Оборотные

По пояс утопая в травах: жутких лопухах, раскидистых папоротниках, я отчаянно тянула руку вверх, сжимая телефон. Но связи не было. И я не улавливала связь с дорожно-транспортным происшествием и попаданием в южный лес. Ехала в маршрутке, тряхнуло. Вот так и знала, что нужно было не экономить, а вызвать такси. Хотя что теперь...

Стащила с головы белую шапку-ушанку, огляделась вокруг на зелёные дебри.

— Господи, неужели умерла? — выдохнула я.

Запахи стояли невероятные, кружили голову. Деревья-небоскрёбы, я даже пород таких не знала, вот насколько всё странно вокруг.

И казалось бы, что тишина после гудящего мегаполиса, но нет, спустя какое-то время я поняла, что тишина относительна. Шелестели листья в высоких кронах, кричали редкие, невидимые птицы.

Это, блин, пугало откровенно!

Мне казалось, что звери огромные ходят среди настоящих деревянных великанов. Стволы, покрытые мхом и лишайниками, кроны, теряющиеся высоко в небе…

— Есть кто живой? — спросила я, содрогаясь от ужаса.

Следом за шапкой, сняла шубку и начала дышать глубоко, чтобы хоть с ума не сойти от происходящего.

Каблуки проваливались в рыхлую землю, устланную зелёными травами. Рядом со мной торчали крепкие корни деревьев, они ныряли под землю, переплетаясь с крупными камнями.

Что-то древнее, таинственное и загадочное.

С шубкой на локте, я поправила свою сумку и нешироким шагом, насколько позволяла юбка-карандаш, пошла куда-то, куда сама не знала.

А там, там сейчас доклад по моему проекту, и я инженер, претендующий на повышение зарплаты, на кресло в новом кабинете. Наконец-то выплачу ипотеку и замахнусь на машину. Да?

— «Звезда! Смотри куда ступаешь!» — ответил мой внутренний голос, который распоясался ещё лет в шесть, когда я не хотела бить кулаком одноклассницу, но нужно было, иначе не выжить в том классе...

Что только не вспомнишь в экстренной ситуации.

Я даже к психологу обращалась, со своим «богатым внутренним миром». Меня спросили тогда, не знаком ли мне этот голос. Не мама ли это, не бабушка ли? Нифига, это мой личный голос, просто я бываю хорошей, для всех, а внутри я очень плохая. Змея и гадина, как говорил мой бывший.

Ведь ничего страшного! Многие люди разговаривают с собой, если это в пределах нормы. А я в норме была. Так как же я так быстро сошла с ума?!

Вышла из зарослей под сень … Ну, допустим, это секвойи. И непростой это лес, а тенистый.

На земле мягкий ковёр из опавших листьев и хвои, который пружинил под ногами, как живой. Такое чувство, что по змею шла.

Немного заряда в телефоне, экономить бы, но я остановилась, потому что это нужно было сфоткать. Вдруг я реально в другой мир попала, так хоть вернусь, будет что вспомнить.

Грибы, похожие на маленькие дома для лесных духов, и крупные ягоды, сверкающие, будто драгоценные камни, ещё зелёные, незрелые.

Это какое время года здесь?

Заброшенной тропой, ведущей неизвестно куда, я шла, открыв рот.

И хотя я ещё шла по лесу, воздух странным образом изменился. И ветер усиливался. Становилось уже не так мучительно, удушающе жарко.

— Море, — ошарашенно выдохнула я.
Медленно выходила из леса, оставляя за спиной густую тень деревьев. И на меня свобода наваливалась от простора открывающегося перед взглядом. Бескрайний горизонт, где небо встречалось с морем, и они были почти одного цвета.

От этого я начала задыхаться. Расстегнула ворот блузки. Воздух наполнял солёный аромат, смешанный с лёгким запахом водорослей. Весна всё-таки. Под ногами вначале хрустели кипарисовые ветки, потом камни, мелкие ракушки и галька.

Достаточно сильный ветер ласково касался лица, растрепал тёмно-русые волосы. Это так приятно, что я ахнула.

Здесь, на берегу, чувствовала себя частью чего-то большего, чем просто человек.

Лишь бы не сон. Я хочу здесь жить остаться. У моря! К Бениной маме весь этот проект, долбанную ипотеку и походы с подругами в бар по субботам в надежде на приятные знакомства.

Я умерла! Пусть ищут, как хотят.

А волны с напором накатывали на берег, оставляя после себя пенистую полосу. И шорох такой, ласкающий слух.

Побережье казалось бесконечным, простирающимся вдаль, насколько хватает глаз. Его воды, цвета глубокой синевы, разбивались о прибрежные камни, рассыпая вокруг хрустальные брызги и белоснежную пену. Вдали виднелись скалы чёрные, возвышающиеся над водой. А ближе камни, гладкие и отполированные солёными волнами, выступали из воды, словно какие-то сказочные остроконечные троны, ожидающие своих властителей.

На одном из самых крупных камней, что торчал выше остальных, сидел длинноволосый мужчина.

— Хорошо, что человека встретила!

— «Ты в лесу одна. На берегу сидит лохматый мужик… Ещё будешь радоваться?»

Я, сделав несколько шагов в сторону камней, остановилась. А ведь мой внутренний голос прав! Нельзя быть такой доверчивой.

Видимо под ногами прошелестели камни громче ветра и шума волн, мужчина обернулся.

Его тело было мускулистое и стройное, до безобразия бледное, будто он перед тем, как сюда на камни забраться, в офисе вкалывал безвылазно несколько лет. Волосы длинные и чёрные… Так оттенок лёг? Они зеленью отливали. И они тяжело развивались на ветру, поскольку были мокрыми. И больше никакой растительности на теле.

Лицо, с резкими чертами и глубокими глазами, уставилось на меня.

— Здравствуйте! — крикнула я.

Взгляд пришибленного на вид типа показался рыбьим.

Он отвернулся, уставившись вдаль, туда, где море соединялось с горизонтом, и казалось, что он видит нечто недоступное мне. Я даже проследила за его взглядом.

И тут он отклонился назад, видимо, чтобы скинутся с камня в воду. Поднял свои ноги.

А ног нет!

Зато есть хвост!

Я обалдела! Зашкалил то ли восторг, то ли страх перед неизвестностью, невидалью и чудом.

Хвост переливался всеми оттенками синего и зелёного, отражая солнечные лучи. Он плавно покачивался, был длинным и подвижным, на конце плавники. И тут я обратила внимание, что над этим русалкой кружили птицы, явно заинтересованные нижней частью тела.

Бульк!

И исчез в пучине моря.

Глаза мои поползли на лоб, я закрыла руками рот, чтобы ни задохнуться, ни заорать. Медленно попятилась с берега моря обратно в лес.

Продолжала тянуть руку с телефоном вверх.

****

— Не может быть, — тяжело дыша, оглядывалась по сторонам.

Лес тоже уже не казался надёжным. Я по нему передвигалась осторожно.
Внимательно всматривалась в дымчатую синюю глубину. Буквально двести метров и лес сменился. Ветви деревьев склонялись, будто ветвями, как руками, пытались прикрыть наготу.

Ещё прошла по достаточно утоптанной тропе, и густой подлесок создал ощущение замкнутого пространства.

Ну…

Хотя бы чувствовала себя « в домике».

Старые листья в молодой траве шуршали под моими сапогами. Я обувь запачкала. Ножку подогнула, чтобы скинуть грязь, а взгляд врезался в огромный след, оставленный на мягкой лесной почве. Этот отпечаток явно принадлежал не обычному животному – он слишком велик. Глубокий и чёткий, словно был вырезан в земле.

По форме след напоминал копыто, но его размеры поражали воображение. Ширина отпечатка составляла почти три моих шага…

Я даже отошла, чтобы увидеть это со стороны. А потом заметила ещё следы. То есть это действительно животное оставило, гигантское. На копытах в лесу – лоси, олени кабаны.

Я перепугалась, ведь встреча с таким созданием могла оказаться моим последним приключением.

Окружающая тишина становилась ещё более напряжённой. Казалось, даже ветер замер, чтобы окончательно меня напугать.

Я пыталась вспомнить, что в сумке лежало. Мне стоило прийти в себя. Там маленькая бутылочка коньячка, я хотела чуть выпить для храбрости перед проектом. Посмотрела на фитнес-браслет. Время показало, что я безнадёжно опоздала к инвестору на встречу, и уже всё произошло без меня. В другом мире, где нет таких высоких деревьев, где не водятся кабаны размером с грузовую фуру. И у мужиков нет рыбьих хвостов.

Всё слишком необычно, чтобы быть правдой.

И нужно вспомнить, что я ела в последнее время, от чего так глючило. Может, распыляли в салоне автобуса какую-то дрянь. Это единственное, что мне осталось – надеяться, вдруг проснусь.

— Воняет человеческим общественным транспортом на весь Лес, — послышалось за моей спиной.

Я вскрикнула от неожиданности, резко повернулась и замерла.

Парень стоял совсем близко от меня, высокий и стройный, и как-то вливался, что ли, в пейзаж.

Чудной, но в этот раз не такой заморенный и бледный, как с рыбьим хвостом, скорее фантастический.

Что вы будете делать, когда встретите сказочное существо?

В любом случае я бы попыталась понять его намерения и цели. Он же в курсе, что такое человеческий общественный транспорт. Так вот «человеческий» до дрожи меня пугало.

Здесь нужно быть осторожной.

То ли сила от него исходила необычная, окутывающая и манящая, то ли я переволновалась. А может всё сразу.

Он как море, какой-то поражающий…

Я онемела.

Длинные волосы, были тёмными, при этом имели выгоревшие светлые пряди. Они струились водопадом по широким плечам и ниже, и придавали парню загадочный, чуть дикий вид.

Ох… Какой сказочный!

Но больше всего завораживали его глаза. Глаза, цвет которых невозможно было точно определить — то ли серые, то ли зеленые, то ли синие. Они меняли оттенок в зависимости от постановки головы. Как море, да. Поэтому он бы неплохо слился с морским пейзажем.

Смотрел прямо, и взгляд больших глаз бирюзовый, чуть прищурился, склонил голову набок, и превращались глаза в бурлящий штормовой океан. Эти глаза казались бездонными, словно в них можно было утонуть, заблудившись в глубинах чувств и мыслей.

Меня куда-то уносило…

Это что же за эльф такой?!

Лицо его с выразительными, высокими скулами. Губы красивые в чётком контуре растянулись в легкой улыбке, которая могла растопить сердце любой девушки.

По пояс голый. Сам жилистый, мышцы крепкие выделялись. А внизу юбка. Самая настоящая, прямо до земли! Из ткани почему-то напоминающей мраморную плиту с трещинами и следами времени. На ней были изображены вьющиеся орнаменты.

— Там хвост?! — вырвалось у меня.

Парень приподнял юбку и сам наклонился, чтобы посмотреть на свои вполне стройные и сильные ноги. И на них ни одного волоска.

Юбка опустилась.

— Значит, выкинуло из людского мира, — он не спрашивал, он констатировал факт.

И голос у него приятный.

— Да, — улыбнулась я, радуясь, что нашёлся спаситель и сейчас всё будет хорошо.

Вот так в его присутствии я себя почувствовала, возможно, поэтому не сразу разобрала следующий его текст:

— То есть ты, сучка человеческая, считаешь, что можешь попадать на мой остров. Здесь всё моё, всё до самой последней вялой травинки, и я делаю здесь всё, что захочу! И раз ты ходишь по моей земле, ты теперь тоже моя, включая твой мобильник, душу и внутренности.

Когда он поворачивался лицом к солнцу, его профиль становился еще более отчетливым, и можно было разглядеть тонко очерченный нос и решительный подбородок. В нем чувствовалась уверенность и сила, но вместе с тем — какая-то нежность и уязвимость, которые делали его еще более привлекательным.

Такой он был — красивый длинноволосый парень с морскими глазами, словно созданный самой природой для того, чтобы вдохновлять художников и поэтов, заставлять сердца биться чаще и мечтать девушек о невозможном.

— И на тебя можно поймать какую-нибудь рыбу. Да, сучка человеческая?

— Ты что творишь? — выдохнула я, интересуясь у своего внутреннего голоса, с трудом отведя взгляд от незнакомца.

Внешность-то обманчива…

Внутренний голос молчал, но явно тянул меня в лапы к чудовищу, которое продолжало меня оскорблять и унижать, а я отчаянно пыталась выкинуть из головы, красиво очерченный привставший член под белой юбкой.

— Что ты там проблеяла? — усмехнулся сказочный мудак.

Опасность почувствовала. С другой стороны понравился сильно. Наваждение в голове, морок летающий вокруг начал пугать.

Если это мир, где водятся русалки, пусть и в мужском исполнении, то запросто тут могут водиться и колдуны. Я ещё раз глянула на него, а незнакомец изучал меня пристально.

— Царица тебя сюда засунула? Подсунула мне человеческую девку в надежде на что?

— Я не знаю о чём вы, — прошептала я, отступая назад. — Простите, если побеспокоила вас. Если вы скажете, как мне вернуться в человеческий мир, то я немедленно это сделаю.

— А здесь нет порталов, отсюда не выбраться, — зло усмехнулся он. — Ты попала. Классическая попаданка. Только я думаю, что не без помощи. Тебя закинули ко мне. Подачка своеобразная. А может жертва.

— Вряд ли, — я сунула руку в сумочку и там нащупала перцовый баллончик.

Так, лучше к морю. Лес однозначно опасен.

— Всего хорошего.
Повернуться спиной к нему я не рискнула, поэтому попятилась, чтобы отойти на безопасное расстояние.

— Куда ты? — хищно усмехнулся незнакомец, закинув голову, чтобы свысока меня рассмотреть.

— Куда получится. Не надо подходить, — прошипела сквозь зубы.

Парень нахмурился, внимательно меня рассматривая.

— Это мир оборотней, — решил вдруг пояснить он.

Я уже поняла, что красиво сошла с ума, не просто так, ещё и в сказку попала. Но сказка, похоже, жестокая чутка. Он приближался, я попятилась, спотыкаясь об ветки на земле.

— Не подходите!

Он рассмеялся. И я опять захмелела, в этот раз от ослепительной, обворожительной улыбки.

Он околдовывал!

Нет-нет, надо держаться.

— Как выбраться отсюда?! — перепугано смотрела на прекрасного юношу, который таил в себе нечто…

А во что он оборачивался? Ведь оборотни, это те, кто меняют облик на животный. Ведь так? И как они? В полнолуние, или когда их стукнут?

— Если мир людей тебя выплюнул в мир оборотней, то возвращаться не стоит, — посмеялся парень. Есть такие человеческие женщины, которые способны родить оборотню потомство. И вам лучше быть здесь.

— Вы ошибаетесь, я не способна…

Да, я вообще проблемная в этом плане. Бесплодная, так скажем. За это меня мужик и бросил. Ишь, какие нынче мужики пошли – наследника гаража и ипотеки им надо.

— Конечно, кто захочет такую страшную.

— Это не так! Я не страшная! А ты местная мразь, я так понимаю? — огрызнулась я.

Он сделал несколько резких шагов ко мне.

Я тут же вытащила баллончик. Вытянутая рука, прищуренные глаза, и струя газа вылетела в красивое, но наглое лицо якобы оборотня.

Ждала одно мгновение, что превратится в кабана или быка, это ведь оборотень оставил такие сумасшедшие следы на тропинке.

Ничего не дождавшись, скинула шубку и шапку, рванула на каблуках по лесу.

Всё это произошло за считанные секунды.

Усилилось ощущение сна. Я двигалась на каких-то других скоростях. Кроме того, я была в себе уверена. Вот уверена, что могу сопротивляться и всё тут.

— Смертный приговор себе подписала! Зараза! — летело мне вслед.

Задрав юбку, я решила со всех ног пробежаться.

Неслась сквозь густой лес, ноги едва касались земли, сердце бешено стучало. Ветки хлестко били по лицу, но я не обращала внимания – страх гнал меня вперед. Позади слышались шаги преследующего меня местного маргинала. Его зловещий смех, вперемешку с матами эхом разносился среди толстых стволов деревьев, которые теперь создавали что-то вроде зала с перегородками, так плотно росли друг к другу.

Вокруг царил полумрак, я, как газель, удирающая от хищника, скакала через корни, уворачиваясь от низких веток. Страх не отпускал ни на секунду, поэтому и каблуки не стали помехой.

Лес казался бесконечным и ужасно опасным. Но я предпочла бежать. Бежать, не зная, куда приведут мои ноги. Страх парализовал разум, оставляя лишь одно желание – убежать как можно дальше. Потому что я поняла, что парень он только внешне, а на самом деле...

Я проснусь?

Я проснусь…

Я точно проснусь!

Неожиданно выскочила на каменную поверхность. Это скала, торчащая из-под земли. Дыхание становилось тяжелым, а ноги – свинцовыми. И тут заросли, в которых наверняка можно затеряться. Почти непроходимый лабиринт из переплетенных ветвей и листьев. Каждый шаг сопровождался скрипом сухих стеблей и шорохом листвы. Ветви тянулись со всех сторон, стремясь удержать меня в своих объятиях. С блузки слетели пуговки. Волосы пришлось собрать в хвост и держать в кулаке.

Кустарник был настолько плотным, что солнечные лучи едва пробивались сквозь его завесу, я очутилась в зелёном проходе.

Тропинки, если они вообще существовали, были едва заметными. Местами кустарники образовывали настоящие стены, преграждая путь и вынуждая искать обход. Я похоже сразу заблудилась, ведь все выглядело одинаково – зеленые листья, коричневые стволы и бесконечные переплетения ветвей.

Звуки леса исчезли, воздух спёртый, будто был пропитан густой зеленью. Витал сладковатый запах цветущих растений, перемешанный с ароматом влажной земли и гниющих листьев.

Я остановилась посреди засосавшего меня лабиринта. Глянула под ноги, постучала каблуками. Там скала. Где-то рядом журчал ручеёк.

Ощущение временного облегчения смешивалось усталостью. Рядом скрывалось нечто темное и пугающее.

— Если ты думала свалить, жертва, то бесполезно! — надрывно орал недалеко колдун.

Следом за его возгласом воцарилась тишина, я слышала стук своего перепуганного сердца и тяжёлое дыхание.

Сделала шаг назад, ещё. И споткнулась.

Хватаясь за ветви, я полетела куда-то вниз, поскольку под моей ногой не оказалось земли. Это была яма, в которую я провалилась. Слетела с плеча сумка, оборвались ветки, проехав по коже, оставили болезненное ощущение на ладонях и возможно раны. Боясь за голову, постаралась сгруппироваться.

****

Куда-то вниз вёл каменный жёлоб, отполированный до блеска. Пальцы скользили по мокрым камням, их я ещё видела, поскольку был свет. Но уносило вниз вместе с ручьями, потоками воды.

Жёлоб, как горка в аквапарке, вёл меня куда-то в бездну, я на время очутилась в полной темноте. Готова была, что в любой момент наткнусь на скалу, пораню себя ещё сильнее, раздроблю кости. Скорость падения увеличивалась, я сдерживала вопли и дикий, животный ужас. Возможно, это падение под землю спасёт мне жизнь, и этот урод меня не найдёт.

Но это мало утешало.

Вокруг темень и немного свободного пространства. А потом появились прямые лучи солнца, которые проносились мимо меня, точнее я мимо них. Свет сверху освещал острые камни: сталактиты и сталагмиты. Жёлоб действительно был отполирован, но попочкой своей и спинкой многострадальной я чувствовала трещины, выступы и, конечно же, ледяные потоки воды. Меня заносило то вправо, то влево. Скатывалась с горки и поднималась, потом опять падала.

Где-то внизу появился свет. И я не выдержала, закричала. С воплями, я на скорости, с каменного жёлоба вылетела просто в колоссальную пещеру. Эхом отражался мой голос под сводами. Я на время не чувствовала основы, в воздухе пролетела с крохотными ручьями и упала в большое подземное озеро. Я его видела под собой, но дыхание задержать не успела, исчезла под тёмной гладью.

Ноги мгновенно окутало тепло водоёма, сапоги потянули вниз, почти сразу наполнившись водой.

Пытаясь удержаться на плаву, судорожно гребла руками, но всё тщетно. Вода проникала повсюду, наполняя тяжестью. Юбка обвивала и сковывала тело, мешая движениям.

Если не освободится от этих оков, то погибну.

С трудом, почти инстинктивно, начала снимать сапоги. Каждый рывок казался вечностью, но наконец они слетели с ног, и я почувствовала облегчение. Однако юбка по-прежнему была невыносимой. Я её расстегнула, стащила с бёдер.

И видела я, в лучах острых солнца яркого, попадающих в пещеру и пронизывающих это подземное озеро, как моя юбка падала на сияющее золотом дно, опускалась в глубину, словно потерянный призрак.

Освободившись, я сделала последний отчаянный рывок к поверхности. Лёгкие разрывались от нехватки воздуха, но вот, наконец, голова поднялась над водной гладью. Жадно глотая воздух, я ощутила, как жизнь возвращалась с каждым вдохом.

Жить хочу!

В пещере было достаточно светло. Солнечные лучи попадали в дыры наверху. С этих дыр высоко надо мной свисали мхи и капала вода. Вода тёплая, потому что это не подземное ледяное озеро, а морская вода, соль осталась на губах, и глазам было некомфортно. На берегу этого озера достаточно далеко от меня сияли горы золота. Сокровищница с невероятными сводами, часть затоплена водой, другая часть уносилась куда-то вдаль и там всё… Всё вокруг горело золотом!

И на дне не было камней, оно усыпано золотыми монетами. Они сияли, отражая гранями редкие солнечные лучи.

Открыв рот, я держалась на воде, смотрела на это ошарашенно.

На глади озерца, что имело жёлтый оттенок из-за сокровищ на дне, плавал плот из толстых брёвен. И на нём стояла низкая кровать с белым бельём. В панике оглядываясь, я поплыла к плоту, чтобы выбраться из странного водоёма. Это место наводило ужас. Меня смущало количество сундуков, золотой посуды, монет и украшений. Кому вообще могло прийти в голову тащить сюда это всё?

Зацепившись за плот, с трудом забралась на него. Конструкция была настолько большой и мощной, что даже не накренилась, когда я до пояса залезла на один борт и по очереди закинула ноги. Отдышавшись, я откинула мокрые волосы назад и рассмотрела, влажные и тёмные, стены пещеры.

В свете косых солнечных лучей можно было увидеть, пугающие до дрожи, орнаменты. Выбитые барельефы изображали змей: с человеческим торсом или наоборот с человеческими ногами. Хвосты изгибались, сплетались в непонятные мне письмена. Гады всех мастей усыпали стены. Драконы выше, почти под сводами пещеры, у воды русалки.

Это змеиное гнездо. Здесь, похоже, жила какая-то секта или ещё что похуже.

По телу дрожь, стучали зубы.

Мокрыми пальцами прикасалась к шёлковым одеялам низкой кровати.

Плот медленно двигался. Весла не было, но я к берегу и не спешила.

Всплеск воды где-то в другой стороне от сокровищницы привлёк внимание. Там пещера уносилась вдаль и терялась в темноте подземелья.

Я на плот забралась повыше, села на край кровати, и с замиранием сердца начала всматриваться вперёд. Волновалась вода, пугая меня ещё больше. Нечто огромное плыло в мою сторону.

****

Плот слегка покачивался на небольших волнах. Подо мной раздался лёгкий всплеск, и из глубины поднималось существо. Жутковато, потому что размеры пугали. Но в то же время я не обезумела, и взяла себя в руки, потому что животное было – касаткой. Я насколько помню, это такое млекопитающее, которые не жрёт всё подряд и положительно реагирует на людей. Ну, я надеялась на это.

Её чёрно-белый силуэт мгновенно выделялся на фоне воды. Она грациозно скользила под плотом, её плавники рассекали воду с невероятной лёгкостью.

Я по одеялам на другую часть плота переползла, чтобы видеть её. Страх немного отступил, сменился восторгом и восхищением перед этим зрелищем.

Касатка ныряла глубже, оставляя на дне борозды в золотых монетах. Вынырнула с моей юбкой на морде, фыркнула.

И я, не сдержавшись от всего пережитого, рассмеялась в полный голос.

Это зрелище завораживало, наполняло душу трепетом. Касатка будто танцевала в воде вокруг меня, показывая свою силу и красоту.

И вот она замерла, и вместе с ней моё сердце.

Над животным вынырнул тот самый хвостатый мужчина с берега. И поднялся он над поверхностью воды, неестественно: как держался по бедра, не утопая, неизвестно. Чуть был виден хвост, он активно двигался.

Касатка медленно уплыла.

В гробовой тишине слышалось падение капель сверху на воду.

Его кожа была настолько бледна, что казалась почти прозрачной, позволяя видеть тонкие голубоватые жилки, пульсирующие под поверхностью. Глаза его большие и глубокие, как бездонные озёра, в которых можно было утонуть, если смотреть слишком долго.

Но самым необычным в нём был его рыбий хвост. Он начинался там, где у обычного человека должны быть ноги, плавно переходя в чешуйчатую часть, переливающуюся всеми цветами радуги. Хвост был мощным и гибким, позволяя мужчине двигаться в воде так легко, как никто другой. Чешуя блестела, отражая свет, словно драгоценные камни, и каждый взмах хвоста создавал вокруг него ореол… Волшебство какое-то.

Его движения были изящными и плавными, напоминающими танец. Он приложил руку к груди и поклонился мне.

— Только не пугайся, — прозвучал спокойный мужской голос. — Та Мирдис моё имя.

Надо было представиться? Или обойдёмся?

Я урывками дышала, боясь сделать лишнее движение.

У него уши вытянутые, у него между пальцев перепонки…

Боже!

— Здесь опасно, — продолжил Та. — В этом замке живёт дракон.

Я тут же оглянулась на мгновение к горам золота. А, ну, теперь понятно, куда столько… Нет непонятно - куда столько?!

Русалка продолжал возвышаться над водой, его хвост то появлялся, то исчезал.

— Я научу тебя дышать под водой. Ты не будешь мёрзнуть.

— Я человек, — еле слышно ответила ему.

— В том-то и неприятность. Это не человеческий мир, а мир оборотней. Тебе в любом случае придётся стать одной из нас, чтобы выжить. Дракон опасен… Ты не представилась.

— Пожалуйста, не пугайте меня, — заплакала я.

От страха сжала в кулаках шёлковые покрывала и пыталась прикрыться ими.

— Дамка. Дамка – это человеческая женщина, способная родить оборотню потомство. Чаще всего мир людей вас изгоняет в мир оборотней.

Он смотрел куда-то в сторону сокровищницы, и уши его острые неожиданно повернулись. Это наполовину зверь, наполовину человек.

Ужасно, если честно. Интересно, но только со стороны зрительного зала: когда ты смотришь на это и восхищаешься каким-нибудь фильмом и спецэффектами. А здесь в реальности – у меня дрожь по коже от того, что я видела.

— Пойдём со мной, дракон убьёт тебя, — вполне умиротворённо сказал он мне и протянул руку, на которой кроме перепонок ещё и когти были зелёные.

Конечно же, я никуда не собиралась идти, нырять тем более.

Он вроде испугался, это отобразилось на его лице: глаза увеличились, губы поджал синие.

— «Вот сейчас возьмёт тебя силой и утащит в море», — пугал меня внутренний голос.

Вполне возможно такое может произойти. Газового баллончика у меня не имелось, сил такому сопротивляться не было.

Но змей ничего не сделал, он спокойно опустился под воду и исчез.

Где-то вдалеке от плота хлюпнула гладь озера, и я осталась одна.

Капала вода из жёлоба на стене, еле слышно журчали ручьи.

Я аккуратно сняла своё мокрое бельё: лифчик и трусики, пришлось оголиться полностью и прилегла на странную кровать, глядя в своды пещеры.

Постельное бельё хранило запах, и был это запах моря и тёрна, терпкий аромат, стойкий.

Я хотела согреться, и у меня вроде получалось, вместе с этим я уснула.

В этом сне я была на десять лет младше. Это я пахала тёрном, а он морем. Было мне семнадцать или восемнадцать. Худенькая и маленькая.

Мокрыми пальцами прикасалась к шёлковым одеялам. Радостно, потому что продрогла до костей от ключевой воды в жёлобе, забралась в одеяло. С головой укуталась, поглядывая по сторонам.

Красиво вынырнул из воды парень, но совершенно не тот, который плавал с касаткой. Этот был красивым, даже очень. У него ослепительная белозубая улыбка. Он щурил большие глаза, рассматривая меня, и поплыл ближе к плоту.

— Позвольте вашу ножку, госпожа, — заискивающе улыбался он.

— Позволяю, господин сексуально озабоченный дракон.

Я протянула ему правую ногу. Поскольку всецело любила его. Но в его больших сине-зелёных глазах чёрный зрачок стал вертикальным.

Он поднял на меня драконий взгляд. Между его красивых мягких губ показался красный раздвоенный язык, который неожиданно стал вылизывать пальчики на моих ногах. Дрожь от такой ласки по всему телу, волосы дыбом.

— Ты ведь не отдашь меня дракону? — со страхом спросила я, пытаясь отобрать у него ногу.

Потому что дракон – это страшно…

****

Толчок заставил меня проснуться. Плот причалил к берегу, заехав одной частью на золотые монеты. Я лежала на той самой кровати. И потребовалось время, чтобы сообразить, где нахожусь.

— Нет, — заныла я, осознавая, что не больница это, не морг в конце концов. А моё попаданство продолжалось.

Да, и надеется, что это смерть, не пришлось. Желудок подавал сигналы бедствия, призывая меня к немедленному насыщению хоть чем-нибудь.

Прихватив одеяло, решила всё же покинуть своё лежбище.

Монеты оказались холодными и скользкими. На крупные золотые предметы: кувшины, шлемы, ларцы попадали редкие лучи уже позднего солнца. Не так далеко от воды стояли, завалившись набок, большие кованые сундуки, инкрустированные крупными драгоценными камнями и расписанные яркими красками.

Я открыла первый попавшийся из сундуков. Скрип крышки был громким, звук улетел куда-то в глубину пещер. Я огляделась.

По коже мороз, волоски дыбом.

А что, если здесь спит дракон?

Чутко прислушиваясь, я вытащила из сундука красивую ткань.

Тёмно-синяя парча с золотыми звёздами. Я даже про дракона забыла от такой красоты. Рукава широкие, с вышивкой, пояс золочёный с кисточками. Я положила на сундук одеяло, обнажившись. Надеялась, что тут никого, я даже на озеро посмотрела, но русалок не видела. Быстро примерила наряд. Он был в самый раз. Широковат, но это фасон такой, я пояском подвязалась. Рукава закатать не получилось, поэтому пришлось откидывать всё время. Обуви в сундуке не было, лишь куча шёлковых полупрозрачных тканей, которые от времени ветшали.

Чуть скользя голыми ногами по монетам, я стала высматривать, куда можно двинуться дальше. Так вот, недалеко от озерца, в скале была выбита широкая лестница с солидными такими ступеньками. Я подошла к ней. Не освещена. Из лестничного проёма тянуло холодом. Камни, словно потные, были покрыты влагой. Я на носочках, чтобы не окоченеть, двинулась вверх почти на ощупь.

Ноги замёрзли сразу. Камни замка действительно были очень холодными. И, обняв себя за плечи, я содрогнулась.

Жутковатая атмосфера.

Чёрно-серые стены создавали мрак внутри огромных коридоров. Строение будто не предназначалось для людей, здесь даже ступени как для великанов. Потолки высокие, проходы широкие, и полы все из камня.

Вышла я в один из таких проходов, чувствуя себя маленькой девочкой. Откуда-то свысока попадал тусклый свет. Там, у потолка оконца. А ещё полосы света впереди, они просачивались, сквозь полуприкрытые двери. И двери метра четыре в высоту, двустворчатые. Полотна были толстыми и массивными, вырезанными из большого дерева. Пахло плесенью и пылью.

Я, затаив дыхание, заглянула в проём. Там зал гигантский, неплохо освещён. Двери с места сдвинуть я не смогла, поэтому попыталась протиснуться. Вначале головой, чтобы оглядеться. Просто от голода обострилось обоняние, а пахло дымом и жареным мясом.

В колоссальном камине горел не менее колоссальный костёр.

Окна арочные, вытянутые, в готическом стиле. Стёкла-витражи раскрашивали солнечный свет в разные цвета, и он падал красивой палитрой на каменный пол.

Из мебели у окон стоял гигантский стол, высотой мне по грудь. А на столе огромные кувшины из серебра и золота. Тарелки похожие на тазы.

Я ещё раз оглянулась.

Под высоким потолком каменные балки. Открыв рот, я покрутилась на месте, разглядывая своды потолка.

Насесты!

Надо было бы тикать отсюда. Своровать кусок мяса и спрятаться, потому что размеры дракона уже впечатляли, хотя я его ещё не видела.

Задрав подолы парчового платья, я подошла к столу. Там ещё и табуретка нормальная такая стояла. Я на неё и на стол запрыгнула.

И встала среди кувшинов и огромной посуды. Ну, тут даже общественная столовая в сравнение не шла, настолько объёмные были кувшины. И каждый! Каждый заполнен чем-то вкусненьким.

И кусок мяса лежал на золотом корыте. Это напоминало солидный такой кабаний окорок. Копытца я в лесу видела, так что зверь был велик. К нему была приставлена вилка с двумя зубцами, почему-то напомнившая мне раздвоенный язык аспида из моего сна, и тесак.

Не теряя время, я, подогнула ноги, сев у таза, быстро отрезала хрустящую золотистую корочку, и с вилки её в рот. От удовольствия заурчала, заныла. От голода желудок буквально слипся. Я давно не ела, и мясо казалось невероятно вкусным, хотя было жестковатым. И посолено, и поперечно, и хорошо прожарено.

— Приятного аппетита.

Появление заносчивого скандалиста из леса не вызвало у меня никаких страхов. Я ещё раз посмотрела на насесты над головой. Дракона не было.

И я не собиралась отказываться от своей еды из-за какого-то придурка. Быстро жевала, глядя на него во все глаза.

В этот раз он появился в своей странной юбке, отображающий мраморную плиту, сверху была светлая накидка, что-то вроде вязаного кардигана. Волосы убраны в хвост на затылке. Он ступал голыми ногами по каменному полу.

— Зачем ты ходишь здесь? — спросила я у него, прожёвывая кусок мяса. — Здесь живёт дракон, здесь опасно.

— Я не боюсь драконов, — дерзко, с ухмылкой, ответил мне парень.

Он смотрел на меня во все глаза. А глаза у него залипательные, сейчас серо-зелёные.

— Вкусно? — тихо, и я бы могла подумать, что по-доброму, поинтересовался он.

— Да, — кивнула растерянно, не ожидая такой мягкости.

Парень подошёл, но не ко мне, а к камину. Протянул руки, чтобы погреть их.

— А ты, — я немного потерялась. — Ты хочешь поесть?

— Я сыт.

— Это… Это ты жарил мясо?

— Да, — он не смотрел на меня.

Какой странный… И вроде ничего, отошёл от перцового баллончика. Мне стыдно стало за нашу встречу, но, в целом, сам виноват, что я себя так повела.

****

— Смотри, какие огромные предметы, какой большой стол, — усмехнулась я. — Дракон сожрёт тебя.

— Удивлён, — спокойно ответил сказочный тип, продолжая греться у огня.

— Чему? — активно отрезала себе ещё кусочек мяса.

Я немного захмелела от сытости, продолжала смотреть на него и посмеиваться. И он не разозлился, искоса, заворожённо пялился на меня и улыбался.

— Ты не ушла с морским змеем.

— Какой же он змей, он – русалка.

— Ну, да, конечно. А кто я по твоему мнению?

— Олень, — брякнула я и рассмеялась. — Серьёзно, рожек не хватает, оборотень-олень.

— Олень?! Женщина, ты шутишь, — заливисто рассмеялся парень, отчего мне стало ещё веселее. — Вот кем угодно меня назвали, только не оленем.

— Тихо-тихо, — прошептала я, — не шуми, здесь дракон живёт.

— Меня зовут Ирий Ирдис. Так вот я удивлён. Если бы ты не согласилась, морской змей должен был утащить.

— В последнее время по доброй воле у меня ничего не получается, — горько посмеялась я, продолжая жевать. — Хорошо здесь еда есть, думала, что умру с голода.

— Здесь много чего есть, — задумчиво ответил парень.

— Ира Ирискин, почему ты так агрессивно на меня отреагировал? Потому что я человек?

— Ты представишься? — поинтересовался он.

— Почему всех интересует моё имя? Если я не местная, зачем оно вам?

— Ты странная, — нахмурился Ирий.

— От странного слышу.

— Смелая, — усмехнулся парень, отошёл от камина и медленно приблизился к столу, так что я быстро жевала и подтянула ножки, на которые он уставился. — Поела и разговорилась, не стесняешься, сидишь у дракона на столе.

— Что-то я не вижу вашего дракона.

— А хочешь посмотреть? — с вызовом усмехнулся он. — Драконы – огромные, совершенно тупые, безмозглые машины для убийства.

— Так их много или он один? — тяжело сглотнула.

— На этом острове он один.

— Ты служишь ему?

— Оскорбительно звучит.

Мы замерли, глядя друг другу в глаза. Он стоял ниже, и не казался страшным или опасным. И глаза его такие красивые, грустные опять.

— Я тебе нравлюсь, Дамка.

— Мне много чего нравится, — пожала я плечами. — Вот, допустим, мясо. Вкусное, спасибо.

Сидела, как богиня, подогнув ноги и гордо выпрямившись, руками аккуратно вкладывала кусочки мяса себе в рот, внимательно изучала Ирия Ирдиса. Лицо его идеальное было умиротворённым и даже немного печальным, что я натянула улыбку, не зная, как в этот раз к нему относиться. Всё больше погружалась в его красу. И зажигалась естественным желанием касаться, греть, отдаваться.

— А в мир людей вернуться я не смогу? — еле слышно прошептала я.

— Нет, — так же тихо ответил парень.

— Жаль. С другой стороны, может это и к лучшему. Честно сказать, я ненавидела тот мир.

— Насколько сильно?

Не ответив, я отвернулась от него и потянулась к конфетам в одном из тазов. Конфеты были то ли японскими, то ли китайскими. Упаковки яркие, разнообразие большое.

— Конфеты последние, — сказал Ирий. — Торговцы могут не приехать больше на этот остров. Дракон, короче, — он почесал затылок одним пальцем и усмехнулся, — с ними жестоко поступил.

— Отобрал и не заплатил? — удивилась я, вкусила одну конфетку, она оказалась невероятно сладкой и ароматной, что глаза прикрыла от удовольствия. — Зачем дракону конфеты? Давай их съедим.

Я подтащила огромную конфетницу к краю стола, и Ирий, встав на носки, протянул руку, взял одну конфету себе.

— Они вкусные? — спросил он, разворачивая фантик. — Я не особо люблю сладкое.

— А мне кажется, что все любят сладкое, это же как наркотик. Сладкое вызывает всплеск гормонов удовольствия, — рассуждала я, разворачивая вторую конфету, смакуя и прищёлкивая языком.

— Удовольствия можно получить с помощью убийства, охоты, — задумчиво протянул он и откусил маленький кусок от конфеты. — Ну не знаю… Секса.

— Особенно мне понравилось про убийство, — недовольна фыркнула я и, подтянув к себе ноги, отобрала у него конфету. — Не порти продукт, раз не нравится.

Ирий Ирдис внимательно меня изучал, в этот момент глаза его были сине-зелёные.

— Думаю, ты не олень, — заворожённо глядела на него, и взгляд оторвать не могла. — У оленей не такие глаза.

— А у кого такие глаза? — еле слышно поинтересовался он.

— У морского змея?

— Нет.

Между нами нависла пауза. Мы нравились друг другу. В глазах его огонь искрился, мои, наверняка, горели в ответ. И в этой тишине мы оба будто привыкали, перекидывая мост над бездной между мирами. Мысли бурлили реками.

Хотя такие паузы и конец всему предвещают.

Я отстранилась, и он тут же заговорил:

— Ты так расслабилась и стала совершенно другой…

— Ты меня не знал, чтобы так говорить. А я думала, что у тебя будут глаза красные после моего перцового баллончика.

— Да успокойся, — рассмеялся он, опять ослепив меня своей белозубой улыбкой. — Этим меня точно не возьмёшь.

— То есть тебя надо бояться, — вздохнула я, понимая, что всё… Пропадаю, влюбляюсь.

— Мы только что вместе ели драконьи конфеты, так что мы уже соучастники и в одной команде, — подмигнул Ирий.

— Теперь нам придётся спасаться бегством ? — хихикнула.

— Я всё понял! — обрадовался он. — Ты вначале выпила вина!

— Погоди, — ошарашенно уставилась на него. — То есть здесь вино есть?!

— Ну да. Если сказать честно, то целый винный погреб.

— Ирдис! — восхищённо выдохнула я. — Ты всё краше в моих глазах!

****

— Я узнаю твоё имя? — поинтересовался Ирий.

— Не люблю своё имя, — усмехнулась я.

— Тогда может, я назову тебя?

— Ого, — у меня вырвался смешок. — Ты самый странный парень, которого я встречала. Хотя оборотней не встречала вообще, — я ещё раз с опаской посмотрела на потолок, где большой насест. — Могу себе представить, какой дракон большой. Ты ведь его видел?

Ирдис закинул голову. У него длинная, сильная мужская шея с кадыком. Он вообще весь такой – ух! Воплощение женской мечты.

Но. По моему опыту, обычно красота несовместима с добротой и любовью, и всё это в полном комплекте не может достаться простой девушке.

— Такой слой пыли, дракон сидел там лет тысячу назад. Так что насчёт винного погреба?

Вообще мысль о том, что можно выпить немного винца к этому мясу, мне понравилась.

Ирий протянул ко мне руки. Человеческие. У него никаких животных признаков. Но! Но чувствовалось нечто, будто хищный зверь рядом.

— Ну, чего ты боишься? — тихо и мягко спросил Ирий. — Вместе воровали драконьи конфеты, а теперь не идёшь ко мне.

Я потянула подол платья, глядя на него сверху вниз. Несмело наклонилась со стола, рухнула к нему в объятия и неожиданно почувствовала, как много сил в нём. Просто невероятная мощь, неописуемая! Он вроде казался человеком, но внутри него что-то огромное, сильное, поэтому он с лёгкостью нёс меня на руках куда-то в темень.

— После винного погреба, нам только в спальню, — усмехнулся Ирий.

— А что это ты мне предлагаешь? — заискивающе усмехнулась я.

— А я тебе всё предлагаю – выбирай что хочешь.

И запах его, как запах этого острова – море, лес, скалы и песок. Несмотря на то, что он холодненький какой-то, не жаркий парень вовсе, запах его был горячим. Кожа у него мягкая и гладкая, похоже с утра было выбрито лицо, даже намёка на щетину не было. У него длинные, пушистые ресницы, так красиво очерчивающие большие глаза. И глаза в момент, когда он нёс меня, потемнели, стали насыщенными, с глубинами синевы, мрачности и бушующей стихии, зрачок расширялся.

— Ты вкусно пахнешь, — прошептал он.

— Ты меня не съешь? — неожиданно испугалась я.

— Оборотни не едят людей, и даже друг друга избегают, хотя поговаривают, есть такое коварное племя – волки, они жрут врагов и кормят сердцами их своих детей.

— Жуть.

— Да, волки жуткие. Я сторонюсь их.

Мне так хотелось касаться его лица – его носа, такого красивого профиля. И губы у него невероятные – контур ровный, сами припухлые и в уголках ямочки.

— И чем же я пахну? — тихо поинтересовалась я.

— Чем-то родным. Ты видимо спала внизу на кровати.

— И мне снился странный сон. Там был парень, вылезающий из воды. Ты похож на него, но у него волосы чёрные, и он был драконом. А что если ты дракон?

И эта мысль меня не просто поразила, она меня напугала.

Ир смеялся в голос, продолжая с лёгкостью нести меня куда-то вниз.

— Страшно, — призналась я.

— Ничего подобного.

Ирий поставил меня ногами на холодный пол.

— Как? — спросил он.

— Я ничего не вижу, — с силой ухватилась за его руку.

— А. Прости, — он щёлкнул пальцами, и загорелись факелы вдоль стен.

И я даже не сразу поразилась размаху подземелья.

— Ты колдун?! — я щёлкала пальцами, на полном серьёзе считая, что живой огонь на настоящих факелах можно зажечь, как свет в Умном доме.

— Вообще-то да, — умилённо смеялся надо мной Ирдис.

Подвал был настолько огромен, что казалось, будто он простирался до самого горизонта и терялся в темноте глубин подземелья. Близость сокровищницы выдавали дорожки из золотых монет, которые тянулись из щелей и узких проходов в стенах.

У самого входа, вдоль стен стояли массивные полки, на которых были аккуратно разложены всевозможные продукты. Здесь было всё, о чём только можно мечтать. Горы яблок, и не сгнивших к весне, а спокойно долежавших. Венки из лука, капуста подсохшая сверху.

На полу кувшины с меня ростом и выше.

К балкам подвешены копчёные окорока огромных животных. Колбасы нереального размера.

Всё это источало такой аромат, что текли слюнки.

Ирдис тянул меня за собой. Шёл достаточно быстро, юбка его хлопала и шуршала при ходьбе, звенели монеты под его ногами. Он вёл меня между здоровенными чанами, в которых то головки солидного сыра плавали, то засахарившееся варенье застыло. И ещё были бочонки с мёдом, и просто необъятные бочки от пола до потолка с вином.

— Папа мой ещё запасался, – гордо заявил Ирдис, взяв с полочки хрустальные фужеры, прошёл к винным бочкам. И зажигались сами собой факелы.

Я прищурилась, наблюдая за колдуном.

Он суетился, был даже счастлив.

И от него… Я это увидела! От него исходила почти невидимая, но ощутимая особая энергия, какое-то поле. И фантомами отделяясь от него, зажигала огни.

Я внимательно рассматривала это невероятное действие.

— Попробуй это, — он сунул мне в руку фужер с вином.

— Как ты это делаешь? — нахмурившись, смерила его взглядом.

Он с улыбкой смотрел на меня.

Я взяла свой бокал, слегка наклоняла его, любуясь насыщенным цветом напитка. Затем сделала небольшой глоток, наслаждаясь вкусом и ароматом.

Ирдис наблюдал за мной, явно наслаждаясь, тоже пробовал вино, закрыв глаза, чтобы лучше почувствовать все оттенки вкуса.

— Ничего себе, какое послевкусие, — восхитилась я.

— Моё любимое вино, — кивнул странный, невероятный, восхитительный волшебник. — оно крепкое, Ка Ра.

— Почему, Кара? — удивилась я.

— Это имя у тебя такое. Ка. Ра.

Ступор, я внимательно на него смотрела, а он пил вино с приподнятой бровью.

— Ты знаешь, кто я! — сунула ему фужер обратно и пошагала от винных бочек в сторону запасов. Колбасу хотела попробовать.

Ирдис догнал меня и развернул к себе, при этом не делал больно, и я даже не чувствовала его прикосновений, меня с невидимой силой развернуло к нему и бросило прямо в объятия. Парень сомкнул руки.

— Нет, не знаю, — прошептал он мне в губы. — Но хотел бы.

— Карина Радужная.

— Я имею способности догадываться, у нас имена сокращённые.

— Но ты Ирий Ирдис.

— Это царское имя, — усмехнулся он.

— Тогда дай мне царское имя! — потребовала я, чувствуя, что хмелею с невероятной скоростью.

— Нет.

Хотела залепить ему пощёчину, но он отстранился.

— Я ядовитый, поцелую – заболеешь, — предупредил Ирий и рассмеялся.

— Я то и вижу, что ты ядовитый.

Хотела выкрутиться из его сильных, не пустил. А потом взял и поцеловал. Била его по плечам, но накренённая к полу, вынуждена была в эти плечи вцепиться.

Его губы были твердыми и требовательными, перехватило дыхание от жёсткости. Я почувствовала, как его руки крепко сжали меня, будто он боялся, что я могу исчезнуть в любой момент. Поцелуй не был нежным, а страстным и почти грубым – он захватил мою волю, заставив забыть обо всем вокруг. В этом мгновении мир сузился до наших тел, сплетенных в желании.

Вспухло и намокло лоно от дикого возбуждения.

С его языком, с его слюной в меня влилось нечто жутковатое. Будто та самая невидимая энергия, которую не различишь , влилась в меня. Совсем чуть-чуть, но я ослабла…

Он отпустил, поставив на ноги, но колени согнулись, я упала на пол, зажав рот ладонями.

— А теперь представь, женщина, что будет, если я пересплю с тобой. Так что зря ты меня так хочешь, — посмеялся надо мной гад, нависая сверху.

Мне стало дурно, я отползла в сторону, запинаясь в подоле платья. Меня вырвало. Меня крутило, меня разрывало. Как при горячке, заболели мышцы, огнём горел желудок. Пульсировали болью виски и затылок.

— Не умрёшь, но урок хороший.

****

Проснулась с тревогой внутри, и села сразу на кровати. Место совершенно незнакомое. Кровать невероятно твёрдая, потому что каменная.

Голова кругом, будто беспощадно бухала всю ночь, веселилась до упада, а потом ещё вагоны разгружала – болели все кости, все мышцы, плохое состояние тяжелобольного человека. Я задыхалась, растирая грудь, дышать было больно. Рассматривала помещение, щурясь от яркости. Зал просто был белоснежным, еще солнце заливало в высокие и узкие окна.

И огромная каменная кровать, которая приютила меня, возвышалась в центре. Каменное изголовье оказалось резным, покрытое замысловатыми узорами, напоминающими переплетение ветвей деревьев. Балдахин над кроватью давно прохудился, выглядел ужасно, с дырами и оборванными краями, чуть шевелился на сквозняке, как парус погибающего корабля. И когда-то видимо был белым, как стены и пол. По углам зала стояли массивные каменные колонны, увенчанные капителями с резьбой в виде листьев и цветов. Они поддерживали высокие своды потолка, расписанного фресками, изображающими сцены воздушных боёв. Там значит, разноцветные драконы дрались. Сказочно, но жутко.

На одной из стен висело огромное зеркало в тяжелой деревянной раме, не сразу поняла, что это пугающее движение – я. Растрёпанная, испуганная. И бледная, как весь этот зал. Платье такое красивое, на нём звёзды золотые сияли.

Заботливо приготовленные, лежали на столике зеркала, расчёски и украшения всех мастей. И конфеты дракона в вазе на ножке. Было прохладно.

Скрипя зубами, я ступила на ледяной пол и пошла куда-нибудь. Платье парчовое ни капли не согревало. А холодно от того, что одно окно открыто. Большое такое окно, почти под потолок.

И видела я в окно отчётливо и ярко: голубой небосклон, лес, раскинутый полотном и улетающим в горизонт, где виднелось зелёное море.

И парящего под небосклоном огромного белого ящера!

Я дышать перестала.

Гигантские перепончатые крылья рассекали воздух. Чешуя блестела под солнечными лучами, будто покрытая льдом.

Внизу, среди деревьев, звери и птицы замирали в ужасе, что обо мне говорить.

Дракон такую тень откидывал! Как предвестник чего-то страшного и необратимого.

Нельзя на это смотреть… От этого можно сойти с ума!

Это что-то первобытное. Ужас человеческий перед змеем, перед мощью и силой парящего хищника. Трепещущий ужас, даже холод перестала ощущать и чувство голода исчезло.

От леденящего душу страха сделала пару шагов назад, наткнулась на столик, с него слетела ваза, и рассыпались по мраморному полу конфеты в ярких разноцветных упаковках.

Забывая дышать, я поползла по полу в поисках выхода из зала. Ведь дракон в окне летел в мою сторону.

Поднялась на ноги и рванула вперёд.

Мне было важно спастись. Но это было так страшно! Это было так ужасно, что я очень сильно испугалась. Дракон мог залететь в этот зал и сожрать меня.

И ни на секунду не хотела осознавать то, что этот зверь, парящий в небесах – оборотень.

Нет, нет, этого не может быть!

Не слышала ничего, кроме стука своего сердца. Так страшно, так ужасно всё вокруг.

Ступни ног немели от холода и ровной поверхности мраморных плит, по которым я бежала. Перемещалась по тёмным, мрачным коридорам, по светлым и открытым пространствам, забегала из одной башни в другую, спускалась по широкой веерной лестнице. И очутилась в зале с белыми полуразрушенными колоннами, между которыми стояли в гробовой тишине скульптуры женщин: груди их полные торчали вверх, а ноги их – обычные змеиные хвосты. Изваяния по шесть метров в высоту. Впечатляли.

— Оп-п!

Я взвизгнула, оказавшись в объятиях Ирия. Он крепко прижал меня к себе. Горячий запах обжигающего морского бриза, его губы на моей щеке.

Сердце бешено стучало, я с силой вцепилась в него цепкими пальцами.

— Куда? — прошипел Ирдис. — Куда ты так спешишь?

— Я видела дракона, — выпалила я, хваталась за его плечи и жалась к нему.

— Неужели такой страшный? — усмехнулся Ирий. — Я хотел предложить тебе посмотреть библиотеку. Успокойся. Хочешь есть?

— Нет.

Я посмотрела в его глаза. Из его глаз в мои словно вылилось тепло морских, успокаивающих, убаюкивающих меня волн.

Моментом ослабла и быстро расслабилась.

— Ты…, — выдохнула я. — Словно гипнотизируешь.

Увильнула от его губ, никаких поцелуев с ним – мне станет ещё хуже.

— Колдун, — закончила я.

— Всё? Успокоилась?

— Да, — усмехнулась, уже через мгновение не понимала, что меня так напугало. Ну, дракон…

Дракон!

Жуть.

— Библиотека? Да? — я шла за ним.

А Ирий вёл целеустремлённо, знал, похоже, каждый уголок здесь.

— Да. Я на острове не так давно, до библиотеки не дошёл.

Вышли на открытый балкон, я немного назад попятилась, глядя на пейзаж острова.

— Чего ты? — Ирий ласкался ко мне и поглаживал. Он даже целовал меня в шею. И я ловила его хитрый сине-зелёный взгляд.

Я влюбилась. Достаточно серьёзно. Но при этом ещё страх внутри был. Варились эмоции и лились через край. И ощущение сна никуда не пропадало.

— Уведи меня отсюда, — потребовала я, с опаской глядя в небо.

Парень дунул мне в щёку горячим дыханием и повёл в темноту, а потом по узкому проходу в башню. Скрипнула очередная дверь. Я очутилась на пороге уникального строения.

Башня оказалась круглой и пустотелой. С первого этажа, точнее с подвала, там где-то глубоко под нами была вода, до того места, где стояла я и выше, ещё на несколько этажей тянулись каменные стеллажи, заполненные тысячами книг.

— Ух, ты! Ах, ты! — выдохнула я, пытаясь окинуть взглядом невероятную библиотеку. — Ирий!

Голос эхом улетел к стеклянному куполу где-то высоко в потолке.

— Я сам в восторге! — посмеялся он.

А может здесь и десятками тысяч книг. Имелись большие окна, балконы и лестницы под человеческий рост. Но между стеллажами крепились каменные сетки, видимо для дракона. И не все книги были маленькими, некоторые просто огромны.

— Пахнет гнилью, — с сожалением протянула я, глядя вниз. — Ирий, нельзя книги рядом с водоёмом хранить.

— Переделаю всё здесь, и книги переберу. — Согласился Ирий Ирдис. — Смотри, тут не все сохранились. Это плохо.

Он снял с полки переплёт, он оказался гнилым. Листы слиплись. Книги были в ужасном состоянии.

Я прошла по балкону, с белыми мраморными балясинами, потом по лесенке поднялась выше. Там книги стояли в золотых складнях. Одну взяла. Тяжёлая такая, неудобно держать в руках. Но у полок на каждой площадке имелись столики на ножках, для удобства чтения. Туда я положила выбранный переплёт, который неплохо сохранился. Текст был написан чернилами, ровно и красиво. На непонятном языке. Я просто на иностранном факультете училась, как-то понимала: вязь там, иероглифы или символы… Такое впервые видела. Скорее кружева какие-то или схема к вязанию.

Но я не отрывала взгляд.

— Ирий! — крикнула я.

— Чего? — откуда-то сверху ответил он.

— Скажи мне, человеческой женщине, что это за язык?

— Драконий. Так что положи на место. Ты же не дракон.

— А почему мне кажется, что я могу прочитать?

— Ну, попытайся, — издевательски рассмеялся он.

Хотя может не издевательски, он сам по себе такой. И красивый, конечно, очень. Я пыталась высмотреть его уровнем выше. Он там мелькал, хозяйничал.

Набрала полную грудь воздуха и сосредоточилась на тексте. Ну, хоть что-то? Я вроде уловила нечто знакомое.

— А мясо ещё осталось? — тихо поинтересовалась я, сверля символы взглядом.

— Нет. Можно суп сварить, кости остались.

— Сварим, — согласилась я.

— А ты умеешь? — Ирий был удивлён.

Ничего не ответила, только усмехнулась, а потом улыбка сползла с моего лица. Глаза округлились.

Текст в книге был написан на обычном русском языке!

Правда ни одной русской буквы я узнать не смогла, но я понимала…

Нет, что-то не так…

Текст будто расплывался перед глазами, а потом сочетался в какие-то новые буквы.

— Что… Ирий?

Он неожиданно коснулся моей руки, но на него я не сразу взглянула.

— Ирий! Я что-то понимаю.

— Ты не можешь, — хмыкнул он.

Тогда я сделала шаг назад, влившись в его тело. Потёрлась своей попой об него.

— Я могу прочитать. Мне нужно время.

Хотела поиграть, кинула хитрый взгляд через плечо. Ведь прекрасно чувствовала, что у него опять на меня стои́т.

Целоваться не будем, так поиграем.

Ирий хмурился, морщился, будто от боли.

Глаза его были изумрудными, красивыми, бесподобно глубокими, и вдруг черный зрачок начал становиться вертикальным.

Я ахнула, шарахнувшись в сторону.