Обитель Зла: Увядание

Крепкий, подтянутый мужчина преклонных лет с растрёпанными седыми волосами неспешно шёл по широкому коридору, стены которого были увешаны портретами первых президентов Америки. Люди в костюмах сновали туда-сюда с бумагами и планшетами, пока впереди не возникла одна фигура: смуглая девушка-метиска в строгом костюме.

— Ханниган, — поприветствовал он её без тени эмоций.

— Леон. Выглядишь неважно, — поровнялась она с ним.

— Знаешь, зачем я понадобился президенту? — бросил он на Ингрид мимолётный взгляд, в котором читалась многолетняя усталость.

— В Белом доме серьёзные перемены. Все готовятся к войне на Ближнем Востоке, — отчеканила женщина, сжимая в руках планшет.

— А она там когда-нибудь заканчивалась? — Его брови, покрытые пудрой старости, слегка поникли.

— Новости не читаешь? — буркнула Ханниган, сдерживая раздражение. — Сегодня ночью было совершено нападение на посольство США в Иране. — Она бросила взгляд на Леона, но его лицо оставалось беспристрастным. Нахмурившись, Ингрид поправила очки. — Они хотят подключить людей из Агентства.

Леон остановился, словно окаменев.

— И они знают, что лучше тебя никого нет.

— Я не солдат, — медленно повернулся он, и взгляд его стал острее стали. — И уж тем более не наёмник. — Он отвернулся, стиснув пальцы, обтянутые чёрной кожей перчаток, в крепкие кулаки.

— Им нужен инструктор, — словно извиняясь, продолжила Ингрид, встав на его пути. — Твоим наставником был Краузер, и ты…

— Это всё в прошлом, — отрезал он резко, словно клинок самурая, и обошёл Ингрид, направляясь к двойным дверям в Овальный кабинет.

Ингрид смотрела ему вслед, но не осмелилась последовать. Её пальцы ещё крепче вцепились в планшет.

Овальный кабинет тоже кишел людьми. Они забирали со стола одни папки, подменяя их другими. Светловолосый мужчина, старше гостя, стоял у окна и молча наблюдал, как на ветру полощется звёздно-полосатый флаг. Обернувшись, он открыл взору искусственный загар, лёгший неестественным слоем на его лицо.

— А, вот и вы, — сложил он губы бантиком, протянув руку к столу. — Прошу, оставьте нас.

Сотрудники поспешно покинули кабинет.

— Господин президент, — сухо произнёс Леон, приближаясь.

— Слышал, вы недавно вернулись с секретной миссии, — отметил президент, удобно откинувшись в кресле и жестом приглашая сесть.

— С моей последней миссии, — подчеркнул Леон, осторожно опускаясь в кресло напротив и ощущая на себе колкий взгляд.

— Именно об этом я и хочу поговорить, мистер Кеннеди. — Президент кивнул после недолгой, но многозначительной паузы. — Нам требуется человек из Агентства с уникальным опытом для особого задания. — Он прижался к спинке кресла, сложив пальцы домиком. Взгляд Леона оставался ледяным. — Мы формируем новое подразделение ВМС, элитный спецназ. К обучению уже привлечены лучшие инструкторы.

— Зачем тогда я? — Леон поднял глаза, проглядывающиеся сквозь седую челку.

Президент разомкнул пальцы, подался вперёд и сложил руки на столе.

— Скажу без лести, мистер Кеннеди: вы — лучший из лучших в боевой подготовке. — Его слова звучали дипломатично, но в них сквозила холодная гордость. — Вы способны заменить сотню инструкторов. К тому же… — Он развёл ладони, а затем снова сомкнул их. — У вас нет выбора.

— Что это значит? — Брови Леона поползли вверх, скулы напряглись, будто этот видавший виды мужчина готовился к атаке.

— Приказ уже подписан. — Президент взглянул в сторону и поднял со стола лист бумаги. — Можете ознакомиться с деталями…

— Я не давал согласия, — перебил Леон.

— Всё же рекомендую изучить документ, — голос президента звенел фальшивой дипломатичностью. Он протянул бумагу через стол и положил её перед Леоном, но тот не сводил глаз с президента.

— Мне это неинтересно, — отчеканил Леон, и это прозвучало как окончательный приговор.

— Что ж, — тяжело вздохнул президент, поднялся и поправил малиновый галстук. — В таком случае вы будете отстранены от службы в Агентстве.

— Я как раз собирался уйти, — парировал Леон, тоже поднимаясь и выпрямляясь с безупречной выправкой.

— Разумеется, — вытянул губы президент, возвращаясь к окну и впиваясь орлиным взором в флаг. — С лишением всех привилегий, пенсии и гражданства, — отчеканил он, словно вынося приговор.

Лицо Леона даже не дрогнуло.

— Такое будущее вы себе готовили, мистер Кеннеди? — Президент обернулся через плечо.

— Это всё? — сухо спросил Леон.

— У вас сутки, чтобы покинуть страну, — добавил президент, отвернувшись, будто от назойливой мухи.

— Разрешите идти?

— Вы свободны.

Чёрные спортивные ботинки бесшумно шагали по кафельному полу. Тёмно-серые тактические штаны держались на кожаном ремне, в который была заправлена облегающая чёрная футболка, скрытая под курткой из дублёной кожи. Руки в чёрных перчатках; правая сжимала лямки армейского чёрного рюкзака.

Зал аэропорта был полон людей: одни суетились в ожидании вылета, другие держали таблички с именами. На большом экране транслировали новости. Женщина с лицом, покрытым плотным слоем косметики, сияющая, как глянцевая кукла, зачитывала текст: «Инцидент, произошедший в Раккун-Сити в конце прошлого века, всё ещё даёт о себе знать. Очевидцы сообщают о странных людях, блуждающих по серым улицам города. Общественность годами требует от Белого дома принять меры по устранению последствий ядерного взрыва, не желая жить рядом со вторым Чернобылем, на что был дан однозначный ответ».

Трансляция переключилась на речь президента у трибуны: «Это огромная трагедия для всех граждан Соединённых Штатов. В тот день многие потеряли родных и близких. Я продолжаю получать сообщения о том, что в руинах Раккун-Сити видят "бродячих людей" или, как их теперь называют, "ходячих мертвецов". Уверяю вас, город полностью оцеплен по периметру. Ежедневно лучшие специалисты по биозащите и обученные солдаты следят за ситуацией. За все годы наблюдений ни одного "ходячего" не выявлено. Что касается восстановления города… Мы стоим на пороге войны, которую развязал наш враг по ту сторону океана, и главная…»

Леон отвернулся, и его лицо скривилось от отвращения. Он не желал слушать дальше. Подойдя к стойке, он бросил усталый взгляд на операционистку.

— Один билет до Токио, — бросил он, вынимая паспорт и кредитку.

— Каким классом полёт предпочтёте? — дежурно улыбнулась она, принимая документы.

— Где-нибудь в уголке, — сухо ответил он.

Заполнив данные, она вернула паспорт и указала на терминал. Леон приложил карту. Терминал издал протяжный гудок: «Ошибка оплаты». Повторная попытка дала тот же результат.

— Позвольте? — с той же дежурной улыбкой протянула руку операционистка. Леон подал карту. — Простите, но ваша карта заблокирована, — осторожно произнесла она, возвращая пластик.

— Принимаете наличные? — нахмурился Леон, убирая документы и доставая из кармана тощий кошелёк.

— Да, конечно, — кивнула она, с опаской принимая помятые купюры, словно они вот-вот рассыплются. — Ваш вылет через час. Можете подождать в нашем кафе, — она показала в сторону стеклянных витрин.

— Там есть что-нибудь покрепче кофе? — бросил он косой взгляд.

— Э-э… Думаю, вы найдёте что-нибудь подходящее, — кивнула она и тут же отвернулась, погрузившись в монитор, будто разговора и не было.

Закинув рюкзак в багажное отделение над головой, Леон устроился у иллюминатора в дальнем углу салона. Его глаза уставились в окно, безучастно следя за жёлтыми огнями спецтехники на перроне.

— Желаете что-нибудь? — пролепетала стюардесса, вырывая его из тяжёлых дум.

Он медленно повернулся.

— Нет, спасибо.

Кивнув, она продолжила обход. Рука в чёрной перчатке нырнула под куртку и вынырнула с маленьким бутыльком. Открутив крышку, Леон прильнул к горлышку сухими губами и залпом осушил её, вернув пустую тару в карман.

— Ну что, Леон, — тихо выдохнул он, снова глядя в тёмное стекло. — Вот он, конец твоей истории.