Оборотень по объявлению. Табу

Нина
Дверной замок звонко щелкнул. Громко икая на рассвет в квартиру ввалился Сереня.

- Не спишь? - Сложив губы трубочкой, муж испытал приступ умиления и самодовольства.

Его ждали. Всегда. Потому что я работаю на дому мастером реконструкции волос. В семейном гнездышке, взятом в ипотеку на тридцать лет. У меня шевелятся волосы от понимания кредитной ямы, у Серени - язык.
- Нин, Славика не понимаю. Ик! Говорит, что ему в кайф, а я же вижу, что хреново. Ты бы видела срач в квартире! Черная плесень в холодильнике. Ик! Неправильно живет… холостяцкой жизнью.
Меня затрясло от его слов. Хотелось крикнуть в лицо: “А ты, Сереня, правильно живешь своей семейной жизнью?”
Да, дома порядок и никаких лишних микроорганизмов в холодильнике. Теплая еда на столе, чистое белье в шкафу. Но есть куча но.

Муж потянулся ко мне, чтобы поцеловать, и обдал неповторимым амбре. Я брезгливо попятилась, не справившись с вмиг появившейся антипатией.

Не в силах больше слушать икоту и наблюдать за покачиваниями фигуры, я ушла в спальню.

Раздражение комариным роем крутилось вокруг, мелко покусывая, оставляя после себя несмертельные, но такие зудящие следы. Я стояла в черной туче отчаяния добровольно, осознанно не делая ни шага в сторону, не беря фумигатор. А ведь могла бы.

И не могла одновременно.
Дом мирно спал: в соседней комнате дрыхли мальчишки-погодки. Они уже не маленькие - одиннадцать и двенадцать лет, но все равно дети. На кухне сопел мопс Босс, которого Сереня смело завел, но трусливо просыпал утренние прогулки, потому что тяжело работал. Так уличная жизнь маленького пса легла на мои плечи - ведь я все равно дома.

За дверью спальни раздался характерный звук подкатываемой тошноты.

Нет-нет-нет! Пожалуйста, только не это.

Я видела глаза Серёни - он почти на автопилоте. Не сможет за собой убрать. Оставить гадость вонять до его воскрешения через сутки я не могу.

Справедливость, пожалуйста, если ты есть, пусть Сереню не стошнит!

Я закрыла лицо руками и ждала. Хлопнула туалетная дверь. Тишина затянулась.
Минута, две, пять. Похоже, муж снова заснул на унитазе.

Раньше я хлопотала над ним, помогала добраться до кровати, раздевала. От мысли, что он свалится и проспит до утра на холодной плитке мне становилось плохо.

А теперь мне никак. Все равно.

Я даже тихо радуюсь, что он не лег рядом и не стал отравлять воздух.

Все, на что меня хватало в последние два года, это дождаться, чтобы отец моих детей пришел домой здоровый и невредимый. Я научилась не психовать на него по телефону, пока он не доберется до квартиры. Иначе в нем просыпался бунтарь, обрывающий все контакты.
Нет-нет, нервы дороже!
Я взбила подушку, отвернулась к стене и накрылась с головой одеялом. Еще никогда я не ощущала себя такой одинокой, как в полной семье. Муж, дети, родители - все рядом в добром здравии. Но в душе гудящее чувство безнадеги. Хоть вой.

И ведь со стороны никогда не скажут, что у нас проблемы. Муж работает. Вроде, любит. Двое детей-подростков. Платим ипотеку, кредит на машину, одеваемся по сезону, едим досыта и раз в год ездим отдыхать на море.

Все, как у многих.

Вот только у меня внутри дыра.

И когда я успела превратиться в биоробота? Дни летят как под копирку, а долгожданные выходные приносят сплошное разочарование.

Снова семейная суббота на выброс. А завтра, в воскресенье, Серене нужно поваляться до пролежней, потому что до этого он отдыхал морально, а теперь - физически.

Муж не плохой: руку не поднимает, не третирует, выносит мусор по утрам и усердно работает. Поэтому мне немного стыдно за свои мысли о разводе. И я успешно их душу в будни, но в выходные эти демоны побеждают меня.

Я жалею свои розовые мечты и уговариваю себя: “Так все живут. Это реальность, а не мюзикл, где весело танцуя по жизни, герои поют в унисон, готовят совместный ужин после рабочего дня. Эта чертова действительность семейной пары”.

Но детей мне еще жальче: они три года ждут рыбалки с отцом, два - сходить с ним в гараж, и каждые выходные - чтобы путешествовать семьей. Получают вместо этого нервную мать и полубездыханного отца.

Не так мне виделась совместная жизнь. Когда мы встречались, то любое скучное место превращали в наш островок смеха. Всюду были вместе, а теперь я и не припомню, когда последний раз мы выбирались вчетвером.

Во что мы превратились?

Иногда я думаю, так ли нужна мальчикам полная семья. Они отца-то не видят. С работы Серёня ныряет в кровать и пропадает в телефоне. Папа пропал - папа отдыхает. Выходные глава семьи тоже восстанавливает покой и душевное равновесие. Итого - отец в их жизни есть только номинально.
Неужели, на этом все? Моя жизнь закончилась, осталась лишь био-функция? Но я же до сих пор живу, думаю, желаю. Я всегда хотела крепкую семью, рано выскочила замуж. Но что получилось? Мы живет отдельно под одной крышей.

Мальчишки у меня прекрасные - Макар и Матвей. Обожаю их, хоть и возраст сейчас сложный, подростковый. Я уже чувствую ветер перемен - как мама становится все меньше нужна. И это немного пугает.

Если птички выпорхнут из гнезда, то что я буду делать одна с Сереней?

Звук рвоты разорвал тишину и мои мысли. Подорвал меня с кровати подобно бомбе.
Все-таки его вырвало! Это кошмар, безобразие. Ненавижу.
Я заметалась по комнате, с силой пиная мяч для фитбола и запрокидывая голову к потолку - так легче проморгать слезы.

Хотелось орать, но я могла только скрежетать зубами. Все потому, что не хочу прослыть сумасшедшей и разбудить весь дом. Еще наряд полиции вызовут для полного счастья!

Когда отчаяние пропитало воздух спальни, я медленно открыла дверь. Из туалета лился лучик света - муж не закрылся.

Шаг, еще шаг. Еще.
Я взялась за ручку ванной комнаты и закрыла глаза. Пожалуйста, пусть его вырвало в унитаз. Пожалуйста.

С усталой надеждой заглянула внутрь и с немой яростью захлопнула дверь, резко подавшись назад.

- Черт! Черт! Черт! - я топала одной ногой, пока не отбила пятку.
Картинка, как Серенина нога въехала в массу, все еще стояла перед глазами. Похоже, из него било фонтаном по стенам.
“А-а-а! А-а-а! А-а-а!” - кричала я про себя.

Энергия разрушения металась во мне, не находя выхода. Я залетела в спальню, рывком распахнула шкаф, оделась и схватила поводок.

- Босс, гулять!

Мне нужно вырваться из этой клетки хотя бы на полчаса. Сделать вид, что все хорошо, что ничего не происходит. Глотнуть свежего воздуха.

Я пыталась переключиться, зацепиться взглядом за окружающие вещи, пока ехала на первый этаж, но ничего не видела перед собой. Безвыходность не давала дышать в лифте. Мне казалось, что я чувствую запах той жижи даже здесь.

Дурно.

И, самое обидное, что никто, кроме меня, не сможет это убрать. Сережу, как не толкай, теперь не разбудить. Дети проснутся и будут громко недоумевать, если застанут картину рвотой по плитке. А еще же она дико воняет! Так, что уснуть невозможно - проверено.

За что это мне? Почему?

И самое обидное, что в глазах Серени ничего страшного не происходит. На меня же словно бетонные плиты с неба падают каждый выходной.

Я стукнулась головой о двери лифта, и они открылись на первом этаже.
Свежий воздух. Мнимая свобода. Быстрее, быстрее.

Мопс, хрюкая, побежал нюхать дворовые кусты.

- Ты свинья. Настоящая свинья, - прошептала я.

Босс остановился и посмотрел на меня с упреком.

- Я не тебе. - Я стыдливо отвела глаза.

Круг по району занял полчаса. Нос и руки были холодными, хотя я не замерзла. Но я знала свой организм - сейчас не согреюсь - непременно заболею. Видимо, на эмоциях ощущения притупились, но я научилась себя беречь. Домой. В клетку, от которой у меня есть ключи. В тюремную камеру, которую я сама закрываю за собой изнутри.

Я тихо повернула замок и открыла дверь в личную преисподнюю. В нос ударил кислый запах рвотных масс.

Бе-е-е. Как же противно.

Взгляд зацепился за открытую нараспашку дверь туалета. Сереня вышел?

О, нет!

Я подбежала к спальне и застыла на пороге. Супруг распростерся звездой на кровати, изрядно поерзав испачканными ногами по моему одеялу и общей простыне.

Я отступила на шаг, опустилась на пол и схватила себя за волосы, чтобы почувствовать внешнюю боль и унять желание отхлестать мужа полотенцем.
Мне хотелось применить физическое насилие. Это очень плохо. Неправильно. Так нельзя.

- Гав! - Босс лизнул мой нос.

Весело виляя хвостом, пес отправился в туалет. По примеру хозяина вляпался лапами в извержение желудка, и я не сдержала протестующий крик. Рванула к двери на четвереньках и едва успела захлопнуть преграду перед носом мопса. Если собака разнесет буэ по квартире, я точно сойду с ума.

Я привалилась к двери туалета головой, а потом стукнулась затылком. Раз. Два. Три.

- Не могу больше. Не могу. Нет.
Сыта по самую макушку. Сил моих больше нет это терпеть.

Но развод? Меня никто не поймет, если я скажу настоящую причину. Мне скажут, что у вас же все нормально было. Я отвечу, что рвотная живопись пяткой была последней каплей. Уже представляю эти недоумевающие взгляды и пренебрежительные смешки. Мол, пустяк, с кем не бывает, остынь, и помиритесь.
Как-то клиентка, что находилась в похожей ситуации, хорошо озвучила мысли окружающих: “Все думают, что семейную пару может разлучить только третий лишний. Они никогда не поверят, что ты разводишься из-за алкоголя. Скажут, что пьет каждый мужик, и в этом нет ничего смертельного для брака”

В итоге они развелись из-за ее измены. Видимо, чтобы все поверили, что все серьезно.
Но меня больше всего даже не общественное мнение волнует. Гложут воспоминания о наших хороших днях. Куда все делось? Почему Сереня стал так пить? Ведь, вроде, все есть: семья, дом, машина, работа.
Я даже предлагала сходить к психологу, но супруг засмеялся. Он не видит проблему.
Но как может быть все в порядке у человека, кто каждую неделю упивается в кашу? Что его так гложет? Почему? Что не так?

Я стукнула себя по лбу.

Опять пытаюсь всех понять. А меня кто-нибудь поймет?

Я встала, качаясь от эмоций, как Сереня до этого от алкоголя. Взяла ключ от кредитной машины и вышла из дома.
Зябко. На мне теплый спортивный костюм для прогулок с собакой, и все равно бросает в дрожь. Теперь я чувствую утреннюю влагу - она осела на капоте иномарки и знобит душу.

Завела машину и подумала: “Если бы мое сердце можно было завести так же легко!”

Я поехала навстречу туманной дымке загород. Туда, где меньше машин. Туда, где нет запаха моего безнадежного семейного счастья.

Не стала включать ни музыку, ни радио. Внутри меня и без того был один сплошной шум. Не хватало еще и внешнего.

В груди дрожало так, будто я стояла у колонки на рок-концерте. Словно басы отдавали в легкие. Я сжимала руль настолько сильно, что заболели пальцы.
Ехала куда глаза глядят, не видя конечную цель. Просто вперед. Просто подальше. Импульсивно выбирала повороты, и все равно окружение казалось однотипным и одинаковым. Смазалось в один серый штрих. Как моя жизнь. Сколько бы я не гнала или притормаживала, какой бы путь не выбирала, я погрязала в серой однотипности.
Это внутренне убивало меня.

Не знаю, как я не заметила огромные ворота. Железные створки словно выросли из-под земли. Я въехала в них на полном ходу под хардкор лязга гнутого железа и собственного крика. Влетела в густые заросли и проехала по ним несколько метров, пока не остановилась.

Моя нога все еще жала на педаль тормоза. Шея саднила, грудь болела - ремень сработал на славу. Подушка безопасности почему-то не сработала, но и хорошо!

Я посмотрела на капот, вставший бугром. Вот засада! Отличное окончание этого прекрасного дня. Или ночи?
Только подумаешь, что хуже быть не может, как судьба доказывает обратное.
Я опустила голову на руль и закрыла глаза, стараясь унять дрожь. Я слышала, как пугливо билось сердце. Этот стук прогнал шум внутри, разгоняя страх по венам.

Я цела - это хорошо. Но вот с машиной, чувствую, не все так радужно.
Пришлось поднять голову и оглянуться, чтобы понять, насколько все плохо.
Рассветные лучи рассеивали влагу над ковром алых роз. Большие бутоны медленно раскрывались, приветствуя солнце.
Цветы были везде: за капотом, сразу за водительской дверью, за пассажирской. И только сзади я примяла полосу и видела в зеркало заднего вида распахнутые ворота.

Я что, в розарий въехала? В ботанический сад без билета?

Боги, капот встал на дыбы! Это же страховой случай?

Я закрыла глаза ладонью, а потом вытерла нежданную слезу в уголке глаза и взялась за ручку водительской двери. Нужно же оценить масштаб ущерба.

Шипы роз заскрежетали по краске, когда я попыталась открыть дверь. Будто по душе скребут!
Неожиданно машина качнулась, и я от испуга захлопнула дверь.

Что это было?

Качнуло еще раз, да так, что передняя часть машины поднялась градусов на шестьдесят относительно земли. Я словно находилась в кабине головокружительного аттракциона - увидела сначала утреннее небо, а потом резко горизонт.

Машина с грохотом зачерпнула бампером землю, качнулась на пружинах и застыла. Замерла и я, вцепившись кожаное сидение. Не дыша. Не двигаясь. В немом оцепенении.

И потом я увидела его.
Прямо перед капотом поднимался огромный, как герой боевика, мужчина. Лысый, с крупными чертами лица, и взглядом “Размажу одним дыханием”.

В каждом медленном движении тела чувствовалась убийственная мощь. Такие люди не спешат. Им незачем. Они знают, что все равно поймают и сотрут в порошок движением двух пальцев.

Просто убийственная энергетика!

___
Дорогие читатели!
Вот мы снова в мире Оборотней по объявлению. Добро пожаловать!
Если вам понравилось начало, зажгите звездочку/мне нравится для героев и поделитесь эмоциями от прочтения в комментариях. Это очень мотивирует!