь, ждала пока я смогу перекинуть свою сломанную ногу, но внезапно, не сумев удержать равновесия, полетел лицом вниз, но Сибилла внезапно подхватила меня за спину и не позволила разбить голову. Моя здоровенная туша, оказалось на ее все таком же худеньком животе, который совсем не прибавил в весе.

-Хахахахаха - Она внезапно начала смеяться, хотя я думал, что скажет нечто «А ну слезь меня, извращенец!»

-Приятно на до мной издеваться? - Сказал я присев на мягкую зеленую траву выпрямив ногу.

-Нет, нет. Прости. Я не пыталась издеваться. Просто хаха, тебе и вправду не везёт, когда я рядом хаха.- Перестав хихикать, она так и продолжала лежать на согретой солнцем земле, всматриваясь в голубое небо, по которому плыли маленькие облака, принимавшие разные формы. Как я мог к ней не присоединиться. - В городе и места нет вот так полежать. Просто полежать на земле, никто тебя не беспокоит, смотришь на небо, вдыхаешь свежий воздух. Я и забыла что такое свежий воздух. Какой же большой может быть земля, какой просторной. Не хочется возвращаться. Я бы с удовольствием осталась, посла бы овец, готовила бы сыр. Согласна даже на чистку коровника.

-Дааа, запах потом долго не выходит из носа.

-Это верно.

-Можешь остаться. - Внезапно сказал я.

-В смысле?

-Можешь остаться здесь. Ты ни в чем не будешь нуждаться. Хочешь, живи с Жанной, хочешь отдельно. Я куплю тебе домик, хороший домик или построим своими руками.

-Серьезно, почему, Жосс? - Спросила Сибилла, присев на траву.

-Сибилла, я не верю в судьбу. Мы сами авторы своих жизней, но в тот день, когда проснулся рядом с тобой, я понял, что от меня может зависеть еще кто-то. С того дня я в ответе за тебя.

-Жосс, ты идиот.

-Знаю. Я большой идиот.

-Но и я тоже еще та дура.

-О как? Самокритика? От тебя?

-Я стала журналисткой в надежде помогать людям. Журналист как и меченосец должен служить человечеству, рассказывать истории правдиво и объективно, чтобы предупредить об опасности, предотвратить смерти, коррупцию, войны, но все написанные мною тысячи строк просто пыль по сравнению с тем вечером, когда я спасла тебя. Не ради сенсации, не ради награды. Просто потому что ты человек и я человек. Тебе нужна была помощь и все. Без задних мыслей. Это был возможно мой первый искренний поступок за всю жизнь. Так что ты не единственный встрял. Я так же в ответ за тебя как и ты. Давай вернёмся и ты накормишь наконец свою защитницу вкуснейшей курятиной.

-Ну давай. Поможешь с лошадью?

-Как будто у меня есть выбор.

-К слову, тебе тогда понравилась яичница Аля Динуа?

-Быстро на лошадь!

-Ну брось. Скажи!

-Давай на лошадь, а то прострелю здоровую ногу.

-Ты же в ответе за меня. Неужели причинишь мне вред?

-А у меня такие защитные методы. Они научат тебя не задавать тупых вопросов, из-за которых можно заработать пулю.

-Мне надо пересмотреть свой стиль общения.

-Согласна, а то на тебе живого места не останется.

И вот, я в родной стихии жду, когда курица дойдёт до нужной кондиции в духовке, одновременно приготавливая картофельное и тыквенное пюре с грибным соусом, которые являются ярчайшим дополнением к мягкому белому мясу с хрустящей корочкой если все сделать правильно. Тем временем Жанна с Сибиллой сидели в гостиной и играли в покер на выигранные деньги. Видимо наша чемпионка местных скачек сильно прониклась не только колоритом, но и азартностью местного населения.

-Ама, пора вытаскивать курицу.

-Бегу. - Жанна прибежала и, быстро одев варежки, вытащила мой румяный, богатый сочным и многогранным ароматом приправ очередной шедевр, от которого у матери потекли слюни, а в глазах загорелось неистовое желание. Я тебя убью! - Сказала Жанна, ощутив запах исходящий вместе с белым, медленно танцующим паром.

-За что, Ама.? - Спросил я, натачивая нож.

-Потому что я родила дьявола, который соблазняет людей такими божественными яствами. Обычный человек не может обладать такой силой.

-Ради таких слов, повар и живет. - Сказав это, я вспомнил, что даже не повар.

-Сынок, ты ее любишь? - Этим вопросом мама резко перекрыла весь мой поток мыслей.

-Ну… мы… друг от друга точно теперь зависим и дело не в интервью.

-Девушка не осталась бы ради парня в этой глуши на месяц, вычищая коровье говно, если бы ничего не испытывала. Упустишь ее, я тебя прокляну. На сей раз я серьезно.

-Ама, я был проклят все эти годы и излечился только сейчас.

-Я знаю. Наконец твой отец вправил тебе мозги. Прошло какое-то время, но все же.

-В смысле вправил. Он меня избил на глазах у всей улицы и на последствия ты сама можешь посмотреть.

-Но это же заставило обдумать твои поступки?

-... - В этот момент я вспомнил последние слова сказанные мне Леоном в тот день, когда он провёл Дюрандалем по моему телу.

-Ну вот. Метод не традиционный и жестокий, но я рада, что это случилось. Я с детства не видела тебя таким живым. Думающим о чем-то еще кроме мести.

-Я не думал только о мести.

-Нет Жосс. Только о ней. Все остальное лишь маскировало и заглушало. Ты был поглощён ненавистью. Ты был обязан быть во всем лучше, чтобы однажды сравнять его с землей как он того заслуживает, но это не должно становиться смыслом жизни.

-Разве ты не злишься за все, что он сделал? Измены, игнорирование тебя и меня. Ты забросила свою карьеру. Он ранил тебя.- Я до сих пор мог рассмотреть шрам на руке моей матери. Смотря на него, каждый раз просыпаются старые инстинкты.

-Все так Сэмэа. Леон жалкая сволочь и изменщик, которому я при первой возможности отрублю яйца, но он тебя любит, Жосс. Леон единственный, кому я доверю твою жизнь и твою душу.

-Знаю Ама. - Промолвив это чуть лини шёпотом, я начал сервировать блюдо, придавая еде вид шедеврального уровня .

-Я очень рада, что ты завязал со своими глупостями. Продолжай в том же духе. Кто знает, может в следующий раз ты и внука мне дашь понянчить.

-Хахаха. Я конечно пересмотрел взгляды на жизнь, но не настолько. Отнесёшь на стол?

Через пару коротких мгновений, обдумав наш с мамой разговор, похрамывая с костылём, но бодрый, я вышел в зал не сняв фартук. Сибилла сделала это за меня, пока Жанна накрывала стол к трапезе. Мы заняли наши традиционные места за идеально круглым столом с белой скатертью, по середине, которого величественно стоял мой румяный проигрыш. Уже не помню, когда так получал удовольствие от готовки. Я все больше понимал Луи, который с возрастом все сильнее нуждался в одобрении от тех, кто ему дорог. Пока никто не успел, я первый схватился за выпирающую ножку, так как мне было что сказать:

-Господь, благодарю, за мои сломанные ребра и ногу...

-И правый указательный палец. - Напомнила Сибилла.

-И за правый указательный палец. Спасибо, что силком отправил меня на мою родину к матери. Спасибо за Сибиллу, с которой ты меня столь ярко познакомил.

-Забыл, что у меня пистолет. - Снова добавила Сибилла.

-Никогда не думал, что скажутся, но спасибо за Леона, который весьма не стандартным, но, как оказалось действенным способом наставил меня на тот путь, через который я должен пройти и, конечно же, спасибо за мой меч, который всегда со мной, когда нужен. Аминь.

-Аминь. - Сказали оба моих слушателя. После мы втроём принялись опустошать мамин новый белоснежный сервиз, заполненные до отвала деревенской едой. Приготовленная своими руками пища всегда вкуснее, тем более если она выращена на родной земле.

Не смотря на весьма плотный ужин, я уснул как младенец. Хотелось насладиться несколькими часами покоя, перед началом моего возрождения из пепла, а процесс это болезненный как морально, так и физически.

Утро началось точно так, как я представлял в своих самых страшных кошмарах. От старомодного, ломающего любую надежду, золотистого будильника. Мощное пение петуха уже не имело такого эффекта как в первую неделю и по этому были приняты дополнительные меры. Мои мучения внезапно утроились с того момента как я встал и оперся на костыль. Каждая часть моего тела ныло, но спустившись по лестнице, внизу ждала заслуженная награда. Свежий вареный кофе и сладко меня манивший. Сибилла вышла из кухни в ночном халате, с растрёпанными волосами, медленно попивая с чашки.

-А где Ама? - Спросил я.

-Она уже ушла.

-Так рано?

-Сегодня воскресение.

-Ах да. - Каждое второе воскресение в деревне «Эспелетт» открывался базар, где можно купить все что угодно взращиваемое на этих землях. -В детстве я обожал там бывать. Всегда ехал туда голодным. Запах свежей еды: мяса, рыбы, сыра, разных специй, был просто наркотик для носа. Сибилла сразу все поняла по моему лицу.

-Знаю, пару раз съездила с Жанной. Эти продавцы такие приставучие. «Эй красавицы, красавица, погляди, что у меня.» Некоторые из них говорили на баскском из принципа, хотя знали французский. По их хитрым глазам видела.

-Да… здесь всегда были сильны национальные настроения.

-Как ты после вчерашней поездки? Хочешь еще раз попробовать потягаться со мной?

-Вообще-то да, но не сегодня. Сейчас я продолжу тренировки. - Как только я попытался встать, меня нагло усадили обратно за стол.

-Ты даже не поел.

-Поем после. - За долю секунды передо мной разложился завтрак. Свежий хрустящий хлеб, сыр из козьего молока, и грубо нарезанный салат из овощей, при виде которого хотелось плакать, но в данный момент я не далеко убежал бы со сломанной ногой при объективной даже критике. Хлеба и сыра было вполне достаточно, чтобы подняться и начать упражняться с «Аманеской». Как и вчера я отложил костыль и положил свою сломанную ногу на бревно достаточного размера, чтобы стоять прямо. Каждый мускул моего тела еле поддавался командам. Скорость и исполнение была ниже низкого, а сил и того меньше. «Аманеска» была непривычно тяжела для меня, но это как раз то, что было нужно, для возвращения формы. Сибилла присела рядом на деревянную скамейку попивая кофе.

-Слушай, я давно хотела спросить. А регенерировать ускоренно можете?

-В смысле? Заживлять раны как Рассомаха из «Люди-Х»?

-Да, да, как Хью Джекман?

-Можете?

-Это не возможно. Хотя ходят слухи, что когда-то так могли. Но…

-Про мечи понятно, и про источник силы, вроде бы тоже поняла, хотя очень расплывчато. А конкретно на что способны?

-Если очень грубо… - Говорил я, продолжая упражнение. - У каждого из нас есть некий общий набор способностей. Стандарт: повышенная сила, скорость, реакция, и так далее, но за пределами этого стандарта никто не знает, куда пойдет развитие.

-А от чего зависит? - Спросила она, записывая в свой очередной блокнот.

-Не ясно. От стиля, характера, души… может быть от чего-то еще. Никогда не знаешь

-Ты через раз говоришь «может быть», «не знаешь», «говорили, что такое было». Как-то странно, что вы с вашими-то ресурсами, и многотысячной историей ничего про самих себя не знаете.

-Сибилла, мне надо сосредоточиться.

-А зачем? Дай угадаю, не знаешь, но говорят надо?

-…

Не успел оглянуться, как Жанна вернулась с рынка, с полной машиной еды, но я не отвлёкся. Вместе с литрами пота выходила и слабость. Прохладный утренний ветерок, сменился обогревающим плечи лучами солнца, которое обошло меня и заходило за горизонт, но я не прекратил. Меня ничто не могло остановить. Голод исчез, боль ушла, меч становился все легче с каждым выпадом. Я вновь почувствовал сердцебиение моего «Аманески». Путь, на который нужно встать, вновь построился на моих глазах, но через него предстояло пройти и на сей раз донести свой крест до конца. Мой взор обратился к небу. Звёзды, сияя, отражались в моих глазах. «Млечный Путь» был виден отчетливо словно белое молоко матери. Только в моих краях возможно увидеть подобное чистое небо, не замаскированное никаким искусственным светом, где тебя ничто не отвлекает. Взяв от этого дня все что мог, я испытал глубочайшее удовлетворение. Легкие раскрылись и впитали в себя всю чистоту местного вечернего воздуха. Беспомощность дрогнуло во мне. Нельзя дать ей надежду на победу. Я так и не вошёл в дом. Захотелось навестить родственников и по этому, я прошелся до их могил, которые были в нескольких метрах от забора. «Знай, вот тут ты будешь лежать до скончания веков». - Сказал я себе, разглядывая могилы бабок и дедов, которых я даже не знал, но они будут моими вечными соседями. Слева я разглядел могилу Пра-Деда Мелитона. На надгробии была написана старинная баскская пословица «Besteen heriotza nahi duenak bere burua zigortzen du.» Перевод «Кто другим смерти желает, тот сам себя наказывает.»

Я только недавно понял эти слова. Желать смерти человеку неестественно. Это противоречит нашей природе. При жизни ты становишься подобен пожирателям. Ты забываешь о том, что реально важно и полезно для тебя. Человек, поглощённый ненавистью не может дать кому-то и взять для себя что-то полезное. Даже пожиратели не заслуживают ненависти. Это надломленные мертвецы. Не найдя справедливости в мире, они сломались. Кто я такой, чтобы их винить? Вот почему мы - меченосцы должны существовать. Мы доказательство того, что наш путь может привести к подменной силе. Я об этом забыл. Знал ли я это вообще? А остальные знают?

Утопая в океане моих раздумий, я не заметил как отключился от истощения и удовлетворения. Уже не помню, когда я спал так крепко. Такое чувство, что прошла всего лишь микросекунда и настало тёплое летнее утро. Всю ночь меня согревало самодельное мамина покрывало из овечьей шерсти. Солнце вышло ко мне на встречу и осветило надгробные плиты моих предков. «Еще увидимся». - Сказал я про себя и медленно пошёл в сторону дома, где меня ожидал завтрак и продолжение вчерашней тренировки. Сибилла уговаривала меня отдохнуть, но Жанна вновь ее успокоила, повторяя одну необратимую истину. Я упрям как осел. Каждый день сила возвращалась в мои руки, «Аманеска» вновь начала откликаться. Мы вновь становились едины. Я не успел заметить как прошёл месяц, после чего я наконец снял гибс с ноги.

Это был волнительный день. Я стоял на обоих ногах, здоровых ногах. Теперь просто нужно встать и идти по проложенной мною дороге. Я могу сделать о чем мечтал несколько недель.

-Ну что, Сибилла? Я требую реванша! Поскакали.

-Ало, я только встала, дай мне проснуться.

-Ничего не хочу слышать! Быстро допивай кофе и марш на конюшню. - Сказал я, выскочив на улицу. Никак не мог заставить себя присесть хоть на минутку. Как же здорова иметь здоровые ноги.

-Какой он активный со вчерашнего дня. - Сказала Сибилла, переодеваясь.

-Да, жалко. - Печально сказала Жанна.

-Почему?

-Вы скоро уедите.

Переодевшись для скачек Сибилла подошла сзади к сидящей за столом Жанне и обняла ее приложил свою голову к ее щеке. - Ама, проведённое с вами время я ни на что бы не променяла. Я счастлива, что Жосс привез меня сюда.

-Ох, моя дорогая! - Жанна приложила свою благородную руку к молодой, розовой, мягкой словно облако щечке Сибиллы. - Не забывай меня.

-Не забуду и этому дуралею не дам о вас забыть.

-Спасибо тебе.

И мы снова скачем вместе, разрывая ветер бьющий нам в счастливые лица. Я не удержался и свернул с дистанции хотя был в впереди. Многие разоряться, ведь большинство ставили на меня, но это было не важно. Я хотел увидеть все места, по которым мне не удавалась пройти со сломанной ногой. Я посетил все улицы, холмы, речки, даже коровник, в которой я проработал почти все своей детство. Старые, гордые люди иногда признавали меня в тот же миг как увидят, а некоторые не сразу. По дороге встретились несколько старых друзей детства, которым пришлось сообщить, что со дня на день уезжаю, но обещаю вернуться. В Париже оставалось много дел. Я долго их откладывал, но всегда нужно возвращаться к земле, которая тебя исцелит, к родной земле. Я спокойно доехал до конюшни и сдал лошадь. Многие остались весьма разочарованы моим, откровенно говоря, специальным проигрышем. В тот момент никто не подозревал, что к каждому на счёт поступит денежное компенсация, которое вдвое будет превышать их ставку.

Остальной путь до дома я проделал пешком, так медленно как только мог, чтобы продлить этот момент. Вечерний пейзаж этих мест постепенно увековечивался в моей памяти и стало бессмертным, словно египетские пирамиды. Мой фамильный, старый, белоснежный дом становится все ближе, а на крыльце меня ожидала Сибилла, с разгневанным лицом. Увидев меня на дороге, она гневных шагом направилась в мою сторону, высказывая разного рода претензий, которые пролетали мимо ушей. Мне было все равно, если она выстрелит из своего кольта, и отправит в кому на несколько месяцев. Подойдя к ней в плотную, я схватил ее за плечи и впился в ее уста резко, но осторожно. Через плечи чувствовалось сильнейшее оцепенение, но постепенно оно рассеялось. Сибилла медленно обхватила мою голову и прижала к себе еще сильнее. Ее дыхание вошло в абсолютный унисон с моим. Наши тела были прижаты друг к другу так сильно, что чувствовали биение наших сердец. Последнюю ночь в Аскарате, мы провели вместе полностью познав друг-друга. В этот миг никто и ничто не существовало для нас. Были только мы во всей вселенной. Наши тела, души и сердца объединённые аурой, созданной нашим общим сознанием не могли впредь существовать друг без друга.