Обитаемый город

Ровно месяц я не работаю.

Не в творческом смысле «не работаю над текстом», а в самом прямом, бытовом, скучном — меня уволили. Или я уволился. В текущей ситуации это уже не принципиально. Важно другое: у меня появилось время. И нервы, которые это время нужно чем-то занять, чтобы не начать разговаривать с шкафом. Хотя, как вы скоро поймете, разговоры со шкафом — это еще не самый верный признак безумия. Особенно в Петербурге.

За этот месяц я дописал «Архитектора перестройки». Роман, который домучивал полгода. Полгода — это много. Дописал. Выдохнул. Понял, что не могу сидеть без дела.

Потом я поднял старые наработки. У меня их пара десятков. Начала, обрывки, идеи, которые казались гениальными в 3 часа ночи и вызывали испанский стыд на следующее утро. Посмотрел. Усмехнулся. Закрыл.

И тогда я вспомнил про «Обитаемый город».

Этот текст начинался как шутка. Как попытка ответить на вопрос: что будет, если военный журналист с ПТСР приедет в Петербург и обнаружит, что город населен не только людьми, а его диагноз — это на самом деле суперсила? Потом шутка перестала быть шуткой. Появился Нечаев. Появился шкаф. Появилась Зоя Ивановна. Появились вы — те, кто будет это читать.

Я пишу в первую очередь для вас. Потому что без читателя текст — это просто файл на жестком диске, который однажды сгорит вместе с ноутбуком. А с читателем — это разговор. И мне сейчас очень нужен разговор. Не с психиатром (с ним я тоже разговариваю, но это платно), а с вами.

Обратная связь мне нужна как воздух. Не потому, что я не уверен в тексте. А потому, что я хочу сделать его лучше. Для вас. И чтобы не сойти с ума от скуки, пока хендхантер тихо шепчет «вакансий нет».

Так что пишите. Ругайте. Хвалите. Советуйте. Я буду отвечать. И, возможно, мы вместе выясним, где заканчивается галлюцинация и начинается магический Петербург.

А я пока пойду знакомить вас с Андреем, Нечаевым и шкафом. Шкаф, кстати, уже заждался. Он вообще терпеливый, но всему есть предел.