Обмен

Счастье любит тишину. Вот и молчу. Когда будете читать эти строки – всё уже случится. В лучшую или иную сторону, но случится. Тут всё дело во времени, а не в желании. Стою, молчу, жду!

Наконец – то наши смогли договориться на обмен наших тридцати ребят, на тридцать украинских пленных.

Всё готово.

Погода довольно-таки пакостная. Низкие тучи не дают возможности поднять в небо несколько коптеров, для наблюдения за происходящим. Но и противник не может поднимать дроны, а значит у него нет возможности провести провокацию. Ну хоть какое-то утешение.

Всё готово. Ждём только команды.

В автобусе уже сидят украинцы. Все как один, возраста 40 +.

Ужас. И таких мужчин, взрослых, грамотных и умеющих работать отправляют на убой, забирая просто с производства, с улицы, или даже из маршрутки при поездке до работы. Кто же там останется работать?

Нет. Не подумайте, что я за них или за их глупое руководство переживаю. Просто я из женской солидарности думаю за украинских женщин, которых приглашают работать дальнобойщицами. Изучать навыки сантехника, для ремонта канализации и водопровода. Да и другие, не пригодные для женских рук, профессии.

Ждём только команды…

Попробовать что ли ещё раз взять интервью у одного из меняемых. Вряд ли кто ответит, но попробовать стоит. Всё для читателей нашего телеграм канала и для телезрителей. Иду в автобус.

- Мужчины. Доброго утра. Какой у вас настрой? Что думаете? Может поделитесь впечатлениями, переживаниями?

- Скорей бы уже определиться – едем чи ни.

Раздался голос из середины автобуса

- Спасибо за ответ. Не переживайте так. С нашей стороны всё сделано, и вы уже все в автобусе. Ждём только ответа с той стороны, что всё готово. Но и всё же, скажите – каковы ощущения?

- Быстрише б до дому.

- Там жинка та диты.

- Нагостювали вже. Треба йихаты.

Раздались голоса из разных сторон.

Но тут автобус завёлся. Посмотрела вперёд. Красный флажок поднят.

«Готовность к движению».

- Бувайте здорови, живите богато и возвращайтесь до дому, до хаты!

Продекламировала я и вышла из автобуса. Последнее что услышала:

- Дякуемо.

Дверь за мной закрылась. Началось движение. Быстро перебежала к авто редакции, и мы выехали следом.

Это первый этап обмена. Мы едем по нашей территории ближе к переднему краю. Тут наше присутствие ещё возможно.

Внезапная остановка прямо по среди дороги. Бегу вперёд, узнать, что произошло и успеваю услышать обрывок разговора наших сопровождающих:

- Срочно пусть поднимают дроны. Видишь погоду…

И указывает куда-то вперёд.

Смотрю и вроде ничего необычного. И тут! Дошло!

Впереди над дорогой солнце. У нас дождь, а там прекрасная погода. У стороны противника полное преимущество в использовании спецтехники в то время, когда наши из-за тумана и мелкого дождя – мороси, не могут поднять в небо – ничего.

Ждём не долго. На большой скорости к нам приближается «УАЗ» Патриот.

Но не доезжая метров сто, машина останавливается. Из неё выходят трое с чемоданами и исчезают в придорожной растительности.

Ждём…

Буквально черед пять минут с разных сторон мимо нас проносятся жужжащие тени.

Рядом со мной дежурный поднимает красный флажок вверх. Пока машины заводятся, бегу к своим. И вовремя. Тронулись.

Но движение очень медленное. Просто ползём. И тут Виктор, водитель нашей машины, указывая вперёд и вверх, кричит:

- Полное внимание. Впереди баба Яга. Дверцы открываем. По команде все из машины…

Но команды не поступает, и машина с открытыми дверями продолжает медленное движение, а я вглядываюсь вперёд…

- Вот! Вижу. Да и немудрено. Она довольно большая. Витя, а почему баба яга?

- Хохлы используют её в основном ночами из-за того, что у неё есть тепловизоры, и она прекрасно всё видит ночью, а её в это время не видно. К тому же она может нести до четырёх мин. Ну представь себе, ночь, тишина и тут пролетает тёмное нечто и сразу взрыв. Как ты это назовёшь?

- Ну да. Правильное название. Ну а здесь и сейчас что она делает?

- Это и я хотел бы знать. Видишь в центре ног этого паука, большое и чётное. Так вот это одно из двух. Или это мины и будет провокация или всё проще, о чём я сейчас почти молюсь…

- И что это?

- Ну возможно камера и они просто наблюдают за нами. Тоже ведь, наверное, бояться чтобы мы под марку затишья, не зашли к ним в тыл.

- Ой! Твои слова бы да Богу в уши. Пусть смотрят. Наши ведь тоже вылетели и наблюдают.

И тут гром средь ясного неба!

Взрыв впереди….

Но вроде едем…

Что это было???

Автобус с пленными сворачивает и спускается на обочину.

Мы следом. Встали.

Из машины что едет замыкающей уже бегут ребята.

Сапёры…

Сразу становится ясно, что за грохот слышали впереди.

Хотела выйти и посмотреть, что произошло, но слышу приказ по колонне:

- Из машин не выходить. Мест не покидать… Мины…

Ну как же так. Я ведь журналист и должна быть в гуще всех событий.

- Лезь, Ленка. Лезь.

И чувствую меня толкают сзади. Враз всё поняла. Вот ребята молодцы.

За секунду, через люк, я на крыше. Плохо видно, но выхватываю телефон, включаю, навожу и приближаю.

Всё точно. Ребята с миноискателями бредут по дороге. Один наклоняется и подняв предмет на лопате, относит его в сторону. Затем ещё и ещё.

Понимаю. Мины – лепесток. Противопехотные. Читала про такие.

Видимо поэтому нашей головной машине нанесён не серьёзный ущерб. Несколько ребят меняют колесо и ровняют крыло, загнувшееся после взрыва.

Баба Яга висит прямо над нами. Поворачивается из стороны в сторону.

И тут я вижу, что украинские пленные в автобусе просто прилипли к окнам и наблюдают картину, происходящую на дороге.

Даже не представляю себе их чувства. Вот их везли на обмен и тут русские подрываются на украинских минах. Вдруг теперь передумают и отменят обмен???

Честно сказать я тоже так думала. За такие действия можно было бы и наказать противную сторону.

Ведь не может такого быть, чтобы наши сапёры не проверили дорогу перед такой операцией. А это значит хохлы ночью раскидали эти мины.

Вот свиньи. Хотя это очень лестное для них обзывание…

Через некоторое время слышим:

- Отбой минной опасности! Можно выйти из машин.

Витя с Серёжей помогли спрыгнуть с крыши машины.

Чмокнула их быстренько в щёчки, и побежала к головной машине. Там, у пробитого осколками в некоторых местах капота, стояло руководство. Совещаются.

Хотела сходу подойти, но меня остановил рядовой.

Просто взял под ручку и остановил.

Я девочка понятливая. Встала. Стою и жду решения свыше…

Видимо решение принято.

Несколько солдат встали вдоль дороги с автоматами на изготовку.

У автобуса заурчал двигатель. Развернулась бежать к своим, но увидела, что Виктор машет руками. Стоим…

Дальше выдвинулись только первая машина руководства. За ними автобус. И обгоняя всех вперёд поехал Патриот сапёров, подбирая разминировавших дорогу ребят просто на ходу.

Нам остаётся только ждать.

Баба яга улетела вслед за укороченной колонной.

Правда и мы проехали метров сто вперёд, до большой поляны, на которой все развернулись и встали по бокам в ожидании приезжающих…

А! Нет! Не все! Взвод охраны в полной готовности сидит в заведённой машине по центру дороги.

Понятно! – На всякий, не предвиденный случай.

Дай Бог чтоб всё прошло успешно.

Опять задумалась. Каково там нашим ребятам. Сидят в автобусе и ждут, а мы не едем. Ведь ремонт и переговоры заняли довольно много времени…

Вернулась к нашей машине и мне сразу сунули в руку пирожок и кружку с обжигающим кофе!

Откуда здесь, в лесу и горячий кофе?

А! Ну да! Всемогущий Витя! У него в заначке чего только нет.

И только тут я поняла, что и правда проголодалась. Оно и понятно. Выехали мы в четыре утра. Пока в часть добрались. Потом сюда доехали…

- А вообще – то кто скажет, а сколько времени?

- Почти три.

Одиннадцать часов в пути. Не мудрено что проголодалась. Это я так подумала, а сказала совсем другое:

- Скоро начнёт темнеть…

Из машины охранения выгрузили три, явно пустые бочки и стали что-то мастерить в сторонке.

- Витя! Не подскажешь что там и можно ли это снимать?

- Снимать точно нельзя, да и рассказывать, наверное, тоже. Но ты запиши, а там если что – вырежут.

- Так всё серьёзно?

- Мы конечно же проводим любой обмен в рамках взаимного доверия, но как говориться доверяй, но проверяй.

- И?..

- Ну сейчас наши поставят две пустые бочки не далеко друг от друга. В них есть немного остатков топлива, и они плотно закрыты. Третья же бочка чистая и без дна. Это некая приманка для коптеров, таких как баба яга. В пустой бочке разводят небольшой костерок, она нагревается и хорошо видна в темноте тепловизорам. Если за обменом последует провокация, обстрел или сброс, мы услышим это, но я надеюсь, уже издалека.

- Спасибо! Записала. Интересная система обмана.

- Ну так наша! Русская.

Тут слышу. Жужжит. Присмотрелась… Дрон медленно прилетел с той стороны и нырнул в кусты. Следом второй.

Повернулась к ребятам:

- Это к чему?

- Наши скорей всего возвращаются. Дроны закончили наблюдение.

И тут услышала приближающийся шум машин…

- Наши?!

У автобуса уже успели снять с зеркала белый флаг и прикрепить триколор.

Я аж запрыгала от счастья.

- Едут, едут! Едут, едут! Ура!

Тихонько прокричала я. Ребята меня поддержали. И вот над подъехавшим и остановившимся автобусом пронеслось наше короткое, но громкое:

- УРА!!!

Дежурный взмахнул красным флажком и указал направление.

Не плохо мы расслабились. Все тихо ходили по полянке в ожидании. Теперь же пришлось бежать сломя голову к машинам и запрыгивать в них чуть ли не на ходу.

Едем…

- А что собственно случилось? С чего мы так?

- Ничего не случилось. Просто стоять и ждать это одно, а ведь приближается ночь, и вдруг, ни откуда, может прибыть баба яга. Никто не хочет знакомства. Надо, пока совсем не стемнело добраться под полную защиту нашего ПВО.

Ответил Виктор. И был прав. Он то не впервые. Не то что мы с Серёжей.

Первой в сторону отвернула машина сапёров. Метров через двести – свернули и дронщики. Мы едем прямо.

После того как отстали машины охранения, стало понятно – подъезжаем.

Серёжа стал готовить камеру, а Виктор умудрился обогнать автобус с нашими вернувшимися ребятами. Ещё немного, и «Патриот» замирает на большой площадке под натянутой маскировочной сеткой. Мы снимаем.

Нам указывают место. Машина переехала, и мы быстро выйдя, отправились к остановившемуся в центре автобусу.

Измождённые, уставшие, хромающие и перевязанные, в грязной и со следами кровоподтёков из автобуса начали выходить улыбающиеся ребята.

- Снимай! Снимай всё что успеешь. Потом смонтируем. Постарайся больше кадров с освобождёнными…

Две мед сестрички стоят у двери автобуса, расспрашивают как дела и нужна ли помощь.

Обнимают выходящих. Просто слёзы на глазах, да и не только у меня.

- Дома!!! Пацаны – мы дома! Тут и воздух другой и дышится по-другому.

Воскликнул один из выходящих.

Сергей снимает камерой. Я и Виктор телефонами.

Вот молодец. Помощник! Потом уже, в спокойной обстановке отберём что убрать, а что оставить.

Ну вот первые эмоции улеглись. Ребята получают воду, сух паёк и новую форму. Кто садиться кушать, а кто переодевается.

Двоих из автобуса выносят на носилках и сразу в машины скорой помощи, которые мигом уезжают. Ещё четверо передвигаются на костылях, им помогают разместиться в медицинской «буханке», и эта машина тоже быстро уезжает. Следом трогается опустевший автобус.

Дальше ребят повезут в комфортабельном автобусе, так как путь не близкий.

Хочу взять хоть у кого ни будь интервью, но всем просто не до этого.

Военные предоставили четыре мобильных телефона и все выстроились в очереди. Каждый хочет по скорее обрадовать родных и близких о своём возвращении.

А возвращение из плена, это лечение, реабилитация и отпуск к родным на родину. Долгожданная встреча и самое главное – Живой!!!

Тут замечаю, пока все ждут очереди позвонить, один боец уже переодевшись сидит на скамье в сторонке. Подхожу. Сергей рядом. Снимает. И на миг сама замираю.

Боец вытер рукой лицо. Плачет? Ну нет! Я не в коем случае не осуждаю. Это же слёзы радости. После всего пережитого. После унижений и издевательств. После избиений и голода. Тут у меня самой слёзы текут, а он это испытал…

Я не о слезах. Я хочу расспросить почему он отдельно…

- Разрешите пару слов.

- Присаживайтесь.

Приглашает и двигается вдоль скамьи.

Суровый. Не бритый, и с влажной дорожкой на щеке от слезы.

- Спрашивайте.

- Вы почему не со всеми? Вам некому позвонить?

- Ну почему же. Есть мама и есть сестра. Она меня старше.

- Тогда почему бы их не обрадовать?

- Я не спешу. Есть у меня что сказать руководству, до того, как расслаблюсь.

Тут издали доносится глухое:

- Бу-у-у-у-мммм!

- Вот, Леночка. То, о чём я тебе и говорил. Не удержались и всё-таки, ударили, ну и нарвались на нашу ловушку. А бочки сделали эффект большого бума. Пусть думают, что всех взорвали.

Пояснил происходящее Виктор.

- Провокации? Это они могут. Мастера. У меня и к вам, журналистам просьбочка будет.

- Слушаю…

- Меня должны были обменять ещё в прошлый раз, но что-то пошло не так и остался в камере. А потом нас, оставшихся ещё жёстче морили голодом, чаще избивали и всё приговаривали:

- Вы ещё смеете жаловаться.

- Так что не слишком афишируйте издевательства, иначе тем, кто остались, может быть ещё хуже.

Тут подошёл солдатик и спросил у нашего собеседника:

- Вы просили встречи? Пройдёмте.

И они пошли к одному из «Патриотов». Перекинулись парой слов, парень сел в машину, и они уехали, а мы пошли к тем, кто остались, но встретили психолога и решили его расспросить о состоянии наших ребят.

- Вот скажите. Ребята такие счастливые, радостные, а как вы оцениваете их состояние?

- Большинство возвращается в эйфории. Их радует сам факт того, что они уже дома и все нормально, что все страшное позади. Поэтому на подъеме они себя нормально чувствуют, встречаются с родными. Но этот подъем временный, потом возвращаются воспоминания о пережитом, начинаются психологические проблемы, психосоматические заболевания. Всем бойцам, побывавшим в плену, нужна длительная реабилитация. — рассказал эксперт.

Он также подчеркнул, что жизнь в плену — это всегда стресс, особенно, если это плен украинский, где с людьми обращаются порой хуже, чем с животными. Даже если военнослужащим повезет, и они попадают в заведение тюремного типа, где присутствуют относительный порядок и дисциплина, они все равно подвергаются незаслуженным унижениям.

Ну вот и всё! Обмен состоялся! Ребята медленно потянулись к автобусу, который повезёт их дальше.

А нам теперь предстоит не лёгкая работа. Необходимо всё отсмотреть, скомпоновать и отредактировав, предоставить своему руководству на утверждение. Но это всё мелочи с тем что нас переполняет радость и гордость.

Мы учувствовали в таком важном и нужном деле, как возвращение наших ребят на Родину.

Слава воинам России. Победа будет за нами!!!