— Доброе утро, группа. — одетая в белое женщина с гладко зачёсанными короткими волосами стояла возле учебного экрана с сканировала данные учеников. Маленькие таблички на груди светились у каждого по-своему и по оттенку можно было безошибочно определить, на кого стоит обратить особое внимание.
— Доброе утро, мэм. — хором ответил класс.
— Вот уже двести пятьдесят лет наше Министерство работает над улучшением жизни человека. Кто мне скажет, что стало первым шагом к Благоденствию?
Табличка и столешница перед девочкой во втором ряду загорелись зеленым.
— Упразднение государственности.
— Верно, садись 422-B. — женщина включила экран, — Это решило ряд проблем. Стало возможным равное распределение ресурсов, а глобальные войны потеряли смысл. Оставались ещё точки конфликта: религия и семья. Да, 576-S, у тебя вопрос?
Русоволосый мальчик весь усыпанный веснушками поднялся и потупился.
— А разве отмена семьи и религий — это не нарушение свободы личности? — табличка и столешница опасно замигали красным.
— Это нормальный вопрос. — громко произнесла женщина куда-то в потолок, красный свет погас. — Я понимаю, почему ты спрашиваешь. Пожалуйста, сядь и дослушай, прежде чем делать выводы. Если все ещё будешь сомневаться, подойди ко мне.
Мальчик сел на место и нервно сжал пальцы.
— Я знаю, тема сложная и неоднозначная на первый взгляд. Именно поэтому её нет в вашем учебном курсе. Итак, оставались религия и семья. Больше пятидесяти лет ушло у Министерства, чтобы донести до людей простую мысль — свобода вероисповедания, как и свобода объединяться в ячейки с кем вздумается — это не свобода. Всего лишь формы контроля, навязанные уже ушедшей в прошлое государственностью. При более подробном изучении истории тех лет, можно заметить такие особенности. — на экране появились красивые здания, непривычно вычурные и красочные, каждое со своей символикой, — Количество признанных религий было ограничено. Это значит, что человек, желающий верить во что-то большее, какую-то высшую цель своего существования, так или иначе попадал в подобие мини-государства. Со своими правителями, ограничениями и чёткими правилами, во что и как именно ты должен верить. Похоже это на свободу?
На лицах учеников читалась смесь недоверия и чувства превосходства. Их-то так не обманешь!
— То же касается и семьи. Форм ячеек общества было несколько. Где-то допускались только союзы между мужчиной и женщиной, где-то были разрешены пары любого пола. В некоторых частях света можно было создавать микросообщества из мужчин и женщин. Казалось бы, свобода выбора. Но! — психолог подняла вверх указательный палец, — Как вы, наверное уже поняли, ограниченность выбора, насколько бы широким он ни был, с настоящей свободой ничего общего иметь не могут. Само навязывание необходимости таких объединений является нарушением свободы. И Министерство эту пропаганду остановило. Не сразу, конечно, в отдалённых и малоцивилизованных местах ещё долго создавали семьи. Как только давление на население упало, а холостяцкая жизнь перестала быть поводом для осуждения, семья как форма объединения взрослых людей перестала существовать. Заметьте. Никто ничего не запрещал. Желающие по-прежнему могли жениться и заводить детей. Просто желающих не оказалось. Люди почувствовали свободу выбора.
Женщина оглядела лица учеников, удовлетворенно кивнула и вывела на экран график рождаемости.
— Одновременно решилась проблема нехватки ресурсов. Люди, получившие возможность следовать за своими мечтами, практически перестали заводить детей. Перенаселение больше не было угрозой. Однако, к 2150 году рождаемость упала до критических значений. Нужно было срочно что-то решать. Средняя продолжительность жизни к этому моменту уже удвоилась, но нехватка рабочих рук стала сказываться на благосостоянии общества. Отобрать у людей даже часть свободы в целях улучшения демографии Министерство посчитало недопустимым. Тогда появились вот такие центры, — на экране красовалось многоэтажное полукруглое здание, — как тот, в котором находимся и мы с вами. Детей стали выращивать в капсулах. Вас водили на экскурсию в Комплекс Создания Населения?
Дети закивали, несколько девочек улыбнулись.
— Отлично. Итак, детей стали выращивать в капсулах и воспитывать в Центрах. Количество рождённых контролируется и регулируется по мере необходимости. — женщина вздохнула, — Однако последние исследования мозга показали, что для максимального раскрытия потенциала на первых этапах формирования личности необходима особенная среда. Регулярные выбросы окситоцина непосредственно влияют на развитие некоторых важных участков мозга. Самым простым и действенным способом стимулировать эти выбросы оказалось, — она сделала паузу и оглядела класс, — воспитание родителями в маленьких ячейках общества.
Женщина рассмеялась, наблюдая, как переглядываются и перешептываются её подопечные.
— Да, это действительно иронично. Одна из базовых свобод взрослого человека оказалась не слишком полезной для человека маленького. Сама по себе проблема не критична, дети растут здоровыми и умными. Но. Но наше общество стремится к развитию, в том числе и развитию умственному. — на экране проявилось изображение большой капсулы. — Было принято решение провести небольшой эксперимент, чтобы отследить и скорректировать выбросы необходимых гормонов на всех этапах развития человека. Вы были выбраны не случайно. У каждого из вас есть свои уникальные способности и слабости. Каждый из вас — вполне сформировавшаяся, пусть и не до конца, личность.
«Личности» забормотали, строя предположения, что их ждёт. В юных умах боролись жажда приключений со страхом неизвестности.
— Тишина. Сейчас всё объясню, потом будете паниковать. — женщина улыбнулась, — Мы создали взрослые капсулы, пока в небольшом количестве, чтобы предложить вам немного подрасти. — она подмигнула, — Всех, кто согласится, мы поместим в новые капсулы и всего за два месяца превратим во взрослых сформировавшихся людей. Вы все ещё будете очень молоды, но основные этапы развития мозга и тела будут уже позади. Вы сможете строить планы, мечтать, добиваться любых высот без оглядки на подростковые прыщи и Шекспировские страсти. — психолог подошла ближе к ученикам и продолжила, — Конечно, у вас есть выбор. У нас общество свобод и уговаривать, а тем более принуждать вас никто не будет. Я дала вам краткую историю и рассказала суть эксперимента. У вас есть неделя на принятие решения. Свободны.
Дети встали и вышли из класса, возбуждённо перешёптываясь. Русоволосый мальчик с веснушками остановился у самого выхода и обернулся к психологу.
— А как же детство?
— Повторяю: у вас есть выбор. Но имей в виду, наш эксперимент нацелен в первую очередь на ваше развитие и на качество вашей взрослой жизни. Детство скоротечно, но решать тебе.
Мальчишка кивнул и вышел.
***
Ученик номер 576-S сидел в детской библиотеке. Иногда он отрывал глаза от книги и смотрел на входную дверь, не появится ли ещё кто-то? Не появится. Мальчик вздыхал и снова погружался в чтение.
Перед самым отбоем пришла психолог, прошуршала мягкими туфлями по ковру и села рядом.
— Не жалеешь?
— Нет.
— Почему ты отказался?
— Вы понимаете, почему.
Психолог вздохнула, она бы тоже отказалась.