Обнуление

— Максим! — донёсся строгий женский голос из-за закрытой двери. — Ты сделал уроки на завтра?

Закатив глаза, Максим отшвырнул консоль. Он потянулся к валявшемуся у кровати рюкзаку и принялся шарить внутри, пока пальцы не нащупали холодную обложку дневника, зажатого в груде мятых тетрадей.

В эту же секунду дверь в его комнату открылась и к нему вошла мать.

-Ты сделал уроки? – ещё раз, строго спросила мать.

-Сейчас сделаю, - нервно ответил Максим.

-Ты это мне уже час назад говорил. Максим я клянусь, выкину твой гаджет в мусорку.

-Ага, - выдавил Максим, прекрасно понимая, что это были пустые угрозы. Как и все иные касаемо техники.

-И отключу интернет, - добавила мать.

А вот это уже звучало весомо. Мать часто приводила угрозу в исполнение: это не требовало физического уничтожения вещи, достаточно было пары кликов. Впрочем, со временем Макс научился обходить и эту преграду, втихую подключаясь к отцовской сети, пароль от которой он подсмотрел в его блокноте.

-Все я уже собираюсь делать не отвлекай, - ответил Максим вставая с кровати и направляясь к столу у импровизированного окна, на котором царил полный хаос.

Фантики от конфет, крошки, немытая тарелка оставшееся от бутербродов, несколько стаканов и банки из под газировки.

-Слушай ты может уберешь сначала? Как можно в этом бардаке вообще учиться, - начала ворчать, мать попутно собирая посуду и мусор со стола.

-Тут чисто, - не сбавляя дерзкого тона, ответил возмущаясь Максим.

Видя, что сын на взводе, и не желая больше спорить, Анна направилась к выходу, бросив через плечо:

— Что тебе сегодня задали?

— Ничего.

— Что значит «ничего»? — Анна резко развернулась, лицо уже заливал пунцовый румянец гнева.

— Литературу. «Война и мир». Нудятина...

— Не нудятина, а полезная книга для твоего заплывшего мозга! — отрезала мать. — И что конкретно по ней задали?

— Краткий пересказ оформить, — с нескрываемым раздражением буркнул Максим.

— Ну вот. Читай и оформляй.

— Ой, ну всё... не мешай учиться!

Анна сжала зубы, сдерживаясь, чтобы не ответить на откровенное хамство, и вышла, едва не хлопнув дверью.

Оставшись один, Максим выудил из шуфлядки планшет. Загрузил браузер и вбил запрос, но экран издевательски моргнул:

«Доступ закрыт. Ваше устройство ограничено родительским контролем».

— Бля-а... — процедил Максим. Тотальный контроль бесил его до зуда в кулаках.

На этот раз не помогла и смена сети. Похоже, отец просек лазейку и заблаговременно сменил пароль.

— Вот же скотство!

Отшвырнув бесполезный кусок пластика, он вытянул из-под подушки MinskHalo — компактный голографический девайс — и набрал по нему своего друга Егора.

Сигнал прошел быстро без задержек, но друг не спешил отвечать. Секунды тянулись, Максим уже начал мысленно материть его за медлительность. Пальцы нервно барабанили по пластмассовому столу.

Наконец, в динамике раздался недовольный голос Егора:

— Ну что, Макс? У меня сейчас катка, говори быстрее.

— Пару сек, Гор. Выручай. — почти взмолился Максим. -Предки обрубили сеть, а мне завтра литру сдавать. Надо подготовиться, иначе хана.

— Вообще не парюсь, — отозвался Егор. На фоне грохотали взрывы и захлебывались автоматические очереди. — Мне батя еще вчера отзыв накатал.

— Еп... Везет тебе. Мои предки — гребаные консерваторы. «Сам читай», «надо учиться»... Короче, жесть.

— Сочувствую, — коротко бросил Егор.

Максим кожей чувствовал, как друг окончательно уходит в игру, оставляя его один на один с многотомным Толстым. Зависть жгучей искрой кольнула под ребрами.

— И че делать?! — почти простонал Максим.

— М-м-м... Слушай, — Егор на секунду замолк, видимо, проходя сложный уровень. — У тебя «образовизор» есть?

— Где-то был. На шкафу валялась батина старая модель.

— Давай я тебе файл перекину.

— Я же сказал: мне сеть обрубили! Какой файл?

—А для образовизора инет не нужен, — голос Егора стал наставительным.

— Там принцип квантовой запутанности. Прямая передача.

— Чего?

— Не парься. У тебя шлем с кристаллом?

— Сейчас гляну...

Максим вскарабкался на шаткий стул, который жалобно скрипнул под его весом.

Забравшись на самую верхнюю полку, он по локоть погрузился в скопление коробок и старого хлама. Пальцы наткнулись на что-то холодное и угловатое.

С трудом вытянув тяжелый футляр, Максим спрыгнул на пол, подняв облако серой пыли. Проведя ладонью по крышке, стирая налет времени с тисненого логотипа он попытался вскрыть футляр.

Пальцы нащупали тугие боковые фиксатор не сразу поддавшиеся усилию — металл словно прирос к корпусу за годы бездействия. С резким, сухим щелчком замки наконец отскочили. Максим осторожно откинул крышку, проверяя пазы креплений: пластик внутри пожелтел, но выглядел целым. В центре, в специальном гнезде, тускло мерцал синий кристалл-накопитель.— Есть кристалл! — выдохнул он в трубку.

— На месте!

С опаской Максим вытянул из мягкого ложемента тонкое сплетение эластичных нитей. Устройство больше походило на хитрую рыболовную снасть, чем на гаджет. На стыках нитей, в узлах-датчиках, затаились едва заметные линзы.

— Я им никогда не пользовался, — пробормотал Максим, брезгливо касаясь пальцами липковатых датчиков. — Оно вообще... безопасное?

— Я пользовался, прикольная штука. Особенно если взрослый контент врубить, вообще улёт. Виртуалка курит в сторонке. Черт его знает, чего проект закинули. Вроде штука клевая. Короче… Там есть защелка сбоку. Она скрыта за тканью, — прозвучал уверенный голос Егора.

— Ага... Нащупал. И?

— Нажми на неё.

Максим надавил на крошечное утолщение. Сетка в его руках вдруг ожила, едва заметно завибрировала и налилась мягким неоновым светом.

— Есть. О, лампочки загорелись.

— Всё, жди. Сейчас кину.

—А как он найдет мой шлем? — удивленно спросил Максим, разглядывая светящуюся паутину у себя в руках.

— Я, если честно, фиг знаю, как эта хрень работает точно. Это там что-то в своё время корпорация «Криодрим» мутила. Просто надень сетку, и я надену. Подумай о передаче файла... М23Е2.

— В смысле — подумай?

— Мысленно просто! — Егор уже явно торопился вернуться в игру. — Надень её на голову и представь эти цифры. Всё остальное сделает прибор. Еще раз говорю: я без понятия, как это работает.

Связь оборвалась. Максим осторожно натянул сетку на голову. Она оказалась на удивление легкой, почти неощутимой, лишь холодные точки датчиков слегка прижались к вискам. Он закрыл глаза и сосредоточился, вырисовывая в темноте: М-23-Е-2.

В ту же секунду реальность вздрогнула и пошла трещинами. В ушах возник странный гул, похожий на шум далекого, бесконечного моря, который быстро перерос в ритмичный, давящий металлический стук.

Комната Максима, спертый запах, имитация звуков за окном ворчливый голос матери за дверью — всё это в одно мгновение смыло в никуда, будто кто-то резко выдернул кабель питания из разъема мироздания. На смену привычному миру пришло нечто пугающе пустое. Не просто тьма, а полная, пустота в которой казалось, не было ничего.

Шлем-сетка, состыковавшись с нейронами, отвечающими за формирование личности, перехватили управление, став достраивать дополнительные компоненты.

Максим оказался в странной и пустой симуляции: здесь не было ни верха, ни низа, ни веса собственного тела. Его сознание зависло в стерильном вакууме квантового ожидания, «точке ноль», где известная ему информация была, умело, заблокирована, а новая еще не подгружена.

Это было удушающее мгновение тишины, когда внутри сознания возникало четкое ощущение опустошенности, порождающее сомнения в реальности всего сущего, в том числе и существовании своего собственного "Я".