Обручение

Прекрасна была эта любовь…

Св. Ефрем Сирин

Босые ноги девушки тихо ступали по нагретой солнцем земле. Потемневшая от загара ее рука осторожно придерживала пустой кувшин, стоявший на почти не покрытой голове. Ее глаза были опущены — никакое любопытство не побуждало смотреть по сторонам. Она излучала тишину, спокойствие и мир.

Прекрасную Ревекку Господь послал Исааку. Невесту, по образу соответствующую сердцу жениха. Значит, и эту убогую девушку Он привел с целью. Тогда Он дал знамение поднявшему к небу руки рабу — и теперь явит милость. Своим действием Он расположил того праотца к новой песни. Значит, и тому, кому уготована эта нынче пасущая баранов и овец, исполнит сердце радости.

— Этот камень очень тяжел, и мы даже вмести не можем сдвинуть его. Пришло время открыть скрываемое этой крышкой и напоить животных из выкопанной ямы. Но как мы сделаем это, если наш образ жизни не дает нам мужества?

Пусть говорят пастухи, окруженные множеством баранов, и дальше, через них всех, смотрят глаза юноши — на опустившую глаза. Пусть продолжают говорить чужаки, а молодые руки уже налегают на тяжесть, и колени напряженно упираются в землю.

Иаков поднял голову и посмотрел на ту, которая отныне стала его невестой.

Он посмотрит на нее через семь лет теми же глазами и скажет: «Я буду работать еще семь лет». И в семь раз больше он расположен пасти овец ради любимой им, которую ему сделал невестой единственный Бог. Но недели он не будет работать ради ужасного обычая Лавана.

Благословенный Иаков приблизил к себе лицо своей невесты. Очень близко оказавшись к этому милому лицу, он приветствовал Рахиль. Прикосновением губ и своей мягкой молодой бороды. Она посмотрела ему в глаза и не его, а его Бога нашла. Она оставила свой убогий некрашеный хитон и богов своего отца отвергла.

Рахиль сложила руки на коленях, покрытых синей шерстяной тканью. Темная фигура носилась вокруг — сумасшедший Лаван искал своих идолов. Жена Иакова очень устала, ее одежда пропитывалась кровью. Она смотрела на эту человеческую немощь и в своей безнадежности находила утешительную надежду на Бога. Немощная женщина сидела на этих никчемных предметах и говорила что-то этому теперь чужому для нее безумному человеку.

Иаков посмотрел в темные глаза только что обрученной с ним и увидел слезы.

— Почему ты плачешь? — спросил кто-то держащий на руках новорожденного ребенка. — Ободрись и не бойся. Потому что это — твой сын.

Рахиль грустно улыбнулась и посмотрела вокруг. Она продолжала видеть свою сестру облагодетельствованной, и в тот час радовалась вместе с ней. Заметив прикосновение Бога и к своей жизни, она сказала: «Теперь я поняла, что это Господь дает мне. Он дает мне больше, чем уже дал. С Ним вместе и мой муж». Спокойствие и счастье наполняли ее сердце.

Блаженный Иаков тоже светился радостью — и освещал Рахиль. Восходящее солнце обливало светом луну, вместе с этим малым светилом совершая поклонение. Так и праотец встал на колени, и вместе с ним уже почившая его жена, единая с мужем, почтила своего сына.