Обиженная богиня и попаданец.

— Блядские монстры и блядский мир с его блядскими правилами, свистни в хуй, уебище!

— Послушай, ты не имеешь права так общаться с богиней, герой!

— Да пошла ты в пизду со своими заданиями по спасению своей пизды от кары, кого ты там ссышься, страхоебище пернатое!

— Герой! Немедленно прекрати! Как ты смеешь! Еще одно оскорбление, и ты пожалеешь!

— Неужто свою пизду, заросшую мхом за тысячелетия одиночества, вылизывать заставишь? О да, то кара будет страшная, я бы сказал, даже невыносимая! Лучше убей сразу!

— Достал!

Богиня взмахнула рукой, и меня окружило сияние. Это был, кажется, уже раз пятисотый или шестисотый? Хуй его знает, со счету сбился давно и наверстывал упущенные в этом вопросе знания и в целом считать желания не имел. Главным было, что я снова окажусь в этом ебучем фарсе из королей, свиты и прочей залупони с золотым дилдаком в жопе для придания осанке величественного вида.

— О, герой! Мы так счастливы вашему появлению! Внемлите же просьбе нашей… — раздался до жути раздражающий голос.

— Завали ебальник, чмошник, и веди к королю, пиздализу четырнадцатому! — прервал я выступление еблана в трико.

— Как вы смеете?! — покраснев, возмутился тот.

— Да вот так и смею, без меня у вас один хуй ничего не выйдет, ну, если тебя что-то не устраивает, то давай пронзи меня зубочисткой своей или вон того педика у стенки попроси, капитана вашей гвардии хуярдии.

— Да как! Да что! Как ты смеешь, дрянь простолюдинская! Отродье бесовское! ЧЕРВЬ тифозный!!! — переходя на ультразвук, завизжал обладатель скромного достоинства в трико.

— Ты че, от натуги яйца прищемил? Визжишь, как баба, веди к королю, говорю, время — деньги! — посмотрел я на временного кастрата. — Ой, да пошел ты нахуй, сам дойду… — оттолкнув покрасневшего, как жопа бабуина, глашатая в трико, сказал я, направившись к выходу из подвала.

Выйдя из подвала склепа старинной, как говно мамонта, башни волшебника, я осмотрел уже набивший оскомину вид. Ебучий мир Фарелла с его ублюдочной проблемой в виде владыки тьмы. И главное, сама суть-то проблемы в чем? Демонам тоже хотелось есть, а их северные земли были скованы льдом, и им просто не хватало пищи. И что они сделали, когда проблема стала критической? Напали? Начали грабить селения и есть младенцев? Нет! Они просто отправили послов к местному корольку с предложением о покупке зерна за руду. Казалось бы, в чем проблема, ну продайте им еды, чего нет-то, торговля, мир, жвачка, всё такое.

Однако люди везде одинаковые. Местному корольку захотелось завладеть всем, что там было, и, заручившись каким-то ебучим пророчеством о нападении темной армии, он развел церковь и гильдию магов на призыв героя, который должен был в одиночку устранить все его проблемы. Идея изначально тупая, но он, сука, не сдавался и все же смог собрать то, что запросили призыватели. И вот чик-пых-хуик, мою душу выдергивают из потока, и их местная богиня переправляет меня на эту ебать какую важную миссию по геноциду ни в чем не повинных сексуальных девушек с хвостиками и рожками. Ну ладно, не все они сексуальные, и не все с рожками, некоторые с щупальцами или даже с клешнями.

Впрочем, похер, если что просто развлекусь, как обычно, и лет через двадцать снова встречусь с этой пернатой чмошницей в шлюшьих одеждах. Богиня всегда встречала в прозрачном платье, как будто ночнушку надела. Белые чулочки и трусы с лямками, аж, до плеч, за что они там только держаться. Хотя, наверное, за ее сиськи размера пятого, была там какая-то хитрая система креплений ее костюма.

— Блядь, наконец-то дошел… — выдохнул я, встав перед массивной дверью. — Открывайте, хули смотрите, мордовороты казенные! — выругался я на гвардейцев у входа.

Мордовороты потупили взор и, не сказав ни слова, открыли массивные двери. А что они могут сказать? У меня на лице написано, что я герой. Вон метка во лбу, звезда восьмиконечная, как клеймо рабское.

За открытыми дверьми был просторный тронный зал с ковровой дорожкой прям до трона. По бокам от ковра, который стоил, наверное, как вся моя досмертная жизнь, стояли расфуфыренные, как павлины, аристократы. Страшные бабищи, рожденные от бесконечных инцестов, и кривозубые кавалеры, которые даже не знали, что такое гигиена. Ох, как я ненавижу всю эту пиздобратию. Раз тридцать я пытался играть в дворцовые интриги и каждый раз проигрывал их хитровыёбанности и коварству.

Я прошаркал своими грязными кроссовками до трона, оставляя черные полосы на прекрасном ковре. Король, сидящий на троне, нахмурил ебало, придавая своему виду особую важность. Ага, блядь, как будто по нему и так не заметно, что он тут самый главный хуеплет из всех собравшихся. Ебальник с заячьей губой, зубы кривее, чем у кого-либо. Разит от него мочой и немытым телом. Так и хочется облить его бензином и сжечь эту заразу, чтобы эпидемия чумы не началась.

— Слышь курдюк с микрочленом, золото давай, и я попиздил, времени нет выслушивать твою эпитафию собственному бессилью. Да, король демонов. Да, великая угроза. Да, я герой, вот те крест, то есть звезда! — сократил я его тираду.

— Да как ты смеешь, смерд! Стража! Схватить его! Сжечь этого ублюдка! Четвертовать! Выебать раскаленным железом!

— Ало, мудила, я герой! Ты что, ослеп от мастурбации из-за того, что тебе с таким хуем ни одна фрейлина отсасывать не хочет?!

— СТРАЖА!!! — визжал король, как будто его яйца жарили во фритюре.

Однако стража не спешила меня хватать. В делах геройских епископ имел приоритет повыше королевского, а тот молча стоял и улыбался. Пожалуй, единственный нормальный мужик во всем этом ебучем театре абсурда и лицемерия. У него были, конечно, свои цели призвать героя, все же распространение веры требовало чудес, но он хотя бы прямо заявлял о том, чего хочет, не прикрываясь великой целью. Да и, по рассказам монахинь, начинал с прислужника в какой-то богом забытой деревне и весь путь до вершины власти прошел с гордо поднятой головой. Это вызывало уважение.

— Епископ, я, наверное, пойду, сам как-нибудь справлюсь. А то пока до этого святейшества дойдет, мы тут помрем от старости, — поклонился я ему и, развернувшись, пошел на выход.

— Ступай с богом, герой, и помни, что богиня наблюдает за тобой, — сделав благословляющий жест, хихикая, отпустил он меня на все четыре стороны.

Корольку было недолго где то, через год его свергнет церковь, и призвавшая меня страна Местарта станет теократией. В целом, мне-то похуй, я все равно буду в других местах свершать подвиги и приключаться с красивыми женщинами и килотоннами бухла если план не увенчается успехом.

Выйдя из тронного зала, я прямой наводкой пошел в общежития магов. Было у меня там дело к одной особе с пышной грудью. В предыдущем приключении, забравшись в какие-то хуйпомикакие злоебучие катакомбы, я наткнулся на одно прелюбопытненькое заклинание, которое должно было сделать это перерождение особенно прекрасным.

Найти искомую было нетрудно, она сидела на третьем этаже в своем кабинете и гнала магическое бухло, от которого стояло как у молодого. Которое в последствии толкала старикам в башне магов. Те были слишком чисты и непорочны для таких деяний, но, когда солнце садилось, выстраивались в очередь у ее дверей. А потом террорили местные бордели. Вот такие лицемерные извращенцы строили из себя светочей местной науки. Добравшись до ее двери, я нагой распахнул ее и вошел внутрь.

— Шейла, сколько лет, сколько зим, помощь твоя нужна, подруга, — с порога заявил я ей.

— Ты еще кто такой?! Тебе фаерболом в ебальник давно прилетало?! — сделав глоток из бутылки вина, ответила полуголая магичка.

— Трусы надень и слушай, что я тебе расскажу, у твоих стариков свистульки от такого в космос улетят.

Девушка удивленно уставилась на меня и, стянув плед с кровати, обмотала его вокруг талии, приготовившись слушать. Вот за что я ее любил, что та сразу могла отличить, кто ей врет, а кто нет. Используя этот ее талант, можно было легко расположить ее к себе, рассказав ей ее же рецепт, который она придумает только через десять лет.

Поделившись с ней рецептом, я моментально завоевал все ее внимание, и девушка была готова отдаться прямо тут, несмотря на общую загаженность лаборатории. Только мне было нужно, чтобы она сделала кое-что другое.

— Короче, вот это заклинание, ты сможешь нарисовать круг и найти ингредиенты? — спросил я у нее, представив свою находку с предыдущего перерождения.

— Ох, герой, за этот рецепт я тебе даже отдаться прямо тут готова, а что до этого круга, то через пару часов все будет готово, — с серьезным видом предложила магичка.

— Ну так приступай! Что жопой крутишь, не для тебя моя роза росла! — отстраняя пышащее жаром женское тело, сказал я.

— Девственник, — оскорбилась Шейла, но после достала магический шар и начала раздавать указания младшим магам.

Спустя чуть больше часа все было готово. В комнате призыва фамильяров для учеников магов сверкал необычный магический круг. Ингредиенты, разложенные в вершинах восьмиконечной звезды, были готовы отдать свою силу и свершить мой коварный замысел.

— Что за странная херня, а не круг? Ты уверен, что оно сработает? — с опаской спросила Шейла.

— Да не ссы, выйди только, тут есть секрет небольшой, чтобы все получилось.

— Пф, — фыркнула девушка, но вышла из комнаты, закрыв двери.

Я же начал читать заклинание и, порезав себе руку, капать кровью на каждую из вершин по очереди. Освещение в комнате резко уменьшилось, создавая клубок ночного неба в центре пиктограммы. В клубке начали зажигаться звезды. Я продолжал чтение заклинания, длинного, как список требований к мужчинам, выдвигаемый женщинами. И когда заклинание наконец закончилось, комнату озарила белая вспышка, сигнализируя об успешности воплощения призываемой сущности.

— Что? Какого черта?! — вопрошала богиня со спущенными трусами, сидящая на ночном горшке.

— Ну, здравствуй, Алатирель, святейшая, — ехидно улыбался я.

— Да как ты смог?! Откуда ты знаешь это заклинание?!

— Хер я тебе это расскажу, однако, а ну-ка к ноге, мой фамильярчик! — скомандовал я.

— Что? Какого черта! — возмущалась богиня, ползущая на четвереньках и теряющая по ходу движения триселя.

— Ва-ха-ха-ха! — смеялся я зловещим хохотом деспотичного тирана, у которого сбылись все мечты. — Теперь ты моя слуга и снова прочувствуешь на себе все прелести этого мира, курица пернатая!

— Немедленно отпусти меня! Разорви контракт! Слышишь! Ну, пожалуйста! Я не буду! Хочешь, я тебя домой отправлю! Правда! — начала умолять меня отпустить ее богиня.

— Нет, Аля, веры тебе нет! Ты уже раза три это обещала и не выполняла. Так что теперь настала моя очередь развлекаться! Надевай свои трусы и дуй за мной, и захлопнись, а то людей своим визгом распугаешь.

Лицо Али скривилось настолько, что само пространство чуть не превратилось в сингулярность. Она вернулась к горшку и, подобрав свои трусы, напялила их на законное место. Зрелище было, конечно, крайне возбуждающее, но я пока держался. Месть — это то блюдо, которое должно быть приготовлено с особым изыском.

Открыв дверь, я увидел Шейлу, которая, не ожидавшая такого, стояла, согнувшись, с прислоненным ухом на уровне замочной скважины. Вот же сучка любопытная, улыбнулся я.

— Что, интересно?

— Ну так не каждый день верховную богиню призывают как фамильяра-то! — хлопая глазами, сказала она.

— Будешь совать свой нос, и тебя призову таким же способом, — бросил я, проходя мимо нее.

— Да я бы была не против. — едва слышно пробубнила она, но я смог это расслышать.

Эх, Шейла… Шейла… Я бы тоже был не против с тобой замутить в этот раз, но, увы, этот порочный цикл было пора кончать. Быть может, когда все это закончится, я смогу выпросить, чтобы к тебе вернулись некоторые воспоминания о нашей совместной жизни, или лучше оставить все как есть, тяжелый выбор. Но если подумать то я могу тебя и в свой отряд зацепить когда вторая фаза моего спасения из этого ада вступит в силу.

Богиня молча семенила за мной под пристальным взглядом встречающихся нам людей. Ее шлюховатый вид заставлял всех забулдыг столицы королевства теребить свое достоинство с неистовой силой, желая запечатлеть момент лицезрения такой красотки. Еще бы не теребонькать, я когда ее в первый раз увидел, мне с месяц, как у школьника, сны снились. Красота неописуемая, только если не пообщаться поближе, а на деле же капризная бабища, да и только.

— Так, давай магию полета применяй, — скомандовал я ей, когда мы вышли за городскую стену, где отсутствовал антилетный барьер.

— С чего бы это?! — возмутилась тут же Аля.

— Либо колдуй, либо вон тому пастуху сейчас отдашься. — тыкнул я в сторону деда, который переводил стадо через тракт.

Ее снова перекосило от возмущения, но магию она все же применила не в силах сопротивляться. Было видно, как ей тяжело дается понимание, что она теперь на коротком поводке и я могу делать с ней все что угодно. Это, признаться, было чертовски приятным ощущением после того, как она сотни раз перерождала меня в одном и том же мире в одно и то же время.

Лететь было не очень далеко, всего-то до замка владыки демонов. Так что спустя полдня полета мы уже были на месте. Уровень божественной магии был, конечно, не чета местным архимагам, которые и на сотую процента не соответствовали ее силе. Пролетев над бастионом, мы приземлились на тренировочной площадке.

На ней, весь покрытый потом, тяжело дыша, стоял он. Сам владыка демонов, Персифоний Ужасный. Я же наконец смог выдохнуть, поняв, что все удалось, как и планировалось. Собственно, то подземелье с заклинанием мне и подсказал сам владыка в одной из наших схваток.

— Вы еще кто, блядь, такие?! — возмутился Персифоний после нашего приземления.

— Дед Мороз, епта, гостинцев тебе привез, посылку забирать будешь?! — огрызнулся я, глядя в его глаза.

— Да я тебе сейчас башку в жопу затолкаю за такое оскорбление, будешь у меня свое же говно жрать! — взревел рогатый домонюга.

— Так, голубки хуевы, миритесь и разбирайтесь с проблемами плодородия на этой земле, а то я заебался перерождаться. — сказал я, пинком отправляя богиню в объятия Персифония. — Я хуй знает, из-за чего вы тут посрались, да и в целом мне просто похуй на это. Где Лимираэль? — спросил я у владыки с отвисшей челюстью.

— Эм, в своих покоях спит, наверное, снова всю ночью бухала, — выпалил Персифоний, прижимая к себе почему-то плачущую Алю. — Погоди, но как?! Ты что, нашел заклинание призыва?!

— Нимфоманка ушастая… — пробубнил я, оставляя владыку с его возлюбленной и разворачиваясь на пятках в сторону покоев тёмной эльфийки, понимая, что будет, если её в таком состоянии разбудить. Но желание увидеть её всё же пересиливало чувство самосохранения.

Пройдя мимо охеревшей стражи, я достиг покоев искомой мною женской особы. Знаете вот то чувство, когда ты идешь с перекошенным ебалом и такой самоуверенностью, что у тебя никто ничего не хочет спрашивать? Вот именно с таким лицом я открыл дверь в покои лесной алкоголички.

Лира, как обычно пьяная в стельку, спала, если это так можно было назвать, кверху жопой, уткнувшись лицом в подушку. Жопа, к слову, была просто великолепна. Беззащитная и упругая, облачённая в верёвочки, от которых засмущались бы даже стринги стриптизерши. Подойдя к кровати и отвесив увесистый шлепок по её пятой точке, я, улыбаясь как идиот, стал ожидать её пробуждения.

Первым со мной решил поздороваться её кинжал, вылетевший из подушки. Проведя не один год с этой буйной дурой, я был готов к такому повороту событий и пригнулся за секунду до столкновения. Вторым приветствием после следующего шлепка был короткий меч, вылетевший с другой стороны подушки и отрекошетивший от щита на стене. Её способность, отражающая удар, была просто бесподобно смертельная, если не знать хитрости. Я просто подставил кинжал навстречу лезвия меча, и тот, отразившись, воткнулся над её головой в кроватную спинку.

— Вставай уже, пиздосья! — Заорал я, шлепая по заднице со всей дури, чтобы эта чумачечая ассасинша наконец-таки проснулась.