Одержимость дракона. Восставшая из мертвых

Сегодня она снова осталась одна.

За последние седмицы, проведенные в холодной северной крепости, Буан привыкла оставаться одна.

Для всех здесь она была чужеземкой. Как бы ни пыталась она это исправить, все было тщетно. Ни ее красота, воспеваемая на родине, ни ее самопожертвование и желание установить мир, никого здесь не интересовали.

Всем было известно, что на севере слишком много мужчин и почти нет женщин. Она была слишком самонадеянна, когда решила, что благодаря красоте не будет знать здесь тревог. Это в родном княжестве мужчины добивались ее внимания, а тут ее будто и не существовало вовсе.

Служанки смотрели с презрением и старалась скорее уйти, выполняли свои обязанности кое-как и совсем не воспринимали ее, как свою госпожу. А муж забыл сразу же, как завершился их свадебный обряд.

Буан закуталась в уродливый плащ, который ей принесла одна из прислуживающих девушек. Эта грубая некрасивая одежда была единственным, что спасло от царящего здесь смертельного холода. Вся ее прекрасная, расшитая серебром, златом и жемчугом одежда, была тут абсолютно бесполезна и так и лежала в тяжелых сундуках, которые она привезла с родины.

От безысходности Буан тронула струны гудка. Он издал жалобный, похожий на завывание звук. На ресницах задрожали слезы. По-девчачьи шмыгнув носом, Буан сжала ледяной от холода смычок и прижала его к струнам. В родном Крашевацком княжестве ее музыкальным даром восхищались, а тут…

Дома было принято играть и сказывать разные истории. Буан представляла, как будет играть для мужа и делиться сказками из родных мест.

Но ее муж пропадал неизвестно где.

С неба посыпался снег. Опять проклятый снег. Белоснежные кристаллы, сверкающие и искрящиеся, как драгоценные камни, но острые, режущие щеки, будто кинжалы, опускались на кожу. Вчера тоже шел снег. И позавчера. И за день до этого. И неделю назад. Да сколько же можно?! Он когда-нибудь перестанет?

Буан сидела на продуваемом всеми ветрами балконе. Что если сейчас она простудится и заболеет? Может, хоть тогда муж обратит на нее внимание?

Он ведь такой красивый… Буан думала, что они будут жить ладно. При первой встрече он показался ей ласковым, заботливым и добрым, совсем не похожим на посланников севера, прибывших просить ее руки от его имени. В нем не было грубости и суровости. Он казался таким же чуждым здешним людям, как и она.

Но много недель подряд он даже не вспоминает о ней. Может, она в чем-то ошиблась? Во время брачной ночи Буан старалась делать все точно так, как рассказывала мать. Вдруг она что-то не так поняла?

Да, наверное, дело в этом.

Недавно она обнаружила в своих заброшенных покоях старую выцветшую книгу, в которой рассказывалось, как женщинам следует ублажать северных мужчин, чтобы тем не было холодно длинными и темными ночами.

От одного лишь чтения возмутительного трактата Буан стало так жарко, что захотелось сбросить одежду. Это было совсем не похоже на то, чему учила ее мать, и что происходило во время скрепления брачных клятв. И хотя было очень стыдно, но Буан готова была сделать для супруга все, о чем говорилось в спрятанной на дно сундука книжке. Вот только муж все время от нее где-то скрывался.

Когда она только приехала сюда, он был с ней добр и приветлив. До свадьбы они виделись чаще, чем сейчас. Гуляли по окрестностям, вместе обедали и участвовали в тех скупых развлечениях, которые были здесь доступны.

Возможно, она сделала что-то не так? Допустила ошибку или оскорбила его? До отъезда из Крашевацкого княжества она пыталась выучить обычаи северного народа, но конечно, многого еще не знала. Беда в том, что никто и не стремился ей объяснить, а спрашивать совета у воротящих от нее нос служанок, Буан считала ниже своего достоинства. Она все-таки княжна!

Неожиданно в воздухе пронесся черный вихрь. Буан вскинула голову к темному небу, но оно оставалось таким же черным и холодным, как и прежде. Затягивающая в свой омут бездна, которая почему-то была не под ногами, а над головой, равнодушно глядела на Буан.

Пламя свечи шумно затрепетало, и Буан, отложив смычок, прикрыла крошечный огонек ладонями, чтобы сберечь его от лютого враждебного ветра.

Что-то притянуло взгляд Буан, заставляя ее посмотреть туда, где далеко внизу, по влажным от снега мосткам шел одинокий высокий мужчина. При виде него Буан поежилась.

Дядя ее мужа. Самый сильный из небесных змеев. Сильнейший из Северного клана. Он один мог обращаться в дракона.

Он был младшим братом отца ее красавца-супруга. Когда много зим назад Северный клан едва не потерпел крах в кровопролитной войне с нежитью, он, будучи еще юношей, взял на себя бразды правления и привел клан к победе, а спустя годы и к процветанию и могуществу.

Говорили, что вся власть сосредоточена в его руках, но «дядя», как он сам велел ей себя называть при первой и единственной встрече, обещал отдать бразды правления племяннику – старшему сыну старшего сына.

Буан не было никаких дел до того, что происходит в Северном клане, но она теперь супруга будущего главы, а значит, должна попытаться разобраться.

Вот только с этими северянами ничего не было понятным и однозначным.

Она снова посмотрела на дядю. Его волосы, подобные серебру и снегу, длинными вьющимися кольцами спускались за спину и грозно трепетали на ветру. В ушах у него были самоцветные серьги, но блеск камней не мог сравниться с ярким сиянием его голубых глаз. Даже отсюда Буан могла рассмотреть их мерцание.

Он был облачен в традиционную одежду северян – длинный расшитый халат и развевающийся на ветру плащ. Тонкую талию перетягивал пояс, к которому даже сейчас крепились ножны с мечом. Плечи его были так широки, что за ними можно было спрятаться от пронизывающего кости и сердце ветра. Пожалуй, он был даже красивее ее мужа.

Вот только абсолютно холоден. Кажется, любые человеческие эмоции были ему чужды. Еще бы! Ведь он небесный змей – наполовину нежить, наполовину – зверь. В нем вообще нет ничего человеческого.

Буан предпочитала не встречаться с ним и избегала его всеми возможными способами. Он внушал ей ужас и желание упасть на колени.

Сейчас он в одиночестве переходил от одной каменной чаши к другой и зажигал неведомое в ее княжестве голубое пламя. Доставая из кожаного мешочка крошечные кристаллики, он высыпал их в чаши, а затем дул на них. Дыхание, вырывающееся из его губ, серебрилось и дрожало в воздухе, подобно туману.

Это было пугающе и красиво одновременно.

Буан вспомнила старую сказку о небесном змее. На родине ее редко рассказывали, но мелодия была настолько красивой, сильной и печальной, что она разучила ее.

Коснувшись смычком струн гудка, Буан заиграла. Едва послышались первые звуки воинственной песни, дядя вскинул голову вверх, безошибочно находя ее взглядом.

Он стоял слишком далеко, и все, что Буан могла разглядеть, – яркие пятна его одежд и сияние глаз. Но прошло мгновение, он отвернулся и пошел дальше. А Буан неожиданно решилась. Северный клан – обитель храбрых и сильных. Она уже довольно просидела безвольной рохлей. Пора показать, чего стоят дочери Крашевацкого княжества!

Вернувшись в покои, Буан спрятала гудок в сундук, а затем, подумав немного, достала припрятанную на дне книжицу.

Закусив губу, она пролистала пару страниц, стараясь запомнить как можно больше бесстыдных картинок и описаний к ним.

Пожалуй, этого будет довольно, чтобы заслужить расположение красавца-мужа. Кивнув самой себе, Буан убрала книгу и заперла сундук. В волнении она наложила макияж и надела свои самые красивые драгоценности.

Здесь, на севере, в краю вечного сумрака и холода, где царили серые, белые и черные цвета, было принято ярко одеваться и вызывающе краситься. Драгоценности встреченных Буан барышень поражали воображение. Огромные камни самых разных цветов были вставлены в необычные украшения, глядя на которые захватывало дух.

Для Буан подобное было в диковинку. На ее родине мастера славились обработкой золота, поэтому и в приданое ей дали золото. Но даже ей, привыкшей жить в роскоши, было понятно, что все эти камни и расшитые драгоценными нитями ткани стоят целое состояние.

Но разве ее красота нуждается в украшениях?

И вызывающий макияж, как у уличных скоморохов, она делать не будет. Не видала она тут ни одну, чтобы сравнилась с ней внешностью и фигурой. Может, супруг от того и не появляется, что не знает, как с ней себя вести? В родном княжестве Буан отвергла многих женихов. Молва об этом, могла и сюда долететь.

Буан оставила свои мрачные холодные покои и отправилась на поиски мужа.