Обломщики: Семейное дело

Позитивное мышление — великая сила.

Нет, не подменили.

Да, выпил. Да, половина одиннадцатого утра. А ты что, моя мама?

С барменом сегодня повезло. Он-то точно на лавры мамы не претендовал, а также не лез в собеседники, как у этой братии, согласно киношным поверьям, принято. Может, очень опытный попался, кто его знает — сразу понял, что если ранний посетитель пристраивается в самый темный угол, невзирая на то, что в сей неурочный час в баре свободны абсолютно все места — к нему стоит отнестись с пониманием.

Итак, я в прошлый раз соврал — что, мол, больше до Кентукки нас не увидите и не услышите. То есть я не врал, а искренне надеялся... но немного не доезжая до Квебек-Сити Бледный Слон пафосно зачухал движком, а потом и вовсе остановился. Между прочим, где-то в этих же краях буквально на днях потерпел крушение лайнер беглого бывшего директора. Возможно, место такое, стоит сообщить агенту Малдеру.

Никто особо не растерялся, не испугался и не насупился — даже Айрин. Она наконец получила на прошлом месте свои покупки — общим объемом на два кубометра, которые в распакованном виде грозили занять автобусный салон полностью, и осознание достигнутой цели весьма благотворно сказалось на психике нашего самозванного интенданта. Денег все еще было достаточно, чтобы позволить себе хоть ремонт любой сложности, хоть новый автобус, если сыщется подходящий. Я даже задумался о нескольких внедорожниках, в целях вящей мобильности, но с учетом количества нашего барахла решил не торопиться — нам бы понадобилось по машине на каждого исключительно ради совокупной емкости багажников, а сразу столько ломучих и требующих неусыпной заботы устройств брать на баланс не хотелось. Вот доедем до нового порта приписки, где можно будет соскладировать вещи на постоянное хранение, тогда и будем решать транспортный вопрос применительно к ситуации. Так что мы худо-бедно разобрались, как вызвать эвакуатор, чтобы оттащил беднягу Слона до механической ветлечебницы. Там нам сразу предложили его пристрелить, чтоб не мучался, но потом вошли в положение и пообещали как-нибудь вернуть его в строй, чтобы до Кентукки хватило. Ну, несколько дней передышки никому никогда не вредило, тем более что и здесь было чем заняться. Энджи нацелилась посетить мэрию с предложением наших уникальных услуг. С утра я ее проводил до ближайшего угла, а сам совершил крутой разворот и внеплановую, но очень удачную посадку в первом встречном баре. И вуаля, вот мы тут и размышляем о позитивном мышлении. И пиво не моча, а просто они тут толка не понимают в изысканных сортах. И бармен не тупорылый социофоб, а вежливый и обходительный мастер сферы обслуживания. И автобус не просто так сломался и подвел весь мир, а очень тактично крякнул в удобном месте, чтобы предоставить мне возможность от всех скрыться и, наконец, провести свой персональный ритуал очищения — как вам подтвердит любой медик, это делается через печень.

Пришлось немного извернуться, чтобы принять под крыло своего свежеотрощенного позитива вломившихся в бар Айрин и Мика. Но тоже удалось без проблем. Может, они наконец поняли, что не бухать — это тупо, и решили присоединиться.

Присоединяться, конечно, никто ни к кому не собирался. Высмотрев меня в темном углу, Айрин ощутимо собралась с духом и ко мне потрюхала мимо пустых столиков и меланхолично наблюдающего из-за стойки кругломордого бармена. Да, вот эта сцена могла бы быть и получше срежиссирована. Платье там в облипочку, пьяницы с глазами кроликов, поскольку королеву, как и короля, играет свита и ее реакция. Мик рискнул было задержаться у стойки и окинуть взглядом разнообразие бутылок на полках, но Айрин сердито на него обернулась и шикнула, так что фон со вздохом кивнул бармену и потащился вслед за ней.

- Чем обязан? - полюбопытствовал я, стараясь не сдавать своих позитивномысленных завоеваний. Может, они пришли с миром. Наверняка с миром и пришли, они же знают, что с войной ко мне лучше с фронта не приближаться.

- Десять утра, Мейсон! - кажется, Айрин не собиралась начинать с агрессивной риторики, но мы не всегда властны над своими порывами. - Это что?... Это ром?!

Вот невинный, казалось бы, вопрос, но нутром я почувствовал — началось. Окрестности в пожаре пылают за окном. Эксперимент с позитивным мышлением на грани провала.

- Что поделать, в душе я пират. С чем пожаловали?

Айрин остановилась перед столом, опершись на него кончиками пальцев. Можно сказать, нависла. Миниатюрной ее не назвать, она чуть не дотягивает до 180 и составлена из такой рельефной мускулатуры, что все эти греческие богини-охотницы против нее выглядели бы запущенными домохозяйками. Особо понравился массивный карниз, обтянутый привычной черной майкой. Некогда привычной — в последние месяцы Айрин предпочитает носить сверху застегнутый под самое горло тактический жилет, который скрадывает магический эффект зрелища. В цивилизованной обстановке, однако, она экипировкой пренебрегла, оставив только пистолет на поясе. А если вдруг... ах, оставим эту бессмысленную тему. Если уж на постое в безмятежной городской черте нельзя обойтись без винтовки и воза патронов, то возможно стоит и правда бросить прикидываться штатскими специалистами и валить в армию.

- У меня просьба, - угрюмо поведала Айрин, опустив взгляд на свои пальцы. Пальцы, кстати, так вдавились в столешницу, что начали белеть. Нервничает. Хех. Правильно делает. Сама-то она на мои просьбы не очень откликается. Но я ведь сегодня спокойный и ничуть не вредный, и рома как раз успел отпить ровно столько, чтобы уже приглушить паранойю, но еще не обострить социопатию.

- Излагай, - предложил я, ухитрившись даже не выдать пассивно-агрессивного вздоха.

- Можем мы по дороге заехать в Чикаго?

Вопреки обыкновению, мой щелкающий мыслительный абак не включился. Наверное, я его в других штанах оставил. Хотя штаны на мне, в принципе, почти всегда одни и те же. В той упаковке товаров, что нам доставили, должны быть новые штаны в том числе на меня, но Айрин пока запретила нам упаковки вскрывать, объясняя тем, что мы невероятные свинтусы и все испортим, прежде чем найдем применение. Возможно, абак прилагался к шляпе, которую наполовину пережевал один ушлый рептилоид, и теперь мне придется обходиться без него.

- По маршруту у меня возражений нет, - ответил я обстоятельно. - Можем ехать и через Иллинойс, это буквально по пути. Единственно, меня немного смущает происходящее там колобродничество. Тупо не уверен, что в сам Чикаго нас пустят обложившие его военные. А что тебе там нужно?

Айрин помялась, вытянула из-под стола стул... спохватилась, что садиться напротив — не самый логичный ход, когда пытаешься по-дружески договариваться, вернула стул обратно, выдвинула другой, сбоку от меня, и на него элегантно спланировала. Впрочем, стул напротив все равно оказался востребован — его вытянул, перевернул спинкой к столу и уселся верхом Мик. Если Айрин можно назвать как-нибудь вроде «атлетичной» или «мускулистой», то фон Хендман — натуральный человек-гора, или скорее холм, с учетом среднего роста, мечта каннибала, его мышц хватило бы на небольшого коня, что вкупе с угрюмым рылом гопника из подворотни создает пугающее в квадрате впечатление. Особенно если вы в курсе, что помимо выдающихся внешних данных он столь же ужасен на поле сочинений. Впрочем, при Айрин Мик обычно тих и смирен — они старые друзья, так что нарваться на оплеуху Айрин не грозит, а без этого аргумента в арсенале Мик ощутимо теряется.

- Как ты знаешь, - начала Айрин, тщательно подбирая слова. - Я потеряла след своей родни, когда китайцы заняли Калифорнию, а телефон мой сломался, когда мы туда-сюда шмыгали, и восстановить его не получилось. Я пыталась вернуть доступ к своим аккаунтам в разных соцсетях, что-то вышло, что-то нет. В общем, буквально вчера вечером я дежурно проверяла новости, и на одном форуме, где я смогла вернуть свой аккаунт, обнаружила личное сообщение от племянницы. Хочешь взглянуть?

- Так-то я верю, - я потянулся было к бутылке. Айрин неодобрительно сдвинула брови. - Эх. Ладно, давай.

Айрин ловко выдернула из кармана смартфон, щелкнула кнопкой включения и сунула мне. На экране заранее было открыто текстовое сообщение в причудливом форумном интерфейсе. Заранее подготовилась.

«Видела, что твой акк недавно был в сети. Тетя Айрин, мы застряли в Чикаго, папа говорит, что выехать не получится. Тут все очень плохо и страшно. Если можешь, отзовись».

Дата. Четыре дня назад.

Ответ Айрин на это, ниже:

«Я постараюсь помочь. Кто там еще с вами? Бабушка, дедушка? Мой номер XXX, можно связаться через ля-ля-ля и бу-бу-бу».

Не просмотрено. Ну, это неудивительно, если сама Айрин три дня до этого сообщения добиралась, то видимо не такой уж проходной двор этот форум. Прокрутил до шапки - «спорт и здоровое питание». Да уж, нашли где встречаться.

- Я и не знал, что у тебя есть племянница, - заметил я, возвращая телефон. - Большая?

- Четырнадцать. Вернее, уже пятнадцать, я все никак этот пропавший год не запомню.

Наверное, надо все же подлить еще «капитана Моргана», а то в светлые чертоги моего позитивного мышления ступил грязный скептический говнодав мысли, что в понимании пятнадцатилетней девицы «очень плохо» - это «заставляют учиться и отобрали травку».

Чтобы отвлечь внимание от протянутой за бутылкой руки, я глубокомысленно покивал.

- Что мне надо знать о твоей семейной истории, Айрин?

Краем глаза я подметил легкие тектонические сдвиги на лице Мика. Их сложно четко трактовать по причине суровой боксерской деформации буквально каждой черты, но если они есть, значит — я гребу в правильном направлении. К добру или к худу, лишь бы не мимо.

- Смотря для чего, - озадачилась Айрин. - Нормальная у меня история. Мама-папа, один старший брат, одна племянница. Если ты насчет того, что я буду каждый месяц откапывать новую родственницу в беде, то не беспокойся, это одноразовая акция.

На морде фона промелькнуло скептическое выражение и тут же исчезло, когда Айрин повела в его сторону взглядом. Интересно. Мик знает о ее семье, наверное, не намного меньше, чем она сама, а по части объективности может и фору дать.

- Как я уже сказал, ехать через Иллинойс нам вполне позволительно. Что касается попадания в Чикаго и выручения принцессы в беде — у нас еще будет время обсудить это по дороге. Если это удастся сделать легко и непринужденно, то почему нет. Если потребует неких усилий — надо смотреть по обстоятельствам. Напомню, в Чикаго сложилась крайне хреновая ситуация с бунтом местных против центральных властей. Доверять источникам в открытом интернете я привычки не имею, надо смотреть своими глазами на месте, что мы там обнаружим.

- Ну да, - Айрин нетерпеливо кивнула. - Это все понятно. Я просто хочу сказать, что... для меня это очень важно. Лично для меня это последний осколок той, прошлой жизни, если там с братом и родители, то, вполне возможно, мне как-то полегче дышать станет.

- Вот об этом я тебя и спрашивал, собственно говоря. Ты у нас, выходит, сторонница семейных ценностей, и шансов проехать мимо практически нет.

- Ну, а как иначе? - Айрин недоуменно передернула плечами. - Это мама же. И папа. Ну, с братом мы не так чтоб близки, но с Лорой дружим с самого ее детства.

Эх. Здоровые отношения. Тут, в Квебек-Сити, есть университет Лаваля, а в нем ныне преподает моя матушка, которую я не видел сколько уже?... пару лет назад, вроде бы, приезжала. Вот я думаю, а не будет ли непростительным свинством маму не навестить и в этот раз? Не, вы поймите меня правильно, я люблю маму. Но у нее есть какая-то суперсила, действующая в радиусе нескольких метров и подавляющая это теплое чувство, когда к ней приближаешься. У отца тоже есть, только у него радиус действия астрономический, я его прибить готов из любой точки земного шара.

- Я просто подумала, - Айрин с неловкостью отстучала пальцами короткую барабанную дробь по столу. - Ну, насколько я понимаю, это как раз ваша специализация. С Зияниями-то у нас все равно эльф главный, а вот, насколько я поняла из россказней Микки, спасение девиц в беде посреди вражеской территории — это как раз ваша область комптенции.

Я неодобрительно воззрился на фона. Мик виновато пожал плечами. У него каждый раз такое — начнет объяснять, как чистить грейпфрут, и опа, удивительно бесшовными путями выведет на мировой заговор с элементами боевика и комедии.

- Чтоб быть точным, это не вполне так. В жизни не принимал заказа на спасение девиц, более того, если бы получил такой — отказался бы.

Айрин задрала бровь.

- Это еще почему?

- Потому что слишком много неконтролируемых факторов. Девочка, пятнадцать лет. Конечно, можно изучить ситуацию, проложить к ней маршрут, запихнуть в мешок и умыкнуть из-под носа у злодеев, доставить в глубокий тыл и посадить там на самолет к свободе и безопасности. Но никак не избежать того, что уже на пути к ней, или в процессе, или сразу после она может по собственной инициативе упороться насмерть герычем или шагнуть с крыши от неразделенной первой любви. И тут уж делай все правильно, не делай все правильно — весь профессионализм гроша не стоит.

Воспользовавшись замешательством Айрин, я налил себе в вискарный стакан рома, сразу уж наполовину, чтоб метаться поменьше, и к нему приложился. А хорошо. И декольте у Айрин такое... заготовленное. Знает мои слабости, засранка.

- Я все понимаю, - с тоской сообщила Айрин, хотя, сдается мне, слегка преувеличила — всего на свете даже наш высокоученый Фирзаил не понимает. - Могут быть сложности. Но это моя семья, Мейсон. Надеюсь, Лора выйдет на связь и прояснит, что происходит, но если ей... им... нужна помощь, я собираюсь туда отправиться в любом случае.

Ну да, если их проблемы можно устранить силами тренерши-полиглотки, то это будет отличный расклад. Можно телешоу запускать - «Семейка Кимов». Я бы посмотрел, если будет заявлен элемент эротики... но увы, в прайм-тайме на это рассчитывать никогда не приходилось.

- Понял тебя, - объявил я с солидным кивком. - Значит так, в интересах этого предприятия от тебя требуются две вещи.

- И какая вторая? - Айрин со знакомой издевательской ухмылкой качнула бюстом.

Ну, знаете, мне как-то привычнее, когда она отбояривается. Тем более что тут не пустячная услуга, тут целая операция маячит на горизонте, разве тут обойдешься показом сисек. Мы взрослые люди, помилуйте. Нас вот так гонять - это приготовьтесь отвечать по всей строгости.

- Тогда три.

- Ближе к делу.

- Во-первых... эй, дружище! - я повысил голос, чтобы привлечь внимание бармена. - У вас тут есть комендатура?

- Бог миловал, - отозвался тот с чисто канадской невозмутимостью.

- А где тогда узнают о пропавших родственниках?

- В мэрии, я так полагаю.

- Сойдет. Вызовешь такси, отвезти девушку в мэрию?

Бармен кивнул и вразвалочку поковылял к закрепленному на стене телефону.

- Итак, во-первых, ты едешь в мэрию и наводишь справки обо всех своих роственниках, - вернулся я к Айрин. - Именно обо всех, а не об одной только этой Лоре. Включая ее мать, которая вам не кровная, но тоже, как ни крути, член семьи. Папа-мама, брат с женой, дочь брата с женой — итого пятеро. Если услуга платная — плати, если за срочность берут больше — плати, если залупаются и не оказывают должного сервиса, что для Канады было бы невероятно странно, но не так чтоб невозможно — там где-то рядом должна быть ниндзя, можешь ее привлечь. Если ничего не получится — ну, не так страшно, мы по пути еще несколько городов попроще минуем, может, там срастется. Но лучше все же стараться не промахиваться, если рассчитываешь на эффективную операцию.

- Поняла, - кивнула Айрин важно. - Дальше.

- Во-вторых, такое тебе домашнее задание, ответ на который ты мне должна будешь предоставить, когда и если мы на ближних подступах столкнемся с препятствиями. Что мы будем делать?

- Разве не ты должен отвечать на такие вопросы?

- Нет. Я буду решать, как мы будем своего добиваться. А вот чего мы будем добиваться, решать предстоит тебе, - Айрин смотрела непонимающе, так что я глотнул еще рома и чуть раскрыл тему: - Вот идем мы, такие красивые, спасать эту самую Лору от ужасных страданий, и вдруг на пути у нас возникает рядовой первого класса, зовут, допустим, Стенли, родом из Огайо, глаза голубые, поставлен по указу майора Фитцджеральда, чтоб нас туда не пропускать. Если мы исходим из предположения, что над Лорой занесен кривой нож злого культиста, нам придется сделать выбор и валить беднягу Стенли без жалости, расписываясь в том, что мы теперь враги всей стоящей за ним системы, потому что слезы невинного ребенка и все такое. Если страдания Лоры заключаются, например, в том, что ее не пускают на концерт за две тысячи миль с сомнительными грязноволосыми пацанами, которые типа и сами рок-группа и аж два раза в гараже репетировали в перерывах между нюханием клея, то понятное дело, это не стоит ни жизни Стенли, ни ссоры с государством. Да и не доводя до крайностей... в ее сообщении есть слово «мы» и отсылка к папе, так что она там уже не одна. Если мы идем ее спасать от всех, в том числе от папы, это один расклад. Если идем, чтобы в итоге со вздохом признать папино право решать, что для дочери лучше, и уйти несолоно хлебавши — это расклад другой, ради этого можно и вовсе никуда не ходить, и уж тем более не идти на жертвы. Капиш?

- А Стенли, часом, не гей? - внезапно подал голос Мик.

- Какой Стенли?

- Рядовой первого класса, из твоего примера.

- Черт побери, Мик. Задачка-то вообще не про это. Можешь сам для себя решить?

Фон продемонстрировал большой палец. Во многих смыслах удивительный экземпляр. Думаю, за право с ним пообщаться можно проводить бои психиатров на бензопилах.

- Ты же понимаешь, что ответить на это я не могу, - мрачно заявила Айрин. - Просто не располагаю информацией, и если Лора не отзовется...

- Все равно, заказчик ты. Тебе решать, на что мы готовы пойти ради достижения твоих целей. Нет информации — пользуйся интуицией, гадай на картах, просто возьми константу с потолка, но прежде чем вступать на недружественную территорию, надо обзавестись пониманием, что мы будем делать и чего не будем ни при каких обстоятельствах.

- Может, все не так и плохо, - заметил Мик. - Ну, окружен город, но не вымер же еще. Значит, как обычно, есть гуманитарные коридоры.

Неожиданный от него глас разума, не отвернутый на 90 градусов от реальности. Всегда есть гуманитарные коридоры, правда, как правило под плотным контролем обеих заинтересованных сторон, а потому не очень-то популярные в нашей среде. Но почему бы для разнообразия и не попробовать. Опять же, Стенли будет признателен.

- Так он гей все-таки? - уточнил я у Мика.

- Кто?

- Стенли из моего примера.

- А, этот. Он пробовал раз с парнем, но ему не понравилось, и теперь он пялит кузину. Она толстая, но он и сам не подарок, так что...

Эдак он подведет Айрин к мысли, что Стенли в любом случае нужно завалить, чтобы не мучался, даже если в Чикаго мы с ним не столкнемся и придется за ним побегать.

- Я поняла, поняла, - вздохнула Айрин. - Пока доедем, я надеюсь, ситуация прояснится. Что-то еще? В-третьих?

- В-третьих, как всегда, пообещаю, что тебе это дорого обойдется. Но вернемся к этой теме по итогам операции, когда у тебя будет возможность откручиваться, не опасаясь последствий. У ниндзи в блокноте уже дюжина страниц исписана идеями, какой перформанс с тебя востребовать.

- Ясно, - Айрин криво усмехнулась. - Ну, хоть на третье место эти ваши босяцкие фантазии переехали с вечно первого. Видимо, взрослеете. Ладно, потащилась в мэрию. Пошли, Микки.

- Нет, его мне оставь, - возразил я и жестом пригвоздил Мика к стулу. - Нам надо кое-что обсудить... из приготовлений и типа того.

Айрин махнула рукой и двинулась к выходу. С полпути обернулась.

- А что Стенли не понравилось, когда он с парнем?...

- Попе больно, - пояснил Мик флегматично.

- Пффф. Слабак! А еще первого класса.

Дверь хлопнула за спиной Айрин. Бармен покосился на нас со сложным выражением на лице, но высказывать какое-либо «фи» по очевидным причинам воздержался.

- Даааа, - протянул фон. - Что Айрин всегда умела, так это отвлечь от мысли. А тебе чего надо? Если собутыльник, то я пас. Я не настолько титан, чтобы с утра ром глушить.

- А мне надо, чтобы ты мне рассказал, что Айрин не сочла достойным внимания, а вот ты явно счел.

- Ты про семейку ее?

- Ага. До сих пор я слышал только про чокнутую бабушку.

- Бабушка умерла, а так да, она была на всю грядку прополотая. А вот остальные... - Мик подпер голову кулаком. - Между нами, окей? Это, как бы, ее личное дело, просто мне тоже кажется, что тебе недурно бы представлять расклад дел.

Я откинулся на спинку стула и принял стакан наизготовку.

- Вываливай.

- Ну, начнем с того, что идиллическая семейка Ким существует только в воображении Айрин. Мистер Ким всю жизнь работал смотрителем каких-то подземных сооружений, не то канализации, не то инженерии, я не вдавался. Спокойный, малозаметный, очень вежливый, обязательный. Вонг таким будет, сдается мне, если доживет. Мама Ким — тоже очень тихая, неконфликтная, всегда старалась больной прикинуться и не пойти на школьные собрания, потому что там галдят. А вот братишка Оуэн... - Фон покривился. - Он на четыре года старше Айрин, похож на родителей, в том числе визуально, а это важно — они все пять футов три-четыре дюйма, и когда она их всех переросла, это создало негласный, но ощутимый напряг. В общем, если бы я составлял схему, то у меня вышло бы папа-мама-сын, а младшая, гадкий утенок, стаю любит, в стаю верит, формально даже в стаю входит, и они ее принимают, но как бы сказать... глаза у них холодные, если ты меня понимаешь.

Очень даже неплохо понимаю, такое нередко встречается.

Мик сделал знак подождать и отлучился к стойке. Я, воспользовавшись случаем, достал свой телефон. Я этими штучками с сенсорным экраном отродясь не умел пользоваться, и периодически доверяю его ниндзе, чтобы она занесла в него нужные контакты. Вот только она это делает на своем ниндзийском языке, так что я никак не могу понять, кто из контактов означает какого человека. Узнал только Алана Ферста, который обозначен как «младший лифтер». У Энджи не было шанса получить о нем второе впечатление, и думаю, это к лучшему. Пролистал список контактов в поисках Джо Биттнера, достойного уважения знатока всяких социальных процессов в нашем бурлящем обществе, но с первого прохода его не нашарил.

Мик вернулся с литровой кружкой бледного пива и мисочкой орешков, плюхнулся на свое место и страдальчески отдулся.

- Вот ты хочешь не хочешь, а плохому научишь. Ладно, о чем это я. Оуэн. Он всегда был хорошистом, но Айрин была по большинству дисциплин отличницей... в общем, сказать, что он ее всегда недолюбливал — это как правду на заборе написать. Никто не похвалит, но все будут знать, что правда же. Вот и получилось как-то странно, что старший средний, но им родители искренне гордились, а младшую все как-то больше терпели, хотя она по многим признакам была лучше. Думаю, отсюда она такая странная и выковалась — за искреннее расположение принимает только натянутое принятие, а любой другой подход кажется ей натянутым.

Да, это многое объяснило бы.

- Ты давай поближе к несущим опорам истории, - предложил я, прикладываясь к стакану.

- Да я стараюсь, не торопи. Это же все важно для понимания. Оуэн, как правило, старался Айрин задеть. Не то, чтобы принципиально, просто и его друзья часто сестрой-дылдой поддразнивали, а он на ней срывался, и родители как правило принимали его сторону. Причем, не пойми неправильно, по твоему-то примеру с отцом, который, мое почтение, может и шею свернуть — у них действительно ровная хорошая семья, никакого там домашнего бокса, разве только голос за столом кто-то повысит или дверью хлопнет, так что это все протекало в формате: «мам, а чего он?» - «перестань раздражать брата». Айрин как-то даже привыкла, хотя мне странным казалась такая однобокость. После школы Оуэн уехал учиться на врача... настоящим врачом по итогу не стал, стал стоматологом, что кстати тоже достойно уважения. В общем, была сцена, когда нам было лет по шестнадцать, а ему около двадцати — он приехал домой на каникулы, а Айрин в это время уже тренировалась у фройляйн Хильды. Еще ничего чемпионского, но уже и глистой не была, начал мышечный костяк формироваться, и Хильда в рамках воспитания характера ее выводила на променад по пляжу в таком бикини, что... ну, учитывая, что до этого Айрин появлялась разве что в глухом школьном купальнике, любой бикини был бы уже ого, а тут был «ого, ни хрена ж себе с тремя плюсами». Да, без крупнокалиберной артиллерии, которая поступила на вооружение много позже, это не так эффектно, но тем не менее достаточно, чтобы вызвать пересуды общественности. И вот кто-то кому-то доложил, передал, сообщил, градус поднакрутился, и вот уже Оуэн орет Айрин в лицо, что она шлюха, вот Айрин начинает рыдать, вот я выбиваю из Оуэна говно... тогда еще толком не умел, но благодаря правильной мотивации справился на отличненько. И вот Айрин перестает общаться угадай с кем на ближайший год, потому что как же так, это же семья, это святое, это нельзя, а ты кто такой. Снова вышла на связь только когда сама в Стенфорд поступила и чуток отдышалась от семейного охренения. К этой теме мы больше не возвращались. Но сдается мне, что допустив Айрин в семейный круг, особенно если там правда папа с мамой, а не только Оуэн, которому в крайнем случае можно насовать в кабину за гаражами еще разок, мы рискуем увидеть ее в том виде, который мне не нравится и тебе не понравится тоже.

Это факт. Жертвы домашнего насилия — зрелище печальное, и эмоциональное насилие ничуть не лучше физического. И Мик уже который раз за сегодня прав, бить морду папе с мамой Ким нам как-то не с руки. Можно, конечно, препоручить их Редфилду, он, по-моему, без предрассудков. Но такой суп не факт что вообще стоит заваривать.

- А племянница? - поинтересовался я.

- С племянницей мало знаком, виделся пару раз. Сдается мне, Айрин с тех самых пор старательно разграничивает семью и прочее окружение. Девчонка бойкая, хотя слегонца пугливая, но это им всем свойственно.

- И в выборе между отцом и тетей?...

Мик задумчиво приложился к кружке, организовав себе пенные усы.

- Она дитя. Была, по крайней мере, когда я ее видел. Для ребенка выбор между скучным папой-стоматологом и тетей-супергероиней, которую на обложках спортивных журналов печатают, довольно очевиден. Насколько она с тех пор успела поумнеть, судить не берусь. Но уже сам факт, что она обратилась за помощью не в полицию, ООН или к Санта-Клаусу, а к Айрин, намекает, что поумнела не слишком.

Хм. А он не выглядит слишком уж воодушевленным.

- Ты считаешь, что нам в это лезть не надо? - спросил я напрямую.

Фон задумчиво выбрал пару орешков из миски.

- Айрин считает, что я должен быть на ее стороне. Я стараюсь. Просто иногда возникает разница между «как для нее лучше» и «чего она хочет». Мне кажется, она была бы в большем порядке, если бы не рисковала превратиться в желе по традиционному семейному рецепту.

- И ты ей это сказал?

- И я ей сказал — надо спросить Мейсона, в надежде, что ты как обычно включишь говнюка и найдешь семьдесят два уважительных повода этого не делать.

Ну конечно. Все лучшее детям, всю грязную работу Мейсону.

- Она вроде достаточно четко дала понять, что для нее это критически важно, и если мы ее не подопрем, она и сама может полезть. А от этого у нее здоровья точно не прибавится, ни ментального и никакого.

Мик грустно покивал, похрустывая орешками.

- Ладно, посмотрим, удастся ли ей что-нибудь выяснить в мэрии. А пока, - я подтолкнул к Мику свой телефон. - Погляди в адресной книге, кто из представленных там персонажей может оказаться Джо Биттнером.

Фон охотно подхватил аппарат и сосредоточился на пролистывании списка контактов. Занимался он этим достаточно долго, чтобы я успел доцедить свои полстаканчика и задаться вопросом, нужна ли мне добавка.

- Думаю, я лучше справился бы с этой задачей, если бы понимал, кто такой Джо Биттнер, - стеснительно доложил Мик спустя несколько минут.

- Опять двадцать пять. Если ты никого не запоминаешь, то почему помнишь Оуэна?

- Ну ты спросил. Оуэну я развалил ебальник, да так качественно, что ему скорую помощь вызывали. Таких помнить — дело чести.

Ого ж у него жесткий диск должен быть. Неудивительно, что все остальные люди на нем не кэшируются.

- Джо Биттнер. Из Саскачевана. Чувак, похожий на индейца, мы с ним еще фабрику штурмовали... хотя с кем мы не штурмовали фабрики.

- Все равно не очень помню, - вздохнул Мик. - Но, может, вот этот? Неспроста его Энджи обозвала «Вождь Учтивость».

А похоже на правду. Я жестом потребовал вернуть телефон, тапнул по нужному значку и спустя несколько гудков услышал:

- Биттнер.

- Привет, Джо, - возрадовался я. - Это Мейсон. Как дела?

- Ближе к делу, Мейсон, - ворчливо потребовал Джо. Пожалуй, «Учтивость» - это легкий перебор. Вождь Нехамимнетут было бы точнее.

- Что, обязательно к делу? Я, может, просто хотел спросить, не болят ли у тебя коленки в сырую погоду.

- Мне шестьдесят один год, Мейсон, у меня в любой момент времени болят коленки. И еще мне никто никогда не звонит спросить про болезни или настроение, всегда есть какой-то зудящий вопрос, и поскольку я немного спешу, у тебя примерно две минуты.

Дааа. Точно не Учтивость.

- Джо, если бы я сказал, что мне надо попасть в Чикаго...

Биттнер чем-то хрустнул на своей стороне.

- По Зияниям?

- Нет, по личному делу.

- Ясно. Я бы предложил этого не делать.

- А если прямо надо?

- Перетоптаться и не делать все равно.

Сдается мне, Джо что-то знает. Что-то существенно более значимое, нежели нам позволяют узнать якобы бесконтрольные средства массовой информации.

- Развернешь?

- А если разверну, ты передумаешь туда ломиться?

- Смотря как развернешь... и нет, скорее всего не передумаю.

- Ясно, - Биттнер снова хрустнул чем-то. Может, он там в рамках воспитания ломает своему горе-ополчению коленки? - Давай так, я сейчас занят и не особенно подкован в этой теме, но постараюсь за день навести кое-какие справки и перезвонить ближе к вечеру, в крайнем случае завтра с утра. Еще будет актуально, или у вас уже парашюты раскроются?

Экий поэтичный вождь.

- Будет, будет. Мы пока в Квебеке.

- Тогда до связи, - буркнул вождь Хрустелка и сбросил звонок.

Я в задумчивости положил телефон на стол и машинально снова склонил бутылку над стаканом.

- Интересно, - поведал я в пространство. Джо не склонен к лишней экспрессии, так что категоричность, с которой он выступил против поездки в Город Ветров, следовало расценить как дань если не точному знанию, то по крайней мере обоснованным подозрениям.

- Что интересно? - полюбопытствовал Мик, прихлебывая свое пиво.

- Некоторые книги авторов, которые не ты.

- Это правда, - согласился фон с достоинством. - Некоторые из них просто не оторваться. По крайней мере пока меня на ринг не выпустили.

Тут бы над ним поржать, но такое уже случалось, пока он был юным задиристым дрищом, чьи потуги стать бойцом не принимал всерьез ровно никто. А потом в какой-то момент его таки выпустили на ринг, и наступила эра изумления, помаленьку перетекающая в эпоху страха. Лично я льщу себя мыслью, что способен учиться на уроках истории.

- Ты бывал в Чикаго, Мик?

- В О'Хара мы как-то садились. Но оттуда, насколько я понимаю, самого-то Чикаго и видно не было.

Да, было такое. Чикаго — интересный город, а интереснее всего в нем то, что он не один законченный город, а целая чудовищная росссыпь поселений, к которым применимо модное словечко «агломерация». И вероятность успешного проникновения туда зависит от того, в какую именно точку пространства нам будет нужно, и от того, как именно выглядит окружение города военными. Полагаю, часть информации, в основном неочевидной с первого взгляда, нам любезно предоставит старина Джо. При всей своей ворчливости он нам явно симпатизирует. А остальное нам придется определять на месте на глазок. Ничего нового, всю жизнь так работаем.

Самое время задребезжать тревожному звоночку где-то на задворках разума.

А вот, кстати, и он.

Что ж, пофиг, пляшем.