Очернительство, часть вторая

Да, действительно инвалидов войны было много – были безрукие, были безногие, были и такие, что и без рук и без ног (обмороженные). А еще были слепые, глухие, парализованные, с развороченным лицом, которых надо кормить с ложечки.

У кого - то остались родственники, у кого - то не осталось. Однако, подумайте – их матерям ведь было по сорок с небольшим – надо работать, надо кормить младших детей. А эти искалеченные люди нуждались в постоянном уходе.

И вот в 1950 году, когда страна начала оправляться после послевоенной разрухи (карточки отменили только в 1949 году), было принято решение о создании домов – интернатов для инвалидов войны.

Направляли туда только по заявлению ветерана или его родственников. Мест на всех нуждающихся, конечно же, не хватало – брали только самых тяжелых.

Думаю, что местами в интернатах было обеспечено 1 – 2% инвалидов, не более, но это совсем другой вопрос – положение в стране было еще очень трудным.

Как они жили там – в домах инвалидов? Одни пишут, что голодали, мучились без ухода, страдали от заброшенности. Другие – что кормили их хорошо (насколько это было возможно в то голодное время).

Что их регулярно мыли в бане, вывозили гулять, что там была самодеятельность, показывали кино. Давайте обратимся к фактам, к живым свидетельствам тех лет.

Главные – это записки замечательного советского художника Геннадия Доброва и галерея его рисунков, сделанных в разных домах инвалидов по всей территории СССР.

Просто посмотрите на эти суровые, добрые и мудрые лица. Эти люди не сломлены, они остались людьми, солдатами, несмотря на все испытания.

А ведь эти рисунки сделаны спустя тридцать лет после войны. Есть документальные свидетельства о том, что последние ветераны ушли из жизни в восьмидесятых годах.

А теперь подумайте – сколько может прожить человек без рук и без ног, совершенно неподвижный и беспомощный, при плохом питании и без должного ухода? Полгода, может быть год, но никак не тридцать и не сорок лет.

Представьте себе состояние такого человека в том случае, если он годами, грязный и в нечистотах,завшивевший и совершенно заброшенный валяется в неубранной постели. Такого не выдержит никто, самый мужественный и стойкий сойдет с ума через пару месяцев, или покончит с собой, если сможет.

Нет, за ними бережно ухаживали, как за родными людьми, их слушали, с ними разговаривали, их жалели и уважали. Рядом с каждым стояла тумбочка, на которой были аккуратно, по порядку разложены ордена и медали.

Это была их главная гордость, оправдание их несчастной, искалеченной жизни. Они могли часами рассказывать о войне, о тяжелых боях ипогибших товарищах, о своих наградах.

Жалко только, что интернаты эти были закрытыми. А ведь я был на Валааме в начале семидесятых, мог увидеть этих необыкновенных людей, мог говорить с ними, мог отдать им последний поклон.

Вот несколько историй, записанных художником Добровым: Василий Лобачев потерял на войне руки и ноги, его жена – Лидия тоже была безногим инвалидом.

Они вместе жили в интернате на Валааме и родили двух сыновей. И таких случаев было немало: к инвалидам приезжали родственники и гости. Было сыграно несколько свадеб. Дети и внуки ветеранов войны и по сию пору живут на Валааме.

Были случаи, когда постояльцы дома инвалидов уезжали на «материк» со своими новыми семьями.

Михаил Кокеткин – десантник, потерял на войне обе ноги, не сдался, не пал духом. Он заочно закончил институт и уехал работать в Москву, в ЦСУ РСФСР. Кроме военных наград, награжден также орденом «Знак почета» за многолетний и добросовестный труд.

В интернате действовала программа «социальной реабилитации», безногих инвалидов обучали разным подходящим профессиям, например профессии повара, затем их трудоустраивали.

Пожалуй, самая поразительная история – это история Михаила Казанкова – ветерана трех войн: русско – японской, первой мировой и Великой отечественной. Этот человек был награжден и георгиевскими крестами, и орденами СССР.

Он, израненный в трех войнах, дожил до девяноста с лишним лет, дожил в том самом валаамском интернате. Посмотрите, как он выглядит в свои девяносто лет – это величественный, красивый, монументальный старый воин- символ той тяжелой и героической эпохи.

На этом можно бы и закончить, но напоследок – об очернительстве. Простая логика у этих псевдо - либералов и псевдо - историков – все, что было при Сталине, все, что было в СССР плохо, отвратительно, грязно. А ведь это наша история, наши корни – другой истории не будет. Люди жили и влюблялись, люди рожали и воспитывали детей.

Люди работали, строили, писали книги. Люди защищали Родину и умирали «навеки девятнадцатилетними».

А у вас только черное и белое, и ничего больше. Вы очень примитивные люди, вам так удобнее думать, вам так удобнее жить. Держитесь подальше от молодежи.